Определение от 15 апреля 2026 г. АС Хабаровского края

Арбитражный суд Хабаровского края

<...>, www.khabarovsk.arbitr.ru


О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

Дело № А73-12581/2025
г. Хабаровск
16 апреля 2026 года
Резолютивная часть определения объявлена в судебном заседании 07.04.2026.

Арбитражный суд Хабаровского края в составе судьи Сумина Д.Ю.

при ведении протокола помощником судьи Лутошкиной А.С.

рассмотрел в судебном заседании вопрос об утверждении отчёта финансового управляющего ФИО1 и о завершении процедуры реализации имущества должника в рамках дела о банкротстве ФИО2 (ИНН <***>, СНИЛС <***>).

Лица, участвующие в деле, в судебном заседании участия не принимали.

Суд установил:

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 04.08.2025 возбуждено производство по делу о банкротстве Хабалина Никиты Александровича по заявлению должника.

Решением суда от 28.08.2025 должник признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина сроком на 5 месяцев. Финансовым управляющим утверждена ФИО1, член СМОО «ААУ».

Сведения о введении процедуры опубликованы в газете «Коммерсантъ» 06.09.2025.

29.12.2025 финансовым управляющим представлен отчёт о своей деятельности с приложенными документами, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Судебное заседание по рассмотрению представленных финансовым управляющим ходатайства и отчёта назначено на 16.02.2026, у должника и финансового управляющего запрошены дополнительные пояснения.

Определениями от 16.02.2026 и от 05.03.2026 судебное заседание откладывалось, у должника повторно запрошены дополнительные пояснения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о месте и времени судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), реализация имущества гражданина – реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов (статья). Цель реализации имущества гражданина заключается в формировании конкурсной массы, её реализации и последующем соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

В соответствии со ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчётов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчёт о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

Из отчёта финансового управляющего следует, что им предприняты меры по выявлению, формированию, оценке и реализации конкурсной массы, имущество и доходы не выявлены.

Определением от 25.11.2025 в реестр требований кредиторов должника включено требование ПАО Сбербанк в общем размере 314 792,72 руб. Иные кредиторы, указанные должником в поданном в суд заявлении, требования к нему не предъявили.

Финансовым управляющим проведён анализ финансового состояния должника, на основании которого сделаны выводы об отсутствии признаков преднамеренного/фиктивного банкротства, а также о том, что восстановление платежеспособности невозможно. Ввиду отсутствия у должника имущества, за счёт которого может быть погашена кредиторская задолженность, финансовый управляющий считает, что процедура банкротства в отношении должника может быть завершена.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), гражданин не может быть освобождён от дальнейшего исполнения требований кредиторов по итогам завершения расчётов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершения процедуры внесудебного банкротства, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал незаконно или недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, выведению активов, воспрепятствованию деятельности финансового управляющего и т.п.).

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся, в частности в определении от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820, институт банкротства – это экстраординарный способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет использовать её с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только добросовестному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Как следует из положений абзацев 4 и 5 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

В процедурах банкротства гражданина должник обязан предоставить информацию о его финансовом положении, в том числе сведения о его имуществе с указанием его местонахождения, об источниках доходов, о наличии банковских и иных счетов и о движении денежных средств по ним (п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5 Закона о банкротстве). Неисполнение данной обязанности, с одной стороны, не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, а с другой – создаёт препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счёт освобождения от обязательств перед кредиторами.

Подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац 3 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Исключения могут составлять случаи, если должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности её предоставить, его добросовестного заблуждения в её значимости или информация не имела существенного значения для решения вопросов банкротства.

Как разъяснено в п. 1 названного выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Несмотря на то, что при ординарных гражданско-правовых отношениях, применительно к статье 10 ГК РФ добросовестность участников правоотношений презюмируется, в рамках процедуры банкротства указанная презумпция не применяется к лицу, претендующему на освобождение от исполнения обязательств по результатам процедуры. Именно на должника возлагается бремя подтверждения добросовестности его поведения, в частности, предоставления доказательств и пояснений относительно допущенных в процедурах банкротства нарушений, а также пояснений, которые могли бы указывать на незначительность допущенных нарушений или отсутствие недобросовестности при их совершении.

В ходе рассмотрения настоящего дела судом установлены обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестном поведении должника.

При подаче 28.07.2025 заявления о признании его банкротом должник указал, что с 2020 года осуществляет трудовую деятельность в ООО «Нива» в должности пивовара, среднемесячный доход составляет: в 2022 г. – 20 640,75 руб., в 2023 г. – 22 901,91 руб., в 2024 г. – 29 001,66 руб., за 6 мес. 2025 г. доход составил 187 569 руб., т.е. в среднем 31 261,5 руб. в месяц.

Исходя из этих данных, предполагавшихся достоверными, а также размера прожиточного минимума для трудоспособных граждан в Хабаровском крае на 2025 г. (23 581 руб.), суд счёл обоснованным заявление должника об отсутствии у него как у добросовестного заёмщика возможности погасить названные им требования кредиторов в общем размере, превышающем 1 млн. руб.

Из представленного в суд отчёта финансового управляющего и приложенных к нему документов следует, что за период процедуры банкротства должником не получено каких-либо доходов, требование единственного кредитора не погашалось, также не погашены и текущие платежи (расходы финансового управляющего).

Из приложенных к отчёту Сведений о трудовой деятельности, заверенных СФР, следует, что должник 01.07.2020 принят на работу в ООО «Нива» на должность пивовара. При этом 29.07.2025 трудовой договор расторгнут по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ).

Таким образом, на следующий день после подачи в суд заявления о своём банкротстве, где должник указал о наличии постоянной работы с размером заработной платы, не позволяющей погашать требования кредиторов, должник прекращает трудовые правоотношения.

В письменных пояснениях 13.02.2026, адресованных финансовому управляющему, должник указал, что он «попал под сокращение в июле 2025 г. на заводе ООО «Нива»… В связи со снижением спроса на продукцию руководству завода пришлось сократить персонал. В период с июля по октябрь 2025 года я брал неофициальные подработки для финансирования процедуры банкротства и оплаты депозита суда. Устроиться официально никуда не получилось, так как на Корфовской отсутствуют рабочие места, а ездить в город не было возможности из-за отсутствия транспортного средства и соответствующего дохода. Так как на данный момент я проживаю квартире родителей, средства на аренду квартиры не требуются, а на жизненные нужды хватает. В данный момент я устроился обратно на завод ООО «Нива» на должность пивовара на неофициальное трудоустройство с оплатой труда ниже прожиточного минимума».

Определениями от 23.01.2026, от 16.02.2026 и от 05.03.2026 судом должнику предлагалось представить:

- доказательства, подтверждающие сведения, указанные в представленных письменных пояснениях: о наличии и размере дохода за период процедуры банкротства, об основаниях увольнения (по сокращению штатов), о расходовании денежных средств на финансирование процедуры банкротства;

- доказательства, подтверждающие принятие мер к поиску работы и официальному трудоустройству;

- пояснения о наличии объективных препятствий к официальному трудоустройству личного, социального или медицинского характера;

- пояснения по вопросу о том, была ли предоставлена финансовому управляющему информация о наличии и размере «неофициальных» заработков, доказательства сообщения этой информации финансовому управляющему.

Должником в суд 27.02.2026 представлены пояснения следующего содержания: «Я, ФИО2, ранее представлял пояснения суду о том, что неофициально осуществляю трудовую деятельность, денежных средств достаточно для покрытия текущих расходов, приобретение средств первой необходимости. Получение статуса безработного не представлялось возможным по причине занятости».

Финансовым управляющим 30.03.2026 представлены пояснения о том, что им получены представленные ранее пояснения должника о неофициальном трудоустройстве, «в силу правовой природы неофициального трудоустройства и отсутствия документального подтверждения размера и периодичности выплат … установить достоверный размер дохода должника и включить такие денежные средства в конкурсную массу не представляется возможным».

Содержащиеся в пояснениях должника на имя финансового управляющего сведения о том, что увольнение имело место по причине сокращения штатов, суд оценивает критически, учитывая заверенные СФР сведения о том, что ФИО2 уволен 29.07.2025 по инициативе работника.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что должник, имевший постоянное место работы и регулярный доход, позволявший по меньшей мере частично (в размере разницы между размером дохода и прожиточным минимумом) погасить требования кредиторов, на следующий день после подачи заявления о своём банкротстве прекратил трудовые отношения, что привело к невозможности исполнения обязательств в полном объёме, причинив тем самым вред кредиторам.

Какие-либо достоверные сведения о размере полученного за период с 29.07.2025 по настоящее время дохода должником ни финансовому управляющему, ни в суд не представлены.

Суд также отмечает, что названные выше письменные пояснения должника на имя финансового управляющего датированы 13.02.2026, то есть после представления последним в суд отчёта о результатах процедуры и предложения суда представить дополнительные пояснения.

Доводы должника об отсутствии рабочих мест в п. Корфовский, где он проживает, не подтверждены какими-либо доказательствами. Доказательств того, что им предпринимались меры к поиску работы и официальному трудоустройству, в том числе путём обращения в службу занятости населения, ФИО2 не представлено.

При этом в материалах дела имеются приобщённые судом сведения о наличии в п. Корфовский на день судебного заседания вакансий, не требующих специальных знаний или образования: менеджер пункта выдачи заказов, рабочий на железную дорогу (ОАО «РЖД»), продавец-кассир, продавец-консультант, водитель-курьер в «Пятерочку» (Корфовский, Ленина, 24). Согласно копии трудовой книжки, должник имеет среднее профессиональное образование по специальности водитель.

Каких-либо пояснений о наличии объективных препятствий к официальному трудоустройству личного, социального или медицинского характера должником вопреки предложению суда не представлено.

Кроме того, должник, согласно отметки в паспорте, является военнообязанным, следовательно имеет возможность поступить на военную службу по контракту, обеспечив тем самым наличие стабильного дохода и возможность осуществлять расчёты с кредиторами.

Суд полагает, что трудоспособный должник, не имеющий объективных медицинских или социальных препятствий к трудоустройству, однако не предпринимающий никаких мер к официальному трудоустройству с тем, чтобы по меньшей мере частично удовлетворить требования кредиторов, фактически скрывающий источник и размер дохода, не может быть признан добросовестным и освобождаться от исполнения обязательств перед кредитными организациями, то есть фактически безосновательно пользоваться теми же преференциями, которые предусмотрены Федеральным законом от 07.10.2022 № 37-ФЗ для участников специальной военной операции.

Кроме того, судом установлено, что при оформлении кредитной карты ПАО Сбербанк должник указал в заявлении от 25.12.2021 (представлено банком с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов) размер среднемесячного дохода: 70 000 руб.

Данный размер дохода, который должник сообщил банку, существенно превышает реальный уровень его дохода, указанный в справках формы 2-НДФЛ, выданных ООО «Нива», где должник был трудоустроен с 2020 года.

Таким образом, судом установлено, что при возникновении обязательства, на котором конкурсный кредитор ПАО Сбербанк основывал свое требование в деле о банкротстве, ФИО2 предоставил кредитору заведомо ложные сведения, умышленно введя банк в заблуждение относительно своего финансового состояния.

Наличие у банка как профессионального участника рынка возможности проверить достоверность представляемых сведений не позволяет оставлять действия лица, сообщающего недостоверные сведения, без внимания и оценки таких действий как недобросовестных.

Подобное поведение, применительно к положениям статьи 10 ГК РФ, а равно правовому смыслу реабилитационной процедуры банкротства – прямо им противоречит, поскольку для физического лица, принимающего кредитные обязательства, в случае их непосильности предполагается, что оно в силу своих возможностей предпринимает разумные меры к погашению обязательств, но в силу объективных причин не имеет возможности их исполнить.

Кроме того, из приложенных к заявлению должника сведений бюро кредитных историй следует, что вплоть до июня 2025 г., то есть непосредственно до обращения в суд с заявлением о банкротстве им допускались отдельные просрочки, но кредитные обязательства исполнялись, причём ежемесячный размер платежей всем кредиторам составлял более 36 тыс. руб. (в т.ч. ПАО «Совкомбанк» (включая обязательства перед ООО «ХКФ Банк») – 12 208, 65 руб. и 16 000 руб., АО «Почта Банк» – 8 378 руб.), что превышает размер официального дохода должника.

Данное обстоятельство свидетельствует о недостоверности указанных должником сведений о размере дохода, а также (в совокупности с пояснениями должника о несении расходов «для финансирования процедуры банкротства» и фактом внесения на депозитный счёт суда денежных средств для выплаты вознаграждения финансовому управляющему не самим должником, а ИП ФИО3, г. Шадринск, Курганская область) об отсутствии реальных предпосылок к банкротству.

Проанализировав в совокупности установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 не предоставил финансовому управляющему и суду достоверные сведения относительно источников и размера доходов, не предпринимал в ходе процедуры банкротства необходимых разумных и достаточных мер к официальному трудоустройству при отсутствии к тому объективных препятствий, а при возникновении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал своё требование в деле о банкротстве, предоставил ему заведомо ложные сведения о размере своего дохода.

Данные обстоятельства в силу положений части 4 статьи 213.8 Закона о банкротстве препятствуют освобождению гражданина от обязательств.

Учитывая неустановление финансовым управляющим какого-либо имущества должника, отсутствие у него денежных средств, фактическое непринятие должником каких-либо мер для, по меньшей мере, частичного исполнения обязательств, суд приходит к выводу о том, что пополнение конкурсной массы и расчёты с кредиторами в рассматриваемом случае невозможны, продление срока реализации имущества нецелесообразно, в связи с чем заявленное ходатайство о завершении процедуры реализации имущества подлежит удовлетворению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20.6 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве вознаграждение финансовому управляющему выплачивается в размере фиксированной суммы и суммы процентов, установленных статьёй 20.6 Закона о банкротстве, с учётом особенностей, предусмотренных той же статьёй. Фиксированная сумма вознаграждения выплачивается финансовому управляющему единовременно по завершении процедуры, применяемой в деле о банкротстве гражданина, независимо от срока, на который была введена каждая процедура.

В силу пункта 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве (в редакции, подлежащей применению) размер фиксированной суммы вознаграждения составляет для финансового управляющего – 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей единовременно за проведение процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Выплата фиксированной суммы вознаграждения финансовому управляющему по общему правилу осуществляется за счёт средств гражданина (пункт 4 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела, в соответствии с пунктом 4 статьи 213.4 Закона о банкротстве на депозитный счет Арбитражного суда Хабаровского края перечислены денежные средства в размере 25 000 руб. в счёт выплаты вознаграждения арбитражному управляющему.

ФИО1 исполняла обязанности финансового управляющего весь период банкротства в отношении должника, от исполнения возложенных обязанностей не отстранялась и не освобождалась.

При изложенных обстоятельствах суд находит обоснованным и подлежащим удовлетворению заявление финансового управляющего о возмещении фиксированного вознаграждения в размере 25 000 руб. из денежных средств, перечисленных на депозитный счёт суда.

Руководствуясь статьями 20.6, 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

О П Р Е Д Е Л И Л:

1. Утвердить отчёт финансового управляющего по результатам процедуры реализации имущества гражданина.

2. Процедуру реализации имущества в отношении ФИО2 (ИНН <***>, СНИЛС <***>) завершить. Не применять в отношении ФИО2 правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Со дня принятия судом определения о завершении процедуры реализации имущества наступают последствия, предусмотренные статьёй 213.30 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

3. Перечислить арбитражному управляющему ФИО1 с депозитного счёта Арбитражного суда Хабаровского края денежные средства в размере 25 000 руб., внесённые по платёжному поручению от 10.08.2025 № 178, по реквизитам, указанным в ходатайстве арбитражного управляющего.

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Шестой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с момента его вынесения путём подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Хабаровского края.

Судья Д.Ю. Сумин