Постановление от 19 апреля 2017 г. по делу № А71-5331/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1755/17

Екатеринбург

19 апреля 2017 г.


Дело № А71-5331/2016


Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2017 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 апреля 2017 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Шавейниковой О. Э., Кангина А. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу открытого акционерного общества «Уральский Трастовый Банк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – банк, ответчик) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2017 по делу № А71-5331/2016 Арбитражного суда Удмуртской Республики.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, явку своих представителей не обеспечили.

Общество с ограниченной ответственностью «Инвестконсалт» (далее – общество «Инвестконсалт») обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с иском о взыскании с банка 3 415 руб. 42 коп. задолженности по договору уступки права требования от 25.01.2016 № 2016-1134/25-05.

Иск основан на том, что после заключения договора уступки прав требования к заемщику в сумме 8 115 руб. 42 коп. в ходе процедуры банкротства банка, выяснилось, что после проведения торгов, но до заключения договора уступки заемщик погасил банку часть задолженности, таким образом, цессионарию был уступлен частично несуществующий долг.

На основании ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Бородина Наталья Владимировна, Самойлов А.В.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.10.2016 (судья Костина Е.Г.) в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2017 (судьи Макаров Т.В., Зеленина Т.Л., Семенов В.В.) решение суда первой инстанции от 13.10.2016 отменено, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

В кассационной жалобе банк просит постановление суда апелляционной инстанции от 23.01.2017 отменить, решение суда первой инстанции от 13.10.2016 оставить в силе, ссылаясь на неправильное применение норм материального права, выразившееся в неправильном толковании закона, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам. Заявитель указывает, что вывод суда апелляционной инстанции о возникновении согласно п. 1.2 агентского договора прав и обязанностей по сделке (совершенной агентом с третьими лицами и за счет принципала) непосредственно у принципала противоречит буквальному толкованию абз. 2 п. 1 ст. 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации. По мнению заявителя, условие п. 1.2 агентского договора о возникновении прав и обязанностей по сделке, заключенной между банком и Самойловым А.В., непосредственно у общества «Инвестконсалт» - является ничтожным, надлежащим истцом по делу мог бы являться Самойлов А.В., заключивший договор и указанный в нем как цессионарий, а не общество «Инвестконсалт».

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом кассационной инстанции в порядке, установленном ст. 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.07.2012 по делу № А71-8362/2012 ответчик - общество «Уральский Трастовый Банк» (ОГРН 1021800001190, ИНН 1831027349) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, полномочия конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

В ходе реализации имущества ответчика в процедуре конкурсного производства на электронные торги было выставлено имущество должника, в том числе, право требования Бородиной Н.В. (лот № 36 на сумму 33 753 руб.). Сообщение о торгах посредством публичного предложения № 719968 опубликовано 22.08.2015.

Между Самойловым А.В. (агент) и обществом «Инвестконсалт» (принципал) 30.12.2015 заключен агентский договор, согласно которому агент обязуется по поручению принципала за вознаграждение совершить от своего имени и за счет принципала юридические и фактические действия, необходимые для участия в торговой процедуре «электронные торги имуществом общества «Уральский Трастовый Банк» посредством публичного предложения № 0015442» на электронной торговой площадке «Центр реализации» по адресу в сети Интернет: http://www.bankrupt.centerr.ru/. в отношении лота № 36: право требования - Бородина Н.В. (33 753 руб.), 1 шт. покупка на интервале понижения цены с 24.12.2015 (00:00) по 16.01.2016 (14:00) по цене 2 800 руб.

В силу п. 1.2. агентского договора по сделке, совершенной агентом с третьими лицами от своего имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.

Согласно протоколу о результатах проведения открытых торгов по лоту № 36 от 14.01.2016 победителем данных торгов был признан Самойлов А.В.

Между банком (цедент) и Самойловым А.В., действующим в интересах общества «Инвестконсалт» (цессионарий), 25.01.2016 заключен договор уступки прав требования (цессии) № 2016-134/25-05, согласно которому цедент передает, а цессионарий принимает и оплачивает на условиях договора принадлежащие цеденту права требования к Бородиной Н.В. по кредитному договору от 17.03.2011 № 03820 КП711.

Пунктом 1.3 договора уступки установлено, что права требования к должнику переходят к цессионарию в том объеме и на тех условиях, которые существовали на момент заключения договора, включая права, обеспечивающие исполнение обязательств, и другие права, связанные с уступаемыми правами требования, в том числе: основной долг 8 079 руб. 93 коп., проценты с 01.01.2016 по 12.01.2016 в сумме 35 руб. 49 коп.; права требования по договору поручительства № 03821/11 от 17.03.2011, заключенному с Власовым Евгением Владимировичем.

Согласно п. 1.4. договора цессии права требования по договору переходят от цедента к цессионарию в день зачисления на счет цедента, указанный в разделе 7 договора, денежных средств в размере, установленном п. 2.1 договора.

В соответствии с п. 2.1 договора цессии за приобретаемые права требования цессионарий уплачивает цеденту цену в размере 2 800 руб. Денежные средства, за вычетом суммы задатка, в размере 2 766 руб. 25 коп., цессионарий перечисляет на счет цедента, указанный в разделе 7 договора, не позднее 30 дней с даты заключения договора (п. 2.3. договора уступки).

Согласно п. 3.1.2 договора цессии Банк (цедент) обязан перечислять денежные средства, полученные от должников после перехода права требования, на счет цессионария, указанный в разделе 7 договора, в течение 10 дней с даты их получения.

Оплата по настоящему договору за вычетом суммы задатка была произведена истцом в полном объеме 02.02.2016, что подтверждается платежным поручением № 30 от 22.01.2016 на сумму 2 766 руб., платежным поручением № 41 от 02.02.2016 на сумму 25 коп.

Бородиной Н.В. в счет погашения долга осуществлены платежи банку: 21.01.2016 в сумме 3 700 руб. по платежному поручению № 560, 16.02.2016 в сумме 3 700 руб. по платежному поручению № 330, 25.03.2016 в сумме 1 000 руб. по платежному поручению № 835.

Банк перечислил в адрес нового кредитора (истца) 3 700 руб. по платежному поручению № 330 от 16.02.2016, в сумме 1 000 руб. по платежному поручению 835 от 25.03.2016.

Ссылаясь на то, что общество «Уральский Трастовый Банк» свои обязательства по договору от 25.01.2016 исполнило ненадлежащим образом, истец обратился в арбитражный суд с иском о взыскании 3 415 руб. 42 коп. задолженности по договору уступки права требования от 25.01.2016 № 2016-1134/25-05.

Возражая против исковых требований, банк указывал на то, что договор заключен с агентом покупателя Самойловым А.В., уступка прав требования на момент получения банком 21.01.2016 спорного платежа в размере 3 700 руб. не состоялась, так как оплата по договору цессии не поступала.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что по условиям договора уступки права требования от 25.01.2016 № 2016-1134/25-05 права требования могли перейти к новому кредитору только после внесения полной оплаты новым кредитором, но это произошло уже после частичного погашения заемщиком долга банку в сумме 3 415 руб. 42 коп., в связи с чем полученные банком до момента перехода права к истцу платежи заемщика перечислению в пользу общества «Инвестконсалт» не подлежат.

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя исковые требования, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Согласно п. 1 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования). При этом, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 2 ст. 385 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования.

Первоначальный кредитор, уступивший требование, отвечает перед новым кредитором за недействительность переданного ему требования (ст. 390 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 390 Гражданского кодекса Российской Федерации цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием.

При нарушении цедентом правил, предусмотренных пунктами 1 и 2 настоящей статьи, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков (п. 3 ст. 390 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд апелляционной инстанции, указав, что к моменту заключения договора уступки прав требования (25.01.2016) банк знал о частичном погашении заемщиком уступленного новому кредитору долга; первоначальный кредитор (банк) получил от должника исполнение во всей сумме уступленного долга, пришел к выводу, что сумма 3 415 руб. 42 коп., которая впоследствии не была перечислена первоначальным кредитором новому кредитору, составляет упущенную выгоду нового кредитора (истца), в связи с чем подлежит возмещению ответчиком в качестве убытков по правилам ст. 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции, исследовав доводы кассационной жалобы, полагает, что постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда подлежит изменению в данной части по следующим основаниям.

Совершение сделки уступки права требования (распорядительная сделка) представляет собой исполнение цедентом возникшего из соглашения об уступке права требования (обязательственной сделки) обязательства по передаче цессионарию права (требования).

Как установлено судами и не оспаривается участниками спора, договор цессии заключен между банком и победителем торгов 25.01.2016, то есть именно с этого момента между цедентом и цессионарием возникли обязательственные отношения по передаче и оплате права требования.

Составление 14.01.2016 протокола о результатах проведения открытых торгов по лоту №36 не означает возникновение у Банка обязанности передать право требования, а у победителя торгов – возникновения права требовать передачи ему права требования. Протокол о результатах проведения торгов, определившей победителя, влечет возникновение у банка и победителя торгов обязанность заключить в будущем договор цессии на условиях, указанных в аукционной документации. Возникновение таких обязательств организационного характера имеет своей целью юридически связать стороны единственной обязанностью - заключить в будущем основной договор и правом требовать от другой стороны заключения основного договора. Правовая природа предварительных договоренностей (на основании протокола от 14.01.2016), с точки зрения их самостоятельного значения, не предполагает возникновения обязательственных отношений имущественного характера, вытекающих из будущего договора.

В соответствии со ст. 384 Гражданского Кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Передача недействительного требования рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из соглашения об уступке права (требования).

При этом под недействительным требованием понимается как право (требование), которое возникло бы из обязательства при условии действительности сделки, так и несуществующее (например, прекращенное надлежащим исполнением) право (пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Несуществующее право взыскания задолженности (погашенной Бородиной Н.В. Банку 21.01.2016, то есть в период после определения победителя торгов, но до заключения договора уступки права требования), составляет часть переданного права.

Судами установлено и участниками спора не оспаривается, что денежные средства в размере 4 700 руб., оплаченные Бородиной Н.В. Банку после заключения договора цессии, согласно п. 3.1.2 договора и нормам п. 3 ст. 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации переданы Банком победителю торгов.

Неисполнение обязательства по передаче предмета соглашения об уступке требования в полном объеме влечет ответственность передающей стороны.

К продаже имущественных прав, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав применяются положения параграфа 1 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 статьи 454 Кодекса).

В рассматриваемом случае истец указал на то, что переданное ему право в части является несуществующим, то есть, по сути, ссылался на то, что договорное обязательство по передаче требований не было исполнено в этой части. Аналогичные по содержанию отношения урегулированы пунктом 1 статьи 466 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому, если продавец передал в нарушение договора купли-продажи покупателю меньшее количество товара, чем определено договором, покупатель вправе, если иное не предусмотрено договором, либо потребовать передать недостающее количество товара, либо отказаться от переданного товара и от его оплаты, а если товар оплачен, потребовать возврата уплаченной денежной суммы.

В пункте 1 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием.

При уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования (пункт 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При нарушении цедентом правил, предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков (пункт 3 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из установленных судами фактических обстоятельств настоящего спора (из подлежащего передаче права требования в сумме 8 115, 42 руб. не передано в связи с его оплатой банку до заключения договора цессии право требования в сумме 3415, 42 руб.; цессионарием произведена полная оплата в размере 2 800 руб. за право требования в размере 8 115, 42 руб.; цедентом исполнена обязанность по возврату полученного от должника после заключения договора цессии в размере 4 700 руб.) и вышеприведенных норм права, у цессионария имеется право требовать с цедента взыскания уплаченной денежной суммы пропорционально части переданного несуществующего права. Исходя из пропорции: соотношение 3 415, 42 руб. (часть несуществующего переданного права требования) к 8 115, 42 руб. (подлежащее передаче право требования), цессионарий имеет право требовать из оплаченных им цеденту 2 800 рублей сумму в размере 1 178, 40 руб.

Оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований в указанном размере не имеется.

Однако оснований для удовлетворения заявленных требований в размере всей заявленной суммы в качестве убытков (упущенной выгоды), вопреки выводам апелляционного суда, также не имеется.

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно, если доказаны в совокупности следующие условия: противоправность действий причинителя убытков, причинная связь между такими действиями и возникшими убытками, наличие понесенных убытков и их размер. Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

Вместе с тем, заключение ответчиком договора цессии во исполнении ранее принятого на себя обязательства (возникшего 14.01.2016 на основании протокола об определении победителя торгов) заключить договор на определенных условиях - само по себе не свидетельствует о виновной противоправности его действий, повлекших причинение истцу убытков, иного сторонами не доказано и судами не установлено.

Оснований для привлечения банка к преддоговорной ответственности (ст. 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) в виде взыскания с банка убытков также не имеется. Судами не установлен и истцом не доказан факт недобросовестного поведения банка на преддоговорной стадии: на момент определения победителя торгов (14.01.2016) спорный платеж, частично погашающий подлежащее передаче право требования, еще не был произведен должником. В соответствии с п. 2 ст. 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное; норма о переходе права является диспозитивной, то есть стороны могли согласовать любой иной момент, чем заключение договора. В рассматриваемом споре стороны согласовали моментом перехода права момент полной оплаты цессионарием, предусмотрели последствия поступления цеденту (банку) денежных средств от должников после перехода права требования (перечисление их цессионарию в течение 10 дней).

В рассматриваемой ситуации, учитывая установленные судами обстоятельства спора и исходя из необходимости соблюдения баланса интересов сторон, принципов свободы договора, справедливости и обеспечения эффективной судебной защиты - восстановление прав и интересов участников рассматриваемого спора происходит при использовании способов защиты, специально предусмотренных для случаев нарушения отдельных видов обязательств, а именно: пропорциональное возвращение цедентом цессионарию исполненного по договору.

Согласно ч. 1 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

На основании изложенного суд кассационной инстанции полагает необходимым изменить постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2017 по делу № А71-5331/2016 Арбитражного суда Удмуртской Республики в части взыскания с общества «Уральский Трастовый Банк» в пользу общества «Инвестконсалт» суммы долга, взыскав с ответчика в пользу истца 1 178, 40 руб.

В остальной части постановление апелляционного суда подлежит оставлению без изменения.

Иные доводы, заявленные в кассационной жалобе, судом округа отклоняются как не соответствующие установленным судами фактическим обстоятельствам спора и основанные на неверном толковании норм права.

Руководствуясь ст.ст. 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2017 по делу № А71-5331/2016 Арбитражного суда Удмуртской Республики изменить в части взыскания суммы долга.

Взыскать с открытого акционерного общества «Уральский Трастовый Банк» (ОГРН 1021800001190, ИНН 1831027349) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Инвестконсалт» (ОГРН 1152225008517, ИНН 2225159763) 1 178 руб. 40 коп. В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2017 по делу № А71-5331/2016 Арбитражного суда Удмуртской Республики в оставшейся части оставить без изменения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Инвестконсалт» (ОГРН 1152225008517, ИНН 2225159763) в пользу открытого акционерного общества «Уральский Трастовый Банк» (ОГРН 1021800001190, ИНН 1831027349) в возмещение государственной пошлины за подачу кассационной жалобы 3 000 (три тысячи) руб.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий О.Н. Новикова


Судьи О.Э. Шавейникова


А.В. Кангин