Решение от 16 мая 2022 г. по делу № А24-6015/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А24-6015/2020
г. Петропавловск-Камчатский
16 мая 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 05 мая 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 16 мая 2022 года.


Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Решетько В.И. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску

общества с ограниченной ответственностью «БРАНС» (ИНН <***>, ОГРН <***>)


к

краевому государственному казенному учреждению «Служба заказчика Министерства строительства Камчатского края» (ИНН <***>, ОГРН <***>)


о взыскании 41 094 863, 96 руб.


в отсутствие представителей сторон,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «БраНс» обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с иском к краевому государственному казенному учреждению «Служба заказчика Министерства строительства Камчатского края» о взыскании 38 723 232, 05 руб. ущерба, 100 000 руб. штрафа и 2 271 631, 91 руб. неустойки в связи с исполнением условий государственного контракта на выполнение работ по строительству объекта «Детский сад на 150 мест в п. Оссора Карагинского района от 20.06.2018 № 63/ГК-18.

Требования истца заявлены со ссылками на статьи 15, 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Извещение лиц, участвующих в деле, признано судом надлежащим по правилам статей 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Судебное заседание проведено в отсутствие представителей сторон в соответствии с положениями части 3 статьи 156 АПК РФ.

Исследовав материалы дела и оценив представленные сторонами доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

Как следует из обстоятельств, положенных в основание иска в рассматриваемом деле, 20.06.2018 между истцом (подрядчик) и ответчиком (заказчик) заключен контракт от 20.06.2018 № 63/ГК-18 на выполнение работ по строительству объекта «Детский сад на 150 мест в поселке Оссора Карагинского района» (далее – контракт).

01.07.2019 заказчиком принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, обжалованное обществом в судебном порядке (дело № А24-6559/2019).

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 18.02.2020 по делу № А24-6559/2019, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2020 и постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 25.08.2020, односторонний отказ учреждения от исполнения государственного контракта от 20.06.2018 № 63/ГК-18, изложенный в приказе от 01.07.2019 № 43-з, признан недействительным.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, прибегнув к досудебному урегулированию спора и не получив добровольного удовлетворения предъявленных требований, истец обратился в суд с иском о взыскании 38 723 232, 05 руб. ущерба (убытков), 100 000 руб. штрафа и 2 271 631, 91 руб. неустойки в связи с исполнением условий государственного контракта на выполнение работ по строительству объекта «Детский сад на 150 мест в п. Оссора Карагинского района от 20.06.2018 № 63/ГК-18.

По условиям заключенного между сторонами контракта, подрядчик по заданию заказчика обязался выполнить указанные работы в соответствии с условиями настоящего государственного контракта, проектно-сметной документацией, графиком производства работ (Приложение № 3 к контракту), строительными нормами и правилами, и сдать результат работ заказчику, а заказчик обязался принять результат работ и оплатить его в соответствии с настоящим контрактом.

Срок завершения работ установлен пунктом 1.2 контракта не позднее 02.11.2020.

Цена контракта составляет 275 477 870 рублей (пункт 2.1 контракта).

Пунктами 2.4.1, 2.4.2 контракта предусмотрено авансирование работ в размере 30% от цены контракта: выплата аванса в 2018 году - 20%; погашение авансового платежа производится в течение всего срока строительства за фактически выполненные работы ежемесячно равными долями путем вычета из суммы, подлежащей оплате на основании актов КС-2 и справок КС-3. Выплата в 2019 году осуществляется в размере 10%; погашение авансового платежа производится до 15.11.2019 за фактически выполненные работы в 2019 году ежемесячно равными долями аналогичным способом.

В пункте 3.4.2 контракта установлена обязанность подрядчика по подготовке в течение 10 рабочих дней со дня получения проектной документации графика производства работ (Приложение № 3), содержащего сроки выполнения работ в соответствии с проектной документацией, проект производства работ, виды и объемы работ, которые подрядчик выполняет самостоятельно без привлечения субподрядчиков и передать заказчику для согласования.

В свою очередь заказчик обязан согласовать подготовленный подрядчиком график производства работ (Приложение № 3) с указанными сроками исполнения и проект производства в течение 7 рабочих дней со дня его получения, либо направить мотивированный отказ. В случае направления заказчиком подрядчику мотивированного отказа в утверждении графика производства работ стороны согласовывают новые сроки выполнения работ, с учетом которых подрядчик подготавливает новый график производства работ и направляет его для утверждения заказчику (пункт 3.2.1 контракта). Право на односторонний отказ от контракта предоставлено заказчику пунктами 3.1.5 и 11.1 контракта по основаниям и в порядке, которые предусмотрены гражданским законодательством.

Во исполнение условий спорного контракта заказчиком 03.07.2018 передан подрядчику комплект проектно-сметной документации. Платежным поручением от 11.07.2018 № 67836 перечислен аванс в размере 55 095 574 руб.; 26.07.2018 по акту передана площадка под строительство объекта.

График производства работ утвержден и скреплен печатями сторон 15.02.2019.

Арбитражный суд установил, что в рамках дела № А24-709/2019 по иску заказчика к подрядчику о взыскании 4 232 168, 05 руб. штрафов за нарушение условий спорного контракта судами трех инстанций при оценке переписки сторон и действий общества установлено, что подрядчик в установленный срок представил график производства работ, а дальнейшее его согласование с заказчиком было осуществлено в рамках процедуры, предусмотренной контрактом. Суды не усмотрели факта нарушений со стороны подрядчика при согласовании графика производства работ, тогда как в отношении заказчика установили обстоятельства нарушения срока передачи проектной документации; нарушения сроков согласования графика; несоответствие претензий заказчика относительно того, что подрядчик не приступил к работам.

31.01.2019 приказом № 6-з заказчик отказался в одностороннем порядке от исполнения контракта в связи с невыполнением подрядчиком работ надлежащим образом и в надлежащий срок, однако приказом от 18.02.2019 № 11-з односторонний отказ отменен. Вместе с тем окончательные сроки работ не изменены, и по состоянию на 15.02.2019 подрядчик приступил к работам, в том числе по установке свай, что является основной конструктивной частью работ по строительству детского сада.

Вместе с тем, начиная с февраля 2019 года у сторон возникли разногласия относительно способа установки свай, а именно: проектной документацией, получившей положительное заключение государственной экспертизы, в разделе 59/15-ГК-ПОС листы 7, 12, 13 и в проекте производства работ устройство нулевого цикла выполняется в следующей технологической последовательности: земляные работы по созданию оснований под фундаменты; бурение скважин при помощи установки шнекового бурения, возведение конструкций подземной части нулевого цикла – установка вибропогружным способом свай и далее. Предусмотрен диаметр скважин, указано, что при достижении ее глубины, соответствующей проекту – бурение остановить. В проекте производства работ в пункте 2.4. «Последовательность вибропогружения свай» указано, что после выполнения работ по планировке площадки, разбивки и закрепления осей изготавливаются лидерные скважины на глубину 1,5 – 2 м, после изготовления которых приступают к работам по вибропогружению металлических свай-оболочек.

Указанным способом согласно проекту подрядчик приступил к установке свай. В дальнейшем стороны вели переписку, которая сводится к тому, что заказчик посчитал подрядчика нарушившим технологию установки свай, просил их демонтировать, а подрядчик в обоснование своей позиции ссылался на проектную документацию.

Приказом от 01.07.2019 № 43-з заказчик принял решение расторгнуть контракт в одностороннем порядке в связи с невыполнением подрядчиком работ надлежащим образом и в надлежащий срок, в качестве основного нарушения заказчик вменил подрядчику нарушение технологии установки свай, ссылаясь на изменение проектировщиком проектных решений.

Подрядчик, полагая отказ незаконным, обратился в арбитражный суд с соответствующим иском в рамках дела № А24-6559/2019, в результате рассмотрения которого суды, установив, что изменения в части выполнения шнекового бурения в установленном законом порядке в проект не вносились, госэкспертиза не проводилась, ответ проектировщика от 12.02.2019 не является изменением проектного решения, в связи с чем пришли к выводу, что действия подрядчика по выполнению работ согласно действующему проекту соответствуют условиям контракта и требованиям закона, а действия заказчика по непринятию в установленном порядке мер по внесению изменений в проектную документацию повлекли за собой нарушение сроков выполнения работ, учитывая обстоятельства неисполнения заказчиком встречных обязательств по внесению аванса за 2019 год, и, установив, что послужившие причиной расторжения контракта нарушения возникли по вине заказчика, который не представил доказательств своевременного принятия мер по устранению препятствий и созданию подрядчику необходимых условий для выполнения работ в установленные сроки, суды не усмотрели предусмотренных законом и контрактом оснований для одностороннего отказа заказчика от контракта по приведенным им основаниям.

После вступления в законную силу решения суда по указанному делу подрядчик уведомлением от 22.05.2020 № 146 сообщил заказчику о приостановлении производства работ, ссылаясь на письмо Учреждения о необходимости исключения бурения и погружению свай только вибропогружающим способом без предварительного бурения, что не представляется возможным, по причине, в том числе, непредставления исправленного проекта 59/15-ГК-ПОС.

В ответе на данное уведомление Учреждение письмом от 08.06.2020 № 1785 указало, что проектной документацией прямо предусмотрена установка лидерных скважин путем шнекового бурения и только потом погружения сваи, кроме того, подрядчиком не выполнены работы по созданию основания под фундаменты здания детского сада (подсыпка до планировочных отметок с послойным уплотнением), также подрядчик не лишен возможности выполнения иных видов работ в соответствии со сметной документацией, в связи с чем оснований для приостановки производства работ не имеется. При этом заказчик в переписке неоднократно предлагал обществу представить график производства работ.

Также письмом от 06.08.2020 № 2477 заказчик направил в адрес подрядчика исправленный альбом проектной документации «Раздел 6. Проект организации строительства. 59/15-ГК-ПОС». В свою очередь подрядчик, ссылаясь на неисполнение заказчиком обязанности по осуществлению очередного авансового платежа, вследствие чего Общество лишено возможности приобрести необходимые дополнительные материалы и обеспечить их доставку на объект, а, следовательно, и составить график производства работ, а также, учитывая, что откорректированным проектом 59/15-ГК-ПОС требования к механизмам по погружению свай не определены, обращаясь с просьбой указать технические характеристики вибропогружателя для дальнейшего производства работ, а также решить вопрос с изменением (увеличением) срока выполнения работ, письмом от 03.09.2020 уведомил заказчика о приостановлении невозобновленных работ по контракту.

Письмом от 08.10.2020 подрядчик обратился к заказчику с требованиями об исполнении вышеперечисленных контрактных обязательств и возмещении ущерба подрядчику в размере 41 021 865, 31 руб.

Приказом от 11.11.2020 № 18-з заказчик принял решение расторгнуть контракт в одностороннем порядке в связи с невыполнением подрядчиком работ надлежащим образом и в надлежащий срок, в том числе ввиду неисполнения подрядчиком обязанности по предоставлению заказчику в десятидневный срок с даты получения откорректированной проектной документации графика производства работ, а также выполнения установки свай-оболочек с грубым нарушением требований СП и СНиП, допустив порчу строительных материалов вследствие их ненадлежащего хранения.

Несогласие подрядчика с расторжением заказчиком контракта в одностороннем порядке, послужило основанием для его обращения с иском в Арбитражный суд Камчатского края (дело № А24-5937/2020).

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 27 апреля 2021 года, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 13.07.2021, иск удовлетворен; суд признал недействительным односторонний отказ краевого государственного казенного учреждения «Служба заказчика Министерства строительства Камчатского края», изложенный в приказе № 18-3 от 11.11.2020, от исполнения государственного контракта № 63/ГК-18, заключенного 20.06.2018 с обществом с ограниченной ответственностью Строительная компания «БраНс» на выполнение работ по строительству объекта «Детский сад на 150 мест в п. Оссора Карагинского района».

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 20 октября 2021 года решение Арбитражного суда Камчатского края от 27.04.2021 и постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2021 по делу № А24-5937/2020 отменены; в удовлетворении исковых требований отказано.

В соответствии с положениями части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Преюдиция – это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами. Она распространяется на содержащуюся в судебном акте, приговоре, вступившем в законную силу, констатацию тех или иных обстоятельств, которые входили в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу. Факты, которые входили в предмет доказывания, были исследованы и затем отражены судебным актом, приобретают качества достоверности и незыблемости, пока акт не отменен или не изменен путем надлежащей процедуры.

Одним из главных инструментов, способствующих достижению стабильности российского правопорядка и непротиворечивости судебных актов, является использование принципа преюдиции, который освобождает участников будущих споров от обязанности доказывать те обстоятельства, которые были установлены вступившим в законную силу судебным актом, по спору между теми же лицами (части 2–4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации). Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать соответствующие обстоятельства, но и невозможность их опровержения. Такое положение существует до отмены судебного акта, установившего данные обстоятельства, в предусмотренном законом порядке.

Аналогичная правовая позиция содержится в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 года № 30-П, согласно которой признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения. В качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Таким образом, при рассмотрении настоящего спора суд исходит из того, что установленные арбитражным судом кассационной инстанции от 20.10.2021 по делу № А24-5937/2020 обстоятельства дальнейшему доказыванию не подлежат.

Рассмотрев требования истца о взыскании убытков в сумме 38 723 232, 05 руб., суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

По общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

По общему правилу, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1 ст. 15 ГК РФ). Применительно к обязательственным правоотношениям указанное правило конкретизировано в п. 1 ст. 393 ГК РФ, в силу которого должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. При этом использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает кредитора, если иное не установлено законом, права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (абзац второй п. 1 ст. 393 ГК РФ).

Устанавливая причинную связь между нарушением обязательства и убытками, необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям могло привести подобное нарушение в обычных условиях гражданского оборота. Если убытки, возмещения которых требует кредитор, являются обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и убытками, доказанными кредитором, предполагается.

Как установлено судом и следует из представленных в материалы дела доказательств, заявленные истцом к взысканию убытки, находятся в его зоне ответственности и не подлежат взысканию с ответчика, поскольку в действиях ответчика невозможно установить вину в их причинении, равно как не усматривается причинно-следственная связь между возникшими убытками и поведением ответчика.

На дату вынесения настоящего решения заключенный между сторонами контракт расторгнут по причине неисполнения подрядчиком принятых на себя в добровольном порядке гражданско-правовых обязательств. Поскольку подрядчик сам способствовал расторжению контракта своим поведением, то возникшие на его стороне убытки не могут быть поставлены в зависимость от действий ответчика, поскольку указанные убытки истец понес в результате собственных действий (бездействия), то есть по собственной вине. При этом суд отмечает, что если бы истец при той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от него по характеру обязательства и условиям оборота, принял все меры для надлежащего исполнения договорных обязательств, ответчик не стал бы расторгать с ним в одностороннем порядке контракт по указанным обстоятельствам, исполнение контракта продолжилось бы, а на стороне истца не возникло бы неблагоприятных последствий в виде убытков.

С учетом изложенных обстоятельств суд отказывает истцу в удовлетворении требований о взыскании причиненного ущерба в размере 38 723 232, 05 руб.

Рассмотрев требований истца о взыскании неустойки, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 330 ГК РФ предусмотрено, что в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения, должник обязан уплатить кредитору неустойку (штраф, пени), определенную законом или договором.

В ходе рассмотрения настоящего спора ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств установлено не было. Истец не подтвердил относимыми и допустимыми доказательствами правомерность начисления неустойки, напротив, в ходе рассмотрения настоящего дела судом было установлено, что заключенный между сторонами контракт расторгнут ответчиком в одностороннем порядке в связи с ненадлежащим исполнением договорных обязательств истцом.

При таких обстоятельствах, учитывая недоказанность правовых оснований для начисления и взыскания с ответчика неустойки и штрафа за ненадлежащее исполнение договорных обязательств, суд также отказывает в удовлетворении указанных требований.

Поскольку истцу при обращении в суд была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, в силу положений статьи 110 АПК РФ государственная пошлина в размере 200 000 руб. подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.


Руководствуясь статьями 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «БРАНС» государственную пошлину в доход федерального бюджета в сумме 200 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения.



Судья В.И. Решетько