Решение от 12 декабря 2019 г. по делу № А29-5706/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Орджоникидзе, д. 49а, г. Сыктывкар, 167982

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А29-5706/2019
12 декабря 2019 года
г. Сыктывкар


Резолютивная часть решения объявлена 10 декабря 2019 года,

решение в полном объёме изготовлено 12 декабря 2019 года.

Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи Босова А. Е.,

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания

секретарём судебного заседания ФИО1,

с участием представителей

от истца: ФИО2, ФИО3 по доверенности от 20.06.2019,

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 08.04.2019,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску

индивидуального предпринимателя ФИО2

(ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Новострой-Инвест»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

о взыскании неосновательного обогащения,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований

относительно предмета спора, —

общество с ограниченной ответственностью «Деловой альянс»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>),

и установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее — Предприниматель) обратился в Арбитражный суд Республики Коми с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Новострой-Инвест» (далее — Общество-1) о взыскании 907 603 рублей 17 копеек неосновательного обогащения.

Исковые требования основаны на нормах главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — Кодекс) и мотивированы тем, что Предприниматель (подрядчик) по заданию Общества-1 (генерального подрядчика) предоставил исполнение сверх объёма, предусмотренного в договоре от 19.02.2018 № 22/СП, а ответчик отказался оплатить выполненные работы.

Общество-1 ходатайствовало об оставлении иска без рассмотрения (л.д. 54)и указало при этом на следующее. В претензии от 15.03.2019 № 1 Предприниматель потребовал от Общества-1 погасить задолженность, между темв иске идёт речь о неосновательном обогащении. Претензия должна строго соответствовать заявленному исковому требованию, поэтому названная претензия не может служить доказательством соблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования спора.

В отзыве от 23.07.2019 (л.д. 65 — 67) ответчик со ссылкой на статью 743 Кодекса и пункт 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» сообщил, что Общество-1 не поручало Предпринимателю выполнение спорных работ, подрядчик не извещал заказчикао необходимости выполнения этих работ, поэтому Предприниматель лишается права на их оплату. Сторона ответчика также обратила внимание суда на то обстоятельство, что многоквартирный жилой дом на улице Первомайской был введён в эксплуатацию 17.07.2018, тогда как работы, которые, как утверждает Предприниматель, выполнены в июле 2018 года, предъявляются к оплате Обществу-1 спустя несколько месяцев (в феврале 2019 года). Об отсутствии задолженности Общества-1 перед Предпринимателем свидетельствуют соглашениео зачёте встречных однородных требований от 28.11.2018 (по задолженности, возникшей из договора от 19.02.2018 № 22/СП, зачёт произведён на сумму 790 923 рубля 30 копеек) и договор уступки права требования (цессии) от 13.07.2018(по данному договору Общество-1 передало Предпринимателю имевшееся у него право требования от общества «Деловой Альянс» нежилого помещения — объекта долевого строительства).

В письменных пояснениях, переданных в заседании 24.07.2019 (л.д. 73 — 74), сторона истца отклонила довод ответчика о несоблюдении обязательного претензионного порядка. К делу также приобщены заявление ФИО5, в котором он подтвердил сведения, зафиксированные в подписанном им акте осмотра от 12.07.2018, а также приказ директора Общества-1 от 17.11.2017, на основании которого ФИО5 назначен ответственным лицом, осуществляющим строительство объекта.

Определением от 02.09.2019 к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Деловой альянс» (далее — Общество-2).

В отзыве от 08.11.2019 № 86 (л.д. 93 — 94) конкурсный управляющий Общества-2 ФИО6 сообщил, что, по его мнению, иск не подлежит удовлетворению, поскольку факт согласования дополнительных работ не подтверждён, а взаимные обязательства Предпринимателя и Общества-1 прекращены зачётом.

В заседании 09.12.2019 ответчик заявил устное ходатайство об истребовании в Управлении экономической безопасности и противодействия коррупции МВД по Республике Коми материала проверки № 48050/9218-2018. Представитель Общества-1 пояснил, что в ходе названной проверки Предприниматель сообщал следственным органам иные сведения, чем те, которые положены в основу исковых требований. Возражая против удовлетворения ходатайства, сторона истца указала на то, что показания, данные ФИО2 следствию, в любом случае не могут быть положены в основу решения по настоящему делу, поскольку не только не имеется вступившего в законную силу приговора, но и доследственная проверка ещё не завершена (по ходатайству Предпринимателя к делу приобщена фотокопия постановления от 24.09.2019 заместителя прокурора Республики Коми об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела и о возвращении материалов для дополнительной проверки). Суд согласился с мнением истца и отказал ответчику в удовлетворении ходатайства.

Установлено, что Общество-1 (заказчик) и Предприниматель (подрядчик) заключили договор от 19.02.2018 № 22/СП (л.д. 11 — 13, 17), во исполнение которого истец обязался с февраля по 30.06.2018 (пункт 1.2 договора в редакции дополнительного соглашения от 29.03.2018) выполнить комплекс отделочных работ в подземном паркинге на объекте «Многоквартирный жилой дом со встроенными помещениями и подземным паркингом по ул. Первомайской г. Сыктывкара».

Работы общей стоимостью 2 400 000 рублей (пункт 2.1) детализированыв подписанной контрагентами и скреплённой их печатями локальной смете от 19.02.2018 № 2 (л.д. 14 — 16). К числу работ отнесены и следующие, указанные в пункте 8 локальной сметы («Стены в помещениях, в том числе тамбурах, л/клетках выхода с паркинга с отм. -4.200 до отм. 0.000»): «Комплекс отделочных работ бетонных поверхностей, в том числе: частичное выравнивание шлифованием швов покрытие бетоноконтактом, покрытие поверхностей декоративными составами» (2580,6 квадратного метра; 779 341 рубль 20 копеек).

Сдача-приёмка работ, согласно пункту 4.2 договора, оформляется актами КС-2 и справками КС-3.

В пункте 4.3 договора стороны условились, что подрядчик в течение двух рабочих дней с момента окончания работ обязан уведомить заказчикао необходимости их приёмки.

Выполнение работ, не предусмотренных договором, не включённыхв документацию, предоставляемую заказчиком, осуществляется по дополнительному соглашению между сторонами, оговаривающему условияи сроки выполнения, а также размеры и порядок оплаты таких работ (пункт 4.8).

С письмом от 14.02.2018 № 3 (как пояснил истец, опечатка в дате — 14.02.2019) Предприниматель, сославшись на договор от 19.02.2018 № 22/СП, направил Обществу-1 для подписания справки КС-3 и соответствующие этим справками акты КС-2 от 13.07.2018 (л.д. 18 — 25):

-№ 2 на сумму 136 476 рублей (комплекс работ по устройству покрытий поверхности пола автостоянок и проездов пропитывающими и укрепляющими полимерными составами, в том числе сплошное шлифование, частичное выравнивание бетонных поверхностей, обеспыливание, нанесение полимерных составов; комплекс отделочных работ бетонных поверхностей, в том числе частичное выравнивание шлифованием швов, покрытие бетоноконтактом, покрытие поверхности декоративными составами),

-№ 3 на сумму 771 127 рублей (штукатурка поверхностей внутри здания известковым раствором улучшенная по камню и бетону стен; декоративная отделка поверхностей клеевая).

С названным письмом направлен также подписанный Предпринимателем, инженером Общества-2 ФИО7, инженером Общества-1 ФИО8 акт осмотра от 12.07.2018 (л.д. 24), в котором отражено, что поименованные лица установили выполнение дополнительных объёмов работ:

-штукатурка стен и покраска — 1116,6 квадратного метра,

-комплекс работ по устройству покрытий поверхности пола автостоянок и проездов пропитывающими и укрепляющими полимерными составами — 246 погонных метров,

-комплекс отделочных работ бетонных поверхностей, в том числе частичное выравнивание шлифованием швов, покрытие бетоноконтактом, покрытие поверхности декоративными составами (потолок) — 296 квадратных метров.

В копии акта осмотра также значится подпись с расшифровкой «Ващенко».

Предприниматель представил в дело и другие доказательства: копию акта осмотра от 03.10.2019, подписанного самим истцом и приглашённым им инженером ФИО9, копию письма от 19.02.2018, подписанного директором Общества-1 ФИО10, в котором, в частности, выражено «согласие на производство работ на покрытие стен и потолков бетоноконтактом и штукатурной смесью при непрогретых стенах до нужной рабочей температуры», копию документа, подписанного от имени ФИО5, озаглавленного «Паркинг» и содержащего сведения о работах, произведённых с 27.02.2018по 06.03.2018 (полы: сплошное шлифование, частичное выравнивание бетонных поверхностей — 2222,7 м2, потолок: выравнивание, шлифование швов, покрытие бетоноконтактом — 448,22 м2, стены: штукатурка стен — 333,1 м2, частичное выравнивание, шлифование швов, покрытие бетоноконтактом — 1770,67 м2, плитка — 35,2 м3), копию титульного листа, а также четырёх страниц общего журнала работ (л.д. 97 — 104).

Акты КС-2 и справки КС-3 от 13.07.2018 не были ни подписаны,ни оплачены, что послужило Предпринимателю основанием вначале для обращения к Обществу-1 с претензией, а затем и за судебной защитой.

Довод ответчика о необходимости оставить иск без рассмотрения несостоятелен.

По смыслу статьи 4, пункта 8 части 2 статьи 125, части 7 статьи 126, пункта 2 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы; такой порядок урегулирования спора путём направления иска по истечении 30 календарных дней после направления претензии или требования направлен на оперативное разрешение спора и служит дополнительной гарантией защиты прав (пункт 4 Обзора судебной практики № 4, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2015).

Согласно части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также подходу, изложенному Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 15.10.2013 № 8094/13, в случае ненадлежащего формулирования истцом способа защиты при очевидности преследуемого им материально-правового интереса суд обязан самостоятельно определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

В основу требования, обозначенного в претензии от 15.03.2019 № 1 (л.д. 8), положены те же самые обстоятельства, которые приведены в рассматриваемом иске; сумма требований, указанная в претензии, идентична цене иска. Производство по делу возбуждено 13.05.2019, таким образом, иск в любом случае не может быть оставлен без рассмотрения (пункт 4 раздела II Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2015), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2015).

Иные доводы Общества-1 заслуживают внимания.

По общему правилу, должник не вправе произвольно отказатьсяот надлежащего исполнения обязательства (статьи 309 и 310 Кодекса).

В силу статьи 740 Кодекса по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определённый объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

В договоре подряда указывается цена подлежащей выполнению работы или способы её определения, при этом цена работы (смета) может быть приблизительной или твёрдой (пункты 1 и 4 статьи 709 Кодекса).

Из пункта 2.1 договора и локальной сметы от 19.02.2018 № 2 следует, что стоимость работ определена в твёрдой сумме (2 400 000 рублей). Как указали стороны, работы, поименованные в локальной смете от 19.02.2018 № 2, выполнены, приняты и оплачены.

Согласно пункту 6 статьи 709 Кодекса подрядчик не вправе требовать увеличения твёрдой цены, а заказчик ее уменьшения, в том числе в случае,когда в момент заключения договора подряда исключалась возможность предусмотреть полный объём подлежащих выполнению работ или необходимых для этого расходов.

В пункте 4.8 договора прямо указано на то, что возможность выполнения дополнительных работ, условия, сроки, цена и порядок оплаты должны быть оговорены в дополнительном соглашении.

Такого соглашения контрагенты не подписывали. Вопреки мнению истца, письмо Общества-1 от 19.02.2018 (л.д. 98) может свидетельствовать лишь о том, что заказчик подтвердил свою осведомлённость о рисках, связанных с выполнением работ при непрогретых стенах, однако данный документ не является относимым, допустимым и достоверным доказательством того, что стороны заключили дополнительное соглашение, оговорив все его существенные условия.

Из текста приказа от 17.11.2017 (л.д. 76) нельзя усмотреть, что ФИО5 был наделён полномочиями согласовывать и принимать какие-либо работы. Акты КС-2 и справки КС-3 ФИО5 не подписывал.

Напротив, акты КС-2 от 28.02.2018 № 1 (работы выполнялись с 19.02.2018 по 28.02.2018; 718 865 рублей 56 копеек), от 06.03.2018 № 2 (01.03.2018 — 06.03.2018, 756 162 рубля 40 копеек) и от 31.05.2018 № 1 (27.04.2018 — 31.05.2018; 273 174 рубля) подписаны со стороны заказчика генеральным директором ФИО10 Наименования и объёмы работ, перечисленныхв этих актах, согласуются с таковыми в локальной смете.

Как верно отмечено стороной ответчика, исходя из формулировок, использованных контрагентами в пункте 8 локальной сметы и в не подписанных заказчиком актах КС-2, неправомерно делать вывод о том, что оштукатуривание кирпичных стен не входило в «комплекс отделочных работ бетонных поверхностей». Уточняющий оборот в локальной смете, начинающийся словами«в том числе», раскрывает некоторые детали этого комплекса работ и никоим образом не исключает спорных работ по оштукатуриванию. В отсутствие экспертного заключения и при наличии указанных формулировок следует признать допустимым и не опровергнутым предположение ответчика о том, что спорные работы вошли в те, которые уже были приняты и оплачены.

Как пояснил сам ФИО2, отвечая в заседании 10.12.2019 на вопрос представителя ответчика, работы проводились с февраля по июнь 2018 года,как то и было установлено в дополнительном соглашении, таким образом,при отсутствии надлежащих доказательств иного, и письмо Общества-1 от 19.02.2019, и записи, сделанные в общем журнале работ в двадцатых числах марта 2018 года, вполне согласуются с оценкой ответчика о том, что заверения, изложенные заказчиком в названном письме, касались не дополнительных работ,а того комплекса, который был определён Предпринимателем и Обществом-1 изначально в договоре и в локальной смете.

Договоры подряда с физическими лицами (членами бригады Предпринимателя) ФИО11 и ФИО12, нотариально заверенные заявления ФИО13 и ФИО12, платёжные поручения о перечислении истцом взносов на выплату страховой части трудовой пенсии и взносов на обязательное медицинское страхование, документы Федеральной миграционной службы России могут служить свидетельством того, что поименованные лица работали на объекте, однако данные письменные доказательства не подтверждают выполнения этими лицами спорных работ.

Кроме того, на основании пункта 3 статьи 743 Кодекса подрядчик, обнаруживший в ходе строительства не учтённые в технической документации работы и в связи с этим необходимость проведения дополнительных работи увеличения сметной стоимости строительства, обязан сообщить об этом заказчику. При неполучении от заказчика ответа на своё сообщение в течение десяти дней, если законом или договором строительного подряда не предусмотрен для этого иной срок, подрядчик обязан приостановить соответствующие работыс отнесением убытков, вызванных простоем, на счёт заказчика. Заказчик освобождается от возмещения этих убытков, если докажет отсутствие необходимости в проведении дополнительных работ.

Подрядчик, не выполнивший предусмотренной пунктом 3 статьи 743 Кодекса обязанности, лишается права требования от заказчика оплаты выполненных им дополнительных работ даже в тех случаях, когда такие работы были включены в акт приемки, поскольку акт подтверждает лишь факт выполнения подрядчиком работ, а не согласие заказчика на оплату дополнительных работ (пункт 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору подряда»).

В деле не имеется доказательств ни того, что заказчик обращалсяк подрядчику с просьбой выполнить дополнительные работы, ни того, что подрядчик каким-либо образом уведомлял заказчика о необходимости произвести такие работы либо одобрил их фактическое осуществление.

Следовательно, даже если работы и были выполнены в действительности, то при указанных обстоятельствах Предприниматель не мог не понимать, что их стоимость не подлежит возмещению в силу пункта 4 статьи 1109 Кодекса.

Наконец, следует признать справедливой и ссылку Общества-1 на соглашение от 28.11.2018 о зачёте встречных однородных требований (л.д. 69), где контрагенты перечислили взаимные обязательства, связывавшие заказчикаи подрядчика на 28.11.2018 по ряду договоров, к числу которых отнесён и договор от 19.02.2018 № 22/СП. Из пункта 2 соглашения следует, что срок исполнения обязательств наступил. На наличие у Общества-1 иных обязательств перед Предпринимателем не указано ни в данном соглашении, ни в иных документах.

Действующим правопорядком установлена презумпция добросовестности (пункт 3 статьи 1, пункт 5 статьи 10 Кодекса), причём данному принципу стороны должны следовать не только при установлении, исполнении обязательства,но и после его прекращения (пункт 3 статьи 307 Кодекса).

Таким образом, если Предприниматель достоверно знал о наличии на стороне Общества-1 задолженности по актам КС-2 от 13.07.2018, то, действуя разумно и добросовестно, он со всей очевидностью не мог не учесть этот долгпри заключении соглашения от 28.11.2018 о зачёте. Между тем о долге подрядчик упоминает спустя девять месяцев после предполагаемого окончания спорных работ и по истечении четырёх месяцев после проведения зачёта — в претензии от 15.03.2019 № 1. Данные обстоятельства позволяют суду применить соотносящийся с принципом добросовестности общеправовой запрет на такие действия хозяйствующего субъекта, которые противоречат его собственному поведению в прошлом (venire contra factum proprium).

С учётом изложенного суд полностью отказывает в иске, относя судебные расходы по государственной пошлине на истца.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 — 170 и 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

1.В удовлетворении исковых требований отказать полностью.

2.Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объёме.

Кассационная жалоба на решение может быть подана в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья А. Е. Босов