Постановление от 17 декабря 2020 г. ФАС ВВО (ФАС Волго-Вятского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А79-2931/2017

18 декабря 2020 года


Резолютивная часть постановления объявлена 17.12.2020.

Постановление в полном объеме изготовлено 18.12.2020.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Жегловой О.Н., Кузнецовой Л.В.


в отсутствие представителей участвующих в деле лиц


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1


на определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 17.07.2020 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2020

по делу № А79-2931/2017


по заявлению финансового управляющего ФИО2 –

ФИО3

о признании сделок недействительными и

о применении последствий их недействительности


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – должник) конкурсный управляющий должника ФИО3 обратился в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии с заявлением о признании недействительными договора дарения ценных бумаг от 28.06.2016, заключенного ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемая), договора купли-продажи от 02.03.2017 по отчуждению ФИО4 в собственность ФИО1 40 обыкновенных именных бездокументарных акций закрытого акционерного общества «Стройсервис» (далее –

ЗАО «Стройсервис») и о применении последствий недействительности сделок в виде возврата отчужденных акций и взыскания их стоимости в конкурсную массу должника.

Заявление финансового управляющего основано на пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»

(далее – Закон о банкротстве) и мотивировано тем, что оспоренные договоры носят характер единой сделки по выводу имущества из собственности должника, совершенной в ущерб имущественным интересам кредиторов.

Суд первой инстанции определением от 17.07.2020, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2020, признал недействительным договор дарения ценных бумаг от 28.06.2016 и сделку по отчуждению в собственность ФИО1 40 обыкновенных именных бездокументарных акций ЗАО «Стройсервис» на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации как единую сделку, направленную на вывод имущества должника; в качестве применения последствий недействительности сделки суд списал акции со счета ФИО1, зачислив их на счет ФИО2 в реестре владельцев ценных бумаг, и взыскал с ФИО4 в пользу ФИО1 400 000 рублей, уплаченных за приобретенные акции.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами в части признания недействительной сделки по отчуждению в его собственность 40 обыкновенных именных бездокументарных акций ЗАО «Стройсервис», ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 17.07.2020 и постановление от 08.10.2020 в обжалованной части и принять новый судебный акт об отказе финансовому управляющему в признании названной сделки недействительной и применении последствий ее недействительности в виде списания акций со счета ФИО1 и зачисления на счет ФИО2 в реестре владельцев ценных бумаг.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами норм материального и процессуального права. По мнению ФИО1, акции подлежали истребованию у него как у второго приобретателя исключительно посредством предъявления виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. ФИО1 приобрел акции в качестве физического лица, поэтому иск об их истребовании не относится к компетенции арбитражного суда, а подлежит рассмотрению в суде общей юрисдикции.

Заявитель кассационной жалобы ссылается на необоснованное применение судами пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку признаками притворности обладает сделка, прикрывающая иную волю всех ее участников, тогда как ФИО1 раскрыл цели приобретения ценных бумаг, а именно: для их перепродажи и получения прибыли; он использовал предоставляемые приобретенными акциями корпоративные права посредством участия 21.05.2019 в общем собрании акционеров ЗАО «Стройсервис».

Как полагает заявитель жалобы, в данном случае отсутствует такой квалифицирующий признак, как приобретение им акций в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов. Так, на момент совершения оспариваемой сделки ФИО1 не знал и не мог знать о наличии у ФИО2 признаков неплатежеспособности; ФИО1 не являлся заинтересованным по отношению к должнику либо ФИО4 лицом; приобрел акции по цене предложения; не располагал сведениями о продолжительности владения акциями продавцом

(ФИО4) и о принадлежности их ранее ФИО2

ФИО1 направил в Арбитражный суд Волго-Вятского округа ходатайство об отложении рассмотрения кассационной жалобы в связи с невозможностью явки в судебное заседание. Также ходатайство об отложении судебного заседания поступило от ФИО4, в котором последняя ссылается на отсутствие у нее копии кассационной жалобы и необходимость заключения договора на представление ее интересов в суде.

Рассмотрев заявленные ходатайства, суд округа не усмотрел процессуальных оснований для их удовлетворения.

Согласно пункту 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными. В силу данной нормы отложение разбирательства является правом, а не обязанностью суда.

Кроме того, с учетом особенностей рассмотрения дела в суде кассационной инстанции явка участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, не является обязательной (часть 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Принимая во внимание отсутствие уважительных причин невозможности явки ответчиков в судебное заседание, имеющиеся в материалах дела доказательства своевременного направления копии кассационной жалобы лицам, участвующим в деле, в том числе ФИО4, проживание заявителя кассационной жалобы, должника и ФИО4 на одной территории (деревня Урмаево Комсомольского района Чувашской Республики), а также отсутствие в кассационной жалобе фактических и правовых вопросов, которые не могут быть надлежащим образом разрешены на основании материалов дела и письменных доводов участвующих в деле лиц, суд пришел к выводу о том, что жалоба может быть рассмотрена в отсутствие представителей участвующих в деле лиц в порядке части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Финансовый управляющий ФИО3 в письменном отзыве на кассационную жалобу отклонил доводы заявителя, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 17.07.2020 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2020 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в обжалованной части в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе и в отзыве на нее, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемая) заключили договор дарения ценных бумаг от 28.06.2016, в соответствии с которым ФИО2 передал ФИО4 в дар 40 обыкновенных именных бездокументарных акций ЗАО «Стройсервис» номинальной стоимостью 105 рублей.

Впоследствии ФИО4 по договору купли-продажи от 02.03.2017 реализовала 40 обыкновенных именных бездокументарных акций ЗАО «Стройсервис» в собственность ФИО1 по цене 40 рублей.

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии определением от 06.04.2017 возбудил дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО2; определением от 14.08.2017 ввел процедуру реструктуризации долгов гражданина и утвердил финансовым управляющим должника ФИО3; решением от 08.02.2018 признал

ФИО2 несостоятельным (банкротом) и ввел процедуру реализации имущества должника, утвердив финансовым управляющим ФИО3

Посчитав, что договор дарения ценных бумаг от 28.06.2016 и договор купли-продажи от 02.03.2017 по отчуждению ФИО4 в собственность

ФИО1 40 обыкновенных именных бездокументарных акций

ЗАО «Стройсервис» носят характер единой сделки по выводу имущества из собственности должника, совершенной в ущерб имущественным интересам кредиторов, финансовый управляющий ФИО3 оспорил законность данных сделок на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

Как разъяснено в первом абзаце пункта 87 и в первом абзаце пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25

«О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок.

По смыслу приведенных разъяснений цепочкой последовательных сделок по реализации имущества должника с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом (дарителем) последнему покупателю.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве, в отношениях, определенных пунктом 3 названной статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (пункт 2 статьи 19 Закона о банкротстве).

При исследовании истинных намерений сторон договора дарения ценных бумаг от 28.06.2016 и договора купли-продажи от 02.03.2017 суды первой и апелляционной инстанций установили, что на дату заключения спорных договоров по отчуждению акций ФИО2 обладал признаками неплатежеспособности, так как прекратил исполнение денежных обязательств перед кредиторами, требования которых составляли более шести миллионов рублей и в дальнейшем были включены в реестр требований кредиторов должника. При этом ФИО4 выступала заинтересованным по отношению к должнику лицом: ФИО2 являлся учредителем (акционером)

ЗАО «Стройсервис», полномочия главного бухгалтера которого осуществляла

ФИО4 Заинтересованность ФИО4 по отношению к должнику установлена также Арбитражным судом Чувашской Республики – Чувашии при принятии определения от 15.06.2018, вступившего в законную силу, которым признан недействительным договор дарения ценных бумаг от 28.01.2016, заключенный ФИО2 и ФИО5 В рамках рассмотрения указанного спора ФИО4 признала свою осведомленность о нахождении должника в затруднительном финансовом положении на момент совершения сделки.

Помимо изложенного, констатировав заинтересованность участников совершенных сделок по отчуждению ценных бумаг из собственности должника, суды приняли во внимание пояснения ФИО1, данные в судебных заседаниях, согласно которым он знаком с ФИО2 с 2012 года; рыночной стоимостью приобретаемых акций не интересовался. Суды посчитали, что ФИО1 не раскрыл добросовестной цели приобретения акций.

При определении действительной стоимости приобретенных ФИО1 акций суды приняли во внимание выполненное экспертами общества с ограниченной ответственностью «Агентство оценки собственности» по результатам проведения судебной экспертизы заключение от 22.11.2019 № 29/2019, согласно которому рыночная стоимость акций ЗАО «Стройсервис» по состоянию на дату их продажи (02.03.2017) составляла 2 408 850 рублей.

На основании изложенного суды пришли к выводу о существенном занижении продажной цены акций, отчужденных по договору от 02.03.2017 ФИО4 в пользу ФИО1 по цене 40 рублей, что нельзя признать соответствующим интересам должника и его кредиторов.

Довод заявителя кассационной жалобы об отсутствии его заинтересованности по отношению к должнику не учитывает, что установление в деле о банкротстве факта общности экономических интересов кредитора и должника допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической. Для аффилированных (фактически аффилированных) по отношению к должнику лиц применяется повышенный стандарт доказывания, при котором необходимо учитывать фактические обстоятельства взаимоотношений сторон, что согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, согласно которой аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами.

В любом случае приобретение покупателем ценных бумаг по многократно заниженной цене не могло не породить у покупателя как у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения имущества, совершения сделки купли-продажи на крайне невыгодных для продавца условиях, влекущих причинение вреда должнику и его кредиторам.

Суды учли, что ФИО1 представил в материалы дела расписку от 02.03.2017 о передаче ФИО4 400 000 рублей в качестве оплаты акций, полученных по договору купли-продажи от 02.03.2017, лишь спустя два года после возбуждения производства по настоящему обособленному спору, а также после поступления в материалы дела экспертного заключения по определению рыночной стоимости ценных бумаг. При этом ни ФИО4, ни ФИО1 не раскрыли обстоятельств покупки последним акций по цене, отличной от установленной в договоре купли-продажи от 02.03.2017. Указанные действия сторон признаны судами не согласующимися со стандартом ожидаемого поведения участников процесса, осуществляющих свои права разумно и добросовестно.

Исходя из изложенного суды признали ФИО1 заинтересованным по отношению к должнику лицом, осведомленным о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также сочли, что ФИО1 не может считаться добросовестным приобретателем ценных бумаг.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу о том, что договор дарения акций от 28.06.2016 и договор купли-продажи ценных бумаг от 02.03.2017 составляют цепочку из последовательных сделок, имеющих притворный характер и прикрывающих единую сделку по отчуждению имущества (акций) из собственности должника в пользу ФИО1

В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Спорные договоры дарения акций от 28.06.2016 и купли-продажи ценных бумаг от 02.03.2017 заключены в течение года до принятия судом заявления о признании должника банкротом (06.04.2017), то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом собранных по делу доказательств суды заключили, что сделка по отчуждению ФИО4 в собственность ФИО1 40 обыкновенных именных бездокументарных акций ЗАО «Стройсервис» совершена на условиях, изначально предполагающих неравноценное встречное предоставление со стороны покупателя. На основании установленных обстоятельств суды обоснованно констатировали причинение вреда имущественным правам кредиторов, поскольку должник лишился имущества в отсутствие равноценного встречного исполнения. На момент заключения первого договора дарения ценных бумаг ФИО2 обладал признаками неплатежеспособности, о чем не могла не знать ФИО4, поскольку являлась в силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным по отношению к должнику лицом. Приняв во внимание характер поведения ФИО1, который приобрел ценные бумаги по существенно заниженной цене, суды также признали данное лицо заинтересованным по отношению к должнику по признаку фактической аффилированности.

Суды также учли совершение ФИО2 с заинтересованными по отношению к нему лицами в течение 2016 года иных сделок по безвозмездному отчуждению принадлежащих должнику ценных бумаг.

Заключение заинтересованными лицами последовательных договоров по отчуждению имущества ФИО2 безвозмездно, а затем по значительно заниженной цене, суды сочли свидетельствующим о совершении единой сделки с целью вывода имущества из собственности должника и причинения вреда имущественным правам кредиторов, вследствие чего правомерно признали спорные договоры недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и применили последствия недействительности сделок.

Ввиду того, что спорные договоры признаны судами прикрывающими сделку по отчуждению должником имущества ФИО1, вопрос о недействительности указанных договоров и о применении последствий их недействительности в виде списания акций со счета ФИО1 и зачисления на счет ФИО2 в реестре владельцев ценных бумаг, вопреки позиции заявителя жалобы, правомерно рассмотрен в рамках настоящего спора.

Поскольку ФИО2 является стороной прикрываемой сделки, по которой акции выбыли из его владения и поступили в собственность ФИО1, права должника на истребование имущества из владения ФИО1 подлежали защите с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не путем удовлетворения виндикационного иска. Споры же о признании недействительными сделок, совершенных несостоятельными должниками в преддверии банкротства, и о применении последствий их недействительности отнесены к компетенции арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Данный вывод согласуется с правовым подходом Верховного Суда Российской Федерации, приведенным в определении от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230.

Доводы заявителя кассационной жалобы свидетельствуют о его несогласии с установленными по делу фактическими обстоятельствами и с оценкой судами доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 17.07.2020 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2020 по делу

№ А79-2931/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий


Е.В. Елисеева


Судьи


О.Н. Жеглова


Л.В. Кузнецова