Решение от 29 июля 2019 г. по делу № А40-59970/2019

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А40-59970/19-60-348
29 июля 2019 года
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 22 июля 2019 года

Решение в полном объеме изготовлено 29 июля 2019 года

Арбитражный суд в составе: председательствующего Буниной О.П.,

членов суда: единолично, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Зайцевой Н.С.,

в заседании приняли участие:

от истца – ФИО1 – представитель, по доверенности от 23.05.2019г. №23/2019,

от ответчика – ФИО2 – представитель, по доверенности от 24.12.2018г. №116/18;


рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда по адресу: <...>, зал 5072 дело по иску Индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 314501205700080, ИНН <***>, дата регистрации: 26.02.2014) к Обществу с ограниченной ответственностью «Красный Октябрь-Рассказовка» (ОГРН <***>, ИНН <***>; 117186, Москва, ул.Нагорная, д.20, кор.1, дата регистрации: 18.07.2012г.)

третьи лица: ФИО4, ФИО5

о взыскании 1.167.461руб.

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО3 обратился в суд с иском к ООО «Красный Октябрь-Рассказовка», с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц без самостоятельных требований на предмет спора ФИО4, ФИО5, о взыскании 1.167.461руб., в том числе: 778.307руб. неустойки, 389.154руб. штрафа, в соответствии со ст.ст.309, 310, 314, 329, 330, 332, 333 ГК РФ, ФЗ от 30.12.2004г. №214-ФЗ, Законом РФ от 07.02.1992 №2300-1 «О защите прав потребителей».

Исковые требования мотивированы нарушением ответчиком обязательств по договору участия в долевом строительстве №Р-7/8-352/8-1 от 31.10.2016, право требования неустойки по которому, уступлено третьими лицами истцу на основании договора от 07.02.2019г. №282/31/01.

Истец в судебном заседании заявленные требования поддержал.

Ответчик в удовлетворении заявленных требований просил отказать по доводам письменного отзыва на иск и дополнениям к нему, заявил о применении положений ст.333 ГК РФ.

Заслушав в открытом судебном заседании доводы и пояснения представителей сторон, исследовав письменные доказательства по делу, суд пришел к следующим выводам.

В ходе судебного разбирательства установлено, что между гражданами ФИО4, ФИО5 (Участник долевого строительства, третьи лица) и ООО «КРАСНЫЙ ОКТЯБРЬ РАССКАЗОВКА» (застройщик) был заключен Договор участия в долевом строительстве №Р-7/8-352/8-1 от 31.10.2016г., предметом которого являлось строительство Застройщиком жилого дома по строительному адресу: г.Москва, п.Внуковское, д.Рассказовка, на земельном участке с кадастровым номером 50:21:0110504:44, и обязанность Застройщика по передаче Объекта долевого строительства, жилого (нежилого) помещения (далее -«Квартира») Участнику долевого строительства согласно пп.2.5 и 6.2 Договора долевого участия в течение 8(восьми) месяцев с даты получения в установленном порядке Разрешения на ввод Многоквартирного дома в эксплуатацию (ориентировочный срок ввода IV квартал 2017г. (не позднее 31 декабря 2017г.). Следовательно, крайний срок для передачи Объекта долевого участия - 31.08.2018г.

Цена квартиры, в соответствии с Договором долевого участия составляет 9 415 010 рублей (п. 3.1 Договора долевого участия).

Принятые на себя обязательства Застройщик в нарушение положений Договора надлежащим образом не исполнил, допустил просрочку исполнения обязательства.

28.12.2018г. дольщик (первоначальный кредитор) с целью досудебного урегулирования настоящего спора направил Ответчику претензию с требованием уплатить неустойку, а также штраф за неудовлетворение требований в добровольном порядке в размере 50% от суммы долга. Претензия осталась без ответа.

07.02.2019г. участник долевого строительства и Индивидуальный предприниматель ФИО3 (истец) заключили Договор уступки права (требования) по договору долевого участия строительстве.

Согласно условиям Договора цессии (Новый кредитор) принял право требования неустойки (пени) за нарушение сроков передачи квартир за период с года до момента подписания передаточных актов, предусмотренной п.2 ст.6 Федерального закона от 30.12.2004 N214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» и штрафной санкции, предусмотренной п.6 ст.13 Закона РФ от 07.02.1992 N2300-1 «О защите прав потребителей».

07.02.2019г. Дольщик (первоначальный кредитор) направил в адрес Застройщика Уведомление об уступке права (требования) неустойки по договору участия в долевом строительстве.

Истец направил в адрес ответчика 07.02.2019г. повторно претензию с просьбой уплатить новому кредитору – Индивидуальному предпринимателю ФИО3 законную неустойку, а также штраф за неудовлетворение требований в добровольном порядке в размере 50% от суммы долга.

Требования, указанные в претензии Первоначального кредитора и Нового кредитора, не исполнены по настоящее время.

Согласно расчету истца сумма неустойки составила 778.307руб.

Согласно п.3.1 Договора долевого участия стоимость квартиры составляет 9 145 010 руб. Крайний срок передачи объекта долевого строительства согласно

Согласно п.2.5 - Дата вода в эксплуатацию - IV квартал 2017 года (не позднее 31 декабря 2017), крайней срок передачи объекта 31.08.2018г., акт приема-передачи подписан 0702.2019г., следовательно, просроченным периодом является с 31.08.2018г. по 07.02.2019г. (160 дней), а размер неустойки, исходя из приведенных исходных данных составила 778.307руб.

Также, истцом начислен ответчику штраф в размере 50% от суммы неустойки на основании п.6 ст.13 Закона о защите прав потребителей.

Возражая против удовлетворения заявленных требований ответчик указал на то, что срок ввода МКД являлся ориентировочным, разрешение на ввод объекта в эксплуатацию выдано 22.12.2018г., следовательно, окончательный срок передачи объекта 22.08.2019г., уступка штрафа не могла состояться поскольку право получено предпринимателем, а не гражданином-потребителем. В рамках дополнительных пояснениях, ответчиком заявлено о притворном характере договора цессии, указаны основания для прекращения производства по делу, поскольку, фактически претензии между ответчиком и третьим лицом.

В силу ст.ст.309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. При этом односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допустим.

Как указано в ст.314 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения или период времени, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно, в любой момент в пределах такового срока.

В соответствии с п.1 ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой.

Согласно п.1 ст.330 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан уплатить кредитору определенную законом или договором неустойку в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В силу ст.332 ГК РФ кредитор вправе требовать уплаты неустойки, определенной законом (законной неустойки), независимо от того, предусмотрена ли обязанность ее уплаты соглашением сторон.

В соответствии с ч.2 ст.6 Федерального Закона от 30.12.2004 №214-ФЗ, в случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки. Если участником долевого строительства является гражданин, предусмотренная настоящей частью неустойка (пени) уплачивается застройщиком в двойном размере.

При этом, как разъяснил Верховный суд Российской Федерации в п. 10 «Обзора практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости» (утв. Президиумом Верховного суда РФ 04.12.2013г.) к отношениям застройщика и участника долевого строительства - гражданина, законодательство Российской Федерации о защите прав потребителей применяется в соответствии с частью 9 статьи 4 Закона об участии в долевом строительстве.

В соответствии со ст.10 Федерального Закона от 30.12.2004г. №214-ФЗ, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору сторона, не исполнившая своих обязательств или ненадлежащее исполнившая свои обязательства, обязана уплатить другой стороне предусмотренные настоящим Федеральным законом и указанным договором неустойки (штрафы, пени) и возместить в полном объеме причиненные убытки сверх неустойки.

В силу положений, предусмотренных статьями 312, 382, 385 ГК РФ и в соответствии с Информационным письмом Президиума ВАС РФ от 31.10.2007 №120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» должник при предоставлении ему доказательств перехода прав (требования) к новому кредитору не вправе не исполнять обязательство данному лицу. Кодекс не предусматривает обязательность предоставления должнику в качестве доказательства перемены кредитора соглашение, на основании которого цедент принял обязательство передать право (требование) цессионарию.

Достаточным доказательством является уведомление должника, подписанное цедентом о состоявшейся уступке права (требования) либо предоставление должнику акта, которым оформляется исполнение обязательства по передаче права (требования), содержащегося в соглашении об уступке права (требования).

Рассматривая доводы ответчика о притворности, суд отмечает, следующее:

В силу пункта 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Часть 1 статьи 1 Закона об участии в долевом строительстве допускает уступку права требования по договору участия в долевом строительстве после уплаты цены договора или одновременно с переводом долга на нового участника долевого жительства в порядке, установленном ГК РФ.

Таким образом, в соответствии со статьей 384 ГК РФ право на взыскание неустойки может быть передано наряду с правами в отношении объекта долевого строительства новому кредитору. По смыслу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным. Условие об определении платы за уступаемое право в размере 65% от взысканной по решению суда суммы, обусловлено тем, что в результате взыскания неустойки в судебном порядке суд может определить иной ее размер, от которого согласованная часть в процентном соотношении подлежит впоследствии выплате цеденту.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее - Постановление No 54) разъяснено, что согласно статье 421 ГК РФ стороны также вправе, в частности, заключить договор, по которому первоначальный кредитор (цедент) обязуется уступить новому кредитору (цессионарию) требование к должнику, а новый кредитор (цессионарий) принимает на себя обязанность передать первоначальному кредитору (цеденту) часть того, что будет исполнено должником по уступаемому требованию.

Из приведенного разъяснения следует, что условие договора уступки об инкассо-цессии (цессия для целей взыскания), посредством которой требование уступается новому кредитору с условием уплаты части взысканных денежных средств, не противоречит нормам закона, выражает волю сторон на избрание такого способа оплаты уступаемого права требования.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 3 Постановления N 54, отсутствие в договоре уступки условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. Более того, следует признать, что несмотря на отсутствие твердой договорной цены, стороны согласовали порядок ее определения и расчета. При таких обстоятельствах у суда нет оснований оснований для квалификации указанных пунктов договора уступки как условия «о гонораре успеха», выводов о противоречии их закону и о недобросовестности цессионария ввиду его намерения получить максимальную материальную выгоду.

При этом следует отметить, что ответчик, не исполнивший своих обязательств по договору участия в долевом строительстве как по передаче объекта долевого строительства в согласованный им срок, так и по уплате неустойки, установленной Законом об участии в долевом строительстве, по требованиям первоначального и последующего кредиторов, сам не может быть признан добросовестным.

В соответствии с п.17 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации №54 от 21.12.2017 уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ).

Доводы ответчика о том, что имеются основания для прекращения производства по настоящему делу как неподлежащего рассмотрению настоящего дела в арбитражном суде, поскольку спор касается отношений ответчика и третьих лиц – физических лиц (дольщиков) отклоняются судом, поскольку в данном случае требования в части взыскания штрафных санкций за нарушение исполнения договора долевого участия с третьими лицами истцу, который является субъектом предпринимательской деятельности, в связи с чем, и по субъекту и по предмету заявленных требований, спор относится к подведомственности Арбитражного суда г. Москвы.

Согласно части 1 статьи 6 Закона об участии в долевом строительстве застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства не позднее срока, который предусмотрен договором и должен быть единым для участников долевого строительства, которым застройщик обязан передать объекты долевого строительства, входящие в состав многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости или в состав блок-секции многоквартирного дома, имеющей отдельный подъезд с выходом на территорию общего пользования, за исключением случая, установленного частью 3 данной статьи, предусматривающей изменение установленного договором срока. В соответствии с частью 2 статьи 6 названного закона в случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трёхсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки. Если участником долевого строительства является гражданин, предусмотренная данной частью неустойка (пени) уплачивается застройщиком в двойном размере.

Согласно пункту 2 части 4 статьи 4 данного закона договор участия в долевом строительстве должен содержать срок передачи застройщиком объекта долевого строительства участнику долевого строительства. Статьёй 8 Закона об участии в долевом строительстве установлено, что передача объекта долевого строительства осуществляется не ранее чем после получения в установленном порядке разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости (часть 2).

После получения застройщиком в установленном порядке разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости застройщик обязан передать объект долевого строительства не позднее предусмотренного договором срока. При этом не допускается досрочное исполнение застройщиком обязательства по передаче объекта долевого строительства, если иное не установлено договором (часть 3).

Из приведённых положений закона следует, что договор участия в долевом строительстве должен содержать условие о сроке передачи застройщиком объекта долевого строительства участнику этого строительства. При этом передача объекта должна быть произведена не ранее получения застройщиком разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома или иного объекта недвижимости и не позднее установленного договором срока. В соответствии со ст.190 ГК РФ установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами. Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить. Получение разрешения на ввод многоквартирного дома или иного объекта недвижимости в эксплуатацию не является событием, которое должно с неизбежностью наступить, и само по себе не может рассматриваться как условие о сроке. Вместе с тем положения статьи 190 Гражданского кодекса Российской Федерации не исключают определение срока путём комбинации взаимосвязанных периодов и календарных дат. Взаимосвязанными условиями заключённого сторонами договора срок передачи участнику долевого строительства объекта определён установлением двух последовательных периодов: периода завершения строительства (ввод объекта в эксплуатацию - 4-ый квартал 2017 (31 декабря 2017 года), а также периода, в течение которого после завершения строительства объект должен быть передан участнику долевого строительства, - не позднее шести месяцев с момента получения разрешения на ввод в эксплуатацию (пункт 6.2 договора). Указание на предусмотренное пунктом 6.2 договором условие о передаче объекта долевого строительства в течение определённого периода с момента получения разрешения на ввод многоквартирного дома в эксплуатацию как на единственное условие о сроке, без взаимосвязи с условием пункта 2.5 о сроке строительства, фактически означало бы отсутствие в договоре участия долевого строительства конкретного срока передачи застройщиком объекта долевого строительства участнику этого 6 строительства, что недопустимо в силу приведённых выше положений пункта 2 части 2 статьи 4 Закона о долевом строительстве и привело бы к нарушению прав и законных интересов участника долевого строительства вследствие несвязанности застройщика конкретным сроком исполнения обязательства.

Согласно п.2.5 Договора участия в долевом строительстве ориентировочный срок ввода Многоквартирного дома в эксплуатацию IV квартал 2017г. (не позднее 31.12.2017г.), в соответствии с п.6.2 Договора Застройщик обязуется в течение 8 месяцев с даты получения в установленном порядке Разрешения на ввод Многоквартирного дома в эксплуатацию передать по передаточному акту Объект долевого строительства Третьему лицу как участнику долевого строительства. Таким образом, исходя из предельной даты ввода Многоквартирного дома в эксплуатацию - 31.12.2017г., Ответчик должен был передать Объект долевого строительства не позднее 31.08.2018г. На основании вышеизложенного довод Ответчика об отсутствии пропуска срока для сдачи объекта, отклоняется судом как противоречащий фактическим обстоятельствам дела.

Доказательств изменения сторонами условия о сроке передачи застройщиком объекта долевого строительства, равно как и доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств, освобождающих ответчика от ответственности за нарушение срока исполнения обязательств по передаче квартиры, в материалы дела не представлено.

Напротив, представленным в материалы дела актом передачи объекта строительства, подтвержден факт нарушения застройщиком срока передачи

В соответствии с частью 2 статьи 6 Закона N214-ФЗ в случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки.

По смыслу приведенной нормы при исчислении неустойки, подлежащей взысканию с застройщика в связи с просрочкой передачи объекта участнику долевого строительства, подлежит применению неустойка, действующая на день исполнения застройщиком обязательства по передаче объекта.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, объект строительства передан участнику 07.02.2019г.

Суд проверил расчет неустойки, выполненный истцом, и признает его составленным математически и методологически верно, истец правильно, определяет период просрочки в обязательстве, а также применяет ключевую ставку Банка России действующую в период фактической период передачи квартиры.

Ответчиком заявлено об уменьшении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая взысканию неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушений обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных законом, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требований статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать прав и свобод других лиц. При применении данной нормы суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойкой) и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 N 263-О). Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочным понятием, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). Изучив представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения ходатайства ответчика об уменьшении размера неустойки. Как следует из материалов дела, право на взыскание неустойки в заявленной сумме основано на договоре уступки прав требования. При этом, именно для участника долевого строительства объекта недвижимости возникли неблагоприятные последствия из-за нарушения застройщиком срока исполнения обязательства по строительству и передаче ему объекта строительства, указанного в договоре от 22.04.2015г.

Согласно пункту 5 мотивировочной части постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 06.10.2017 № 23-П: «Положение пункта 1 статьи 333 ГК Российской Федерации, закрепляющее право суда уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2012 года N 185-О-О, от 22 января 2014 года N 219-О, от 24 ноября 2016 года N 2447-О, от 28 февраля 2017 года N 431-О и др.). Требование о снижении размера неустойки, являясь производным от основного требования о взыскании неустойки, неразрывно связано с последним и позволяет суду при рассмотрении дела по существу оценить одновременно и обоснованность размера заявленной к взысканию неустойки, то есть ее соразмерность последствиям нарушения обязательства, что, по сути, направлено на реализацию действия общеправовых принципов справедливости и соразмерности, а также обеспечение баланса имущественных прав участников правоотношений при вынесении судебного решения и согласуется с положением статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 ноября 2016 года N 2447-О и от 28 февраля 2017 года N 431-О)».

Оценив материалы дела, характер и степень нарушения застройщиком договорных обязательств, а также то, что взыскателем по настоящему спору является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, и неблагоприятные последствия из-за нарушения застройщиком срока исполнения обязательства по строительству и передаче им объекта строительства, указанного в договоре от 31.10.2016г. №Р-7/8-352/8-1, возникли у третьих лиц, а не у истца, суд считает возможным и необходимым уменьшить сумму подлежащей взысканию неустойки до общей суммы 389.153руб. 50коп. В удовлетворении остальной части заявленного требования следует отказать.

Уменьшая размер неустойки, суд учел баланс интересов сторон, а также принцип соразмерности ответственности последствиям неисполнения обязательств ответчиком.

Истцом также заявлено требование о взыскании штрафа за неисполнение в добровольном порядке требования потребителя на основании части 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N2300-1 "О защите прав потребителей" (далее также Закон N2300-1). С учетом новейшей практики применения указанной нормы судами (например, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2019 N 15АП22468/2018 по делу NА32-41363/2018), суд полагает, что оснований для удовлетворения такого требования у суда не имеется.

Так, пунктом 6 статьи 13 Закона N2300-1 установлено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. Указанной нормой определен субъектный состав лиц, которые вправе обратиться в суд с требованием о взыскании с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя.

Следовательно, требование предпринимателя к обществу о взыскании штрафа не тождественно требованию потребителя и его невозможно передать субъекту предпринимательской деятельности до момента вынесения судом решения о его удовлетворении. Закон N2300-1, закрепляя возможность взыскания с указанных лиц штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований гражданина-потребителя, исходя из необходимости защиты интересов определенной стороны в правоотношениях в связи с ее особым экономическим положением устанавливает как конкретный состав лиц, которые вправе обратиться в суд, также момент возникновения указанного права требования. Поскольку по своей правовой природе уступка права требования оплаты штрафа за добровольное неисполнение требования потребителя является уступкой будущего требования, которое возникает после вынесения решения суда о взыскании соответствующего штрафа в пользу потребителя, доказательства присуждения в пользу дольщика спорной суммы штрафа не представлены, оснований для удовлетворения исковых требований предпринимателя в части взыскания штрафа на основании части 6 статьи 13 Закона N 2300-1 не имеется.

Согласно абзацу первому преамбулы к Закону о защите прав потребителей, настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами.

Потребителем, согласно абзацу третьему преамбулы, признается гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

При удовлетворении в судебном порядке требования истца о взыскании неустойки на основании части 2 статьи 6 Федерального закона 214-ФЗ суд приходит к выводу о том, что у истца в связи с этим не могло возникнуть предусмотренное пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей право на присуждение ему штрафа, поскольку истец в силу буквального прочтения и толкования абзаца третьего преамбулы к указанному Закону, не является и не может являться потребителем. Кроме того, в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2016 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" содержится разъяснение, согласно которому права потерпевшего на возмещение вреда жизни и здоровью, на компенсацию морального вреда и на получение предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штрафа, а также права потребителя, предусмотренные пунктом 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей, не могут быть переданы по договору уступки требования (статья 383 ГК РФ); присужденные судом суммы компенсации морального вреда и предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штрафа могут быть переданы по договору уступки права требования любому лицу. Хотя указанное постановление и посвящено в основном иным вопросам правового регулирования, принципиальным является указание Верховного Суда о недопустимости уступки права требования штрафа, предусмотренного пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей до принятия судебного акта по иску потребителя.

Только после определения судом по иску потребителя соответствующего штрафа указанный штраф (равно как и сумма компенсации морального вреда) может быть передан в порядке цессии. Поскольку первоначальные кредиторы по заявленному периоду времени с иском в суд общей юрисдикции о взыскании штрафа не обращалась, копии решения суда о присуждении суммы штрафа не представил, они не могли передать такое требование в пользу истца.

Предусмотренный п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей штраф за отказ от добровольного удовлетворения требований потребителя по своей правовой природе является правом гражданина-потребителя на безусловную компенсацию предполагаемых убытков, связанных с нарушением имущественных и личных неимущественных прав, составляющих в своей совокупности единый комплекс прав гражданина-потребителя, неразрывно связанных с его личностью.

Учитывая, что переход права путем его уступки по договору является идеальным (неовеществленным), переход указанного права, неразрывно связанного с личностью гражданина - потребителя, на основании ст. 383 Гражданского кодекса Российской Федерации следует считать несостоявшимся.

Норма пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей не может быть истолкована по-разному применительно к разным видам договоров, если указанные договоры регулируются Законом о защите прав потребителей и если самим законом не предусмотрено исключения. Существом законодательного регулирования Закона о защите прав потребителей является принцип повышенной защищенности граждан, вступающих в гражданские правоотношения с профессиональными участниками, являющимися экономически и организационно более сильными участниками данных отношений. В свою очередь передача таких прав граждан-потребителей в пользу других профессиональных участников гражданских правоотношений, в том числе для их реализации в ином процессуальном порядке (по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а не Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), может создать для них не обусловленные их статусом преимущества. Поскольку у истца по настоящему делу отсутствует право на взыскание штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований в соответствии с Федерального закона "О защите прав потребителей", данное требование следует признать необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

В пункте 3 мотивировочной части Определения от 15.01.2019 N3-О Конституционный Суд Российской Федерации указал: "Что касается пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", то Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал, что предусмотренное им правовое регулирование, устанавливающее самостоятельный вид ответственности в виде штрафа за нарушение установленного законом добровольного порядка удовлетворения требований потребителя как менее защищенной стороны договора, направлено на стимулирование добровольного исполнения требований потребителя изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) как профессиональным участником рынка (определения от 17 октября 2006 года N 460-О, от 16 декабря 2010 года N 1721-О-О, от 21 ноября 2013 года N 1836-О, от 22 апреля 2014 года N 981-О, от 23 апреля 2015 года N 996-О и др.) и с учетом разъяснений, содержащихся, в частности, в пунктах 1, 2, 10 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", пункте 1.4 Обзора судебной практики разрешения дел по спорам, возникающим в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 июля 2017 года, не может расцениваться как нарушающее какие-либо конституционные права граждан. Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации подчеркивал, что обеспечение применения абзаца первого пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" с учетом разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, относится к полномочиям судов общей юрисдикции и, следовательно, возникающие случаи отступления от смысла данного законоположения, придаваемого ему сложившейся правоприменительной практикой, подлежат исправлению в рамках системы судов общей юрисдикции (определения от 16 июля 2015 года N 1804-О и N 1805-О), равно как и арбитражных судов".

Таким образом, право применять норму абзаца первого пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" вправе только суд общей юрисдикции в рамках спора о защите прав потребителей.

Поскольку арбитражные суды не наделены компетенцией рассматривать гражданско-правовые споры о защите прав потребителей, они не вправе применять указанную норму закона и самостоятельно определять наличие оснований и размера указанного штрафа.

Вместе с тем заключение соглашения о цессии в отношении потребительского штрафа не должно оцениваться как недействительная сама по себе сделка, поскольку законодательство допускает возможность заключения соглашения о цессии будущих прав (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 года N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", пункт 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Арбитражный суд при отсутствии вступившего в законную силу решения суда общей юрисдикции о присуждении потребительского штрафа должен констатировать, что субъективное право цессионария на взыскание штрафа не созрело, в связи с чем в указанной части иск не подлежит удовлетворению, что не лишает цессионария предъявить новый иск после вступления решения суда общей юрисдикции в законную силу или предъявить к цеденту требование, связанное с неисполнением соответствующей обязанности цедента по передаче будущего права.

При изложенных обстоятельствах, заявленные требования подлежат удовлетворению частично.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, предусмотрено статьей 110 АПК РФ. В силу пункта 1 данной статьи судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.8, 12, 309, 310, 330, 333, 382, 384 ГК РФ, ст.ст.4, 51, 65, 75, 101-103, 110, 112, 123, 156, 167-171, 176 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Красный Октябрь-Рассказовка» (ОГРН <***>, ИНН <***>; 117186, Москва, ул.Нагорная, д.20, кор.1, дата регистрации: 18.07.2012г.) в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 314501205700080, ИНН <***>, дата регистрации: 26.02.2014) 389.153 (триста восемьдесят девять тысяч сто пятьдесят три) рубля 50 копеек неустойки, а также 16.451 (шестнадцать тысяч четыреста пятьдесят один) рубль судебных расходов по госпошлине.

В удовлетворении исковых требований о взыскании 389.153руб. 50коп. неустойки и 389.154руб. штрафа отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Девятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения.


Судья О.П. Бунина