Решение от 28 сентября 2023 г. по делу № А08-5783/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Народный бульвар, д.135, г. Белгород, 308000

Тел./ факс (4722) 35-60-16, 32-85-38 сайт: http://belgorod.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А08-5783/2020
г. Белгород
28 сентября 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 26 сентября 2023 года Полный текст решения изготовлен 28 сентября 2023 года

Арбитражный суд Белгородской области

в составе судьи Танделовой З. М.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудио и видеозаписи секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 550 500 руб. при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2, паспорт, представитель ФИО4, доверенность от 07.10.2020 (онлайн участие);

от ответчика: ФИО3, паспорт (онлайн участие).

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (Истец, Заказчик) обратился в Арбитражный суд Белгородской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (Ответчик, Исполнитель) о взыскании 550 500 руб., составляющих денежные средства в сумме 370 000 руб., перечисленные за оказание услуг – изготовление программного обеспечения Digital Signage по договору на оказание услуг от 14.08.2019 № IP15- 2019, 118 200 руб. ,пени за нарушение сроков оказания услуг за период с 02.12.2019 по 15.06.2020, 62 300 руб. убытков и 5 000 руб. судебных расходов на оплату юридических услуг.

Сослался на то, что ответчик не передал ему качественный программный продукт в установленный договором срок, в связи с чем, договор в одностороннем порядке расторгнут с 16 июня 2020 года, а за период с даты когда программное обеспечение должно было быть сделано исполнителем и до расторжения договора ему были причинены убытки, связанные с необходимостью в своей деятельности оплаты иного аналогичного программного продукта, изготовленного иным лицом.

В судебном заседании иск поддержан.

Ответчик в отзыве и в суде иск не признал, указывая на исполнение обязательств по договору, передаче истцу качественного готового программного продукта, который истец не тестировал, использование иного аналогичного программного продукта до заключения договора с ответчиком. В случае удовлетворения иска просил уменьшить размер неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения сторон, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

. Из материалов дела следует и сторонами не оспаривалось, что 14 августа 2019 года между индивидуальным предпринимателем ФИО2 (Заказчик) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (исполнитель) был заключен договор на оказание услуг № IP15- 2019 (далее – договор, договор сторон) неотъемлемой частью которого является

техническое задание на разработку, график оказания и оплаты услуг (том 1 л. д. 11- 18).

По условиям указанного договора п. 1.1. Исполнитель обязуется в течение срока действия договора оказать Заказчику услугу, связанную с разработкой разработка программного обеспечения, состоявшего из серверного приложения и приложения для рекламного медиа плеера по техническому заданию, разбитому на этапы, стоимость оказанных услуг определена в 600 000 рублей, срок исполнения последнего этапа - до 01.12.2019 года.

В счет исполнения обязанности по оплате стоимости услуг и внесении авансовых платежей истец перечислил ответчику 370000 руб., платежными поручениями № 6 от 19.08.2019 г.; № 7 от 09.09.2019 г.; № 8 от 09.09.2019 г.; № 9 от 13.09.2019 г.; № 15 от 11.11.2019 г.; № 16 от 12.11.2019 г.

Из материалов дела, в том числе и переписки сторон следует, что акты выполненных услуг истцом не были подписаны со ссылкой на невыполнение условий договора в полном объеме.

02.06.2020 индивидуальный предприниматель ФИО2 направил индивидуальному предпринимателю ФИО3 досудебную претензию уведомив об отказе от исполнения договора на оказание услуг № IP15-2019, заключенного 14 августа 2019 г. между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и индивидуальным предпринимателем ФИО3 с 16 июня 2020 года, потребовав от индивидуального предпринимателя ФИО3 выплатить индивидуальному предпринимателю ФИО2 денежные средства в размере 540 900 руб., из которых 370 000 руб. - оплаченные по договору № IP15-2019 денежные средства, 108 600 руб. – неустойка за период с 02.12.2019 г. по 30.05.2020 г., 62 300 руб. – убытки.

Неисполнение требований претензии послужило основанием для обращения истца в суд.

Оценив условия заключенного сторонами договора от 14.08.2019 № IP15- 2019, в соответствии с правилами статей 421, 422, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что данный договор носит

смешанный характер, поскольку содержит элементы договора подряда, договора возмездного оказания услуг и договора авторского заказа.

Правоотношения сторон по смешанному договору регулируются в соответствующих частях положениями глав 37, 39, 70 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В силу пункта 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 и пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Согласно пункту 1 статьи 1288 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору авторского заказа одна сторона (автор) обязуется по заказу другой стороны (заказчика) создать обусловленное договором произведение науки, литературы или искусства на материальном носителе или в иной форме.

Материальный носитель произведения передается заказчику в собственность, если соглашением сторон не предусмотрена его передача заказчику во временное пользование.

Договор авторского заказа является возмездным, если соглашением сторон не предусмотрено иное.

В пункте 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы.

По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1289 Гражданского кодекса Российской Федерации произведение, создание которого предусмотрено договором авторского заказа, должно быть передано заказчику в срок, установленный договором.

Договор, который не предусматривает и не позволяет определить срок его исполнения, не считается заключенным.

Пунктом 2 статьи 1289 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае, когда срок исполнения договора авторского заказа наступил, автору при необходимости и при наличии уважительных причин для завершения создания произведения предоставляется дополнительный льготный срок продолжительностью в одну четвертую часть срока, установленного для исполнения договора, если соглашением сторон не предусмотрен более длительный льготный срок.

В случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 1240 настоящего Кодекса, это правило применяется, если иное не предусмотрено договором.

Согласно пункту 3 статьи 1289 Гражданского кодекса Российской Федерации по истечении льготного срока, предоставленного автору в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, заказчик вправе в одностороннем порядке отказаться от договора авторского заказа.

Заказчик также вправе отказаться от договора авторского заказа непосредственно по окончании срока, установленного договором для его исполнения, если договор к этому времени не исполнен, а из его условий явно вытекает, что при нарушении срока исполнения договора заказчик утрачивает интерес к договору.

На основании пункта 2 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации, если вследствие просрочки должника исполнение утратило интерес для кредитора, он может отказаться от принятия исполнения и требовать возмещения убытков.

Таким образом, заказчик вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора только в случае нарушения исполнителем срока выполнения работ и утраты интереса к результатам этих работ.

При этом такой отказ должен последовать до того, как исполнитель выполнил свои обязательства по договору.

В соответствии с условиями договора сторон с Приложениями №№ 1 и 2 ответчик обязан был передать программный продукт, в срок до 01.12.2019.

Согласно нормативным положениям ст. 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями, а односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Как указывалось ранее, условиями договора № IP15-2019, а именно приложением № 2 к нему было предусмотрено изготовление программного обеспечения в срок до 01.12.2019.

Юридически значимым обстоятельством для разрешения спора является соответствие программного обеспечения, которое должен был разработать ответчик и всех его составных частей требованиям технического задания на дату отказа истца от исполнения договора – 16.06.2020 , которое произошло после даты, когда договор должен быть фактически исполнен.

Исходя из общих правил распределения бремени доказывания по делу, факт исполнения обязательства к установленной дате подлежит доказыванию ответчиком.

Ответчиком в материалы дела не представлено допустимых, достоверных доказательств в подтверждении изготовления и передачи истцу программного

обеспечения, соответствующего требованиям договора на оказание услуг от 14.08.2019 № IP15-2019 и его приложением на дату 16.06.2020 .

Для определения объёма и качества выполненной работы стороны просили назначить судебную компьютерно-техническую экспертизу (*далее –СКТЭ).

Определением суда от 16.07.2021 по делу была назначена компьютерно- техническая экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «Лаборатория судебной экспертизы».

Определением от 19.10.2021 суд направил дополнительные материалы и продлил срок проведения экспертизы на 14 дней со дня получения запрашиваемых документов.

Определение суда от 19.10.2021 с прилагаемыми документами, направленное в адрес ООО «Лаборатория судебной экспертизы» возвращено в суд органом почтовой связи с отметкой «истек срок хранения».

От ООО «Лаборатория судебной экспертизы» поступило ходатайство о предоставление в распоряжение эксперта дополнительных материалов, а именно: договора на оказание услуг № IP15-2019 от 14.08.2019.

Представителем истца договор на оказание услуг № IP15-2019 от 14.08.2019 направлен в адрес суда посредством электронного сервиса «Мой арбитр».

25.02.2022 исх. № С-6/1781 договор на оказание услуг № IP15-2019 от 14.08.2019 на CD-диске направлен в адрес экспертной организации ООО «Лаборатория судебной экспертизы».

Согласно отчёту Почты России об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 30800068624856 почтовое отправление возвращено отправителю из-за истечения срока хранения в связи с неявкой адресата за получением почтовой корреспонденции.

В связи с неполучением почтовой корреспонденции ООО “Лаборатория судебной экспертизы” арбитражный суд 12.04.2023 исх. № с-6/479 повторно направил в адрес экспертной организации представленные истцом дополнительные материалы, а именно: договор на оказание услуг № IP15-2019 от 14.08.2019 на CD- диске с требованием ускорить представление экспертного заключения в суд, а при невозможности дачи заключения – проинформировать суд.

Согласно отчёту Почты России об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 30800082559349 почтовое отправление возвращено отправителю из-за истечения срока хранения в связи с неявкой адресата за получением почтовой корреспонденции.

В связи с тем, что ООО «Лаборатория судебной экспертизы» судебную корреспонденцию не получало, заключение экспертизы в суд не поступило, а также принимая во внимание истечение процессуальных сроков рассмотрение дела, определением от 18 апреля 2023 года суд возобновил производство по делу и назначил судебное разбирательство на 10 мая 2023 на 10 час.50 мин.

После возобновления производства по делу 25 апреля 2023 года от эксперта ООО «Лаборатория судебной экспертизы» Колодий А.С. поступило ходатайство о продлении срока проведения экспертизы.

Определением суда от 02 мая 2023 года в удовлетворении ходатайства эксперта ООО «Лаборатория судебной экспертизы» Колодий А.С. о продлении срока проведения экспертизы до 02 мая 2023 года отказано.

02 мая 2023 года экспертом в адрес Арбитражного суда с почтового отделения г. Краснодар с индексом 350900 было направлено заключение эксперта.

В материалы дела от индивидуального предпринимателя ФИО2 поступило ходатайство о признании заключения эксперта недопустимым доказательством со ссылкой на не извещение и не вызов экспертом сторон на проведение экспертного заключения, получение документов для исследования непосредственно от стороны по делу, не проведение экспертизы в связи с использованием экспертом в заключении не иллюстраций выполненной работы, а представленных ответчиком на экспертизу вместе с программным обеспечением инструкций, противоречии выводов эксперта материалам дела.

В судебном заседании была исследована аудиозапись телефонного разговора истца с экспертом Колодий А. С.

Допрошенный в судебном заседании эксперт Колодий А. С. подтвердил, что на исследованной аудиозаписи разговора ФИО2 действительно содержится запись их разговора.

Из содержания аудиозаписи следует, что проводивший исследование эксперт положительно ответил на вопрос истца о повторном вызове сторон на проведение исследования после поступления дополнительных материалов по делу.

Эксперт подтвердил факт однократного приглашения сторон для производства осмотра объектов исследования на 29 декабря 2021 года, на последующий осмотр поступившего документа – договора с приложениями, а также на само исследование программного обеспечения и проверку его работоспособности стороны им не приглашались, так как это, по его мнению, увеличивало сроки производства экспертизы.

Согласно п. 3 ст. 64 АПК РФ не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

Законодательством предусмотрены дополнительные требования к процедуре назначения судебной экспертизы и её проведении.

Определением суда от 16 июля 2021 года на экспертное учреждение возложена обязанность экспертизу провести в присутствии представителей сторон.

Исходя из совокупного толкования нормативных положений п. п. 2, 3 ст. 83 АПК РФ лица участвующие в деле имеют право присутствовать при проведении экспертизы за исключением стадии формулирования выводов.

Указанного права, несмотря на возложение на экспертную организацию обязанности провести экспертизу в присутствии участников дела стороны были лишены, что позволяет признать экспертное заключение № 2021/12/17 полученным с нарушением закона.

Суд также полагает заслуживающим внимание доводы истца об использовании в заключении эксперта иллюстраций с инструкций, представленных ответчиком по делу вместе с программным обеспечением вместо проведения фактического исследования.

При допросе в судебном заседании эксперт Колодий А. С. по указанному обстоятельству пояснил, что при исследовании программного обеспечения им совершались все действия, указанные в инструкциях в связи с чем часть иллюстраций к экспертному заключению похожи на содержание инструкций, что и обусловило наличие некоторых иллюстраций, полностью повторяющих содержание инструкций, представленных ответчиком.

Эксперт также пояснил, что дата запуска рекламной кампании указанная на иллюстрации № 79 как 10 марта 2021 года, еще до момента назначения и производства экспертизы связана с переводом времени компьютера эксперта на 2021 год.

Представленными сторонами доказательствами подтверждено, что некоторые иллюстрации к экспертному заключению с точностью до фона, содержания и орфографических ошибок повторяют сведения, содержащиеся в инструкциях, а на иллюстрации 79 действительно имеются данные о запуске рекламы 10.03.2021 года т. е. до назначения экспертизы.

При этом, иллюстрации № 85 и № 89 к экспертному заключению, совпадая с представленными инструкциями индивидуального предпринимателя ФИО3 имеют ту же особенность отображения – наложение изображений друг на друга и их частичное не отображение, что маловероятно при самостоятельном проведении исследования экспертом.

Суд также полагает, что при самостоятельном проведении экспертом экспертизы полное совпадение многих иллюстраций к экспертному заключению с материалами, представленными ответчиком, исключено.

Эксперт должен самостоятельно проводить исследование в целях получения объективного вывода, учитывая, что надлежало проверить качество и работоспособность всего программного обеспечения во всех условиях работы, в том числе и отличающихся от тех, которые были представлены ответчиком в инструкциях.

Также заслуживает внимание довод истца о копировании экспертом представленных ответчиком текстовых инструкций вместо проведения самостоятельного исследования и описания его проведения.

В материалы дела для проведения экспертизы ответчиком представлена на флеш-накопителе инструкция по установке программы в текстовом виде. Аналогичное указанной инструкции содержимое, в том числе с грамматическими ошибками, имеется в заключении эксперта под видом выполненной им самостоятельно последовательности действий.

Суд не может согласится с доводами эксперта Колодий А. С. об отсутствии фактов копирования информации и проведении точно таких же действий

самостоятельно и их фиксации, поскольку и в заключении эксперта и в представленных инструкциях имеются аналогичные грамматические и иные ошибки, содержимое полностью идентично,. Кроме того, эксперту на исследование был передан файл с названием «Digital_signage_updater», а файл «Digital_signate_updater», которым согласно экспертному заключению было произведено обновление программного обеспечения в процессе проведения экспертизы в представленных на экспертизу флеш-накопителях отсутствует, а ссылка на него имеется только в представленных ответчиком инструкциях, которые были записаны до назначения экспертизы на устройстве ответчика.

При оценке экспертного заключения суд приходит к выводу о наличии в экспертном заключении выводов, не соответствующих материалами дела.

В материалы дела представлено приложение № 1 к договору на оказание услуг от 14 августа 2019 года № IP-15-2019 согласно которому в программном обеспечении должна иметься возможность настройки зон исключений по заданным областям GPS, для исключения подсчета количества воспроизведения медиафайлов, при этом на вопрос о наличии в техническом задании требований в указанной формулировке в ответе на вопрос 1.23 эксперт ответил отрицательно.

Аналогичный ответ об отсутствии в техническом задании требований к приложению для рекламного плеера и к приложению-клиенту был дан экспертом на вопрос 2.8.

Между тем, в приложении № 1 к договору на оказание услуг от 14 августа 2019 года № IP-15-2019 такое требование имеется.

Суд не может согласится с доводами эксперта Колодий А. С. о наличии при ответе на указанные вопросы опечаток, не повлиявших на ход исследования и правильность выводов, поскольку часть выводов экспертного заключения противоречит материалам дела, а техническая опечатка не может приводить к полностью противоположному выводу на поставленные судом вопросы.

При оценке достоверности иных сведений, представленных в экспертном заключении суд отмечает, что место производства экспертизы указано как 109202, <...>, эт/ком/оф 2/31/60, по указанному адресу корреспонденция не получалась и указанный адрес признан 07.09.2022 года налоговым органом недостоверным, а само экспертное заключение было

направлено в адрес суда с почтового отделения в г. Краснодар, что в совокупности исключает проведение исследования в указанном экспертом месте.

Кроме того, при производстве СКТЭ для обеспечения возможности повторения полученных результатов экспертного исследования, в случае назначения повторной экспертизы, а также оценки их достоверности в заключении в обязательном порядке должны указываться сведения об автоматизированном рабочем месте эксперта и программном обеспечении, установленном на нем.

Отсутствие подобной информации влечет за собой логические нарушения в процессе исследования, которые, в свою очередь, оставляют нераскрытыми вопросы, связанные с получением доказательственной информации, поскольку остается не понятным, какое использовалось аппаратное и программное обеспечение, позволившее получить подобные результаты, а следовательно, не дает возможности проверить научную и практическую обоснованность результатов, положенных в основу выводов.

Отсутствие в заключении сведений об используемом программном обеспечении (ПО) и его версии не дает возможности оценить его функциональные возможности, которые могут отличаться в зависимости от версий используемого ПО, также различное программное обеспечение может выдавать различные результаты своей работы.

Основным принципом при проведении судебных экспертиз, и в частности компьютерно-технических, является принцип неизменности вещественных доказательств.

Он подразумевает, что информация на представленном на исследование носителе данных не должна быть изменена.

Соблюдение данного принципа возможно при использовании специальных аппаратных блокираторов (Tableau, Fast Block), программного обеспечения, блокирующего запись, по порту к которому подключен исследуемый объект, создание точного побитового образа представленного объекта и его дальнейшим исследованием. Их наличие также должно быть оговорено в исследовательской части, включая их полное описание.

Несоблюдение данного принципа может повлечь за собой изменения на уровне данных (затирание значимой информации, представленной в неявном виде).

Следует отметить, что использовать программные или аппаратные средства блокирования записи необходимо также при исследовании флэш-накопителя, поскольку в противном случае нельзя исключить возможность автозапуска содержащихся на нем программ и изменения записанной информации.

Заключение экспертизы в исследовательской части, не содержит сведений об использовании программных или аппаратных средств блокирования при исследовании флэш-накопителя.

Указанные обстоятельства в совокупности не позволяют признать экспертное заключение допустимым доказательством по делу, в связи с чем, оно не может быть положено в основу решения суда.

При разрешении вопроса о возможности подтверждения представленными ответчиком доказательствами факта исполнения ответчиком обязательства, суд принимает во внимание сведения, изложенные в ходатайстве ответчика от 11.03.2021 о проведении экспертизы из которых следует, что после 16.06.2020 года в программное обеспечение вносились изменения.

При таких обстоятельствах, представление ответчиком на экспертизу измененного программного продукта не позволяет исследовать его по состоянию на 16.06.2020. и по нему нельзя проверить соответствие программного обеспечения договору на дату одностороннего отказа истца от исполнения договора.

Из ходатайства о проведении экспертизы также следует, что ответчик вносил изменения в программный продукт с целью его продажи иному лицу в связи с фактическим отказом истца от исполнения договора.

Между тем, согласно п. 1.5 договора от 14.08.2019 № IP15-2019 исполнитель не вправе без письменного разрешения заказчика – истца использовать результаты услуг в целом и их составные части без письменного разрешения на то заказчика.

Факт внесения в программное обеспечение после подачи иска изменений также подтверждается представленным ответчиком отзывом с иллюстрациями, в которых по состоянию на дату подачи иска в программном обеспечении во вкладке «управление пользователями» раздел «редактирование пользователя» отсутствует

графа «баланс», появившаяся только при предоставлении измененного программного продукта на экспертизу.

Возможность вывода баланса является требованием технического задания к договору сторон.

Пунктом 2.3 договора стороны согласовали, что в случае невыполнения исполнителем всех этапов услуг в полном объеме исполнитель обязан перечислить на расчетный счет заказчика денежные средства как выплаченные за выполненные этапы услуг, так и авансовые платежи.

Таким образом, непредставление ответчиком допустимых, достоверных доказательств соответствия программного обеспечения к 16.06.2020 условиям договора, иск о возврате уплаченных по договору на оказание услуг от 14.08.2019 № IP15-2019 сумм в размере 370 000 рублей подлежит удовлетворению.

Доводы ответчика о согласовании истцом изменений в техническое задание, что потребовало большего срока на исполнение услуг несостоятельны.

Согласно п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

При этом соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Пунктом 1 ст. 432 ГК РФ предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Сторонами по делу состав изменений, сроки выполнения задания надлежащим образом не определены, соглашений относительно существенных условий не достигнуто.

В соответствии с ч. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Пунктом 5.2 договора № 15-2019 то 14 августа 2019 г. предусмотрена ответственность за нарушение сроков оказания услуг – 0,1 % от стоимости услуг за каждый день просрочки.

Согласно расчету истца неустойка подлежит взысканию с ответчика за 197 дней с 02.12.2019 г. по 15.06.2020 г. в сумме 118200 (600000*197*0,001) руб.

Расчет истца является арифметически верным, соответствующим условиям договора сторон и действующего законодательства.

Ответчик контррасчёт не предоставил, просил в случае удовлетворения иска снизить неустойку в связи с наличием вины кредитора – истца до суммы 10 000 руб.

Ответчиком не представлено допустимых, достоверных доказательств в подтверждение вины истца в просрочке должника.

Основанием для применения статьи 333 ГК РФ может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств.

Произвольное, немотивированное и необоснованное снижение размера неустойки не должно приводить к освобождению должника от предусмотренной законом ответственности за просрочку исполнения обязательства.

Доказательств того, что ответчик принял все меры для надлежащего исполнения обязательства с той степенью заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру обязательства и условиям оборота, ответчиком в материалы дела не представило (ст. ст. 65 и 9 АПК РФ)

При таких обстоятельствах, оснований для снижения неустойки не имеется.

Требование в части взыскания неустойки в испрашиваемом размере подлежит удовлетворению.

При разрешении требований индивидуального предпринимателя ФИО2 о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО3 убытков в сумме 62 300 руб. суд учитывает, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются, в том числе, расходы, которые

лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).( ст.15 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 статьи 393.1 ГК РФ в случае, если неисполнение или ненадлежащее исполнение должником договора повлекло его досрочное прекращение и кредитор заключил взамен его аналогичный договор, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям договора, заключенного взамен прекращенного договора.

Согласно разъяснениям пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7) по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением и ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Согласно правовой позиции, отраженной в п. 26 Обзора судебной практики ВС РФ N 1 (2019), утвержденного Президиумом ВС РФ 24.04.19, для применения приведенной нормы права суды при рассмотрении дела должны установить наличие обстоятельств, подтверждающих в том числе: неисполнение или ненадлежащее исполнение условий договора должником, возлагающих на него определенные обязанности; прекращение договора между сторонами явилось следствием нарушения должником условий договора; кредитором заключен аналогичный (замещающий) договор на иных по сравнению с первоначальным договором условиях, ухудшающий его имущественный интерес.

Из материалов дела – актов от 31.12.2019., 31.01.2020., 29.02.2020 , 11.03.2020 ., чеков по операциям ПАО Сбербанк от 10.01.2020, 10.02.2020., 11.02.2020, 07.03.2020., 10.04.2020 . следует, что за период с 01.12.2019 по 10.04.2020 ю ООО «Инновационные системы» индивидуальным предпринимателем Макушенко

Максимом Сергеевичем были оплачены денежные средства за пользование сторонним программным обеспечением в сумме 62 300 руб.

Из расположенной в информационно-телекоммуникационной сети Интернет по адресу https://adbus.pro/mediastorage/Offer/AdBus.proOffer.pdf оферты на предоставление услуг системы информирования и оповещения населения в транспорте следует, что ООО «Инновационные системы» обязуется оказать клиенту возмездные услуги системы информирования и оповещения населения в транспорте для управления показами контента на оборудовании, а именно услуги по предоставлению сервиса, а клиент обязуется принять эти услуги и оплатить их исполнителю.

Таким образом, правоотношения истца с ООО «Инновационные системы» возникли до заключения с ответчиком договора на оказание услуг от 14.08.2019 № IP15-2019 в процессе обычной хозяйственной деятельности и соответственно не могут расцениваться как замещающие правоотношения с ответчиком , поэтому расходы на услуги ООО нельзя признать связанными с неисполнением ответчиком условий названного договора.

Замещающего договора, в связи с неисполнением ответчиком условий договора № IP15-2019, истец не представил.

Заключенный между ответчиком и истцом договор не содержит условия, предусматривающего взыскание с Исполнителя убытков в полной сумме сверх неустойки, как и каких-либо условий, изменяющих указанное в пункте 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации положение о зачетном характере неустойки.

При вышеназванных обстоятельствах, иск подлежит удовлетворению в части взыскания денежных средств в размере 370 000 рублей, оплаченных по договору 14.08.2019 № IP15-2019 и неустойки за нарушения срока исполнения обязательства по договору за период с 02.12.2029 по 15.06.2020 в размере 118 200 руб., а всего 488 200 руб. В иске о взыскании убытков следует отказать.

Размер удовлетворённых требований составляет 89% от заявленного.

Расходы на оплату услуг представителя в испрашиваемом размере являются разумными, доказательств обратного материалы дела не содержат.

С учётом пропорции удовлетворённых требований с ответчика в пользу истца следует взыскать расходы по оплате государственной пошлины в сумме 12 609 руб., расходы на оплату представителя в сумме 4450 руб.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) уплаченные по договору на оказание услуг от 14.08.2019 № IP15-2019 денежные средства в размере 370 000 рублей, неустойку за нарушения срока исполнения обязательства по договору за период с 02.12.2029 по 15.06.2020 в размере 118 200 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 12 609 руб., расходы на оплату представителя в сумме 4450 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Белгородской области.

Судья Танделова З. М.