Решение от 22 сентября 2022 г. по делу № А45-18692/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



РЕШЕНИЕ

Дело №А45-18692/2022
г. Новосибирск
22 сентября 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 20 сентября 2022 года

Решение изготовлено в полном объеме 22 сентября 2022 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Абаимовой Т.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общество с ограниченной ответственностью Юридическая Компания «Концерн Сибири» (ИНН <***>), г. Новосибирск

к 1) директору общества с ограниченной ответственностью «Сибирский Сокол» (ОГРН <***>), г. Новосибирск ФИО2; 2) ФИО3, г. Новосибирск

о привлечении к субсидиарной ответственности

при участии в судебном заседании представителей:

истца: ФИО4 по доверенности от 16.06.2022, паспорт, диплом

ответчики: не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Новосибирской области обратилось общество с ограниченной ответственностью Юридическая Компания «Концерн Сибири» (далее – истец, ООО ЮК «Концерн Сибири») к директору общества с ограниченной ответственностью «Сибирский Сокол» (ООО «Сибирский Сокол») ФИО2 (далее – ФИО2) и учредителю ФИО3 (далее – ФИО3) о привлечении к субсидиарной ответственности по задолженности ООО «Сибирский Сокол» перед ООО ЮК «Концерн Сибири» на общую сумму 53 064 рубля 47 копеек.

Заявленные требования обоснованы ссылками на статьи 53, 53.1 ГК РФ, часть 1 статьи 21.1. Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее –Закон № 129-ФЗ), часть 1 статьи 61.13 Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 127-ФЗ), мотивированы тем, что взыскание с ООО «Сибирский сокол» задолженности по судебному приказу от 20.12.2021 по делу № А45-33570/2021, вынесенному в пользу ООО ЮК «Концерн Сибири», невозможно, поскольку общество деятельность не ведет, сведения о расчетных счетах ООО «Сибирский сокол» в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Новосибирской области отсутствуют. Кроме того, согласно сведениям ЕГРЮЛ, 18.03.2022 действующий на сегодняшний день директор организации – должника вышел из состава учредителей, передав принадлежавшую ему долю в уставном капитале ООО «Сибирский сокол», что, по мнению истца, ведет к последующей ликвидации ООО «Сибирский Сокол».

Ответчиком определения о назначении предварительного судебного заседании, судебного заседания направлялись по адресам регистрации, адресу регистрации ООО «Сибирский сокол», определения вернулись за истечением срока хранения.

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассмотрено по существу в отсутствии ответчиков, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Как следует из материалов дела, ООО «Сибирский сокол» в качестве юридического лица создано 30.07.2018 и зарегистрировано Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 16 по Новосибирской области в Едином государственном реестре юридических лиц за основным государственным номером <***>. Учредителем Общества является ФИО3 с долей в с уставном капитале - 50%, оставшиеся 50 % распределены обществу, директором - ФИО2 (08.06.2022 внесена запись о недостоверности сведений).

Судебным приказом от 20.12.2021 по делу № А45-33570/2021 с ООО «Сибирский сокол» в пользу истца взыскана задолженность в размере 53 064 рубля 47 копеек.

На основании указанного судебного приказа ООО ЮК «Концерн Сибири» обратилось в Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 21 по Новосибирской области с запросом о предоставлении сведений о имеющихся в финансово-кредитных учреждениях расчетных счетах ООО «Сибирский Сокол», на что был получен ответ от 21.04.2022 года о том, что сведения о счетах отсутствуют.

Ссылаясь на то, что ответчики не приняли мер по погашению долга перед истцом, при недостаточности средств не обратились в суд с соответствующим заявлением о признании Общества банкротом, ООО ЮК «Концерн Сибири» обратилось с настоящим заявлением в арбитражный суд.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В соответствии со ГК РФ защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными указанной статьей, а также иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Исходя из заявленных требований и приведенных правовых норм, а также особенностей возникших правоотношений в предмет доказывания по настоящему делу входят: нарушение прав заявителя, факт ненадлежащего исполнения обязанности учредителем, директором, факт причинения вреда и размер понесенных убытков и причинная связь между ненадлежащим исполнением и причиненными убытками.

Возможность удовлетворения требований о взыскании убытков обусловлена наличием совокупности всех указанных условий. Отсутствие одного из них является основанием для отказа истцу в иске.

Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Уполномоченное лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) разъяснено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

По смыслу приведенных норм права и их разъяснений при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе. При этом вина директора презюмируется, действия директора считаются виновными, если с его стороны имели место недобросовестные и (или) неразумные действия (бездействие).

Согласно пункту 4 Постановления № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица, могут быть взысканы с директора.

Только недобросовестность или неразумность действий (бездействия) органов юридического лица является основанием для привлечения к ответственности в случае причинения убытков юридическому лицу. И то и другое является виновным. Вина в данном случае рассматривается как непринятие объективно возможных мер по устранению или недопущению отрицательных результатов своих действий, диктуемых обстоятельствами конкретной ситуации. Вина как элемент состава правонарушения при оценке действий (бездействий) органов юридического лица отдельно не доказывается, поскольку подразумевается при доказанности недобросовестности или неразумности действий (бездействия) органов юридического лица.

В данном случае основанием обращения с иском указано неисполнение ответчиками судебного приказа Арбитражного суда Новосибирской области от 20.12.2021 по делу №А45-33570/2021, обусловленное недобросовестностью и неразумностью учредителя Общества ФИО3 и руководителя ФИО2; у Общества отсутствуют расчетные счета; ФИО2 вышел из состава участников Общества.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений. Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя или учредителя юридического лица возлагается на лицо, требующее привлечения ответчика к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления № 62, а именно:

пункт 2: недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.);

пункт 3: неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

При этом, ответственность органа юридического лица перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

В связи с этим не любое сомнение в добросовестности действий руководителя/участника должно толковаться против ответчиков, такие сомнения должны быть обоснованными и подтверждать отсутствие намерения со стороны ответчиков погасить задолженность перед истцом.

Привлечение контролирующих должника лиц к ответственности в виде взыскания убытков является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

По смыслу вышеприведенных положений неисполнение контролирующими лицами должника обязанностей по приведению сведений о юридическом лице в соответствие, вопреки доводам заявителей жалобы, не может являться безусловным основанием для возложения ответственности на таких контролирующих лиц в рамках настоящего спора.

Взыскание задолженности с контролирующих общество лиц в судебном порядке не означает автоматическое переложение долга на контролирующее это общество лицо; предъявляя требование о привлечении руководителя (учредителей) должника к субсидиарной ответственности, истец должен привести доказательства совершения ответчиком неправомерных действий.

Проанализировав представленные истцом в дело доказательства – судебный приказ и ответ налогового органа об отсутствии счетов (иных не представлено) по правилам статьи 71 АПК РФ с учетом недоказанности неплатежеспособности Общества, суд пришел к выводу о том, что истец не подтвердил недобросовестность либо неразумность действий ответчиков, повлекших неисполнение обязательств Общества перед истцом.

Следует отметить, что истец не обращался в службу судебных приставов за принудительным исполнением требований судебного акта; доказательств невозможности исполнения судебного акта в принудительном порядке не представил.

Истцом также не представлено доказательств вывода активов Общества, совершения действий, свидетельствующих о намеренном уклонении от исполнения решения суда.

То обстоятельство, что ФИО2 вышел из состава учредителей, учитывая наличие него такого права, предоставленного законом, само по себе, не свидетельствует о совершении ответчиками виновных действий, влекущих привлечение их к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Сибирский сокол».

Доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств, являющихся в силу пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» основанием для обязательного обращения руководителя должника с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом), не имеется.

Причинно-следственная связь между вменяемыми в вину действиями (бездействием) ответчиков и наступившими последствиями в виде неисполнения судебного акта в пользу истца ООО ЮК «Концерн Сибири» не доказана. Следовательно, не доказана необходимая совокупность условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Исходя из вышеизложенного, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате госпошлины относятся на истца.

Арбитражный суд разъясняет лицам, участвующим в деле, что настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Руководствуясь статьями 110, 170, 176, 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск).

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья Т.В. Абаимова