Постановление от 11 ноября 2025 г. по делу № А56-121742/2022

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-121742/20222
12 ноября 2025 года
г. Санкт-Петербург
/сд.2 Резолютивная часть постановления объявлена 29 октября 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 12 ноября 2025 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена, судей Н.А. Морозовой, И.В. Сотова, при ведении протокола судебного заседания секретарем Т.А. Дмитриевой, при участии: финансовый управляющий ФИО1 лично,

от ПАО «Норвик Банк» посредством онлайн-заседания: ФИО2 по доверенности от 04.03.2024,

ФИО3 лично,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, заявление ФИО1 - финансового управляющего ФИО4 – о признании недействительным договора дарения квартиры ФИО3 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

третье лицо: ПАО «Норвик Банк»,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратилось ООО «Агрополив СПб» (далее – Общество) с заявлением о признании ФИО4 несостоятельной (банкротом).

Определением арбитражного суда от 23.02.2023 указанное заявление принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Определением арбитражного суда от 13.07.2023 заявление ООО «Агрополив СПб» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Решением арбитражного суда от 25.01.2024 ФИО4 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1.

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина 26.01.2024 опубликованы в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве.

В арбитражный суд 28.06.2024 обратился финансовый управляющий с заявлением, в котором с учётом принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ уточнений просил признать недействительным заключенный ФИО4 и ФИО3 договор дарения квартиры, применить последствия недействительности сделки в виде возврата жилого помещения в конкурсную массу должника.

Определением арбитражного суда от 28.03.2025 признан недействительным заключенный ФИО4 и ФИО3 договор дарения квартиры от 30.01.2023, применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Московский пр., д. 5, лит. Б, кв. 23, путем признания права собственности на указанное имущество за ФИО4 с одновременным прекращением права собственности на него ФИО3

В апелляционной жалобе ФИО4 просит определение отменить, ссылаясь на то, что спорная квартира защищена исполнительским иммунитетом и не подлежит реализации в рамках процедуры банкротства. При этом отмечает, что после совершения оспариваемой сделки адрес регистрации не меняла и ответчик, являющийся её сыном, совместно с должником проживает в указанной квартире.

При применении части 6 статьи 268 АПК РФ апелляционным судом установлено наличие оснований для перехода к рассмотрению обособленного спора по пункту 6.1 статьи 268 АПК РФ в связи с непривлечением к участию в обособленном споре ПАО «Норвик Банк», которое является залогодержателем спорного имущества, и чьи права и законные интересы затронуты обжалуемым судебным актом.

Определением от 24.09.2025 апелляционный суд перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам части 6.1 статьи 268 АПК РФ, привлёк к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ПАО «Норвик Банк», что также образует условия для применения пункта 4 части 4 статьи 270 АПК РФ, в связи с чем обжалуемое определение подлежит отмене по безусловным основаниям.

При рассмотрении обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, от Банка поступил отзыв, в котором просил в удовлетворении заявления финансового управляющего отказать, учесть позицию Верховного Суда РФ, изложенную в пункте 20 обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, согласно которой сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, не подлежит признанию недействительной, если по результатам применения реституции оно будет защищено исполнительским иммунитетом. В данном случае как ФИО4, так и ФИО3 проживают длительное время в спорной квартире, при этом жилое помещение является единственным пригодным для проживания должника. Кроме того, Банк полагает, что в настоящем споре имеет преюдициальное значение принятое Октябрьским районным судом города Санкт-Петербурга решение об обращении взыскания на заложенное имущество ФИО3, районным судом сделан вывод, что квартира принадлежит ФИО3 на законных основаниях, договор залога является действительным и никем не оспорен. Приведённые обстоятельства, как полагает Банк, являются самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований.

Информация о времени и месте судебного заседания опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В связи с нахождением судьи А.Ю. Слоневской в отпуске и невозможностью её участия в судебном заседании, в порядке предусмотренном пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ, произведена замена судьи А.Ю. Слоневской на судью Н.А. Морозову.

Финансовый управляющий ФИО1 доводы заявления поддержал.

ФИО3 и представитель ПАО «Норвик Банк» против удовлетворения заявления возражали.

Исследовав материалы обособленного спора, оценив представленные доказательства, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований на основании следующего.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.09.2021 по обособленному спору № А56-132319/2019/сд. признана недействительной сделка по перечислению Обществом в пользу ФИО4 2 091 890 руб., указанная сумма взыскана в конкурсную массу Общества, выдан исполнительный лист от 08.11.2021 серии ФС № 037617286, возбуждено исполнительное производство от 26.11.2021 № 1780401/21/78011-ИП.

В ходе исполнительного производства 26.11.2021 наложен арест на все имеющееся у должника имущество.

Между тем квартира в ходе исполнительного производства не реализована, исполнительное производство окончено 06.03.2023 в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

После обращения кредитора в суд с заявлением о банкротстве должника (29.11.2022), но до окончания исполнительного производства (06.03.2023), должник ФИО6 (даритель) 30.01.2023 подарила своему сыну ФИО3 (одаряемому) квартиру.

В свою очередь, ФИО3 22.02.2023 заключил с ПАО «Норвик Банк» договор об установлении кредитного лимита физическому лицу. Одновременно стороны заключили договор залога недвижимого имущества (ипотека) № 2037-5077/001, согласно которому ФИО3 заложил Банку спорную квартиру.

Решением Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 20.08.2025 по делу № 2-2977/2025 с ФИО3 в пользу Банка взыскана задолженность по кредитному договору от 22.02.2023 в размере 5 846 598 руб. 42 коп., государственная пошлина в размере 84 926 руб., расходы на проведение оценки недвижимого имущества в размере 4 500 руб., а всего 5 936 024 руб. 42 коп.; с ФИО3 взысканы проценты за пользование кредитом в размере 5 559 812 руб. 32 коп. по ставке 25,50% годовых с 03.04.2025 по дату фактического исполнения кредитных обязательств. Кроме того, обращено взыскание в пользу Банка на заложенное по кредитному договору имущество (спорную квартиру).

Финансовый управляющий, полагая, что ФИО6 подарила квартиру своему сыну при наличии признаков неплатежеспособности с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В данном случае оспариваемая финансовым управляющим сделка заключена 30.01.2023, право собственности ФИО3 на квартиру зарегистрировано 08.02.2023, а дело о банкротстве в отношении ФИО6 возбуждено

23.02.2023, в связи с чем договор дарения может быть признан недействительным по заявленному финансовым управляющим основанию.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу нормы пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,

действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве недостаточностью имущества должника является превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью должника Закон понимает прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Оспариваемая сделка является безвозмездной, при этом на момент ее совершения у ФИО4 имелись неисполненные обязательства перед кредитором-заявителем на сумму 2 091 890 руб. Следовательно, должник отвечал признакам неплатежеспособности и не мог не осознавать последствий совершения сделки в виде утраты кредиторами возможности удовлетворить требования за счет отчужденного имущества.

Поскольку ФИО3 является сыном ФИО4, что сторонами не оспаривается, стороны сделки являются заинтересованными лицами в соответствии с положениями статьи 19 Закона о банкротстве.

Доказательства, опровергающие презумпцию осведомленности заинтересованного лица о наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, и, как следствие, цели причинить вред имущественным правам кредиторов, не представлены.

Более того, из пояснений ФИО3 и представленных им доказательств следует, что последнему было доподлинно известно о наличии у должника задолженности перед кредиторами.

Таким образом, договор дарения заключен между заинтересованными лицами, принадлежащее должнику имущество отчуждено по безвозмездной сделке, в период неплатежеспособности должника. Исходя из фактических обстоятельств дела, апелляционный суд приходит к выводу, что оспариваемый договор дарения фактически направлен на вывод активов должника, преследовал цель причинения вреда кредиторам, в результате сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, которые лишились возможности получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника.

Возражая против удовлетворения заявленного требования, участвующие в деле лица заявили довод о том, что по оспариваемой сделке было отчуждено единственное пригодное для проживания должника и членов его семьи жилое помещение, не подлежащее включению в конкурсную массу.

По смыслу статей 213.25 и 213.32 Закона о банкротстве и разъяснений пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов, поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в нем продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате в конкурсную массу оно в соответствии со статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) будет защищено исполнительским иммунитетом (пункт 20 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного его Президиумом 18.06.2025).

Однако в данном случае отсутствуют однозначные и бесспорные основания для признания спорной квартиры обремененной исполнительским иммунитетом в силу следующих обстоятельств.

Материалами дела подтверждается, что финансовый управляющий также обратился в суд с заявлением об оспаривании заключенного должником и ФИО7 договора от 30.03.2023 купли-продажи земельного участка с кадастровым № 47:07:1120004:8 площадью 600 и расположенного на нем здания с кадастровым № 47:07:0000000:63096 площадью 144,8, находящихся по адресу: Всеволожский р-н, масс. Дунай-Сады, СНТ «Монтажник», уч. 131.

Определением арбитражного суда от 28.03.2025 по обособленному спору № А56-121742/2022/сд.1, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 16.09.2025, заключенный ФИО4 и ФИО7 договор от 30.03.2023 купли-продажи садового участка со зданием признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу земельного участка с кадастровым № 47:07:1120004:8 площадью 600 кв.м. и расположенного на нем здания с кадастровым № 47:07:0000000:63096 площадью 144,8 кв.м., находящихся по адресу: Всеволожский р-н, масс. Дунай-Сады, СНТ «Монтажник», уч. 131, путем признания права собственности на указанное имущество за ФИО4 с одновременным прекращением права собственности на него ФИО7

Апелляционный суд учитывает правовую позицию, изложенную в определении Верховного суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 308-ЭС19-4372, согласно которой с точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на

возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника или свойственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.

Такое поведение должника не отвечает принципам разумности, добросовестности поведения в гражданском обороте, направлено на сокрытие собственного имущества, за счет которого кредиторы могут погасить свои требования.

При этом в дальнейшем вопрос об определении подлежащего исключению из конкурсной массы единственного пригодного для проживания ФИО4 и членов ее семьи жилого помещения может быть рассмотрен после окончания проведения всех мероприятий по формированию конкурсной массы, в том числе оспаривания сделок должника.

Таким образом, в рассматриваемом случае наличествует совокупность обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы Банка о том, что в настоящем случае имеется решение суда общей юрисдикции, имеющее преюдициальное значение для разрешения настоящего спора, а также являющееся самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных управляющим требований в связи с обращением взыскания на заложенное по кредитному договору имущество в пользу Банка, отклоняются апелляционным судом.

Решение Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 20.08.2025 по делу № 2-2977/2025 о взыскании с ФИО3 в пользу Банка задолженности по кредитному договору от 22.02.2023, процентов за пользование кредитом и обращении взыскания на заложенное по кредитному договору имущество, не может быть использовано в качестве преюдициального при рассмотрении заявления о признании договора дарения недействительным, поскольку при рассмотрении названного дела обстоятельства недействительности сделки по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве, не являлись предметом исследования. Поэтому указанное решение не является препятствием для признания недействительным договора дарения в рамках дела о банкротстве ФИО4.

С учетом разъяснений, приведенных в пункте 29 Постановления от 23.12.2010 № 63, апелляционный суд на основании статьи 61.6 Закона о банкротстве полагает возможным применить последствия недействительности сделки в виде возвращения имущества в конкурсную массу путем прекращения права собственности

ФИО3 на квартиру с одновременным признанием соответствующего права за должником.

Судебные расходы распределены по правилам статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь частью 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.03.2025 по обособленному спору № А56-121742/2022/сд.2 отменить.

Признать недействительным заключенный между ФИО4 и ФИО3 договор от 30.01.2023 дарения квартиры.

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Московский пр., д. 5, лит. Б, кв. 23, путем признания права собственности на указанное имущество за ФИО4 с одновременным прекращением права собственности на него ФИО3.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 6000 руб. государственной пошлины по заявлению.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий И.Ю. Тойвонен

Судьи Н.А. Морозова

И.В. Сотов