Постановление от 28 февраля 2022 г. по делу № А72-18637/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-54203/2019

Дело № А72-18637/2018
г. Казань
28 февраля 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 февраля 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Фатхутдиновой А.Ф.,

судей Коноплёвой М.В., Моисеева В.А.,

при участии представителей:

ООО «ФИНЛАЙТ-СОКОЛ» – ФИО1 (доверенность от 21.04.2021),

ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 11.03.2021),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 27.08.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2021

по делу № А72-18637/2018

по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и взыскании с него убытков в в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ФИНЛАЙТ-СОКОЛ» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

14.11.2018 общество с ограниченной ответственностью «ФИНЛАЙТ-СОКОЛ» (далее - ООО «Финлайт-Сокол», должник, Общество) обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 15.11.2018 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 08.04.2019 (резолютивная часть оглашена 02.04.2019) в отношении ООО «Финлайт-Сокол» введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4 - член Союза «Саморегулируемая организация Арбитражных управляющих Северо-Запада».

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 30.10.2019 процедура наблюдения в отношении ООО «Финлайт-Сокол» завершена; ООО «Финлайт-Сокол» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев; конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО5, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа».

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсант» № 206 от 09.11.2019.

02.11.2020 конкурсный управляющий ФИО5 обратился в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (далее – ФИО6, ответчик) и взыскании с него убытков в пользу ООО «Финлайт-Сокол».

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 10.11.2020 заявление принято к производству, к участию в обособленном споре привлечен ФИО6

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 12.05.2021 срок конкурсного производства в отношении ООО «Финлайт-Сокол» продлен до 26.10.2021.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 27.08.2021 заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Признано доказанным наличие оснований для привлечения контролирующего должника лица ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Финлайт-Сокол».

Приостановлено рассмотрение заявления конкурсного управляющего ООО «Финлайт-Сокол» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами.

С ФИО2 в пользу ООО «Финлайт-Сокол» взысканы убытки в размере 15 960 000 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2021 определение Арбитражного суда Ульяновской области от 27.08.2021 изменено в части признания доказанным наличия оснований для привлечения контролирующего должника лица ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Финлайт-Сокол» и приостановления рассмотрения заявления конкурсного управляющего ООО «Финлайт-Сокол» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами, абзацы третий и четвертый резолютивной части определения изложены следующим образом.

Суд привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Финлайт-Сокол» в размере 15 201 277,71 руб.

С ФИО2 в пользу ООО «Финлайт-Сокол» в порядке субсидиарной ответственности взысканы денежные средства в размере 15 201 277,71 руб.

В остальной части определение Арбитражного суда Ульяновской области от 27.08.2021 оставлено без изменения.

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Ульяновской области от 27.08.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2021 в части привлечения к субсидиарной ответственности и взыскания с ФИО2 убытков отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, а представитель должника, считая доводы жалобы несостоятельными, просил оставить постановление суда апелляционной инстанции без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению кассационной жалобы. Информация о принятии кассационной жалобы к производству, движении дела, времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: http://faspo.arbitr.ru/ в соответствии со статьей 121 АПК РФ.

В судебном заседании 15.02.2022 в порядке, предусмотренном статьей 163 АПК РФ, объявлен перерыв до 10 часов 50 минут 21.02.2022, о чем размещена информация на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, после окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда.

Изучив материалы обособленного спора, выслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе и в возражениях, судебная коллегия приходит к следующему.

Судами установлено и материалами дела подтверждается, ООО «Финлайт-Сокол» зарегистрировано в качестве юридического лица 28.06.2010. Единственным участником Общества в период с 04.04.2013 по настоящее время является ФИО6, он же с момента создания юридического лица (с 28.06.2010) до даты признания должника банкротом был руководителем Общества.

Таким образом, ФИО6 является контролирующим должника лицом.

Наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий связывал с невозможностью полного погашения требований кредиторов должника вследствие действий и (или) бездействия указанного контролирующего лица и наличием следующих условий:

- неисполнение ответчиком обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом);

- неисполнение им обязанности по передаче конкурсному управляющему документации, указанной в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве;

- на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

- причинением существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица).

Отклоняя требование конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче в полном объёме конкурсному управляющему документации, хранение которой являлось для должника обязательной (подпункт 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным управляющим не представлено доказательств наличия у бывшего руководителя должника иных непереданных документов, препятствующих проведению мероприятий конкурсного производства и формированию конкурсной массы.

Доводы конкурсного управляющего о тои, что отсутствие документов существенно затруднило проведение процедуры банкротства и является причиной невозможности полного погашения требований кредиторов, суд признал несостоятельными.

Отказывая в удовлетворении требований о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по подпункту 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в Единый государственный реестр юридических лиц или Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), суд указал на отсутствие документально обоснованных доводов относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства (пункт 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53)).

Кроме того, сведения о недостоверности соответствующих сведений о юридическом адресе должника внесены в ЕГРЮЛ 02.11.2018, тогда как с таким заявлением он обратился лишь 10.11.2018 (отметка Почты России на конверте заявления ФИО2 № 11-468/18 от 09.11.2019 о признании ООО «Финлайт-Сокол» банкротом).

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

В части обоснованности отказа в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности по названным основаниям судебные акты не обжалуются, поэтому законность судебных актов в данной части судом кассационной инстанции не проверяется (статья 286 АПК РФ).

ФИО7 доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), судом первой инстанции установлено, что ООО «Финлайт-Сокол» своим имуществом обеспечило надлежащее исполнение не своих обязательств, а личных кредитных обязательств ФИО2 перед АО «НК Банк», в последующем подтвержденных решением Зюзинского районного суда г. Москвы от 07.11.2016 по делу № 2-422/2016.

Приняв во внимание обстоятельства, установленные в деле № А40?187351/2013 о банкротстве ООО «Финлайт», рассмотренным Зюзинским районным судом г. Москвы от 07.11.2016 деле № 2-422/2016, суд установил, что после проведения транзитных платежей на сумму 177 207 515,30 руб., осуществленных 16.07.2013 с участием лично ФИО2, ООО «Финлайт» и ООО «Финлайт-Сокол», последний перестал отвечать признакам платежеспособности и достаточности имущества в условиях переданных в залог по обязательствам ФИО2 имевшихся на тот момент основных средств в виде двух воздушных судов и восьми авиационных двигателей.

Суд указал, что, будучи основным должником в кредитном обязательстве перед АО «НК Банк» и контролирующим лицом в отношении ООО «ФИНЛАЙТ» и ООО «Финлайт-Сокол», ФИО6 не мог в момент вступления в кредитные и залоговые правоотношения с Банком не осознавать последствия вовлечения своих подконтрольных организаций в залоговые схемы с применением в расчетах платежей, носящих транзитный характер.

Об этом также свидетельствует период прекращения исполнения должником своих обязательств перед контрагентами.

Так, определением от 30.05.2019 по делу № А72-18637-2/2018 установлено, что решениями Экономического суда города Минска 02.08.2016 по делу № 111?13/2015 М, от 06.10.2017 по делу № 209?3/2017 М с должника взыскана задолженность по договору о наземном обслуживании воздушных судов в аэропортах «Брест», «Витебск», «Гомель», «Гродно» и «Могилев» от 05.02.2014 № 40НО-14 за период с декабря 2013, январь 2014 года - январь 2015 года и с февраля 2015 года по декабрь 2016 года в общем размере 87 980 долларов США - основной долг и 2 738,48 долларов США - возмещение расходов по государственной пошлине, что соответствует 5 755 440,44 российских рублей - основной долг и 179 144,78 российских рублей - расходы по государственной пошлине.

Судом первой инстанции также установлено, что приведенные в бухгалтерской отчетности должника показатели финансово-хозяйственной деятельности за все периоды, начиная с 2013 года, носили формальный характер и не отражали фактическое имущественное положение ООО «Финлайт-Сокол».

Судом учтено, что определением от 13.08.2015 производство по делу № А72-15957/2014 по заявлению ФНС России от 20.11.2014 с суммой требований в размере 625 040,12 руб. к ООО «Финлайт-Сокол» о признании банкротом было прекращено без введения процедуры банкротства на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием у должника средств для финансирования процедур банкротства должника и вероятности обнаружения имущества, за счет которого могут быть покрыты расходы по делу о банкротстве.

Суд принял во внимание пояснения представителя ФИО2 В судебном заседании 23.08.2021, подтвердившего, что фактически должник не осуществляет деятельность с 2014 года, что отражено в протоколе судебного заседания.

С учетом установленных фактических обстоятельств судом сделан вывод о том, что, начиная с 16.07.2013 у должника возникли признаки несостоятельности (банкротства), в связи с чем у ответчика возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве), которая ответчиком в установленный законом срок не исполнена.

Суд апелляционной инстанции, согласившись с судом первой инстанции о необходимости привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, вместе с тем пришел к выводу, что в мотивировочной и резолютивной части подлежал установлению размер обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции со ссылкой на реестр требований кредиторов ООО «Финлайт-Сокол» пришел к выводу, что в период с 26.01.2014 по 14.11.2018 у должника возникли обязательства на общую сумму 15 201 277,71 руб. перед кредиторами РУП АОВД «Белаэронавигация»; АО «Аэропорт Абакан»; АО «НК Банк»; уполномоченным органом (ФНС России).

Суд апелляционной инстанции указал, что кредитные договоры с АО «НК Банк» заключены ранее 16.07.2013 - 30.08.2011, 04.02.2013 и 19.06.2013. Задолженность по кредитному договору № <***> от 17.04.2014 в приведенных конкурсным управляющим основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности не указана и в расчет задолженности не включена.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции изменил определение Арбитражного суда Ульяновской области от 27.08.2021 в части признания доказанным наличия оснований для привлечения контролирующего должника лица ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Финлайт-Сокол» и приостановления рассмотрения заявления конкурсного управляющего ООО «Финлайт-Сокол» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами; привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Финлайт-Сокол» в размере 15 201 277,71 руб.

Удовлетворяя требование о взыскании убытков по причине утраты имущества должника по вине ответчика на сумму 15 960 000 руб., складывающейся из стоимости четырех авиационных двигателей, принадлежавших должнику (8 400 000 руб. + 5 950 000 руб. + 840 000 руб. + 770 000 руб.), руководствуясь пунктом 20 Постановления N 53, суд первой инстанции исходил из следующего.

Определением суда от 14.06.2019 по делу №А72-18637-1/2018 установлено, что в числе восьми авиадвигателей, переданных в залог Банку по договору залога № 1331 от 13.10.2014 в качестве обеспечения обязательств ФИО2 по кредитным договорам <***>, №174/6П, №1749/7П, №1749/8П №1749/9П, №<***> числились принадлежащие должнику: двигатель, тип - Д-30КП, заводской номер - 0304404112830, дата выпуска 07.12.1981, залоговой стоимостью 5 950 000 рублей; двигатель, тип - ТА-6А, заводской номер - 3436А100, дата выпуска - 26.10.1993г., залоговой стоимостью 840 000 рублей; двигатель, тип – ТА?6А, заводской номер - 3436А121, дата выпуска -11.02.1994г., залоговой стоимостью 770 000 рублей.

По результатам проведенной конкурсным управляющим инвентаризации имущества должника им выявлена недостача указанных авиадвигателей.

При этом представитель ФИО2 в судебном заседании 23.08.2021 не оспаривал невозможность установления места нахождения двигателя тип - Д-30КП (заводской номер - 0304404112830) и двигателя тип - ТА-6А (заводской номер - 3436А100).

В отношении двигателя тип - ТА-6А, заводской номер - 3436А121, дата выпуска - 11.02.1994, залоговой стоимостью 770 000 руб. ФИО6 указывает, что данный двигатель (ВСУ) был неправомерно отчужден самим конкурсным управляющим ФИО5 в составе реализованного планера воздушного судна Ил-76 ТД RA-76484, и от розыска которого, по мнению ФИО2, конкурсный управляющий необоснованно уклоняется.

Определением суда от 09.07.2021 в рамках обособленного спора № А72?18637-14/2018 данный довод ФИО2, положенный в основание жалобы на действия (бездействия) конкурсного управляющего, признан судом необоснованным, а сама жалоба оставлена без удовлетворения.

Учитывая данные обстоятельства, а также принимая во внимание, что ФИО6 не представил сведений о фактическом местонахождении трех указанных авиационных двигателей, общая залоговая стоимость которых составляет 7 560 000 руб., доказательств утраты указанных двигателей в результате неправомерных действий третьих лиц им в материалы дела также не представлено, суд первой инстанции пришел к выводу о причинении убытков должнику в размере 15 960 000 руб., которые подлежат взысканию с ФИО2 как лица, обязанного обеспечить сохранность имущества подконтрольного ему юридического лица.

Возражения ответчика о том, что суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, включив стоимость отчужденного в пользу ЗАО «Портория» авиадвигателя в сумме 8 400 000 руб., отклонены судом апелляционной инстанции как не основанные на материалах дела и требованиях самого конкурсного управляющего.

Как отмечено судом апелляционной инстанции, конкурсным управляющим в заявлении о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности было указано о причинении вреда имущественным правам кредиторов на основании сделки от 01.10.2016 по отчуждению авиадвигателя (Д-30КП с заводским номером 03053049202016) в пользу ЗАО «Портория», после установления судом стоимости авиационного двигателя Д-30КП № 03053049202016, которая составила 8 400 000 руб., конкурсным управляющим в судебном заседании по рассмотрению заявления было заявлено о разрешении вопроса относительно оспариваемой сделки, а также предоставлены копии судебных актов, определяющих размер заявленных убытков по указанной сделке.

Данное обстоятельство не свидетельствует о том, что суд вышел за пределы заявленных требований и нарушил тем самым нормы процессуального законодательства.

Довод заявителя о том, что удовлетворение требований конкурсного управляющего может повлечь неправомерное взыскание убытков в размере 8 400 000 руб. в связи с тем, что указанная сумма уже взыскана с ЗАО «Портория»., не принят судом апелляционной инстанции во внимание, исходя из разъяснений, приведенных в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Как установлено судами, ЗАО «Портория» не возместило должнику стоимость авиационного двигателя, переданного ему безвозмездно, при этом вероятность возмещения стоимости двигателя не доказана, учитывая, что в отношении ЗАО «Портория» открыто 5 исполнительных производств на общую сумму 283 305 397,39 руб.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 28.01.2021 по делу № А72-18637/2018 установлено, что сделка была совершена в результате недобросовестного поведения ФИО2, являющегося заинтересованным лицом как по отношению к должнику, так и по отношению к другой стороне сделки (ЗАО «Портория»), на условиях неравнозначности (безвозмездности).

Отклоняя доводы ФИО2 в отсутствии его вины в причинении убытков должнику, суд апелляционной инстанции указал, что данные доводы опровергаются материалами дела, также судебными актами по иным обособленным спорам в рамках дела № А72-18637/2018.

Суд кассационной инстанции согласен с судами в части взыскания суммы убытков с ФИО2

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (абзац четвертый пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", абзац первый пункта 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").

Ответственность за причинение убытков носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 ГК РФ.

Частью 1 статьи 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

Исследовав представленные в дело доказательства по правилам, закрепленным в статье 65 АПК РФ, суды правильно указали, что ненадлежащее исполнение ФИО2 возложенных на него обязанностей, выразившееся в необеспечении сохранности ценного имущества, а также совокупность действий по отчуждению авиадвигателя в преддверии банкротства повлекли за собой причинение должнику убытков в размере стоимости утраченного имущества.

Вывод судов о том, что ФИО6 не выполнил требование Закона о банкротстве и не обратился своевременно в арбитражный суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом), также является обоснованным.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.

Вместе с тем обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий должником заявляет о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, в этой связи суды обоснованно применили к спорным правоотношениям положения Закона о банкротстве в редакции Закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц суду следует учитывать содержащиеся в статье 10 Закона о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие неправомерных действий / бездействия руководителя должника и презумпция вины контролирующих должника лиц.

Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд конкурсного управляющего либо кредитора о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 Закона о банкротстве указанные обстоятельства не должны доказываться конкурсным управляющим (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности.

Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий).

ФИО6, неся бремя доказывания добросовестности и разумности действий, не опроверг установленные пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве презумпции, не доказав, что и после 16.07.2013 существовала реальная возможность погасить требования кредиторов.

Надлежащих пояснений о том, в связи с чем у общества возникли признаки банкротства, каким образом планировалось выйти из сложившейся неудовлетворительной финансовой ситуации, за счет каких денежных средств должник планировал рассчитаться по имевшимся у него обязательствам, обеспечив при этом стабильность его финансово-экономической деятельности, ФИО6 не привел, доказательств принятия мер, направленных на стабилизацию финансово-хозяйственной деятельности должника, не представил.

Положения пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве направлены на защиту прав лиц, вступивших в договорные отношения с должником после даты возникновения у него признаков банкротства. Указанные нормы касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты.

Суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что размер установленной в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве ответственности руководителя, не исполнившего в отсутствие с его стороны разумных и экономически и стратегически обоснованных тому объяснений в установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве срок обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании возглавляемой им организации несостоятельной (банкротом), ограничен объемом обязательств должника, возникших после истечения указанного срока, о чем в абзаце 1 пункта 14 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума № 53) приведено соответствующее разъяснение.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.08.2021 № 305-ЭС21-7572 по делу № А40-6179/2018, не следует отождествлять срок возникновения обязательства со сроком его исполнения.

Таким образом, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, помимо обстоятельств, связанных с возникновением одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 указанного Закона, моментом возникновения данного условия, фактом неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца после возникновения такой обязанности, входит также объем обязательств должника, возникших после истечения указанного месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Размер субсидиарной ответственности исчислен судом апелляционной инстанции, исходя, в том числе из размера требований АО «НК Банк», включенного в реестр требований должника определением от 14.09.2019.

Вместе с тем при решении вопроса о размере субсидиарной ответственности не учтено следующее.

Как видно из материалов дела, Банк включен в реестр требований должника исключительно как залогодержатель в деле о банкротстве залогодателя, не являющегося должником по основному обязательству, при этом обязательства перед Банком обеспечены залогом, в том числе спорных авиадвигателей.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 20 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя», при установлении требований залогового кредитора в деле о банкротстве залогодателя, не являющегося должником по основному обязательству, их размер определяется как сумма денежного удовлетворения, на которое может претендовать залогодержатель за счет заложенного имущества, но не свыше оценочной стоимости данного имущества. Стоимость заложенного имущества определяется арбитражным судом на основе оценки заложенного имущества, предусмотренной в договоре о залоге, или начальной продажной цены, установленной решением суда об обращении взыскания на заложенное имущество, с учетом доводов заинтересованных лиц об изменении указанной стоимости в большую или меньшую сторону. Если выручка от продажи заложенного имущества превышает размер требований залогодержателя согласно реестру требований кредиторов, определенный на основании приведенных разъяснений, погашение требований залогового кредитора осуществляется за счет указанной выручки в пределах размера требования, обеспеченного залогом.

Таким образом, оценочная стоимость заложенного имущества принимается во внимание на стадии рассмотрения вопроса об обоснованности требования залогового кредитора, носит, по своей сути, учетный характер и применяется в дальнейшем для целей отражения требования залогового кредитора в реестре, определения объема его прав при голосовании на собраниях кредиторов должника и при принятии решений в рамках процедур банкротства.

При расчетах с кредиторами необходимо иметь в виду, что требования залогового кредитора не могут погашаться из выручки от продажи имущества, не находящегося в залоге.

В соответствии с пунктом 2 статьи 334 ГК РФ залогодержатель преимущественно перед другими кредиторами залогодателя также вправе получить удовлетворение обеспеченного залогом требования в том числе из возмещения за утрату или повреждение заложенного имущества.

Из изложенного следует, что вышеназванные нормы права, соответствующие разъяснения и сложившаяся судебная практика направлены на защиту интересов кредитора (залогодержателя) даже в случаях утраты (повреждения) залогового имущества и представления залоговому кредитору возможности получения преимущественного удовлетворения не только от самого заложенного имущества (его стоимости), но и от иных связанных с ним денежных поступлений, что подтверждается правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 N 304-ЭС18-1134.

При расчете размера субсидиарной ответственности судами не учтено, что в рамках настоящего обособленного спора установлен факт утрат предмета залога –авиадвигателей.

Поскольку Банк, являющийся по отношению к должнику залогодержателем и перед которым должник не имеет иных обязательств помимо залоговых, вправе претендовать на удовлетворение своих требований исходя из денежных средств, полученных в качестве убытков, взысканных в виду утраты залогового имущества, то взыскание с ответчика убытков в размере стоимости утраченных авиадвигателей одновременно с включением в состав субсидиарной ответственности требований Банка как залогодержателя не соответствует целям законодательного регулирования отношений должника с залогодержателями и противоречит принципу недопустимости двойной ответственности.

С учетом изложенного выводы суда апелляционной инстанции в части, касающейся вопроса взыскания с ФИО2 в пользу ООО «Финлайт-Сокол» в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 15 201 277,71 руб., являются преждевременными.

Для принятия обоснованного и законного судебного акта требуются исследование и оценка представленных в материалы дела доказательств, установление всех имеющих значение для дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу его полномочий, учитывая, что судом первой инстанции вопрос об определении размера ответственности не разрешался, обжалуемые судебные акты в части, касающейся вопроса взыскания с ФИО2 в пользу ООО «Финлайт-Сокол» в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 15 201 277,71 руб., подлежат отмене, а обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ - направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении обособленного спора суду следует учесть изложенное, установить имеющие существенное значение для правильного рассмотрения дела обстоятельства, учесть невозможность привлечения лица к гражданско-правовой ответственности дважды по одним и тем же обстоятельствам, и с учетом установленного рассмотреть заявленные требования конкурсного управляющего должником.

Остальные доводы, изложенные в кассационной жалобе ответчика, являлись предметом исследования и оценки суда апелляционной инстанции, правомерно отклонены с подробным изложением мотивов, направлены исключительно на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судом, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки суда; основания не согласиться с выводами суда апелляционной инстанции у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» при проверке соответствия выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 АПК РФ) необходимо исходить из того, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

Постановление суда апелляционной инстанции в остальной части подлежит оставлению без изменения.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ульяновской области от 27.08.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2021 по делу № А72-18637/2018 в части, касающейся вопроса взыскания с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Финлайт-Сокол» в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 15 201 277 руб. 71 коп. отменить, обособленный спор в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.

В остальной части постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2021 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья А.Ф. Фатхутдинова

Судьи М.В. Коноплёва

В.А. Моисеев