Решение от 22 сентября 2025 г. по делу № А40-52197/2025

ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

г.Москва                                                                                                   А40-52197/25-113-446

23 сентября 2025 г.

Резолютивная часть решения объявлена 22 сентября 2025 г.

Полный текст решения изготовлен 23 сентября 2025 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

председательствующего судьи А.Г.Алексеева

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Торосян М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ООО «Махачкалинская вэс» к ООО ЭПК «Экоинжиниринг»,

о взыскании 7 792 355,42 рублей,

при участии:

от истца – не явился, извещён;

от ответчика –ФИО1 по должности;

У С Т А Н О В И Л :

Иск заявлен о взыскании с ответчика в пользу истца неустойки в общем 1 140 220,54 рублей за просрочку исполнения обязательств по договору от 3 октября 2022 г. № ПИР-1 (далее – Договор), заключённому между истцом (заказчик) и ответчиком (подрядчик), а также упущенной выгоды «за нарушение сроков исполнения Договора» в размере 2 859 779,46 рублей.

Истец извещённый о месте и времени судебного заседания надлежащим образом согласно статье 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс), в судебное заседание не прибыл.

Ответчик по иску возражал по доводам отзыва на исковое заявление.

Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса по имеющимся в деле доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришёл следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, Договор заключён на выполнение проектно-изыскательских работ для объекта «Строительство ветряной электрической станции «Махачкалинская ВЭС» мощностью 12,5 МВт в соответствии с техническим заданием.

Цена Договора составляет 47 908 426 рублей (пункт 2.1 ).

Срок выполнения работ установлен пунктом 1.3 Договора:

начало – с даты подписания Договора;

окончание – 1 марта 2023 г.

Дополнительным соглашением № 1 к Договору срок выполнения работ был продлён до 31 мая 2023 г.

Дополнительным соглашением № 2 к Договору срок выполнения работ был продлён до 28 февраля 2024 г..

Как указывает истец, в период между подписанием дополнительных соглашений № 1 и № 2 образовалась просрочка исполнения обязательств подрядчиком за период с 31 мая 2023 г. по 23 января 2024 г.

Как следует из материалов дела, работы по Договору выполнены, что подтверждается подписанными сторонами актами:

от 20 декабря 2022 г. № 1 на сумму 850 000 рублей;

от 30 декабря 2022 г. № 2 на сумму 4 977 890 рублей;

от 16 марта 2023 г. № 3 на сумму 7 749 550 рублей;

от 20 июля 2023 г. № 4 на сумму 5 036 000 рублей;

от 31 января 2024 г. № 5 на сумму 29 294 986 рублей.

Пунктом 6.4 Договора предусмотрено, что в случае несвоевременного завершения работ (нарушения сроков работ, этапа работ) подрядчиком заказчик вправе взыскать с подрядчика пени в размере 0,01% от общей стоимости работ по Договору за каждый день просрочки, но не более 5% от общей цены Договора.

Истцом рассчитана неустойка за период с 31 мая 2023 г. по 23 января 2024 г. (238 дней) в размере 1 140 220,54 рублей.

Статьёй 307 Гражданского кодека Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) установлено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определённое действие, как-то передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определённого действия, кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в Гражданском кодексе.

В соответствии со статьёй 401 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несёт ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии со статьёй 708 Гражданского кодекса в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несёт ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

В силу пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Частью 1 статьи 330 Гражданского кодекса предусмотрено, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определённая законом или договором денежная сумму, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Как усматривается из искового заявления, истец предъявляет требования о нарушении каждого из этапов производства работ, при этом рассчитывает неустойку исходя из цены Договора.

Следовательно, истец начисляет неустойку не только на стоимость ненадлежащим образом выполненных работ, но и на стоимость работ, срок выполнения которых не ещё не наступил.

Как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 июля 2014 г. № 5467/14 по делу А53-10062/13, начисление неустойки на общую сумму договора без учёта надлежащего исполнения части работ противоречит принципу юридического равенства, предусмотренному пунктом 1 статьи 1 Гражданского кодекса, поскольку создаёт преимущественные условия кредитору, которому, следовательно, причитается компенсация не только за не исполненное в срок обязательство, но и за те работы, которые были выполнены надлежащим образом.

Между тем превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит её компенсационной функции.

При наличии в договоре промежуточных сроков выполнения работ применение мер ответственности без учёта исполнения подрядчиком своих обязательств по договору противоречит статье 330 Гражданского кодекса.

Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Действующее гражданское законодательство допускает исполнение обязательства по частям (статья 311 Гражданского кодекса), и стороны в рассматриваемом случае такую возможность предусмотрели.

Из материалов дела следует, что работы, принятые по актам № 1, № 2, и № 3 на общую сумму 13 577 440 рублей выполнены и приняты в пределах срока, установленного Договором.

Тогда как работы, принятые по актам № 4 и № 5 на общую сумму 34 330 986 рублей выполнены с нарушением срока.

Именно от суммы 34 330 986 рублей подлежит расчёту неустойка за спорный период, которая составляет 817 077,47 рублей.

Ответчик в представленном отзыве признал факт просрочки, однако указал, что нарушения сроков возникли из-за ненадлежащего выполнения обязательств его контрагентами.

Как следует из положений пункта 3 статьи 706 Гражданского кодекса генподрядчик несёт перед заказчиком ответственность за последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств субподрядчиком в соответствии с правилами пункта 1 статьи 313 и статьи 403 Гражданского кодекса. Если иное не предусмотрено законом или договором, заказчик и субподрядчик не вправе предъявлять друг другу требования, связанные с нарушением договоров, заключённых каждым из них с генеральным подрядчиком.

Таким образом, за просрочку выполнения работ перед заказчиком отвечает ответчик по настоящему делу.

Ходатайство ответчика о привлечении к делу в качестве соответчика его контрагента ФИО2 удовлетворению не подлежит.

Частью 1 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса предусмотрено, что иск может быть предъявлен в арбитражный суд совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие).

В соответствии с частью 5 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса при невозможности рассмотрения дела без участия другого лица в качестве ответчика суд первой инстанции привлекает его к участию в деле как соответчика по ходатайству сторон или с согласия истца.

Исходя из системного анализа положений Арбитражного процессуального кодекса, можно прийти к выводу о том, что привлечение соответчика к участию в деле возможно лишь при согласии истца, а при отсутствии такого согласия истца лишь в случае, когда федеральным законом предусмотрено обязательное участие в деле другого лица в качестве соответчика.

Такая позиция по рассматриваемому вопросу согласуется с позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации изложенной в определении от 9 марта 2010 г. № ВАС-1920/10.

Оснований для вывода о том, что федеральным законом предусмотрено обязательное участие в деле другого лица в качестве соответчика, не установлено.

От истца ходатайства о привлечении соответчика с указанием формы процессуального соучастия или формулирования требований к каждому из соответчиков не поступало..

Суд при рассмотрении требования о взыскании неустойки пришёл к выводу о частичном удовлетворении требования в размере 817 077,47 рублей.

При рассмотрении требований истца о взыскании упущенной выгоды суд пришёл к следующим выводам.

Как указывает истец, пунктом 6.7 Договора предусмотрено, что подрядчик возмещает убытки, понесённые заказчиком, по причине неисполнения либо ненадлежащего исполнения подрядчиком своих обязательств по Договору (при этом убытки возмещаются сверх неустойки).

Согласно доводам истца, ему были причинены убытки в виде упущенной выгоды за период с 31 мая 2023г. по 23 января 2024 г. в размере 34 022 000 рублей согласно заключению от 16 декабря 2024 г. № О-20/2024.

При этом истец предъявляет ко взысканию упущенную выгоду в размере 2 859 779,46 «за нарушение сроков исполнения Договора».

Истцом ни коим образом не обоснован размер взыскания.

Размер упущенной выгоды определён истцом как рыночная стоимость объекта «Махачкалинской ВЭС», которую истец намеревался получить, но не осуществил в связи с нарушением сроков исполнения обязательств по Договору, приведшее к невозможности введения Махачкалинской ВЭС в эксплуатацию.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 393 Гражданского кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причинённые неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Из названных положений следует вывод о существенном различии правовой природы данных обязательств по основанию их возникновения: из договора и из деликта. В случае если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключённого между сторонами.

Указанная правовая позиция сформирована судом надзорной инстанции в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18 июня 2013 № 1399/13 по делу № А40-112862/2011 и подтверждена в постановлении ФАС Московского округа от 25 апреля 20174 г. № Ф05-3051/14 по делу № А40-77053/13 при рассмотрении дела со схожими обстоятельствами.

Как следует из положений пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство несёт ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. Пунктом 2 статьи 401 Гражданского кодекса устанавливает также, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из смысла статей 15 и 393 Гражданского кодекса для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между возникшим вредом и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда. Требование о возмещении вреда может быть удовлетворено только при доказанности всех названных элементов в совокупности.

В силу правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 2 декабря 2014 г. по делу № 310-ЭС14-142, А14-4486/2013 (Судебная коллегия по экономическим спорам), для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков суду необходимо установить состав правонарушения, включающий наступление вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, а также размер ущерба.

Требуя возмещения реального ущерба, лицо, право которого нарушено, обязано доказать размер ущерба, причинную связь между ущербом и действиями лица, нарушившего право, а в случаях когда законом или договором предусмотрена презумпция невиновности должника – также вину.

В пункте 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 1 июля 1996 г. указано, что при рассмотрении дел, связанных с возмещением убытков, причинённых неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, необходимо учитывать, что в соответствии со статьёй 15 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат возмещению как понесённые к моменту предъявления иска убытки, так и расходы, которые сторона должна будет понести для восстановления нарушенного права.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 упущенной выгодой являются неполученные кредитором доходы, которые он получил бы с учётом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. В силу пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для её получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Таким образом, размер упущенной выгоды определяется с учётом реальности получения дохода при обычных условиях гражданского оборота, мер, предпринятых истцом для её получения, сделанных с этой целью приготовлений, а также разумных затрат, которые мог понести участник оборота, если бы другой участник гражданского оборота действовал в соответствии с законом.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с её возмещением, следует принимать во внимание, что её расчёт, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Как указал Двадцатый арбитражный апелляционный суд в постановлении от 27 января 2016 г. по делу А23-4052/2015, исходя из пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса, смысл возмещения убытков заключается в том, что в результате имущество потерпевшего (кредитора) должно оказаться в том положении, в каком оно находилось в случае, если бы вред ему не был причинён. Любая неопределённость разрешается в пользу пострадавшего лица.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25, по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

В соответствии с разъяснениями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 21 мая 2013 г. № 16674/12 лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно документально подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду.

Расчёт упущенной выгоды основан на предположительных данных, не подтверждённых документально.

Все доводы истца сводятся к предположению о продажной стоимости объекта, однако реальность его реализации не подтверждена, кроме того, продажная рыночная стоимость объекта не совпадает с размером прибыли истца, которую он намеревался получить с учётом произведённых затрат на строительство.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса).

В соответствии со статьями 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса судебные расходы относятся на сторон пропорционально удовлетворённых требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 11, 12, 307, 309, 310, 330, 331, 333 Гражданского кодекса, статьями 4, 9, 65, 110, 123, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса, суд

Р Е Ш И Л :

1.     Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Экологическая проектная компания «Экоинжиниринг» (ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Махачкалинская вэс» (ОГРН <***>):

неустойку в размере 817 077 (восемьсот семнадцать тысяч семьдесят семь) рублей 47 копеек;

расходы по уплате государственной пошлины в размере 29 619 (двадцать девять тысяч шестьсот девятнадцать) рублей 6 копеек.

2.     В удовлетворении остальной части иска отказать.

3.     Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья                                                                                                                   А.Г.Алексеев