Определение от 12 марта 2026 г. АС Приморского края

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, <...>


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Владивосток Дело № А51-16456/2023 103659/2025

13 марта 2026 года

Резолютивная часть изготовлена 12.03.2026, в полном объеме определение изготовлено 13.03.2026.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Киричевской Е.А. при ведении протокола судебного заседания секретарем Овчарук Б.И., рассмотрев заявление конкурсного управляющего

к ООО «Мебель Рум» (ИНН <***>, ОГРН <***>, <...>)

о признании недействительной сделки и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью ГК «Коммерческие грузовики» (ИНН <***> ОГРН <***> Юр. адрес: 423800, <...> ЗД. 90, кабинет 10) к обществу с ограниченной ответственностью «Экватор» (ИНН <***> ОГРН <***> Адрес: 690012, <...>) о признании несостоятельным (банкротом),

при участии представителя конкурсного управляющего ФИО1, доверенность, паспорт,

установил:

общество с ограниченной ответственностью ГК «Коммерческие грузовики» (далее – ООО ГК «Коммерческие грузовики») обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Экватор» (далее – ООО «Экватор») несостоятельным (банкротом) и введении процедуры наблюдения; о включении в реестр требований задолженности в размере 27 341 000 руб.

Определением от 16.01.2024 в отношении ООО «Экватор» введена процедура банкротство – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО2. Сведения о судебном акте опубликованы в газете «Коммерсантъ», сообщение № 15(7705) от 27.01.2024.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 16.07.2024 общество с ограниченной ответственностью «Экватор» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО3. Сведения о судебном акте опубликованы в газете «Коммерсантъ», сообщение № 133(7823) от 27.07.2024.

Определением от 28.11.2024 арбитражный управляющий ФИО3 освобожден от обязанностей конкурсного управляющего должника общества с ограниченной ответственностью «Экватор», конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4.

В арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой перечисление денежных средств в размере

3 962 700 руб. в пользу ООО «Мебель Рум» и о применении последствий недействительности сделки, в виде взыскания с ООО «Мебель Рум» денежных средств в размере 3 962 700 рублей; с ходатайством об отсрочке уплаты государственной пошлины.

Ответчик отзыв не представил.

Рассмотрев ходатайство конкурсного управляющего об истребовании документов в оставшейся части, суд, руководствуясь статьёй 66 АПК РФ, не нашёл оснований для его удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в соответствии со ст.ст. 121, 122, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебное заседание проводится в отсутствие указанных лиц в порядке ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы спора, суд установил следующее.

30.09.2022, 03.10.2022 и 03.10.2022 ООО «Экватор» в пользу ООО «Мебель Рум» произведены платежи на общую сумму 3 962 700 руб. с назначением платежа «оплата за строй материалы по договору МР 14-09-22 от 09.09.22 НДС не облагается» (выписка Росбанк, стр. 1267, 1269, 1176).

Конкурсный управляющий, полагая, что спорное перечисление носило безвозмездный характер, обратился в суд с настоящим заявлением. Кроме того, конкурсный управляющий считает спорную сделку притворной, поскольку она совершена безвозмездно в пользу аффилированного лица при наличии кредиторов у должника на момент совершения сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В пунктах 1 и 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве определены лица, наделенные правом обращения в арбитражный суд с заявлениями об оспаривании сделок должника в деле о банкротстве, к которым относятся: внешний управляющий или конкурсный управляющий - при подаче заявлений об оспаривании сделок от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов; конкурсный кредитор или уполномоченный орган, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Правила главы III.1 Закона о банкротстве об оспаривании сделок должника могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации (пункт 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Как следует из разъяснений, приведенных в подп. 1 п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут в частности оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно пунктам 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, заявителю необходимо доказать, что сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрительности, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота), и неравноценное встречное исполнение обязательств являлось условием оспариваемой сделки.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума № 63).

В абзаце 4 пункта 9 постановления Пленума № 63 разъяснено, что в случае оспаривания подозрительной сделки суд проверяет наличие обоих оснований, установленных как в пункте 1, так и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как установлено судом, производство по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Экватор» возбуждено определением суда от 20.10.2023, соответственно, оспариваемые платежи, совершенные сентябре-октябре 2022 года, подпадают в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из положений пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В отношении цели причинения вреда судом установлено следующее.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Учитывая, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица суд полагает необходимым проверить контаргента должника в рамках спорных переводов средств на предмет заинтересованности по отношению к должнику.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон № 135-ФЗ) входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Понятие аффилированных лиц приведено в пункте 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее - Закон № 948-1).

Кроме того, в пункте 2 статьи 19 Закона о банкротстве приведен перечень лиц, признаваемых также заинтересованными лицами по отношению к должнику.

В частности, согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона № 135-ФЗ группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

По смыслу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность; при этом аффилированными лицами юридического лица являются:

член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо;

если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы.

Противоправная цель заключения сделок презюмируется при условии аффилированности сторон (прямой (статья 19 Закона о банкротстве) или косвенной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475)) оспариваемых договоров либо подлежит доказыванию по общим правилам статьи 65 АПК РФ.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017

№ 306-ЭС16-20056(6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической, то есть когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Отсутствие прямой юридической аффилированности между сторонами сделок без учета других обстоятельств дела не означает отсутствие у ответчика признаков заинтересованности по отношению к должнику и иным сторонам сделок, при том, что наличие юридической аффилированности не исключает необходимость учитывать аффилированность фактическую, которая проявляется через поведение лиц в хозяйственном обороте и, в частности, в заключении между собой сделок и последующем их исполнении на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При разрешении споров необходимо оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица (определение Верховного суда Российской Федерации №305-ЭС21-21196 (2) от 28.04.2022).

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6).

Исходя из представленных в материалы спора сведений и документов, ни юридическая, ни фактическая аффилированность сторон сделки конкурсным управляющим не доказана, из размещенных в открытых источниках сведений, в том числе на официальном сайте Федеральной налоговой службы в сети «Интернет» сведений из Единого государственного реестра юридических лиц не усматривается наличие признаков прямой или косвенной аффилированности ООО «Мебель Рум» и должника либо руководителей данных юридических лиц.

Ответчик не относится к лицам, прямо перечисленным в статье 19 Закона о банкротстве или к иным лицам, заинтересованность которых имеет значение для применения статьи 61.2 Закона о банкротстве. Оснований полагать о наличии общности экономических мотивов поведения ООО «Мебель Рум» и должника судом не установлено.

Довод конкурсного управляющего об отсутствии документов, подтверждающих наличие у должника обязательства, позволяющих установить существо правоотношений и их наличие, не может являться основанием для признания оспариваемых платежей недействительной сделкой, поскольку сам по себе факт непередачи документации конкурсному управляющему не является доказательством того, что денежные средства перечислены в отсутствие правовых оснований и не свидетельствует о неравноценности встречного исполнения со стороны ответчика.

Непредставление документов в опровержение доводов конкурсного управляющего также не может само по себе свидетельствовать о порочности совершенной сделки и являться основанием для признания ее недействительной, так как обязанность доказать наличие оснований для признания сделки недействительной лежит на лице, оспаривающем сделку. При этом действующим законодательством предусмотрена субсидиарная ответственность руководителя должника за непередачу документации должника и невозможность конкурсного управляющего ввиду этого выявить активы должника и наличие/отсутствие оснований по оспариванию сделок.

Суд учитывает правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 № 11524/12, согласно которой исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика, однако если из представленных заявителем платежных поручений усматривается, что основаниями платежа являлись конкретные правоотношения, доказательства, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства были перечислены безвозмездно, должны быть представлены заявителем.

В отсутствие доказательств наличия объективных сомнений в реальности правоотношений сторон доводы конкурсного управляющего правомерно отклонены судом, поскольку не могут быть расценены в качестве достаточного основания для применения положений статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, в спорный период в рамках иных обособленных споров доказано ведение должником строительной деятельности.

При этом отсутствие отражения операции в книге покупок/продаж должника и ответчика само по себе не является безусловным основанием для признания сделки недействительной, поскольку контроль за ведением бухгалтерского учета лежит на руководителе должника, а контрагент не обязан проверять его корректность.

Более того, характеристика ООО «Экватор», как недобросовестной организации, установлена с рядом обществ, что подтверждается общедоступными сведениями сервиса «Картотека Арбитражных дел».

Проанализировав представленные доказательства, суд пришел к выводу, что конкурсный управляющий должника не доказал факт перечисления денежных средств в отсутствие встречного исполнения.

На основании изученных документов суд приходит к выводу, что конкурсным управляющим не доказана ни юридическая, ни фактическая аффилированность сторон сделки. Сведения из ЕГРЮЛ, размещенные на официальном сайте ФНС, также не свидетельствуют о наличии признаков прямой или косвенной аффилированности между ООО «Мебель Рум» и должником либо их руководителями. ООО «Мебель Рум» не относится к лицам, прямо указанным в статье 19 Закона о банкротстве, и у суда не возникло оснований полагать о наличии общности экономических мотивов в поведении поставщика и должника, в том числе, направленных на вывод активов должника.

Довод управляющего об осведомленности ООО «Мебель Рум» о намерении причинить вред кредиторам также не нашел подтверждения. Первое исковое заявление к должнику было зарегистрировано 16 августа 2022 года, а судебные решения, на которые ссылался управляющий, вступили в силу лишь в июне 2023 года. При этом задолженность перед отдельными кредиторами сама по себе не всегда свидетельствует о финансовой несостоятельности.

Заявляя о нецелесообразности сделки, конкурсный управляющий, однако, не представил доказательств ни причинения действительного вреда, ни недобросовестности контрагента. При этом управляющий обязан не просто констатировать факт, но и доказывать наличие всех юридически значимых признаков оспоримой сделки.

Кроме того, согласно выводам, изложенным в судебных актах, в том числе по делам №№ А11-7345/2024, А51-11001/2024, ООО «Экватор» осуществляло транзитные операции с компаниями, которые, как установлено, были созданы организованной группой для вывода денежных средств в интересах выгодоприобретателей. В отсутствии доводов о транзитности спорных перечислений, сам установленный факт такой деятельности через счета общества свидетельствует о том, что его бухгалтерская отчётность не отражала реальных экономических отношений, а фиксировала операции в рамках непрозрачной схемы. Анализ операций показывает их разнонаправленный и внутренне противоречивый характер (поступления за оборудование и строительные работы, списания за нефтепродукты и запчасти по займам, и другие), что исключает возможность формирования достоверной отчётности, которая бы адекватно представляла финансовое положение и результаты деятельности общества. Совокупность обстоятельств (номинальный директор, транзитный характер счетов, операции со связанными лицами по схемам вывода средств) указывает, что бухгалтерские записи служили не для цели учёта реальных хозяйственных операций, а формальному обоснованию движения денежных средств в интересах третьих лиц. Это является прямым признаком недобросовестности и злоупотребления правовой формой общества.

Таким образом, недобросовестность ведения отчётности заключается не в отдельных технических ошибках, а в её системном использовании как элемента механизма, направленного на сокрытие реального движения активов и контроля над ними, что лишает её основного качественного признака — достоверности.

При этом, в рамках иных обособленных споров судом установлено ведение должником строительной деятельности, то есть происходит смешение реальной и фиктивной деятельности.

Вместе с тем, в рамках настоящего спора, с учетом ведения должником строительной деятельности, конкурсным управляющим не доказана фиктивность правоотношений, не представлены доказательства того, что ответчик принимал участие в преступной схеме по обналичиванию денежных средств, а также наличие оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе, при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Правовая позиция конкурсного управляющего по существу сводится к тому, что целью оспариваемого действия является причинение вреда кредиторам должником через вывод активов (денежных средств) должника, при этом, в нарушение статьи 65 АПК РФ, обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, конкурсным управляющим не указаны, в связи с чем правовые основания для выхода за пределы оспоримости, предусмотренные статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве отсутствуют.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на положения статей 10 и 170 ГК РФ, не представил доказательств, наличия у спорной сделки пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок. В связи с чем, оснований для признания сделки по перечислению денежных средств недействительной (ничтожной) на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, также не имеется.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 170 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращённого срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, периода подозрительности, и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений о недействительности оспоримой сделки только на основании вступившего в законную силу судебного акта о признании её недействительной, что недопустимо (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886 (1) по делу № А41-20524/2016).

Вместе с тем, праву конкурсного управляющего как субъекта профессиональной деятельности на подачу заявления о признании сделок должника недействительными корреспондирует обязанность указания конкретных правовых и фактических оснований, по которым сделки могут быть признаны недействительными.

Бремя доказывания недобросовестности и осведомленности контрагента должника лежит на лице, оспаривающем сделку, за исключением случаев совершения должником сделки с заинтересованным лицом.

Обязанность доказывать обстоятельства, подтверждающие порочность сделок, возлагается на лицо, которое их оспаривает.

Непредставление стороной спора контрдоказательств само по себе не может быть однозначно квалифицировано как злоупотребление правом.

С учетом изложенного, суд не находит оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего о признании оспариваемых платежей недействительной сделкой.

В связи с тем, что судом отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделки недействительной, не подлежат применению и последствия недействительной сделки.

Согласно пункту 19 постановления Пленума ВАС РФ № 63 судам необходимо учитывать, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (п/п 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В силу п/п 1 пункта 1 статьи 333.22 НК РФ по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с арбитражным процессуальным законодательством Российской Федерации, арбитражными судами, государственная пошлина уплачивается с учетом следующих особенностей: при подаче исковых заявлений, содержащих одновременно требования как имущественного, так и неимущественного характера, одновременно уплачиваются государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера.

Согласно п/п 8 пункта 1 статьи 333.22 НК РФ, введенного Федеральным законом от 08.08.2024 № 259-ФЗ, при подаче исковых заявлений, содержащих требования о применении последствий недействительности сделок, уплачивается государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, в зависимости от стоимости имущества, подлежащего возврату.

Кроме того, при обращении с ходатайством об отсрочке конкурсный управляющий просил снизить размер государственной пошлины до 100 руб., в случае отнесения судебных расходов на ООО «Экватор».

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению по правилам статьи 110АПК РФ.

Учитывая изложенное, суд, рассмотрев ходатайство конкурсного управляющего, учитывая отсутствие денежных средств в конкурсной массе, считает возможным снизить размер государственной пошлины до 10 000 руб., исходя из минимального размера государственной пошлины, установленного п/п 1 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 110, 184 - 186, 223 АПК РФ, арбитражный суд

определил:

в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой: платежи, совершенные ООО «Экватор» в пользу ООО «Мебель Рум», о применении последствий недействительности сделки, отказать.

Взыскать с ООО «Экватор» в доход федерального бюджета 10 000 (десять тысяч) руб. государственной пошлины за подачу заявления о признании сделки должника недействительной.

Выдать исполнительный лист после вступления определения в законную силу.

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционной суд в течение одного месяца со дня вынесения в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации путем подачи жалобы через Арбитражный суд Приморского края.

Судья Е.А. Киричевская