Постановление от 24 сентября 2024 г. по делу № А40-336993/2019

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-336993/19
25 сентября 2024 года
город Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 12 сентября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 сентября 2024 года.


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Морхата П.М., Перуновой В.Л.,

при участии в заседании:

от финансового управляющего должника: ФИО1, доверенность от 12.03.2024;

от АКБ «ПЕРЕСВЕТ» (ПАО): ФИО2, доверенность от 03.07.2024;

от ФИО3: ФИО4, доверенность от 31.08.2023;

рассмотрев 12 сентября 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу

финансового управляющего должника ФИО5

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 29 января 2024 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 22 апреля 2024 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего должника о признании недействительной сделкой перечисления денежных средств 30.11.2016 и 10.02.2017 со счета должника на счет ФИО3 в размере 456.432 руб. и 1.500.000 руб. соответственно, с назначением платежей «частный перевод»

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.06.2021 в отношении ФИО6 (далее - должник) введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7

Сообщение о признании должника банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 26.06.2021.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.12.2021 в отношении ФИО6 введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим должника утверждена ФИО8

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.05.2023 финансовым управляющим должника утвержден ФИО5

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего должника о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств 30.11.2016 и 10.02.2017 со счета должника на счет ФИО3 (далее - должник) в размере 456.432 руб. и 1.500.000 руб. соответственно, с назначением платежей «частный перевод» и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29 января 2024 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22 апреля 2024 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, финансовый управляющий должника ФИО5 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители финансового управляющего должника и АКБ «ПЕРЕСВЕТ» (ПАО) поддержали доводы кассационной жалобы.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены судебных актов в связи со следующим.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, 30.11.2016 и 10.02.2017 со счета должника на счет ответчика перечислены денежные средства в размере 456.432 руб. и 1.500.000 руб. соответственно, в назначении платежей указано «частный перевод».

В качестве оснований для оспаривания сделки финансовым управляющим заявлены положения статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации ввиду того, что перечисления, совершенные должником, не имели встречного предоставления, осуществлены в пользу заинтересованного лица при наличии признаков неплатежеспособности должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суды указали, что сделка - перевод денежных средств 10.02.2017 совершена в пределах трехлетнего срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, относительно даты возбуждения производства по делу о банкротстве должника (27.12.2019). Сделка - перевод денежных средств 30.11.2016 совершена за пределами трехлетнего срока.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В силу пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из пункта 7 Постановление № 63, при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, согласно статье 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 10.02.2016 по устной просьбе ФИО6 ФИО3 в кассу ООО «Тюменьстальмост» внесены денежные средства в размере 2.000.000 руб., что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 10.02.2016 № 69 с основанием внесения - возврат подотчетной суммы за ФИО6

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

Суды указали, что в целях дополнительного подтверждения вышеперечисленных обстоятельств и представления суду дополнительных доказательств ответчик 13.11.2023 обратился с заявлением к лицу, завершившему процедуру конкурсного производства ООО «Тюменьстальмост», - арбитражному управляющему ФИО9

Судам представлен ответ арбитражного управляющего ООО «Тюменьстальмост», из которого следует, что предоставить копии документов о занимаемых должностях в ООО «Тюменьстальмост» указанными лицами не представляется возможным, так как все документы по сотрудникам переданы непосредственно перед завершением процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим ФИО9 в архив; ООО «Тюменьстальмост» не имело дебиторской задолженности (права требования) к ФИО6, в том числе по подотчету; авансы в подотчет согласно данных базы «1С» закрыты, такой задолженности не выявлено в ходе инвентаризации конкурсным управляющим, требования к ФИО6 не были предметом торгов по продаже дебиторской задолженности.

Довод финансового управляющего должника о том, что ответчиком могла быть запрошена кассовая книга и иные бухгалтерские документы на 10.02.2016 ООО «Тюменьстальмост» в подтверждение ПКО от 10.02.2016 № 69 на 2.000.000 руб., признан судами несостоятельным.

Судами установлено, что в соответствии с определением Арбитражного суда Тюменской области от 11.02.2022 (резолютивная часть от 07.02.2022) по делу № А70-2347/17 о завершении конкурсного производства ООО «Тюменьстальмост», работники ООО «Тюменьстальмост» уволены. Документы, подлежащие обязательному архивному хранению, переданы в Администрацию Тюменского муниципального района.

Абзацем одиннадцатым пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве регламентирована обязанность конкурсного управляющего по передаче на хранение документов по личному составу ликвидируемого через процедуру конкурсного производства общества.

В соответствии с частью 10 статьи 23 Федерального закона от 22.10.2004 № 125-ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации», при ликвидации негосударственных организаций, в том числе в результате банкротства, образовавшиеся в процессе их деятельности и включенные в состав Архивного фонда Российской Федерации архивные документы, документы по личному составу, а также архивные документы, сроки временного хранения которых не истекли, передаются ликвидационной комиссией (ликвидатором) или конкурсным управляющим в упорядоченном состоянии на хранение в соответствующий государственный или муниципальный архив на основании договора между ликвидационной комиссией (ликвидатором) или конкурсным управляющим и государственным или муниципальным архивом. При этом ликвидационная комиссия (ликвидатор) или конкурсный управляющий организует упорядочение архивных документов ликвидируемой организации, в том числе организации, ликвидируемой в результате банкротства.

Суды установили, что с учетом указанных норм права никаких бухгалтерских документов, в том числе кассовых книг за 2016 год ООО «Тюменьстальмост», в архив Администрации Тюменского района в соответствии с подписанным актом от 26.01.2022 не передавалось и, следовательно, запросить их оттуда кому-либо не возможно. Документы же данного общества, не подлежащие обязательному хранению, в соответствии с актом об утилизации от 06.04.2023 № 1 переданы ИП ФИО10 и уничтожены.

В рассматриваемом случае, как указали суды, выдача займа подтверждается представленными в материалы дела приходным кассовым ордером, письмом арбитражного управляющего ООО «Тюменьстальмост», а также действиями по возврату заемных денежных средств (статья 807 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Помимо этого, ФИО3 представил судам доказательства финансовой возможности по внесению 10.02.2016 в кассу ООО «Тюменьстальмост» суммы в 2.000.000 руб. несмотря на то, что соответствующий довод финансовым управляющим при рассмотрении спора в суде первой инстанции не заявлялся.

Также судами установлено, что семьей А-вых 16.07.2015 реализована квартира по адресу: <...>, стоимостью 3.100.000 руб., что подтверждается соответствующей копий договора с ФИО11

Вырученными от реализации денежными средствами распоряжался ФИО3, что подтверждается копией платежного поручения от 05.08.2015 № 389773 о перечислении в адрес ответчика суммы 2.943.269,3 руб. Кроме того, на данную дату семья А-вых располагала накоплениями примерно в аналогичном размере.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2020 № 305-ЭС19-18631(1,2), равноценная сделка не может причинить должнику или его кредиторам вред по смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Относительно аффилированности должника и ответчика, а также знания последнего о финансовых трудностях должника, суды установили следующее.

ФИО6 является участником ООО «СП Фоника» (ИНН <***>) с долей 10% уставного капитала, помимо этого, в периоды с 26.02.2006 по 30.05.2016 и с 22.07.2017 до начала ликвидации являлся руководителем.

В свою очередь ООО «СП Фоника» являлось 100% участником в ООО «Тюменьстальпроект» (ИНН <***>). Генеральным директором ООО «Тюменьстальпроект» являлся ФИО3 в период с 15.06.2015 по 09.11.2016.

Таким образом, оба спорных платежа должником совершены в период, когда ФИО3 генеральным директором ООО «Тюменьстальпроект» уже не являлся.

Относительно юридического лица ООО «Строительство и эксплуатация мостов и тоннелей» (ООО «СЭМТ», ИНН <***>) имеют место следующие фактические обстоятельства: сам ФИО6 никогда участником данного общества не являлся, являлось участником аффилированное ему ООО «Региональные газораспределительные сети» (ООО «РГС») с долей 15% уставного капитала в период с 18.04.2017 до 09.08.2017. ФИО6 же в данном обществе в качестве единоличного исполнительного органа исполнял обязанности ровно один день - 18.04.2017.

Таким образом, суды указали, что с 09.08.2017 ФИО6 не имел возможности какого-либо влияния на принятие решений в ООО «СЭМТ».

Также суды установили, что ООО «Металлические конструкции» (ООО «МК», ИНН <***>) создано 14.07.2017.

ООО «СЭМТ» входит в состав участников ООО «МК» только 05.09.2019 с долей уставного капитала 75%.

Таким образом, суды заключили, что в период выдачи займа ФИО3, будучи генеральным директором ООО «МК» в период с 01.06.2018 по 09.06.2020, не находился в зависимости от ФИО6 и аффилированных с ним лиц.

Кроме того, судами установлено, что ФИО3 работал в ООО «Тюменьстальмост» (ИНН <***>) с 2007 года, а в 2016-2017 годах занимал должность главного инженера. В этом же обществе ФИО6 в период с января 2013 года по сентябрь 2016 года занимал должность директора по экономике, а с сентября 2016 года по март 2017 года являлся единоличным исполнительным органом.

Между тем, как обоснованно отметили суды, выполнение трудовой функции само по себе не свидетельствуют об аффилированности лиц и пороках сделки.

Таким образом, суды указали, что ФИО3 не оспаривает факт знакомства с ФИО6, что в свою очередь, с учетом всех обстоятельств, не свидетельствует о наличии аффилированности, позволяющей знать о финансовых сложностях должника в период выдачи займа.

Так, суды отметили, что финансовый управляющий указывал, что на момент совершения спорных сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности ввиду факта неисполнения обязательств перед АКБ «ПЕРЕСВЕТ» (АО).

Суды установили, что АКБ «ПЕРЕСВЕТ» (АО) 14.02.2017 направил в адрес должника требование об оплате задолженности по кредитному договору от 09.04.2015 № 354-15/КЛ в сумме 591.193,45 руб., а также по кредитному договору от 27.04.2015 № 377-15/КЛ в сумме 1.573.049,18 руб.

Судами также учтено, что в соответствии с позицией, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396, недопустимо отождествление неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

Помимо этого, как правомерно отметили суды, у кредитора, в соответствии с пунктом 2 статьи 213.5 Закона о банкротстве, отсутствует обязанность по предварительному опубликованию уведомления о намерении обратиться с заявлением о признании гражданина банкротом путем включения этого уведомления в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц.

Также судами учтены установленные определением Арбитражного суда города Москвы от 11.06.2021 обстоятельства, а именно: задолженность за неисполнение должником обязательств по договорам поручительства и кредитным договорам в пользу АКБ «ПЕРЕСВЕТ» (АО) взыскана решением Пресненского районного суда г. Москвы от 10.04.2019 по делу № 2-729/19, апелляционным определением Московского городского суда от 18.09.2019 № 33-37100/2019.

Финансовым управляющим не представлено судам доказательств раскрытия должником перед ответчиком наличия обязательств, соотношения активов и обязательств должника, а также безвозмездности платежей и направленности действий ответчика именно на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Суды указали, что закон установил достаточно жесткие последствия сделки, признанной недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве: содействие достижению противоправной цели влечет не только возврат покупателем приобретенного им имущества в конкурсную массу должника, но и субординирует требования такого кредитора (пункт 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве). В реальных условиях банкротства, когда нередко не погашаются даже требования кредиторов третьей очереди, такие меры по своей экономической сути приближены к конфискационным. В связи с этим осведомленность контрагента должника о противоправных целях последнего должна быть установлена судом с высокой степенью вероятности.

Учитывая приведенные выше обстоятельства, свидетельствующие о факте знакомства должника и ответчика, но не достаточные для однозначного вывода о наличии аффилированности для целей оспаривания сделки, то есть такой аффилированности, позволяющей иметь представление о финансовом состоянии должника, а значит и цели совершения оспариваемых платежей, суды пришли к правомерному выводу о том, что само по себе наличие задолженности перед АКБ «ПЕРЕСВЕТ» (АО) на основании кредитных договоров, условия которых не были известны ответчику, с учетом отсутствия сведений о задолженностях в публичном доступе, не свидетельствует о знании ответчика о наличии неисполненных обязательств у должника перед третьими лицами, о его неплатежеспособности либо недостаточности имущества на момент произведения спорных платежей.

При этом суды отметили, что ответчиком представлены исчерпывающие пояснения относительно аффилированности с должником, порядка выдачи займа, возможности предоставления подтверждающих документов и финансовой возможности по предоставлению денежных средств в указанной сумме.

Судами также принято во внимание и то обстоятельство, что должником неоднократно привлекались заемные денежные средства.

Так, суды указали, что определением Арбитражного суда города Москвы от 17.10.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2024, установлено, что должник привлекал заемные средства у ФИО12 по договору займа от 18.09.2019 в размере 10.000.000 руб.; определением Арбитражного суда города Москвы от 13.07.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2023 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 25.12.2023, установлено, что в 2015 году должник привлекал заемные денежные средства у ФИО13, определением Арбитражного суда города Москвы от 16.10.2023 установлено, что 16.01.2017 должник привлекал заемные денежные средства у ФИО14

Таким образом, суды обоснованно заключили, что привлечение денежных средств должником лично в целях исполнения обязательств подконтрольными ему обществами являлось стандартной практикой для должника.

При этом суды первой и апелляционной инстанций правомерно руководствовались следующим.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Суды указали, что в настоящем случае сделка совершена за пределами трехлетнего срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (периода подозрительности).

В процедуре банкротства специальные нормы права имеют преимущество перед общими нормами.

Вопрос о допустимости оспаривания сделок, действий на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 и другие). Согласно сложившейся судебной практике, применение статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о применении срока давности, что недопустимо (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1) по делу № А41-20524/16).

Вместе с тем, как указали суды, в рамках настоящего обособленного спора все основания недействительности сделки, которые привел финансовый управляющий должника, охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротства, то есть специальными нормами.

Доказательств наличия у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, финансовым управляющим судам не представлено.

Оспаривание сделок по общим основаниям Гражданского кодекса Российской Федерации направлено исключительно на обход срока исковой давности и трехлетнего периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации представляет собой злоупотребление правом и является основанием для отказа в удовлетворении заявления.

Учитывая изложенное, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего должника о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств 30.11.2016 и 10.02.2017 со счета должника на счет ответчика.

Аналогичная правовая позиция поддержана в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2024 № 305-ЭС24-11051 по делу № А40-336993/19.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм материального права судебной коллегией суда кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационная жалоба не содержит, а приведенные в жалобе доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, способных повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 29 января 2024 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22 апреля 2024 года по делу № А40-336993/19 оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего должника ФИО5 - без удовлетворения.


Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов


Судьи                                                                                            П.М. Морхат


В.Л. Перунова