Постановление от 29 сентября 2024 г. по делу № А50-11772/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4765/24

Екатеринбург

30 сентября 2024 г.


Дело № А50-11772/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 сентября 2024 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столяренко Г.М.,

судей Пирской О.Н., Оденцовой Ю.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании с использованием систем веб-конференции кассационную жалобу ФИО2 (далее – ответчик) на определение Арбитражного суда Пермского края от 26.02.2024 по делу № А50-11772/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2024 по тому же делу.

В судебном заседании суда кассационной инстанции 09.09.2024 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 16.09.2024.

В судебном заседании до и после перерыва посредством системы веб-конференции (онлайн-заседание) приняли участие представители:

ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 01.01.2021 № 1);

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Компания ПРЗК» (далее – общество «Компания ПРЗК», должник) ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 01.01.2021 № 101).

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 18.03.2020 общество «Компания ПРЗК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

К участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» (далее – общество «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой») в лице конкурсного управляющего ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26.02.2024 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признаны доказанными основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство по определению размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2024 определение суда первой инстанции от 26.02.2024 оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, ответчик обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. После перерыва от ответчика поступило дополнение к кассационной жалобе, которое приобщено судом к материалам дела.

В кассационной жалобе ФИО2 оспаривает выводы судов относительно наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), указывает, что вся имеющаяся у него документация и база данных «1С-Бухгалтерия» были переданы конкурсному управляющему, последнему был также предоставлен доступ в административное здание, которое занимал должник, соответственно, он имел возможность получить документы должника и с ними ознакомиться, а сведения о взаимоотношениях с дебиторами мог получить из книг покупок и продаж. Относительно залоговых транспортных средств ответчик давал в судах пояснения о том, где находится соответствующая техника, более того, она была осмотрена конкурсным управляющим по месту ее нахождения, для транспортировки техники, размещенной за пределами г. Перми, на территорию базы должника у ответчика нет средств; оборудование и оргтехника находятся на территории должника, конкурсный управляющий имеет возможность их изъятия.

Заявитель кассационной жалобы полагает, что совершение сделки по отчуждению автомобиля не может послужить основанием для субсидиарной ответственности, поскольку негативные последствия от выбытия автомобиля несопоставимы с масштабами деятельности должника и реестром требований кредиторов. Относительно указанной сделки ФИО2 отмечает, что вырученные денежные средства были направлены на приобретение материалов для выполнения муниципального контракта, однако оправдательные документы в виде авансовых отчетов не сохранились.

По мнению ответчика, даже если согласиться с обоснованностью доводов конкурсного управляющего по существу относительно вышеописанных обстоятельств, они не образуют состав субсидиарной ответственности, с ФИО2 могли быть взысканы убытки.

Также ответчик указывает на безосновательность ссылки суда на судебные акты по делу о банкротстве общества «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» (№ А50-16494/2019), которыми признаны недействительными сделки по перечислению данным обществом денежных средств аффилированному лицу. Как отмечает кассатор, активы должника и его денежные средства не были использованы при совершении указанных сделок, кроме того, заявление о привлечении контролирующих общество «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» лиц к субсидиарной ответственности не рассмотрено, нельзя смешивать основания ответственности. ФИО2 указывает, что компании действительно связаны, между тем причиной их банкротства послужили не виновные действия руководителя, а возникновение у общества «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» финансовых трудностей в связи с исполнением убыточного контракта, соответственно, это повлекло прекращение заказов в адрес общества «Компания ПРЗК» и прекращение деятельности последнего. Помимо прочего ФИО2 обращает внимание, что кредитные обязательства перед акционерным обществом «Фора Банк» (далее – Банк) были обеспечены залогом и поручительством всех членов семьи Казарян, стоимость залога превышала сумму предоставленных в кредит денежных средств.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Компания ПРЗК» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.07.2002, учредителем общества являлся ФИО11, умерший 01.06.2007.

После смерти ФИО11 его доля в уставном капитале общества была унаследована членами его семьи, включая супругу ФИО8 и двух сыновей.

Директором общества до апреля 2018 года являлась ФИО8, затем обязанности руководителя были возложены на ее брата ФИО2 – ответчика по настоящему делу. При этом, как установлено судами и не оспаривается участниками процесса, и до назначения на должность руководителя ФИО2 фактически исполнял соответствующие обязанности, будучи исполнительным директором и действуя на основании выданных ему доверенностей с предоставлением широкого круга полномочий.

Также судами установлено, что для должника основным источником поступления денежных средств являлось общество «Компания П.Р.З.К.- Автобанстрой», которое в рамках совместной деятельности перечисляло должнику денежные средства в счет оплаты по договорам поставки за асфальт, асфальтобетонную смесь.

Дело о банкротстве должника возбуждено Арбитражным судом Пермского края 18.04.2019 по заявлению кредитора – общества с ограниченной ответственностью «СамараДорМаш» (далее – общество «СамараДорМаш»).

Определением арбитражного суда от 10.09.2019 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения; решением арбитражного суда от 18.03.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Реестр требований кредиторов должника сформирован на 56,1 млн руб.

Во вторую очередь реестра включена задолженность перед налоговым органом в сумме 418,6 тыс. руб. (определение суда от 12.12.2019 с учетом определения об исправлении опечатки от 13.12.2019).

В третью очередь реестра по обязательствам, не обеспеченным залогом имущества должника, включена задолженность по основному долгу на сумму 7,8 млн руб., неустойки на сумм 1 млн руб. перед следующими кредиторами:

общество «СамараДорМаш» – 407,8 тыс. руб. основного долга по договору поставки продукции (определение суда от 10.09.2019);

общество с ограниченной ответственностью «Надеждинское» – 975,5 тыс. руб. основного долга по договору перевозки грузов, 58,3 тыс. руб. неустойки (определение суда от 07.11.2019);

общество с ограниченной ответственностью «Фортуна» – 883,6 тыс. руб. основного долга по договору поставки строительных материалов (определение суда от 12.12.2019);

налоговый орган – 3,8 млн руб. основного долга по уплате обязательных платежей и 934 тыс. руб. штрафа, пени (определения суда от 12.12.2019, от 19.08.2020);

Департамент земельных отношений администрации г. Перми – 253,4 тыс. руб. задолженности по договору аренды земельного участка, 16,7 тыс. руб. неустойки (определение суда от 25.12.2019);

общество с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Ягуар-Охранные системы» – 43,5 тыс. руб. основного долга по оплате услуг охраны (определение суда от 06.08.2020);

ФИО12 (правопреемник открытого акционерного общества «Элиз») – 1,48 млн руб. основного долга по оплате электроэнергии (определение суда от 19.04.2022).

За реестром учтены требования в сумме 133,7 тыс. руб.

Мажоритарным кредитором, чьи требования обеспечены залогом имущества должника, является общество с ограниченной ответственностью «ЦентрИнвестСтрой» (далее – общество «ЦентрИнвестСтрой») – правопреемник Банка по кредитным обязательствам.

Задолженность перед данным кредитором возникла в связи с неисполнением обществом «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» обязательств по кредитным договорам от 03.05.2017 № 21-2017/НКЛ и от 18.12.2017 № 66-2017/ВКЛ, в обеспечение которых должник наряду с участниками должника – членами семьи Казарян, выдал поручительство и предоставил в залог свое имущество. Залог и поручительство также были предоставлены ФИО2 и его братом ФИО6

Предметом договоров залога, заключенных должником – обществом «Компания ПРЗК», являлась автомобильная и дорожная техника: автомобиль КАМАЗ 65115С, полуприцеп ЗОРЗИ 36S, автогрейдер ДЗ-180А, грузовой самосвал МАЗ-551605-271, самосвал КАМАЗ 65115, каток дорожный HAMM GRW, автоцистерна АЦ-7-5557, а также иное оборудование: асфальтосмесительная установка КДМ 2013, 2005 года выпуска, асфальтосмесительная установка ДС-158, 1991 года выпуска.

Определением арбитражного суда от 13.02.2020 задолженность в размере 46 869 330 руб. включена в третью очередь реестра требований кредиторов должника; определением суда от 28.12.2021 требование общества «ЦентрИнвестСтрой» признано обеспеченным залогом имущества должника.

В настоящее время требования указанного кредитора практически полностью погашены за счет реализации имущества в процедурах банкротства трех лиц: основного должника – общества «Компания «П.Р.З.К.-Автобанстрой» (дело о банкротстве № А50-16494/2019), общества «Компания ПРЗК» (настоящее дело о банкротстве), ФИО8 (дело о банкротстве № А50-14824/2020).

Остаток долга перед залоговым кредитором, по данным конкурсного управляющего, составил 2 181 698 руб. неустойки.

Требования иных кредиторов не погашены.

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий сослался на положения статьи 61.11 Закона о банкротстве, в качестве оснований для субсидиарной ответственности назвал неисполнение бывшим руководителем должника обязанности по передаче документации и имущества должника, а также совершение ответчиком сделки по выводу актива (автомобиля).

Применительно к первому обстоятельству – неисполнению обязанности по передаче документации и имущества должника судами установлено следующее.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Пермского края от 01.02.2021 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании документов и имущества должника. На ФИО2 возложена обязанность передать конкурсному управляющему:

- первичные документы по дебиторской задолженности в отношении обществ с ограниченной ответственностью «ПРЗК-Автобанстрой»(15,5 млн руб.), «Строительное Управление-157» (322 тыс. руб.), «Стром» (133 тыс. руб.), «Евродорстрой» (114,4 тыс. руб.), «Облгазпроект» (72 тыс. руб.), «Техавтотранс» (40 тыс. руб.);

- имущество должника: спецтехнику, находящуюся в залоге (каток дорожный, автогрейдер, два самосвала КАМАЗ, грузовой самосвал МАЗ, полуприцеп, автоцистерна), спецтехнику, не находящуюся в залоге (погрузчик, мини-погрузчик), офисную технику (пять компьютеров, копировальный аппарат, факс, монитор, принтер) и иное имущество (горелка блочная жидкотопливная, компрессор, мини АТС, привод ДС25Б, трансформатор ТМГ 400/6/0,4, две бытовки).

Конкурсный управляющий ссылался на то, что вышеуказанный судебный акт ФИО2 не исполнен.

Согласно расчету управляющего стоимость не переданного залогового имущества составляет 2,1 млн руб., стоимость не переданного незалогового имущества – 2,5 млн руб.; фактически из всего вышеперечисленного передан только каток дорожный.

Относительно дебиторской задолженности установлено, что на момент возникновения у ответчика обязанности передать конкурсному управляющему документы (18.03.2020) все организации, кроме общества «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой», являлись действующими; общество «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» являлось крупнейшим дебитором должника, при этом в рамках дела о банкротстве данной компании (№ А50-16494/2019) определением суда от 10.06.2021 должнику отказано во включении его требования в размере 15 528 411 руб. в реестр требований в кредиторов должника ввиду недоказанности его наличия и размера. Судом установлено, что компании являются аффилированными лицами, первичные документы представлены лишь на сумму 3,68 млн руб., все первичные документы подписаны с обеих сторон одним и тем же лицом – ФИО2 Суд признал не соблюденным повышенный стандарт доказывания относительно данного требования.

По мнению конкурсного управляющего, ненадлежащее исполнение бывшим руководителем должника обязанности по передаче документации о дебиторской задолженности и имущества должника стало препятствием для проведения процедуры банкротства и удовлетворения требований кредиторов. Управляющий также указывал, что причины, по которым должник перестал получать денежные средства от контрагентов, не удалось установить из-за отсутствия документов.

ФИО2, возражая против вменяемых ему нарушений требований Закона о банкротстве в указанной части, пояснял, что общество «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» и должник, контролируемые одними и теми же лицами, занимались совместным бизнесом, в котором общество «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» выполняло муниципальные и государственные контракты по строительству и реконструкции автомобильных дорог, а должник (общество «Компания ПРЗК») производил асфальтобетонную смесь для соответствующих целей; часть спецтехники находится по месту производства дорожных работ (пос. Левшина, пос. Афанасьева, пос. Юсьва), часть – по месту нахождения должника (<...>); документы бухгалтерского учета переданы конкурсному управляющему по акту от 23.03.2020, остальная документация находится в офисе должника, куда ответчик доступа не имеет, там же находится и оргтехника.

Вторым обстоятельством, которое, по мнению управляющего, привело к невозможности полного погашения требований кредиторов, явилось отчуждение бывшим руководителем должника автомобиля BMW Х4 по безвозмездной сделке. Определением арбитражного суда от 30.04.2021 заключенный должником в лице ФИО2 и ФИО6 договор купли-продажи от 04.07.2018 признан недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в пользу должника 2 100 000 руб.

Указав названные обстоятельства в качестве основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий при этом отметил, что в целом анализ деятельности должника показывает, что общество «Компания ПРЗК» перешло в состояние объективного банкротства в 2018 году, когда наступил срок исполнения обязательств общества «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» перед банком по кредитным договорам, в обеспечение которых должник предоставил залог и поручительство.

Суды, рассматривая данные доводы, установили, что в период наступления срока исполнения кредитных обязательств (с марта по сентябрь 2018 года) в обществе «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» совершены действия по выводу активов в пользу аффилированного лица. Так, определениями суда от 14.04.2021, от 06.05.2021, от 14.05.2021, вынесенными по делу о банкротстве названного общества, признаны недействительными сделки по перечислению обществом «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» в декабре 2017 года, апреле – июне 2018 года в пользу общества с ограниченной ответственностью «Дорожная строительная компания» денежных средств в общей сумме 15 430 000 руб.

Исходя из указанного, а также учитывая, что бездействие бывшего руководителя должника по передаче документации и имущества должника воспрепятствовало пополнению конкурсной массы на сумму соответствующих активов (5,3 млн руб.), а совершение сделки по безвозмездному отчуждению имущества (автомобиль) причинило действительный вред, размер которого (2,1 млн руб.) признан значительным, суды сочли доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Компания ПРЗК» за доведение последнего до банкротства.

Между тем, по мнению суда округа, суды при вынесении судебных актов не учли следующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом, дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов в любом случае сопровождается изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В рассматриваемом случае суды заключили, что непередача ФИО2 документов по дебиторской задолженности и имущества (спецтехники, транспортных средств, оргтехники) негативно повлияла на возможность формирования конкурсной массы, вместе с тем ни одно из указанных обстоятельств, которое бы свидетельствовало о существенном затруднении в проведении процедур банкротства, суды не установили.

Из обстоятельств дела видно, что конкурсный управляющий смог установить характер деятельности должника, его основных контрагентов, определить активы, выявить совершенные сделки, провести анализ причин банкротства; обнаруженное имущество (находящееся в залоге) было реализовано, денежные средства направлены на удовлетворение требований залогового кредитора.

При недоказанности обстоятельств, составляющих презумпцию невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие непередачи документов, сам по себе факт непередачи документов (в данном случае, как указали суды, исключительно по дебиторской задолженности на сумму 681 281 руб.) и имущества, в отношении которого не удалось достоверно установить его местонахождение, не может послужить основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, судам следовало применить разъяснения пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 и рассмотреть вопрос о взыскании убытков в соответствии со статьей 61.13 Закона о банкротстве.

В данной части также необходимо отметить, что судами не дана оценка обстоятельствам, в связи с которыми не было передано имущество должника. ФИО2, в частности, давал пояснения относительно местонахождения каждой из единиц спецтехники, указывал, что оргтехника находится в административном здании, где раньше находился офис должника, по адресу должника находилась и часть техники, переданной в залог (например, КАМАЗ 2005 года выпуска и полуприцеп), остальная – по месту выполнения дорожных строительных работ; конкурсный управляющий со своей стороны ограничился указанием на то, что названное имущество не передано, при этом пояснений относительно того, какие конкретно действия он предпринял для проверки данных обстоятельств, не дал, в том числе не смог ответить на соответствующий вопрос в суде кассационной инстанции. 

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными (пункт 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

В соответствии с пунктом 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам данной статьи также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указывая, что совершение сделки по отчуждению автомобиля BMW Х4 повлекло существенное ухудшение финансового положения должника в совокупности с иными действиями, суды соответствующие выводы не мотивировали. Из материалов дела следует, что сумма долга по двум кредитным договорам (основная часть задолженности в данном деле о банкротстве) составляла около 50 млн руб., исполнение соответствующих кредитных обязательств было в полном объеме обеспечено активами должника и иных лиц, за счет них данный долг оказался почти полностью погашен, стоимость отчужденного автомобиля несопоставима с размером обязательств должника, кроме того, вряд ли он использовался в производственной деятельности по дорожному строительству, соответственно, нельзя сделать вывод о том, что его выбытие привело к прекращению деятельности должника.

В данном случае судам также следовало применить положения статьи 61.13 Закона о банкротстве, разъяснения пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 и рассмотреть вопрос о взыскании убытков.

Далее, при недоказанности того, что к объективному банкротству должника привели вышеописанные действия бывшего руководителя, ключевым для настоящего спора становится вопрос о действительных причинах наступившей неплатежеспособности общества «Компания ПРЗК».

Суды пришли к выводу о том, что банкротство должника обусловлено поручительством и предоставлением в залог имущества должника по обязательствам общества «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой», с чем суд округа не может согласиться.

Субсидиарная ответственность контролирующего должника лица по обязательствам должника является формой ответственности за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица – неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

 Между тем правомерной и допустимой является ситуация, когда одно лицо, входящее в группу компаний, получает кредитные средства, а другие лица входящие в ту же группу, объединенные с заемщиком общими экономическими интересами, контролируемые одним и тем же конечным бенефициаром, предоставляют обеспечение в момент получения финансирования, предполагается, что соответствующее обеспечение направлено на пропорциональное распределение риска дефолта заемщика между всеми членами такой группы компаний.

Прекращение исполнения обязательств основным заемщиком может быть следствием тяжелого имущественного положения, обусловленного внешними экономическими факторами либо недобросовестными действиями бенефициара.

Таким образом, само по себе предоставление обеспечения за другое лицо, входящее в группу, основанием для субсидиарной ответственности являться не может, необходимо исследовать обстоятельства, в связи с которыми исполнение обязательств прекратилось – вызвано ли это сугубо экономическими факторами или, как отмечено выше, банкротство наступило в результате недобросовестных действий контролирующих лиц.

Суды в рамках настоящего дела заключили, что ФИО2, будучи руководителем общества «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой», в период, когда наступил срок исполнения кредитных обязательств, осуществлял вывод активов из данной компании в пользу аффилированного лица; в связи с указанным общество «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» не имело возможности рассчитаться по своим обязательствам с банком, что повлекло взыскание долга в судебном порядке, обращение взыскания на залог, в том числе и в отношении имущества должника.

Таким образом, суды сделали вывод о наличии недобросовестных действий бывшего руководителя общества «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» по отношению к указанному лицу и его кредиторам; делая данный вывод, суды руководствовались исключительно судебными актами о признании сделок недействительными в рамках дела № А50-16494/2019, подлинные причины наступления неплатежеспособности общества «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» не устанавливали, возражения ответчика относительно экономических причин банкротства не проверяли, хотя ответчик настаивал на том, что прекращение деятельности компаний было вызвано убыточностью муниципального контракта по реконструкции (строительству) автомобильной дороги; на момент рассмотрения настоящего спора вопрос о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» в деле о банкротстве № А50-16494/2019 не был рассмотрен.

Как видно из представленных в материалы дела доказательств, должник являлся зависимой компанией, производственная деятельность которого была подчинена деятельности «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» по строительству и реконструкции автомобильных дорог; как утверждает ответчик, прекращение деятельности данной компании повлекло и прекращение деятельности должника, при этом обеспеченные залогом требования кредитора, финансировавшего группу компаний, практически полностью погашены (за исключением 2 млн руб. неустойки) за счет реализации имущества, переданного в залог, включая асфальтосмесительные установки, используемые в деятельности должника. Остались непогашенными требования незалоговых кредиторов на сумму около 8 млн руб.

Суды при рассмотрении спора не установили совершениеФИО2 каких-либо недобросовестных действий в деле о банкротстве общества «Компания ПРЗК», приведших к банкротству должника (за исключением вышеописанных фактов непередачи документов по дебиторской задолженности на сумму 681 281 руб. и сделки по отчуждению автомобиля, которые не могут быть признаны обстоятельствами, влекущими наступление субсидиарной ответственности; относительно имущества, не переданного управляющему, в дополнительной проверке нуждаются обстоятельства, касающиеся действительных попыток его передачи конкурсному управляющему и принятых им мерах по его осмотру и принятию).

Если невозможность полного погашения требований кредиторов общества «Компания ПРЗК» явилась следствием недобросовестных действий ФИО2 как руководителя общества «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой», то соответствующие обстоятельства совершения недобросовестных действий должны быть как минимум установлены судом в рамках дела о банкротстве указанного лица, там же сделаны выводы о том, являются ли эти действия необходимой причиной банкротства указанного лица, после чего в рамках настоящего дела суд должен установить, каким образом данные действия повлияли на финансово-хозяйственную деятельность общества «Компания ПРЗК» и послужили ли они причиной банкротства и данного лица тоже. Оценка поведения ответчика как контролирующего общество «Компания П.Р.З.К.-Автобанстрой» лица в настоящем деле влечет нарушение процессуальных прав кредиторов указанного лица, поскольку лишает их возможности привести свои доводы и возражения относительно исследуемых обстоятельств, а также самого ответчика, возлагая на него обязанность по доказыванию обстоятельств, рассматриваемых в другом деле, в котором, помимо прочего, и сосредоточен основной массив доказательств применительно к соответствующему должнику, кроме того, возникает риск принятия противоречащих друг другу судебных актов.   

В соответствии с частью 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или процессуального права.

В силу части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в суде первой инстанции либо были отвергнуты судом первой инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

Поскольку судами первой и апелляционной инстанций были сделаны преждевременные выводы о причинах банкротства общества «Компания ПРЗК», что могло привести к принятию неверного решения, судебные акты подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду с учетом изложенного в мотивировочной части постановления надлежит устранить отмеченные недостатки, дать оценку доводам, приведенным лицами, участвующими в деле, установить все фактические обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения данного спора по существу, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства и по результатам исследования и оценки представленных доказательств принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.

Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 26.02.2024 по делу № А50-11772/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2024 по тому же делу отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

  Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 



Председательствующий                                               Г.М. Столяренко


Судьи                                                                            О.Н. Пирская


                                                                                             Ю.А. Оденцова