Постановление от 14 ноября 2018 г. по делу № А56-91249/2017

/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-91249/2017
14 ноября 2018 года
г. Санкт-Петербург
/тр5

Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 14 ноября 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Тойвонена И.Ю.

судей Казарян К.Г., Копыловой Л.С.

при ведении протокола судебного заседания: Прониным А.Л.

при участии:

от Панферова К.А.: Строилов С.С. по доверенности от 25.10.2018

от Русакова А.В.: Петров А.Э. по доверенности от 03.04.2018

от иных лиц: не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-24840/2018) Панферова Константина Анатольевича

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.09.2018 по делу № А56-91249/2017/тр5 (судья Голоузова О.В.), принятое по заявлению Панферова Константина Анатольевича к должнику Русакову Алексею Владимировичу о включении требования в реестр требований кредиторов должника,

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.03.2018, резолютивная часть которого объявлена 01.03.2018, в отношении гражданина Русакова Алексея Владимировича (далее – должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден Светцов Сергей Юрьевич. Публикация сведений о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов размещена в газете «Коммерсантъ» от 17.03.2018 № 45.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданки Русакова Алексея Владимировича в арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратился Панферов Константин Анатольевич (далее – кредитор) с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 8 965 759 (восемь миллионов девятьсот шестьдесят пять тысяч семьсот пятьдесят девять) рублей 75 копеек в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.09.2018 ходатайство финансового управляющего об отложении судебного заседания отклонено. Отказано Панферову Константину Анатольевичу в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов Русакова Алексея Владимировича требования в размере 8 965 759,75 руб.

В апелляционной жалобе Панферов К.А. просит определение суда первой инстанции от 05.09.2018 отменить, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение фактических обстоятельств по делу. Податель жалобы поясняет, что правопредшественнику кредитора, как субарендатору, были причинены убытки в виде утраты имущества и товаров по причине пожара в здании, собственником которого являлся должник, что подтверждается, по мнению заявителя, решением Автозаводского районного суда г. Тольятти от 20.04.2018. Панферов К.А. указывает на то, что указанным решением установлена вина должника в причинении ему убытков в результате пожара. По мнению Панферова К.А., суд первой инстанции, придя к выводу о недостаточности доказательств с его стороны, мог отложить судебное заседание и запросить дополнительные доказательства по делу.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий должника Светцов С.Ю. просит определение суда первой инстанции от 05.09.2018 оставить без изменения, считая судебный акт законным и обоснованным. Управляющий указывает на то, что судебным актом суда общей юрисдикции от 20.04.2018, на который ссылается Панферов К.А., не установлена вина должника в причинении убытков последнему. Отмечает, что указанным решением установлена вина в возникновении пожара третьего лица – ООО «Дримеригрупп», сотрудником которого производились в здании огнеопасные работы. Отсутствие вины и противоправности действий Русакова А.В., а также отсутствие причинной связи между противоправным поведением должника и наступившим ущербом установлена по результатам рассмотрения требования кредитора в рамках настоящего обособленного спора и иными доказательствами по делу. Финансовый управляющий ссылается на то, что нарушение правил пожарной безопасности должником, как собственником нежилого помещения, может являться основанием для привлечения к административной ответственности, но не безусловным основанием для возмещения ущерба третьим лицам.

В отзыве на апелляционную жалобу должник Русаков А.В. просит определение суда первой инстанции от 05.09.2018 оставить без изменения, считая судебный акт законным и обоснованным.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке ст.156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Представитель Панферова К.А. доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал.

Представитель Русакова А.В. против удовлетворения апелляционной жалобы возражал. Просил судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой (т.е. главой X «Банкротство граждан»), регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона. Указанные требования направляются в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В силу статьи 100 Закона о банкротстве при рассмотрении требования кредитора в деле о несостоятельности (банкротстве) арбитражный суд проверяет его обоснованность и наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов должника.

Из материалов дела следует, что Парфеновым К.А. заявлено о включении в реестр требований кредиторов должника требование, представляющее собой убытки в виде утраты имущества и товаров субарендатора, произошедшее по причине пожара в здании, сособственником которого является должник.

Судом установлено, что 01.11.2016 г. между ООО «Русинвест» (арендатор) и ООО «Чайный магнат» (субарендатор) заключен договор № 156-2017 субаренды нежилого помещения, в соответствии с которым арендатор обязался передать за оплату, а субарендатор принять во временное пользование (субаренду) и использовать в определенных договором целях (назначениях) одно или несколько нежилых помещений, расположенных по адресу; РФ, Самарская область, г, Тольятти, ул. Коммунальная, 46 и указанных на схеме границ арендуемого помещения.

Согласно приложения №1 к вышеназванному договору в границах арендуемого помещения находятся нежилые помещения на третьем этаже № 24 площадью 72 кв.м. и № 1/6 площадью 108 кв.м.

Указанные помещения принадлежали арендатору на праве аренды, что подтверждается договором аренды нежилых помещений № 01-10/2016 от 10.10.2016 г., заключенных арендатором с ИП Русаковым А.В. (арендодателем), владеющим указанными помещениями на праве собственности, что подтверждается записями о государственной регистрации права: 63-63-09/600/2014-659, 63-63-09/600/2014-656, 63-63/009-63/999/001/2016-1075/3.

Сособственником здания также являлась Ильчук Олеся Геннадьевна, которой на праве собственности принадлежат нежилые помещения в строении 1 на 1-м этаже (комнаты №№ 100, 116 – 125), что подтверждается записью о государственной регистрации права №63-63-09/601/2014-423.

14.01.2017 произошло возгорание (пожар) в производственном помещении, расположенном на третьем этаже главного корпуса, по адресу: г. Тольятти, улица Коммунальная, дом 46, строение 1.

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 13.04.2017 г. (КУСП от 26.01.2017 г. № 31), в ходе проверки старшим дознавателем отдела надзорной деятельности и профилактической работы городских округов Тольятти, Жигулевск и муниципального района Ставропольский управления надзорной деятельности и профилактической работы главного управления МЧС России по Самарской области было получено заключение эксперта от 03.04.2017 № 28-3-1 по судебной пожарно-технической экспертизе, где в выводах эксперта указано, что очаг пожара, произошедшего 26.01.2017 года на третьем этаже спорного здания, располагался во внутреннем объеме цеха №1, возникновение горения от источника, связанного с проведением пожароопасных работ, разряда электричества, и самовозгорания веществ и материалов считается равновероятными. То есть причиной пожара послужила техническая причина, не связанная с умышленными действиями, направленными на уничтожение или повреждение чужого имущества, либо неосторожным обращением с огнем. Поскольку от пожара пострадало, в том число, помещение, принадлежащее на праве субаренды ООО «Чайный магнат», последним проведена оценка ущерба.

Согласно отчету № 3917, выполненному АНО «Центр экспертиз», рыночная стоимость имущества, принадлежащего ООО «Чайный магнат» и уничтоженного в результате пожара 26.01.2017 составляет 8 655 759,75 руб.

07.04.2017 г. между ООО «Чайный магнат» и Панферовым К.А. был заключен договор уступки права требования по возмещению ущерба - суммы рыночной стоимости имущества, уничтоженного в результате пожара 26.01.2017 г. по адресу: Самарская область, г. Тольятти, Автозаводский район, ул. Коммунальная, главный корпус, 3 этаж, помещение № 24, склад 1/6 в размере 8 655 759,75 рублей.

Достаточных оснований для постановки вывода о недействительности данного договора (применительно к основаниям его ничтожности по признаку мнимости, притворности, злоупотребления правом) судом не установлено, тогда как доказывание иных оснований недействительности предопределяет самостоятельную подачу соответствующего требования заинтересованным лицом.

Панферов К.А. обратился в Автозаводский районный суд г. Тольятти Самарской обл. с иском к Русакову А.В., Ильчук О.Г. и ООО «Дримери Груп», поданному о взыскании убытков в данной сумме.

Решением от 20.04.2018 по делу № 2-4/2018 с Ильчук О.Г. и ООО «Дримери Груп» солидарно взысканы убытки в размере 8 655 759,75 руб., а в отношении Русакова А.В. производство по иску прекращено в связи с его нахождением в процедуре банкротства.

Апелляционным определением Самарского областного суда от 02.08.2018 указанное решение отменено в части удовлетворения иска в отношении Ильчук О.Г., с принятием в указанной части иного судебного акта об отказе в иске к данному лицу. В остальной части судебный акт суда первой инстанции оставлен без изменений.

Следует отметить, что после прекращения судебного разбирательства по вышеуказанному делу в отношении Русакова А.В., данное лицо фактически не участвовало в судебном разбирательстве и в ином процессуальном качестве судом общей юрисдикции к участию в деле не привлекалось.

Статьей 15 ГК РФ предусмотрено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу статей 15, 1064 ГК РФ, взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, во-первых, противоправность деяний лица, причинившего убытки, во-вторых, наличие и размер понесенных убытков, в-третьих, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.

Таким образом, Панферов К.А. требуя возмещения убытков, должен доказать наличие всех указанных элементов ответственности в их совокупности.

Согласно пункту 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

При рассмотрении спора о взыскании убытков подлежит обязательному доказыванию совокупность следующих обстоятельств: факт причинения ущерба и его размер, вина и противоправность действий (бездействия) ответчика, наличие причинной связи между противоправным поведением ответчика и наступившим ущербом. Отсутствие одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении требований о возмещении вреда.

Суд первой инстанции при рассмотрении требования кредитора Панферова К.А. в деле о банкротстве Русакова А.В. пришел к выводу, что представленными в материалы дела доказательствами не подтверждаются в совокупности все обстоятельства, необходимые для привлечения Русакова А.В. к гражданско-правовой ответственности за причинение ущерба кредитору.

Как указал суд первой инстанции, из материалов дела невозможно с достоверностью определить факт и размер причиненного пожаром ущерба, поскольку кредитором не представлено документов, подтверждающих наличие и состав имущества, расположенного в помещениях, в которых произошел пожар, степень повреждения этого имущества, возможность его восстановления, подтверждающие приобретение, оплату, его доставку и хранение в месте пожара. Таковыми документами могли бы послужить, в частности, договоры на приобретение товаров, платежные поручения об оплате товара, товарно-транспортные накладные, чеки, бухгалтерские документы и любые иные первичные документы, подтверждающие наличие и движение товарно-материальных ценностей пострадавшего от пожара общества.

При отсутствии указанных документов, суд первой инстанции критически отнесся к отчету АНО «Центр экспертиз» об оценке рыночной стоимости имущества, составленном на основании описи товарно-материальных ценностей от 27.01.2017, поскольку из данной описи нельзя с достоверной степенью определить факт наличия этих ценностей в помещении субарендатора во время пожара.

Апелляционный суд дополнительно отмечает, что с учетом выбытия Русакова А.В. из числа лиц, в отношении которых со стороны Панферова К.А. предъявлялся иск в суд общей юрисдикции (Автозаводский районный суд г.Тольятти), исходя из прекращения в отношении Русакова А.В. производства по данному делу, выводы суда общей юрисдикции, связанные с оценкой потенциальных действий либо бездействий Русакова А.В., как собственника соответствующего объекта (здания и ряда помещений), наряду с выводами о виновности данных действий и доказанности размера убытков и объема ответственности, не могут быть автоматически восприняты арбитражным судом как преюдициальные по отношению к Русакову А.В. и не подлежащие доказыванию при рассмотрении соответствующего требования кредитора в деле о банкротстве Русакова А.В.

При этом апелляционный суд полагает, что суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что материалами настоящего обособленного спора в полной мере не подтверждается вина должника в причинении ущерба и причинно-следственная связь между поведением должника, как потенциального причинителя вреда и наступившими для правопредшественника кредитора последствиями в виде причинения вреда.

Само по себе нарушение собственником здания правил противопожарной безопасности не может свидетельствовать о его вине именно в причинении вреда конкретному лицу, поскольку в данном случае необходимо установить, какие именно действия (бездействие) послужили причиной возгорания, повлекшего причинение тем или иным лицам вреда в результате пожара, а также установить непосредственную причинно-следственную связь и размер возможного ущерба.

Применительно к рассматриваемой ситуации, для взыскания убытков с Русакова А.В., необходимо установить конкретные действия (бездействие) последнего по несоблюдению правил пожарной безопасности, совершенные в нарушение установленной законом нормы, которые в конечном итоге привели к пожару либо к невозможности предотвратить пожар (минимизировать его последствия).

Как следует из материалов дела, проведенной по результатам пожара экспертизой МЧС (Заключением ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной Службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Самарской области №28-3-1 от 03.04.2017 г.) установлено, что причиной пожара послужило возникновение горения от источника, связанного с проведением пожароопасных работ, разряда электричества, и самовозгорания веществ и материалов, т.е. техническая причина, не связанная с умышленными действиями, направленными на уничтожение или повреждение чужого имущества, либо неосторожным обращением с огнем. Взаимосвязь причины пожара с несоблюдением собственником здания правил пожарной безопасности не подтверждена, в возбуждении уголовного дела отказано. Представленные в материалы дела № 2-4/2018 в Автозаводский районный суд г. Тольятти Самарской области доказательства не могут быть положены в основу настоящего судебного акта в деле о банкротстве, поскольку указанные доказательства в материалы данного дела не были представлены.

Апелляционный суд дополнительно отмечает, что в материалы настоящего обособленного спора должником и финансовым управляющим должника представлялись доказательства и сведения о том, что на момент возникновения пожара в здании, принадлежащем должнику, имелась соответствующая система оповещения и система пожаротушения, при наличии у собственника документов, подтверждающих их надлежащее состояние и проверку органами пожарного и технического надзора. В свою очередь, наличие у Русакова А.В, как собственника здания и помещений, обязанностей в части их содержания и обеспечения должной противопожарной охраны и функционирования, как и выявленные впоследствии недостатки, обусловленные частичной неисправностью систем пожаротушения и выявленными нарушениями технических регламентов, применительно к несвоевременной локализации пожара, как полагает апелляционный суд, в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора не являются определяющими обстоятельствами, безусловно указывающими на то, что Русаков А.В. несет полную ответственность перед субарендаторами соответствующих помещений за возможное причинение им вреда в результате факта пожара. Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что в соответствующих документах, которые имел должник, связанных с составлением декларации пожарной безопасности на объект (от 2012 года), расчета пожарного риска и отчета об определении расчетных величин пожарного риска к декларации пожарной безопасности, датируемых 2017 годом, наряду с заключением о независимой оценке пожарного риска №НОР-287-17 от 29.09.2017 следует, что даже наличие полностью функционирующей автоматической системы пожаротушения на объекте защиты не может быть отнесено к обязательному условию соответствия объекта защиты требованиям пожарной безопасности, установленным действующим законодательством РФ. Как полагает апелляционный суд, поскольку на Русакова А.В. процессуально нельзя автоматически распространить выводы, сделанные в судебных актах судов первой и апелляционной инстанции при рассмотрении иска кредитора в суде общей юрисдикции, то в рассматриваемом случае в рамках настоящего обособленного спора кредитору надлежало представлять дополнительные обоснования и доказательства в поддержку заявленного требования, в том числе, при необходимости доказывания вины должника и объема ущерба ставить вопрос о проведении дополнительных экспертных и иных исследований. Таких процессуальных действий кредитор не осуществил, тогда как непосредственным причинителем вреда, как следует из вышеназванных судебных актов, явилось ООО «ДримериГрупп», в результате действий работников которого и произошло возгорание, которое и могло повлечь причинение вреда как собственнику имущества, так и ряду лиц, осуществлявших пользование соответствующими помещениями. В свою очередь, условия договоров субаренды также содержали обязательства субарендаторов относительно недопущения возникновения ситуаций, связанных с несоблюдением противопожарной безопасности при пользовании помещениями и их фактической эксплуатацией.

С учетом изложенного, совокупности оснований для отмены (изменения) судебного акта судом апелляционной инстанции не установлено, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд





постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.09.2018 по делу № А56-91249/2017/тр5 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.Ю. Тойвонен


Судьи


К.Г. Казарян


Л.С. Копылова