Постановление от 24 ноября 2020 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

856/2020-65724(2)


АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


25 ноября 2020 года Дело № А56-98278/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Казарян К.Г., Колесниковой С.Г.,

при участии ФИО1, паспорт, от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Технологии красоты Восток» ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 06.06.2018),

рассмотрев 19.11.2020 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2020 по делу № А56-98278/2017/суб.1,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.02.2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Технологии красоты Восток», место нахождения: 195196, Санкт-Петербург, Таллинская <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), введена процедура наблюдения, временным управляющим назначен ФИО4.

Решением от 06.06.2018 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО2 20.07.2018 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества. В качестве основания для привлечения к ответственности конкурсный управляющий, с учетом уточнений, сослался на подпункты 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Согласно заявлению, размер субсидиарной ответственности 10 971 084 руб. 57 коп. указан исходя из суммы требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда первой инстанции от 03.12.2018 заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2019 определение суда от 03.12.2018 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.07.2019 определение от 03.12.2018 и постановление от 15.04.2019 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Конкурсный управляющий 16.09.2019 обратился в арбитражный суд с дополнениями к ранее принятому заявлению о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, добавив в обоснование заявления подпункт 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При новом рассмотрении определением суда первой инстанции от


23.12.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 06.08.2020 определение от 23.12.2019 отменено, принят новый судебный акт, которым заявление конкурсного управляющего удовлетворено. ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, производство по заявлению приостановлено до окончания расчетов кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. Вопрос о возобновлении производства по обособленному спору и об определении размера ответственности направлен в суд первой инстанции.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней ФИО1, ссылаясь на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции, обстоятельствам дела, а также на нарушения норм материального и процессуального права, просит отменить постановление от 06.08.2020, оставить в силе определение от 23.12.2019.

По мнению подателя кассационной жалобы, суд апелляционной инстанции не учел его довод о том, что у него отсутствовала возможность реального осуществления полномочий руководителя должника, поскольку он проживал в городе Санкт-Петербург, а должник вел деятельность в городах Иркутск и Владивосток. Также суд апелляционной инстанции не учел его позицию и представленные доказательства относительно того, что ФИО5 был номинальным руководителем должника, а контролирующим должника лицом являлся ФИО6.

ФИО1 считает, что суд неправомерно принял к сведению довод конкурсного управляющего относительно выручки Общества и отсутствия ее отражения в бухгалтерских отчетах, полагая, что указанные обстоятельства не являются предметом доказывания по подпункту 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

По утверждению подателя жалобы, конкурсный управляющий не обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок по перечислению денежных средств в пользу ФИО1, что, по его мнению, исключает указанный довод из основания обжалуемого судебного акта.

Податель жалобы указывает на размер перечисленных им на расчетный счет денежных средств, полученных за счет личных займов, которые значительно превышают размер денежных средств, перечисленных в его пользу.

Кроме того, ФИО1 указывает на то, что он не был участником обособленного спора по признанию сделки Общества недействительной, следовательно, принятый по указанному спору судебный акт, не имеет для него обязательного характера.

В отзыве конкурсный управляющий просит в удовлетворении жалобы отказать.

В судебном заседании ФИО1 поддержал доводы, изложенные в жалобе, а представитель конкурсного управляющего просила в удовлетворении жалобы отказать.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, дополняя ранее поданное заявление конкурсный управляющий, сослался на вступивший в законную силу судебный


акт по обособленному спору № А56-98278/2018/сд.1, которым установлено наличие заинтересованности в совершенной между должником и ООО «Технология Красоты Санкт-Петербург» сделке.

Суд первой инстанции посчитал, что указания конкурсного управляющего на неисполнение ответчиком установленной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанности по передаче конкурсному управляющему должника бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей не может являться достаточным основанием для удовлетворения заявленного требования, определением от 23.12.2019 в удовлетворении указанного заявления отказал.

Отменяя определение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции указал на отсутствие уважительных причин и недоказанность исполнения ФИО1 норм публичного права и законных требований конкурсного управляющего, свидетельствующих о презумпции вины и отрицательного влияния на достижение целей конкурсного производства, постановлением от 06.08.2019 заявление управляющего удовлетворил. Дополнительно суд апелляционной инстанции указал на обстоятельства, установленные по обособленному спору в рамках дела № А56-98278/2017/сд.1, а именно, что генеральным директором Общества ФИО1 были выведены высоколиквидные активы должника в пользу заинтересованного лица. Также судом апелляционной инстанции установлено искажение бухгалтерской отчетности должника.

Изучив материалы дела и проверив доводы, изложенные в жалобе, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В обоснование заявленных требований ФИО2 сослался на то, что в результате неисполнения бывшим руководителем и участником Общества обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника, возникли препятствия для формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как видно из материалов дела, Общество признано несостоятельным (банкротом) решением суда от 06.06.2018, резолютивная часть которого объявлена 30.05.2018, таким образом, обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему возникла у руководителя Общества с 30.05.2018, то есть после 01.07.2017.

Следовательно, к спорным правоотношениям в указанной части применяются нормы Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве


пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 данной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности по:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведению бухгалтерского учета и хранению документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Установленная приведенной нормой права ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и с обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Определением суда от 12.11.2018 обязанность передать конкурсному управляющему документацию должника возложена на ФИО1, являвшегося руководителем должника на дату открытия конкурсного производства.

Апелляционный суд, повторно рассматривая заявление ФИО2, пришел к выводу, что на дату рассмотрения настоящего обособленного спора документация Общества конкурсному управляющему в полном объеме не передана, а той части документации Общества, которая была передана ответчиком, недостаточно для полного и всестороннего анализа финансового состояния должника на предмет выявления активов, на которые может быть обращено взыскание в целях удовлетворения требований кредиторов. Также

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как


отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Установив, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности Общества, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, конкурсному управляющему не были переданы в полном объеме и в результате этого формирование конкурсной массы и проведение расчетов с кредиторами оказались невозможными, суд апелляционной инстанций пришел к выводу о наличии предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО1, который являлся руководителем должника с 03.05.2015 по 30.05.2018 (дату объявления резолютивной части решения о признании Общества несостоятельным (банкротом), определение от 23.12.2019 отменил.

При этом, отменяя определение от 23.12.2019, которым было отказано в удовлетворении заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности, апелляционный суд учел следующие обстоятельства:

- отказ управляющему в признании сделки по перечислению на счет ООО «Оптовая компания» 28 400 000 руб. недействительной по причине отсутствия в распоряжении управляющего документов, подтверждающих отраженные в исковом заявлении сведения (договоры, накладные по данной сделке не были переданы конкурсному управляющему);

- не представлена расшифровки дебиторской задолженности и величины запасов (по данным бухгалтерского баланса за 2016 год их величина составляла 6736 тыс. руб. и 6436 тыс. руб. соответственно);

- поступление на расчетный счет ФИО1 в период с сентября 2016 по апрель 2017 4 128 000 руб. с основанием платежа «для расчетов с поставщиками товаров и услуг», отсутствие документов, обосновывающих перечисление данных средств;

- признание недействительной сделки по выводу денежных средств должником в ООО «Технологии Красоты Санкт-Петербург» (в результате указанной сделки генеральным директором ФИО1 были выведены высоколиквидные активы должника – денежные средства в размере 7 486 500 руб. заинтересованному лицу.

- списание активов без отражения в бухгалтерской отчетности, занижение показателей выручки должника.

Ссылка ФИО1 на то, что он является номинальным директором должника, непосредственным руководством хозяйственной деятельностью должника не занимался, в связи с чем, оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не имеется, отклоняется.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 6 Постановления № 53 номинальный руководитель не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку номинальный характер руководства не означает потерю возможности


оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность солидарно.

При этом в том случае, если номинальный руководитель раскрыл информацию, позволившую установить фактического руководителя (конечного бенефициара) и (или) имущество должника, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов, то размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен (но не полностью освобожден от ответственности), исходя из того, насколько его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь.

Поскольку номинальный характер деятельности руководителя по общему правилу не является основанием для освобождения от субсидиарной ответственности (пункты 6, 23 Постановления № 53), а операции по перечислению денежных средств на счета ООО «Технологии Красоты Санкт- Петербург» совершены при непосредственном участии руководителя ФИО1 в 2017 году, соответствующие сделки признаны недействительными вступившими в законную силу судебным актом по статье 61.2 Закона о банкротстве, с целью причинения вреда интересам кредиторов, в связи с чем суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для освобождения указанного лица от ответственности за непередачу документов и установил наличие оснований для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В рассматриваемом случае раскрытая ФИО1 информация в отношении фактического руководителя ФИО6 не привела к восстановлению нарушенных прав кредиторов должника и компенсации их имущественных потерь, в связи с чем, оснований для уменьшения размера субсидиарной ответственности ФИО1 не имеется.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены постановления апелляционного суда (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, оснований для отмены или изменения постановления апелляционного суда как окончательного судебного акта, которым изменен судебный акт суда первой инстанции по настоящему делу, не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2020 по делу № А56-98278/2017/суб.1 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий Н.Ю. Богаткина Судьи К.Г. Казарян

С.Г. Колесникова