Постановление от 1 июля 2022 г. по делу № А40-17236/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ


Москва

01.07.2022



Дело № А40-17236/2017



Резолютивная часть постановления объявлена 29.06.2022,

полный текст постановления изготовлен 01.07.2022,

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Каменецкого Д.В.,

судей: Голобородько В.Я., Михайловой Л.В.,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего АКБ «БНКВ»: ФИО1 по дов. от 15.06.2020,

ФИО2 – лично, паспорт,

от ФИО2: ФИО3 по дов. от 06.08.2020,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего АКБ «БНКВ»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 16.12.2021

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022

по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - ФИО4; ФИО2

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) АКБ «Банк на Красных Воротах» (АО),



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 31.03.2017 Акционерный коммерческий банк «Банк на Красных Воротах» (Акционерное общество) (должник, АКБ «БНКВ») признан несостоятельным (банкротом), в отношении общества открыта процедура конкурсного производства, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

30.12.2019 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего АКБ «БНКВ» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - ФИО4, ФИО2.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.12.2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022, заявленные требования признаны обоснованными частично. Суд привлек ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам АКБ «БНКВ». В части установления размера ответственности приостановил рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами и формирования конкурсной массы. В части требований к ФИО2 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Московской области от 16.12.2021 и постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от18.03.2022, конкурсный управляющий АКБ «БНКВ» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит указанные судебные акты отменить в части отказа в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 с доводами конкурсного управляющего должника не согласился, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего АКБ «БНКВ» поддержал доводы кассационной жалобы в полном объеме.

Представитель ФИО2 в судебном заседании поддержал обжалуемые судебные акты, просил оставить кассационную жалобу без удовлетворения.

Арбитражный суд кассационной инстанции проверяет судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы (ч. 1 ст. 286 АПК РФ).

Изучив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как установлено судами на основании материалов дела, решением Арбитражного суда города Москвы от 31.03.2017 Акционерный коммерческий банк «Банк на Красных Воротах» (Акционерное общество) признан несостоятельным (банкротом), в отношении банка открыта процедура конкурсного производства на срок один год.

Согласно ответу Главного управления по Центральному федеральному округу Банка России (№ Т1-28-3-02/51745ДСП от 10.05.2017) ФИО4 с 08.10.2014 по дату отзыва лицензии Банка занимал должность Председателя Правления Банка, а ФИО2 с 01.12.2014 до даты отзыва лицензии Банка являлся членом Правления Банка.

Конкурсным управляющим проведена оценка финансового состояния Банка за период с 01.04.2015 по 29.12.2016.

В ходе анализа деятельности должника установлено, что по состоянию на 01.04.2015 в Банке отсутствовал признак банкротства, предусмотренный п. 1 ст. 189.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

По мнению конкурсного управляющего ухудшение финансового положения Банка явилось следствием виновных действий председателя правления Банка ФИО5 и члена правления Банка ФИО2 по предоставлению в период с 01.04.2015 по 29.12.2016 заведомо невозвратных кредитов юридическим и физическим лицам, а также снятию обременения с ликвидных предметов залога по невозвратным ссудам. Суммарный объем технических активов на балансе Банка в период с 01.04.2014 по 29.12.2016 увеличился с 870143 тыс. руб. до 1780623 тыс. руб.

ГК «АСВ» установлено, что в течение всего исследуемого периода (с 01.04.2015 по 29.12.2016) должником завышалась реальная стоимость активов и не досоздавался резерв в объеме, соответствующем фактическому качеству активов.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу нормы п. 1 ст. 189.23 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действующей на момент возникновения обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности), если банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, такие лица в случае недостаточности имущества кредитной организации несут субсидиарную ответственность по ее обязательствам в порядке, установленном статьей 10 настоящего Федерального закона, с особенностями, установленными настоящей статьей.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Ответственность, предусмотренная ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12).

По правилам ст. 15 ГК РФ для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями.

Таким образом, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности доказыванию в силу ст. 65 АПК РФ подлежит состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

По смыслу норм п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Учитывая приведенную норму абз. седьмого п. 4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», заявитель должен доказать наличие неправомерных действий контролирующего лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности на основании п. 4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, должно доказать, что оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника, и отсутствие своей вины и причинной связи с последующим затруднением проведения процедуры несостоятельности (банкротства), в том числе формирования и реализации конкурсной массы.

В п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Как разъяснено в п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (ст. 65 АПК РФ).

Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (п. 4 ст. 61.16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Суд первой инстанции установил, что при наличии признаков банкротства Банка, а также оснований для осуществления мер по предупреждению его банкротства, председателем правления Банка ФИО4 скрывалось реальное финансовое состояние Банка и не предпринимались меры для предупреждения банкротства кредитной организации. В указанной связи ФИО4 привлечен судом к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 суды, руководствуясь приведенными нормами Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и ГК РФ, нормами Положения Центрального банка Российской Федерации от 16.12.2003 № 242-П «Об организации внутреннего контроля в кредитных организациях и банковских группах» (зарегистрировано в Минюсте России 27.01.2004 № 5489) и Положения Центрального банка Российской Федерации от 26.03.2004 № 254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» (зарегистрировано в Минюсте России 26.04.2004 № 5774), разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», пришли к следующим выводам.

Суд пришел к правомерному выводу, что сам по себе факт вхождения ФИО2 в состав Правления Банка не может являться достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

При этом суд учитывал правовую позицию, изложенную в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, дал оценку условиям п.п. 19.1, 19.3 Устава Банка.

В обоснование необходимости привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал на совершение действий по одобрению сделок в составе Правления Банка, а также заключение кредитных договоров с заемщиками, которые заведомо были неспособны исполнять обязательства, в результате чего Банку был причинен ущерб.

Судом установлено, что ФИО2 вменяется, в частности:

одобрение кредитного договора № <***> от 08.09.2015, по которому заемщику ООО «Паркгранд» был предоставлен заем в размере 70000000 руб.;

одобрение кредитного договора № <***> от 25.05.2016, по которому заемщику ФИО6 был предоставлен заем в размере 34000000 руб.;

одобрение кредитного договора № <***> от 12.07.2016, по которому заемщику ООО «МОЛ МОРСТРОЙ» был предоставлен заем в размере 20000000 руб.

Между тем, материалами делам, подтверждается, что в одобрении выдачи вышеуказанных кредитов член кредитного комитета ФИО2 участия не принимал, в связи с чем, привлечение к субсидиарной ответственности в данном случае не допускается.

Кредитные договоры с заемщиками, в одобрении заключения которых участвовал ФИО2, заключались на рыночных условиях в рамках обычной экономической деятельности Банка.

Проанализировав материалы дела, суд первой инстанции установил, что ФИО2, будучи членом кредитного комитета, участвовал в голосовании по вопросам одобрения кредитных договоров с заемщиками банка, при этом обязательным условием всех кредитов являлось предоставление обеспечения (залог движимых и недвижимых объектов). Вопросы оценки залоговых объектов, вопросы претензионной работы с заемщиками, а также вопросы обращения взыскания на предметы залогов и их реализация выходят за пределы компетенции ФИО2 как должностного лица Банка и он не может нести ответственности за их реализацию.

Доказательств того, что в момент одобрения/заключения кредитных договоров с рассматриваемыми заемщиками, условия кредитных договоров и договоров залога заранее не соответствовали рыночным условиям, либо банковской практике - не предоставлено конкурсным управляющим.

Какие-либо злоупотребления в момент участия в заседаниях кредитного комитета по одобрению кредитов с заемщиками, или противоправные, недобросовестные действия, связанные с получением заемщиками этих кредитов со стороны непосредственно ФИО2 - не установлены, в материалах дела доказательства таких злоупотреблений отсутствуют.

Вопреки доводам кассационной жалобы со стороны судов первой и апелляционной инстанций получили оценку кредитные договоры с физическими лицами, подписанные ФИО2

Как указал суд, материалами настоящего обособленного спора подтверждается, что согласно кредитным досье спорных заемщиков до заключения кредитных договоров профильными структурными подразделениями банка в отношении них проводилась проверка на предмет действительности нахождения компаний по указанному заемщикам адресу, оценивалось финансовое состояние заемщиков, по всем заемщикам имеются профессиональные суждения профильного подразделения Банка, также по всем кредитным договорам, в одобрении которых участвовал ФИО2, заключены обеспечительные сделки - договоры залога недвижимого и движимого имущества.

Какая-либо аффилированность заемщиков и ФИО2 - не подтверждена.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что ФИО2 являлся инициатором и/или выгодоприобретателем заключения спорных кредитных договоров.

Представленный конкурсным управляющим анализ заемщиков не позволяет прийти к однозначному выводу, что на момент выдачи кредитов их финансовое состояние оценивалось как неудовлетворительное, не позволяющее одобрить выдачу им кредитных денежных средств.

Кроме того, конкурсным управляющим не доказано, что сумма кредитов, в одобрении которых участвовал ФИО2, привела к банкротству Банка с учетом масштаба его деятельности.

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к правильным выводам.

В целом доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (ч. ч. 1, 3 ст. 286 АПК РФ).

Арбитражный суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (ч. 2 ст. 287 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 16.12.2021, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 по делу № А40-17236/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий-судьяД.В. Каменецкий

Судьи:В.Я. Голобородько

Л.В. Михайлова