Постановление от 27 ноября 2023 г. по делу № А47-6946/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-217/20

Екатеринбург

27 ноября 2023 г.


Дело № А47-6946/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 21 ноября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 ноября 2023 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Савицкой К.А.,

судей Калугина В.Ю., Пирской О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Песковой Ю.В. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Гидрострой», ФИО1 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 13.03.2023 по делу № А47-6946/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебное заседание в Арбитражный суд Уральского округа лица, участвующие в деле, не явились.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Гидрострой» ФИО2 (доверенность от 29.09.2022 серия 56 № АА № 3047510), представитель ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 09.09.2022 серия 56 АА № 3030124).

Конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «АСТ-Мобильная строительная группа» ФИО5 надлежащим образом не подключилась к каналу связи онлайн-сервиса «Картотека арбитражных дел».

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 25.11.2019 общество с ограниченной ответственностью «АСТ-Мобильная строительная группа» (далее – общество «АСТ-Мобильная строительная группа», должник) признано несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении должника процедуры конкурсного производства сроком на шесть месяцев.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.12.2019 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5.

Конкурсный управляющий ФИО5 13.07.2020 обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просила: привлечь к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.11, 61.12, 61.13 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) ФИО6 и ФИО3 солидарно; приостановить рассмотрение заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части определения размеров этой ответственности до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 13.03.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. В пользу должника с ФИО6 взысканы убытки в сумме 200 000 руб. Признаны доказанными наличие оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника, рассмотрение заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении требований к ФИО3 отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2023 определение Арбитражного суда Оренбургской области от 13.03.2023 оставлено без изменения, апелляционные жалобы конкурсного управляющего обществом «АСТ-Мобильная строительная группа» ФИО5, ФИО6 – без удовлетворения.

В кассационной жалобе общество с ограниченной ответственностью «Гидрострой» (далее – общество «Гидрострой»), ФИО1 просят определение Арбитражного суда Оренбургской области от 13.03.2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2023 отменить в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества «АСТ-Мобильная строительная группа», принять новый судебный акт, которым заявление удовлетворить в полном объёме – привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскать с ФИО6 в дополнение к взысканным 200 000 руб. 656 000 руб. убытков.

В обоснование доводов кассационной жалобы общество «Гидрострой», ФИО1 указывают, что суды произвольно толковали дату возникновения признаков объективного банкротства должника, однако не приняли во внимание представленное в материалы дела заключение специалиста, не дали ему оценку, ввиду чего необоснованно не привлекли к субсидиарной ответственности ФИО3 за неподачу заявления о банкротстве должника, не применили к ФИО3 положения статьи 61.12 Закона о банкротстве. Кредиторы ссылались на заключение ФИО7 от 25.01.2021, согласно которому заявление должника о собственном банкротстве должно было быть направлено в арбитражный суд не позднее 24.11.2018. При наличии активов и денежных средств у общества ФИО3 не принимал попыток погашения долга перед обществом «Гидрострой», одним из ключевых кредиторов общества. Суды необоснованно не применили к ФИО3 положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Информация, содержащаяся в бухгалтерской отчётности за 2016 год, 2017 год искажена именно ФИО3, что сделало невозможным своевременную оценку активов должника. Суды необоснованно не применили к ФИО3 положения подпункта 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. По данному делу установлена недостоверность сведений в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) относительно адреса должника, который сохранялся и на дату возбуждения дела о банкротстве должника. ФИО3, достоверно зная, что данного адреса не существует и общество там не находится, не принимал мер к внесению в ЕГРЮЛ достоверных сведений относительно адреса должника, что делало невозможным получение должником юридически значимых извещений. К ФИО6 необоснованно не был применены положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку он своевременно не передал конкурсному управляющему документы, имевшие значение в деле о банкротстве должника. Кредитора полагают незаконным отказ во взыскании с ФИО6 656 000 руб. в качестве убытков, поскольку их расходование на нужды общества не доказано, и ФИО6 не был единственным участником должника, то есть не мог единолично распоряжаться средствами общества. Корпоративный конфликт между ФИО3 и ФИО6 отсутствовал, а их совместные действия привели к банкротству должника.

Поступившие посредством системы электронной подачи документов «Мой Арбитр» от общества «АСТ-Мобильная строительная группа», от ответчика ФИО3 отзывы на кассационную жалобу в соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщены к материалам дела.

В отзыве на кассационную жалобу конкурный управляющий ФИО5 поддерживает доводы кассационной жалобы, считает кассационную жалобу подлежащей удовлетворению.

В отзыве на кассационную жалобу ответчик ФИО3 просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель общества «Гидрострой» ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, просил её удовлетворить.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 поддержал доводы отзыва на кассационную жалобу, просил в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, общество «АСТ-Мобильная строительная группа» зарегистрировано в 2015 году, в период с 24.04.2015 по 29.01.2019 ФИО3 являлся единственным участником общества с долей в уставном капитале 100%, 29.01.2019 уставный капитал увеличен с 100 000 руб. до 200 000 руб., доли распределены 50% ФИО3, 50 % ФИО6

ФИО3 являлся руководителем должника в период с 24.04.2015 по 30.05.2017 и с 14.02.2018 по 29.01.2019.

ФИО6 являлся руководителем должника в период с 30.05.2017 по 14.02.2018 и с 29.01.2019 по 23.11.2019.

В 2016 году должником у ФИО8 приобретен участок, расположенный по адресу: <...> с целью строительства многоквартирного дома.

Для осуществления строительства в сентябре 2016 года между должником в лице ФИО3 и обществом с ограниченно ответственностью «Строительная группа «АСТ» в лице ФИО6 заключен договор на выполнение работ по строительству дома.

В октябре 2016 года подготовлен проект строительства, 30.11.2016 получено разрешение на строительство.

Строительство многоквартирного дома завершено, дом введен в эксплуатацию 10.11.2017.

Основной деятельностью должника являлось строительство, наиболее крупные требования кредиторов – общества «Сельский дом», ФИО9, возникли в связи с проведением строительства 16-ти квартирного 2-х этажного дома по адресу: <...>; строительство велось на средства, предоставленные инвесторами.

Реализация основного актива должника – квартир осуществлялась в период с 11.02.2019 по 07.05.2019. В указанный период должником осуществлены сделки по продаже 15 из 16 квартир по цене 850 000 руб. до 1 100 000 руб.; отчуждение 2 квартир (из указанного числа) осуществлено без соответствующего соразмерного предоставления (сделки от 27.03.2019 с ФИО10 и от 01.04.2019 с ФИО11), 6 квартир передано по соглашению об отступном от 24.06.2019 с обществом «Сельский дом» по цене 850 000 руб.

При этом согласно пояснениям, данным ФИО6, ФИО3, для выхода из финансового кризиса указанной стоимость было недостаточно, реализация должна была происходить по более высокой цене (не ниже 1 100 000 руб.).

ФИО3, как единственным учредителем организации, 30.05.2017 на должность директора с исполнением обязанностей главного бухгалтера общества «АСТ-Мобильная строительная группа» назначен ФИО6

ФИО6 31.05.2017 актом приема-передачи были переданы документы – учредительные документы, печать, бухгалтерская отчетность, отчеты формы КС-1,2,3, акты о выполнении работ за период с 2015 по 2016 годы и другая рабочая документация, а так же материальные ценности.

В обязанности ФИО6. входило ведение бухгалтерии, сдача налоговой отчетности и контроль за работой общества «АСТ-Мобильная строительная группа».

В 2018 году ФИО3 запросил на проверку у ФИО6 бухгалтерскую отчетность, ФИО6 требования проигнорировал.

ФИО3 26.01.2018 направил ФИО6 требование предоставить возможность ознакомления с информацией о деятельности общества в период с 23.05.2017, в том числе документами бухгалтерского учета.

ФИО3 31.01.2018 проведено внеочередное общее собрание участников общества, генеральный директор общества ФИО12 не явился. О причинах неявки не сообщил, об уважительности причины своей неявки участникам собрания не предоставил. Единственный участник общества ФИО3 констатировал, что в предложенный срок, генеральный директор общества ФИО6 не предоставил единственному участнику общества ФИО3 возможность ознакомления с информацией о деятельности общества в период с 23.05.2017 по настоящее время, в том числе с бухгалтерскими документами общества за этот же период.

14.02.2018 ФИО6 отстранен от должности гендиректора за отсутствие и неведение бухгалтерской отчетности.

Факт отсутствия документов, в том числе по строительству жилого дома за период с 2015 года по 2018 года, включая бухгалтерские, зафиксирован Соль-Илецким районным судом (решение №2-424/18 от 31 06.2018).

В рамках настоящего дела о банкротстве вступившие в законную силу определениями от 15.11.2019 от 22.05.2020, удовлетворены заявления арбитражного управляющего об истребовании документов именно у ФИО6

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора ФИО6 частично предоставил документы общества (в августе 2022 года передан флешноситель).

Полагая, что имеются основания для привлечения лиц, контролирующих должника, к субсидиарной ответственности по его обязательствам, а также для взыскания с них убытков, причиненных должнику, конкурсный управляющий ФИО5 обратилась в суд с заявлением.

Суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, заявление удовлетворил частично, установил наличие оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательства должника за неподачу заявления о признании общества несостоятельным (банкротом), невозможность полного удовлетворения требований кредиторов ввиду неисполнения ФИО6 обязанности по передаче документации должника, а также пришел в выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО6 убытков в сумме 200 000 руб. В отношении ФИО13 в удовлетворении требований отказано. Производство по заявлению в части определения размере ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

При этом суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации субсидиарной признается ответственность лица, которую оно несет в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником.

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если уполномоченным органом должника принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 того же Закона заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (пункт 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53)).

В отсутствие доказательств прекращения должником исполнения своих обязательств перед кредиторами, показатель того, что пассивы преобладали над активами должника, не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое положение должника, а приобретение отрицательных значений и неудовлетворительная структура баланса должника не является основанием для немедленного обращения в суд с заявлением должника о банкротстве.

На основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействия) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях.

Рассматривая данный спор, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь приведенными выше нормами и разъяснениями, исследовав приведенные лицами, участвующими в деле, доводы и представленные в их обоснование доказательства, установив, что по состоянию на октябрь 2018 года руководителю должника ФИО3 стало (либо должно было быть) очевидным, что квартиры будут реализованы по более низким ценам, а также что ФИО6, ставшим руководителем должника только 29.01.2019, будет совершена сделка по отчуждению 2 квартир на безвозмездной основе, не имеется, пришли к выводу, что сам по себе факт превышения пассивов над активами в октябре 2018 года не свидетельствует о возникновении обязанности руководителя должника ФИО3 по обращению к суду с заявлением о банкротстве.

Определяя размер ответственности ФИО6 по указанному основанию, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, установив, что после 27.03.2019, когда основной долг активами должника покрываться перестаёт, его возможно погасить только в случае реализации квартир по цене более чем 1 миллион руб., что после 27.04.2019 возникла задолженность перед акционерным обществом «Энергосбыт+» на сумму 35 руб. 88 коп. при недоказанности иного, пришли к выводу о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по указанному основанию в данной сумме.

Суды первой и апелляционной инстанций, принимая во внимание, что конкурсный управляющий без наличия первичной документации не может провести надлежащий анализ финансово-хозяйственной деятельности должника, установить объем выполненных работ, их стоимость, проверить обоснованность расчетов, провести работу с дебиторами, и, установив, что вступившими в законную силу определениями от 15.11.2019 от 22.05.2020, удовлетворены заявления арбитражного управляющего об истребовании документов именно у ФИО6, пришли к выводу о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Суды первой и апелляционной инстанций, с учетом фактических обстоятельств настоящего дела, в отношении привлечения к субсидиарной ответственности по данному основанию ФИО3, пришли к выводу, что сам по себе факт сдачи в налоговую инспекцию «нулевой» бухгалтерской отчетности не достаточно для возложения на ФИО3 ответственности за невозможность проведения расчетов с кредиторами.

Суды первой и апелляционной инстанций, принимая во внимание обстоятельства, установленные в ходе рассмотрения отдельного обособленного спора о взыскании убытков с ФИО3 (постановление Арбитражного суда Уральского округа от 08.12.2022 по настоящему делу), а также, приняв во внимание пояснения ответчиков, сопоставив их с имеющимся в деле первичными документами, установив, что не представляется возможным соотнести и установить расходование ФИО6 в интересах должника только денежных средств в сумме 200 000 руб., полученных от ФИО14 за год до банкротства, пришли к выводу о взыскании с ФИО6 в пользу должника убытков в сумме 200 000 руб.

При этом, оценивая масштабы деятельности должника, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что денежные средства в сумме 200 000 руб. не стали причиной банкротства.

Кроме того, установив, что по всем платежам, совершенным ФИО3, дана оценка в рамках отдельного обособленного спора (постановление Арбитражного суда Уральского округа от 08.12.2022), суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что требования конкурсного управляющего и кредиторов, настаивающих на привлечении ФИО3 к убыткам по указанному основаниями, фактически направлены на пересмотр вступившего в законную силу судебного акта.

Суды первой и апелляционной инстанций установив также, что ФИО6 представлены пояснения с документальным обоснованием, свидетельствующие о расходовании денежных средств в сумме 656 000 руб. на нужды должника, пришли к выводу об отказе в удовлетворении о взыскании убытков в указанной сумме.

Относительно наличия оснований для привлечения ФИО6 к ответственности за совершение сделок на нерыночных условиях, суды первой и апелляционной инстанций установили, что соответствие договора об отступном с обществом «Сельский дом» условиям рынка являлось предметом исследования и оценки в рамках самостоятельного обособленного спора (определение от 02.04.2021, оставленное без изменения постановлением от 29.076.2021 по настоящему делу); имущество, полученное по безвозмездным сделкам, которые признаны недействительными, возвращено в конкурсную массу должника, что конкурсным управляющим не оспаривается.

Доводы о необходимости привлечения ФИО3 и ФИО6 к ответственности за непринятие мер к погашению задолженности перед обществом «Гидрострой», к снижению неустойки, отклоняются с учетом пояснений представленных в рамках настоящего обособленного спора, обстоятельств, установленных в рамках дела о банкротстве (определение от 23.03.2020 об исключении части требования из реестра) и по делу № А47-5388/2016.

Кроме того, руководствуясь положениями пункта 11 статьи 61.11, пункта 7, 8 статьи 61.16 Закона о банкротстве, установив, что на момент рассмотрения заявления о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «АСТ-Мобильная строительная группа» не завершены все мероприятия по формированию конкурсной массы, не осуществлены расчеты с кредиторами, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для приостановления производства по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчета с кредиторами.

Оснований не согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении норм материального и процессуального права, сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм права, являющихся основанием для отмены обжалуемых судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 13.03.2023 по делу № А47-6946/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Гидрострой», ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий К.А. Савицкая


Судьи В.Ю. Калугин


О.Н. Пирская