Решение от 18 марта 2025 г. по делу № А55-41370/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443001, г. Самара, ул. Самарская, 203Б, тел. (846) 207-55-15

http://www.samara.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №

А55-41370/2023
19 марта 2025 года
г. Самара


Резолютивная часть решения объявлена 11 марта 2025 года

Решение в полном объеме изготовлено 19 марта 2025 года

Арбитражный суд Самарской области

в составе судьи

Гукасян И.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Пайгачовой Д.А.,

рассмотрев в судебном заседании 11 марта 2025 года дело по иску

Общества с ограниченной ответственностью "Спецволгаавто"

к 1.ФИО7; 2.Богомолову Илье Сергеевичуо признании недействительным сделок

Третьи лица:

1.Обществу с ограниченной ответственностью Торговый Дом "Оста" 2.ФИО10 3.Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Самарской области4.Финансовый управляющий Лапин Роман Владимирович5.ФИО9 7. ФИО2

при участии в заседании

от истца – ФИО3, по доверенности от 09.09.2024, диплом;

от ответчика 1 – ФИО4 по доверенности от 08.02.2022, диплом;

от ответчика 2 – ФИО5 по доверенности от 27.03.2024, диплом;

от третьего лица 2 – ФИО6 по доверенности от 18.07.2023, диплом;

от третьего лица 7– ФИО2, паспорт;

от третьих лиц 3-6– не явились, извещены;

Установил:

ООО «Спецволгаавто» обратилось в Центральный районный суд г. Тольятти с иском к ФИО7, ФИО8, просило признать недействительным соглашение об изъятии имущества: Сооружения -автозаправочной станции стационарного типа на три колонки с кадастровым номером 63:09:0302051:4488, адрес объекта: Самарская область г.Тольятти, Центральный район, Обводное шоссе, д.64, заключенное 27.05.2022г. между ООО «Спецволгаавто» и ФИО7 Применить последствия недействительности сделок в виде возвращения сторон в первоначальное положение. Признать недействительным договор купли-продажи объекта недвижимости: Сооружения - автозаправочной станции стационарного типа на три колонки с кадастровым номером 63:09:0302051:4488, адрес объекта: Самарская область г.Тольятти, Центральный район, Обводное шоссе, д.64, заключенный 07.09.2022 между ФИО7 и ФИО8 Применить последствия недействительности сделок в виде возвращения сторон в первоначальное положение.

Определением Центрального районного суда г. Тольятти от 26.10.2023 дела передано для рассмотрения в Арбитражный суд Самарской области.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 26.12.2023 исковое заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 27.04.2024 произведена замена судьи Лигерман А.Ф. на судью Гукасян И.Б. на основании положений статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Протокольным определением от 12.12.2024 Арбитражный суд Самарской области принял уточнение исковых требований, в соответствии с которым истец просит суд: применить последствия недействительности ничтожных сделок и виде возвращения сторон в первоначальное положение, прекратить в ЕГРН запись о государственной регистрации перехода нрава собственности - дата государственной регистрации 31.08.2022, номером государственной регистрации 63:09 0302051-4488- 63/461/2022-19, в соответствии с которой ООО "Спецволгаавто" передало ФИО7 сооружение - автозаправочная станция стационарною типа на 3 колонки (кадастровый номер объекта 63:09:030251:4488); прекратить запись о государственной регистрации перехода права собственности - дата государственной регистрации 14.09.2022, номер государственной регистрации сделки 63:09:0101180:8839-63/461/2022-23 в соответствии с которой ФИО7 передал ФИО8 - сооружение - автозаправочная станция стационарного типа на 3 колонки (кадастровый номер объекта: 63:09:030251:4488). Восстановить в едином государственном реестре недвижимости запись о государственной регистрации права собственности за ООО «Спецволгаавто» в отношении АЗС, расположенной по адресу <...> кадастровый номер объекта: 63:09:030251:4488, либо признать недействительными (оспоримыми) соглашение об изъятии имущества от 27.05.2022 заключенное между ООО "Спецволгаавто" и ФИО7, и договор купли-продажи АЗС №1 от 07.09.2022, заключенный между ФИО7 и ФИО8, применив последствия недействительности сделок в виде возвращения сторон в первоначальное положение.

В судебном заседании истец поддержал заявленные требования по основаниям изложенным в иске, уточненном иске.

Ответчики возражали против удовлетворения требований истца по основаниям, изложенным в отзывах на иск.

В отзывах на иск ответчик - ФИО7 указал, что считает требования истца необоснованными, поскольку материалами дела подтверждается, во-первых, одобрение сделки другим участником общества, доля которого составляет 50%; во-вторых, несостоятельны доводы истца о том, что оспариваемые сделки являются притворными, мнимыми, заключенными под влиянием обмана, так как материалами дела подтверждается, что после заключения договора из поведения ФИО9 явствовало намерение именно передать объект недвижимости ответчику, что выразилось в подаче заявления в орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, для осуществления государственной регистрации права собственности, а также представлении документов для устранения обстоятельств, послуживших основанием для приостановления государственной регистрации права.

В отзывах на иск ответчик – ФИО8 указал, что он является добросовестным приобретателем спорного объекта, на момент заключения оспариваемого истцом договора купли-продажи каких-либо обстоятельств, препятствующих для осуществления государственной регистрации перехода и права его собственности не было выявлено, боле того, ответчик указал, что Автозаводским районным судом г.Тольятти проверялась законность регистрации права собственности и исследовались обстоятельства, изложенные истцом, в том числе в настоящем иске. Ответчик также указал, что соответствие стоимости приобретенной им автозаправочной станции рыночной стоимости на момент его приобретения подтверждается заключением, полученным в рамках судебной экспертизы, назначенной в рамках рассмотрения обособленного спора по делу о несостоятельности (банкротстве) должника – ФИО9

Третье лицо – ФИО10 представил отзыв на иск, в соответствии с которым просил суд отказать истцу в удовлетворении исковых требований, поскольку им, как учредителем общества истца с долей 50% сделка по изъятию спорной автозаправочной станции была одобрена, более того, указал, что договор не может быть признан недействительным лишь по формальным основаниям, воля ФИО10 на отчуждение была изложена в виде письма, кроме того, указана при изложении позиции в рамках рассмотрения настоящего спора.

Третье лицо - ФИО2 в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования, просила исковые требования удовлетворить.

Представитель третьего лица - ФИО10 возражала против удовлетворения требований истца по основаниям, изложенным в отзыве.

Представители иных третьих лиц в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

От третьего лица - ФИО9 и финансового управляющего должника - ФИО9 поступили отзывы на иск.

В судебном заседании ответчиком 1 и третьим лицом - ФИО10 заявлены ходатайства об отложении судебного разбирательства, в удовлетворении данных ходатайств судом отказано, в том числе с учетом сроков рассмотрения спора, установленных нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лицами, участвующими в деле, в судебном заседании заявлены ходатайства о приобщении дополнительных документов, которые приобщены к материалам дела.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в исковом заявлении, уточненном исковом заявлении, отзывах на иск, письменных пояснениях лиц, участвующих в деле, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из искового заявления, ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» являлось собственником объекта недвижимости: Автозаправочной станции стационарного типа на 3 колонки с кадастровым номером 63:09:0302051:4488 (Сооружение, состоящее из: литера Аб-основное строение, площадью 180,7 кв.м, этажность 1; литера Н-навес площадью 285 кв.м, литера С1-резервуар с перегородкой; камера № 1 объемом 32 мЗ, камера № 2 объемом 28 куб.м, литера С2 - резервуар №3 объемом 32 мЗ. Лит. СЗ - резервуар №4 объемом 28 куб.м, литера - резервуар № 5 объемом 25мЗ. Лит. С5С6 - пожарные резервуары объемом 60 куб.м, литера ББ1Б2 0 бензоколонки, литера К - выгребная яма. Лит. К1К2КЗ - колодцы-отстойники случайных проливов), адрес объекта: Самарская область, г. Тольятти, Центральный р-н. Обводное шоссе, д. 64.

Указанный объект недвижимости находился в ипотеке у АО «Райффайзенбанк» на основании договора об ипотеке № SE0495/1P1 от 15.07.2021 (дата государственной регистрации ипотеки - 26.07.2021), заключенного между ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» и АО «Райффайзенбанк», в счет обеспечения обязательств ООО «АНРИ» по кредитному соглашению № SE0495/2SAM от 15.07.2021 с АО «Райффайзенбанк».

По договору цессии № 002 (уступки прав требования) от 01.02.2022 АО «Райффайзенбанк» передало, а ФИО7, принял все требования, вытекающие из кредитного соглашения № SE0495/2SAM от 15.07.2021 между АО «Райффайзенбанк» и ООО «АНРИ», в том числе требования, вытекающие из обеспечительных сделок: договора об ипотеке № SE0495/1P1 от 15.07.2021, заключенного между АО «Райффайзенбанк» и ООО «СПЕЦВОЛГААВТО», а также других кредитных соглашений и обеспечительных сделок (далее - договор цессии).

Согласно п. 1.2.1 договора цессии общая сумма уступаемых требований от АО «Райффайзенбанк» ФИО7 по кредитному соглашению № SE0495/2SAM от 15.07.2021 - 5 896 421,66 руб.

Основываясь на договоре об ипотеке № SE0495/1P1 от 15.07.2021, между АО «Райффайзенбанк» и ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» в счет исполнения обязательств по кредитному соглашению ФИО7 заключил 27.05.2022 с ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» соглашение об изъятии спорного имущества: АЗС на 3 колонки с кадастровым номером 63:09:0302051:4488, адрес объекта: Самарская область, г. Тольятти. Центральный р-н. Обводное шоссе, д. 64.

Акт приема-передачи спорного имущества подписан 27.05.2022, соглашение и акт приема-передачи от имени ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» подписаны директором ФИО9

Согласно соглашению от 27.05.2022 об изъятии спорного имущества, заключенному между ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» и ФИО7, стоимость изъятого сооружения составляет 515 000 руб. Стоимость изъятого имущества равна залоговой стоимости имущества по договору об ипотеке № SE0495/1Р1 от 15.07.2021.

31.08.2022 в Едином государственном реестре прав на недвижимость произведена запись № 63:09:0302051:4488-63/461/2022-19 о государственной регистрации перехода (прекращения) права на автозаправочную станцию кадастровый номер №63:09:0102051:4488. № 63:09:0302051:4488-63/461/2022-21 о государственной регистрации права собственности на автозаправочную станцию кадастровый номер №63:09:0102051:4488 за ФИО7.

07.09.2022 между ответчиками: ФИО7 и ФИО8 был заключен договор № 1 купли-продажи АЗС. Согласно указанному договору ФИО7 реализовал в пользу ФИО8 спорные автозаправочные станции. Договор оплачен в полном объеме.

14.09.2022 в Едином государственном реестре прав на недвижимость произведена запись: № 63:09:0302051:4488-63/461/2022-21 о государственной регистрации перехода (прекращения) права па автозаправочную станцию кадастровый номер №63:09:0302051:4488.

Истец указал, что соглашение об изъятии имущества от 27.05.2022 не соответствует требованиям законодательства, поскольку не соблюден ни судебный, ни внесудебный порядок обращения взыскания на залоговое имущество.

Кроме того, истец указал, что в соответствии с положениями ст. 409 Гражданского кодекса Российской Федерации по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного - уплатой денежных средств или передачей иного имущества.

При заключении соглашения об отступном в соответствии с требованиями ст. 409 Гражданского кодекса Российской Федерации не должны нарушаться права и интересы третьих лиц, публичные интересы и противоречить существу первоначального обязательства (п. 2 Постановления Пленума ВС РФ № 6).

Истец же полагает, что, заключая спорное соглашение, ФИО7 достоверно было известно о том, что в отношении ФИО9 введена процедура банкротства, а также о наличии заявления финансового управляющего о принятии обеспечительных мер в отношении объекта недвижимости (автозаправочной станции стационарного типа на три колонки с кадастровым номером 63:09:0302051:4488, адрес объекта: Самарская область г.Тольятти, Центральный район, Обводное шоссе, д.64).

Истец также указал, что в соглашении об изъятии от 27.05.2022 отсутствуют сведения о частичном погашении долга, следовательно, по его мнению, должен быть погашен весь долг по кредитному соглашению №SE0495/1P1 от 15.07.2021. При этом ФИО7, включился в реестр требований должника ФИО9 как к поручителю, уменьшил сумму своих требований к должнику на сумму изъятого имущества, а именно на 515 000 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.02.2023 по делу № А55-27405/2021 требования ФИО7 включены в реестр требований должника ФИО9.

Следовательно, истец полагает, что соглашение об изъятии имущества от 27.02.2022 не соответствует требованиям законодательства об отступном, поскольку при заключении нарушены права и интересы третьих лиц, а так же по причине не соблюдения условий о прекращении обязательств.

Истец также указал, что подписанное директором ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» соглашение об изъятии от 27.05.2022, совершило ООО «СПЕЦВОЛГААВТО», которому принадлежало спорное имущество на праве собственности, а не ФИО9 лично.

Субъектом правоотношений являлся не должник - ФИО9, а юридическое лицо и, по мнению истца, налицо причинение ущерба интересам ООО «СПЕЦВОЛГААВТО», которое лишилось единственного ликвидного имущества, по заниженной стоимости.

В соответствии с соглашением об изъятии спорного имущества от 27.05.2022 стоимость изъятого сооружения: автозаправочной станции по адресу <...>, с кадастровым номером 63:09:0302051:4488, составила 515 000 руб. Однако согласно отчету об оценке № 2023.09-02 от 27.05.2022, проведенной ООО «Глобус» рыночная стоимость автозаправочной станции стационарного типа на три колонки с кадастровым номером 63:09:0302051:4488, адрес объекта: Самарская область г.Тольятти, Центральный район, Обводное шоссе, д.64, составляет 45 240 000 руб.

Указанная сделка также оспаривалась финансовым управляющим должника ФИО1 в рамках дела А55-27405/2021. Как указано в определении Арбитражного суда Самарской области по делу А55-27405/2021 от 01.08.2024 рыночная стоимость спорного объекта составила 23 479 848 рублей.

Таким образом, как указал истец, указанная в соглашении от 27.05.2022 стоимость изъятого имущества не совпадает с залоговой стоимостью по другому договору об ипотеке № SE0273/1P1 от 03.02.2020 (стоимость сооружения согласно п. 1.2. договора об ипотеке № SE0273/IP1 от 03.02.2020 составляет 1 158 000 руб., право аренды - 506 000 руб., а всего 1 664 000 руб.).

Истец указал, что сделка по изъятию имущества и оспариваемый договор купли-продажи № 1 от 07.09.2022, заключенный между ФИО7 и ФИО8, также проверялась судом в рамках дела № А55-12300/2023.

В связи с чем, как указал истец, с учетом выбытия имущества из собственности ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» Общество лишилось единственного ликвидного имущества, на которое было обращено взыскание в нарушение порядка изьятия, без одобрения, не по рыночной цене, что причинило ущерб Обществу.

Истец также указал, что оспариваемые договоры были заключены под влиянием заблуждения, являются притворными, мнимы, указывая при этом на следующие обстоятельства.

ФИО9., находясь в процедуре банкротства, понимал, что отсутствуют правовые основания для быстрой продажи имущества, но желал скорее удовлетворить требования всех кредиторов, а также погасить кредитные обязательства АО «Райффайзенбанк». Подписывая спорное Соглашение, истец договорился с ФИО7, что передачей всех объектов, будут закрыты все кредитные обязательства, права требования на которые перешли к ФИО7 от АО «Райффайзенбанк» по договору цессии, так как ФИО7 и покупатель объектов ФИО8 уверили его в том, что стоимость всех объектов превышает кредитные обязательства и иные долговые обязательства как обществ, так и поручителей. Они уверили его, что данное соглашение никто не будет оспаривать, так как все долговые обязательства будут погашены. Соглашения об изъятии спорного имущества было подписано только для вида, чтобы создать хоть какие-то правовые основания для совершения прямой сделки по продажи активов ФИО8, который собирался приобрести объекты по стоимости, достаточной для прекращения процедуры банкротства в отношении него и погашения долговых обязательств АО «Райффайзенбанк», которые перешли к ФИО7

Однако, как указал истец, ФИО7 поступил не добросовестно, заключил с ФИО8 договор купли-продажи имущества по заведомо заниженной стоимости, затем подал заявление о включении в реестр требований кредиторов должника ФИО9, заведомо зная, что нарушает права должника и иных кредиторов.

В связи с чем, как указал истец, ФИО9 подписал оспариваемую сделку, заблуждаясь относительно природы сделки, в связи с чем и обжаловал ее. Указанные обстоятельства, свидетельствуют что фактически сделка не выражает действительную волю ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» в лице директора ФИО9 и как его учредителя.

В связи с изложенным, как полагает истец, указанные сделки: соглашение от 27.05.2022 и договор купли-продажи, заключенный между ответчиками, подлежат оспариванию как цепочка сделок.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения истца в суд с требованием о признании сделок ничтожными, оспаримыми.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

По общему правилу, закрепленному в п.1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

При этом согласно п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В п. 74 Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» являлось собственником объекта недвижимости: Автозаправочной станции стационарного типа на 3 колонки с кадастровым номером 63:09:0302051:4488 (Сооружение, состоящее из: литера Аб-основное строение, площадью 180,7 кв.м, этажность 1; литера Н-навес площадью 285 кв.м, литера С1-резервуар с перегородкой; камера № 1 объемом 32 куб.м, камера № 2 объемом 28 куб.м, литера С2 - резервуар №3 объемом 32 куб.м. Лит. СЗ - резервуар №4 объемом 28 куб.м, литера - резервуар № 5 объемом 25ку.м. Лит. С5С6 - пожарные резервуары объемом 60 куб.м, литера ББ1Б2 0 бензоколонки, литера К - выгребная яма. Лит. К1К2КЗ - колодцы-отстойники случайных проливов), адрес объекта: Самарская область, г. Тольятти, Центральный р-н. Обводное шоссе, д. 64.

Указанный объект недвижимости находился в ипотеке у АО «Райффайзенбанк» на основании договора об ипотеке № SE0495/1P1 от 15.07.2021 (дата государственной регистрации ипотеки - 26.07.2021), заключенного между ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» и АО «Райффайзенбанк», в счет обеспечения обязательств ООО «АНРИ» по кредитному соглашению № SE0495/2SAM от 15.07.2021 с АО «Райффайзенбанк».

Права по указанному договору об ипотеке также перешли к ФИО7 в результате заключения договора цессии № 001 с АО «Райффайзенбанк». 01 февраля 2022 между АО «Райффайзенбанк» (далее – Банк) и ФИО7 заключен договор цессии № 001 (уступки прав требования) (далее – Договор цессии).

Согласно п. 1.1. Договора цессии Цедент (АО «Райффайзенбанк») уступил, а Цессионарий (ФИО7) принял все права требования по кредитному соглашению № SE0273/1SAM от 19.12.2019, заключенному между АО «Райффайзенбанк» и ООО «Торговый Дом «Оста» (далее – Кредитное соглашение 1), Кредитному соглашению № SE0495/1SAM от 15.07.2021, заключенному между АО «Райффайзенбанк» и ООО «АНРИ» (далее – Кредитное соглашение2), Кредитному соглашению № SE0495/2SAM от 15.06.2021, заключенному между АО «Райффайзенбанк» и ООО «АНРИ» (далее – Кредитное соглашение 3) , Кредитному соглашению № SE0273/2SAM от 19.12.2019, заключенному между АО «Райффайзенбанк» и ООО «АНРИ» (далее – Кредитное соглашение 4), в том числе, все права, обеспечивающие исполнение обязательств (права требования по договорам поручительства, по договорам залога) и другие права, связанные с правами требованиям по указанному договору, права на возмещение убытков, причиненных неисполнением (ненадлежащим исполнением) обязательств, установленных в кредитных соглашениях, права на возмещение судебных расходов, а также любые иные связанные с требованиями права в полном объеме.

В счет исполнения обязательств по кредитному соглашению ФИО7 заключил 27.05.2022 с ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» соглашение об изъятии спорного имущества: АЗС на 3 колонки с кадастровым номером 63:09:0302051:4488, адрес объекта: Самарская область, г. Тольятти. Центральный р-н. Обводное шоссе, д. 64.

Акт приема-передачи спорного имущества подписан 27.05.2022, соглашение и акт приема-передачи от имени ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» подписаны директором ФИО9

07.09.2023 между ответчиками: ФИО7 и ФИО8 заключен договор № 1 купли-продажи АЗС. Согласно указанному договору ФИО7 реализовал в пользу ФИО8 спорную автозаправочную станцию. Договор оплачен в полном объеме. В Едином государственном реестре прав на недвижимость 14.09.2022 произведены записи: № 63:09:0302051:4488-63/461/2022-21 о государственной регистрации перехода (прекращения) права на автозаправочную станцию кадастровый номер №63:09:0302051:4488 и № 63:09:0302051:4488-63/461/2022-22 о государственной регистрации права собственности на автозаправочную станцию кадастровый номер 63:09:0302051:4488.

Истец, указывая на ничтожность оспариваемых договоров, ссылается на нарушение сторонами порядка обращения взыскания на заложенное имущество.

Согласно п. 58 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2023 N 23 "О применении судами правил о залоге вещей" в соответствии с общим правилом, установленным п. 1 ст. 349 Гражданского кодекса Российской Федерации, требования залогодержателя (кредитора) удовлетворяются из стоимости предмета залога по решению суда. Удовлетворение требования залогодержателя за счет заложенной вещи без обращения в суд допускается в случаях, предусмотренных законом (например, статья 13 Федерального закона от 19 июля 2007 года N 196-ФЗ "О ломбардах") или на основании соглашения залогодателя с залогодержателем.

При этом, как указано в вышеназванном пункте 58 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2023 N 23, соглашение залогодателя с залогодержателем о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенную вещь является ничтожным лишь, в случае, если оно нарушает действующий в момент его заключения указанный законодательный запрет (п. 3 ст. 349 ГК РФ).

Согласно п. 3 ст. 349 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскание на предмет залога может быть обращено только по решению суда в случаях, если: 1) предметом залога является единственное жилое помещение, принадлежащее на праве собственности гражданину, за исключением случаев заключения после возникновения оснований для обращения взыскания соглашения об обращении взыскания во внесудебном порядке; 2) предметом залога является имущество, имеющее значительную историческую, художественную или иную культурную ценность для общества; 3) залогодатель - физическое лицо в установленном порядке признано безвестно отсутствующим; 4) заложенное имущество является предметом предшествующего и последующего залогов, при которых применяются разный порядок обращения взыскания на предмет залога или разные способы реализации заложенного имущества, если соглашением между предшествующим и последующим залогодержателями не предусмотрено иное; 5) имущество заложено в обеспечение исполнения разных обязательств нескольким залогодержателям, за исключением случая, когда соглашением всех созалогодержателей с залогодателем предусмотрен внесудебный порядок обращения взыскания.

В данном случае материалы дела не содержат доказательств того, что указанные основания для обязательного судебного порядка обращения взыскания на заложенное имущество применимы к настоящему спору, поскольку ни одно из названных условий не относится к спорному объекту.

Таким образом, поскольку законодательством предусмотрена возможность заключения соглашения между залогодержателем и залогодателем, при этом оснований, устанавливающих исключительно судебный порядок обращения взыскания на заложенное имущество, не установлено материалами дела, суд приходит к выводу, что соглашение об изъятии от 27.05.2022 не может быть признано ничтожной сделкой в данном случае.

Более того, согласно п.2 ст. 431.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным ст.ст. 173, 178 и 179 настоящего Кодекса, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

Материалами дела подтверждается, что ФИО11, в частности, исполнено обязательство по списанию задолженности в размере залоговой стоимости объекта недвижимости, актом приема-передачи автозаправочная станция передана новому собственнику, в связи с чем суд приходит к выводу, что подача настоящего иска стороной соглашения об изъятии от 27.05.2024 представляет собой ничто иное, как недобросовестное поведение истца при исполнении им обязательственных правоотношений при осуществлении им предпринимательской деятельности.

Материалы дела также не содержат доказательств для признания спорных договоров недействительными по основаниям ст.ст. 173, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации. Обратное истцом не доказано.

Относительно довода о признании договоров недействительными сделками, поскольку совершены под влиянием обмана.

Согласно п.2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

При этом обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Как следует из материалов дела, п. 6 соглашения об изъятии имущества от 27.05.2022 не содержал в себе никаких разночтений и явно указывал на то, что ФИО7 принимает в свою собственность автозаправочные станции. П. 8 соглашения от 27.05.2022 также содержал в себе ссылку на то, что происходит именно передача имущества (л.д. 25, т.1).

Более того, в регистрирующий орган заявления о переходе права, права собственности на спорное имущество были поданы ФИО9 как лицом, действующим без доверенности от имени ООО «СПЕЦВОЛГААВТО», директором, ФИО7 и представителем АО «Райффайзенбанка. При осуществлении государственной регистрации перехода права и права собственности ответчика 1 органом, осуществляющим государственную регистрацию прав на недвижимое имущество, было вынесено уведомление о приостановлении государственной регистрации по причине неправильного указания фамилии директора ООО «СПЕЦВОЛГААВТО», указанные обстоятельства были в последующем устранены самим ФИО9

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО9 как на момент заключения оспариваемой сделки - соглашения об изъятии имущества от 27.05.2022, так и при подаче документов в орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество, контролировал и осознавал свои действия. Каких-либо доказательств, что он был введен в заблуждение или обманут истцом в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Более того, согласно абз.4 п.2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Как уже указывалось выше, судом установлено и материалами дела подтверждается, что из поведения ФИО9, как уполномоченного представителя истца, явствовала его воля сохранить силу сделки – соглашения от 27.05.2022, что выразилось в подаче документов в Управление Росреестра по Самарской области с целью осуществления государственной регистрации перехода права и права собственности ФИО7

В силу п.5 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что в действиях истца усматривается недобросовестность, поскольку его поведение после заключения сделки - соглашения от 27.05.2022 давало основание другим лицам, в частности стороне сделки - в данном случае ФИО7 полагаться на действительность сделки.

Относительно требования истца о признании соглашения от 27.05.2022 и договора купли-продажи от 07.09.2022 притворными и мнимыми сделками.

В соответствии с п.2 ст.170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Таким образом, в предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными, входит установление действительного волеизъявления сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.

По смыслу законодательства Российской Федерации у сторон мнимой или притворной сделки нет цели достижения заявленных результатов, целью сторон является заключение иной сделки.

Однако как следует из материалов дела, истец по договору об ипотеке № SE0273/1P2 от 03.02.2020 передал в залог АО «Райффайзенбанк» автозаправочную станцию с кадастровым номером 63:09:0302051:4488.

АО «Райффайзенбанк» уступил права требования, обеспеченные залогом, в том числе указанной автозаправочной станции, ФИО7 по договору цессии № 001 от 01.02.2022. истец передал ФИО7 спорный объект в счет исполнения обязательств по кредитному договору.

ФИО7, включаясь в реестр требований должника ФИО9, уменьшил сумму своих требований к ФИО9 на сумму изъятого имущества. Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.02.2023 по делу № А55-27405/2021 требования ФИО7 включены в реестр требований должника ФИО9

Следовательно, воля ответчика - ФИО7 соответствовала его волеизъявлению: получив залоговое имущество в собственность в счет исполнения обязательств по кредитным соглашениям, ответчик уменьшил сумму своих требований к должнику. Правовые последствия соглашения об изъятии имущества от 25.07.2022 наступили для обеих сторон. Воля ФИО7 соответствовала его волеизъявлению.

ФИО8 также является реальным собственником приобретенного имущества: использует его в предпринимательской деятельности, оплачивает налоги, несет расходы по содержанию недвижимости, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Кроме того, следует также отметить, что соглашение об изъятии имущества от 27.05.2022, заключенное между ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» и ФИО7, а также договор купли-продажи АЗС №1 от 07.09.2022, заключенный между ФИО7 и ФИО8, в соответствии с которой ФИО7 передал ФИО8: сооружение - автозаправочную станцию стационарного типа на 3 колонки (кадастровый номер объекта 63:09:0101180:8839); сооружение - автозаправочная станция стационарного типа на 3 колонки (кадастровый номер объекта 63:09:0101183:2936) и сооружение - автозаправочная станция стационарного типа на 3 колонки (кадастровый номер объекта 63:09:030251:4488), оспаривались также в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО9 № А55-27405/2021 финансовым управляющим должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 01.08.2024, оставленным в силе постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда, заявление финансового управляющего оставлено без удовлетворения.

При этом в рамках рассмотрения данного обособленного спора судами исследовался вопрос, в том числе, о мнимости сделок в виду многократного превышения стоимости спорного имущества над ценой, указанной в соглашении об изъятии, а также о притворности сделок, так как они прикрывают вывод активов из ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» в пользу ФИО8

При этом в рамках обособленного спора по делу № А55-27405/2021 суды пришли к следующим выводам.

«Согласно п. 1 ст. 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Пунктом 87 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» установлено, что согласно п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

По смыслу законодательства РФ у сторон мнимой или притворной сделки нет цели достижения заявленных результатов, целью сторон является заключение иной сделки.

В рассматриваемом случае из материалов дела следует, что ООО «СПЕЦВОЛГААВТО» передали в залог АО «Райффайзенбанк» автозаправочную станцию кадастровый номер 63:09:0302051:4488. Ипотека была зарегистрирована в установленном законом порядке, регистрация признана законной решением Автозаводского районного суда г. Тольятти от 09.02.2023 по делу № 2а-849/2023, оставленным в силе Апелляционным определением Самарского областного суда от 06.06.2023.

АО «Райффайзенбанк» уступило права требования, обеспеченные залогом, в том числе указанных автозаправочных станций, ФИО7 по договору цессии № 001 от 01.02.2022.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.02.2023 по делу № А55-27405/2021 требования ФИО7 включены в реестр требований должника ФИО9

Воля ответчика ФИО7 при заключении спорных сделок соответствовала его волеизъявлению: получив залоговое имущество в собственность в счет исполнения обязательств по кредитным соглашениям, ответчик уменьшил сумму своих требований к должнику. Правовые последствия соглашения об изъятии имущества наступили для обеих сторон: для обществ была уменьшена сумма задолженности, к ФИО7 перешло право собственности на имущество, которое было зарегистрировано в установленном законом порядке за обществами.

Также наступили правовые последствия в результате заключения договора купли-продажи АЗС № 1 от 07.09.2022 между ФИО7 и ФИО8 Оплата по договору произведена.

ФИО8 является реальным собственником приобретенного имущества: использует его в предпринимательской деятельности: сдает в аренду, оплачивает налоги, несет расходы по содержанию недвижимости. Сведений, что должник продолжает пользоваться или оставил контроль над имуществом, финансовым управляющим не доказано. Доказательств обратного материалы дела не содержат».

Кроме того, суды также указали, что изъятие спорных объектов (автозаправочных станций) не повлияло на стоимость доли ФИО9 в ООО «АЗУРЕ» и ООО «СПЕЦВОЛГААВТО», что подтверждается заключением эксперта ООО «Агентство независимых экспертиз «Гранд Истейт» ФИО12 № 2024.01-041 от 20.06.2024. Иных доказательств уменьшения стоимости доли в результате совершения спорных сделок в материалы дела, не представлено.

Установленные в рамках обособленного спора в деле № А55-27405/2021 о несостоятельности (банкротстве) должника – ФИО9 при оспаривании соглашения об изъятии и договора купли-продажи, заключенного между ответчиками, имеют правовое значение при рассмотрении настоящего спора, в связи с чем обстоятельства, установленные судебными актами по рассмотрению обособленного спора в рамках дела №А55-27405/2021, принимаются судом также во внимание при рассмотрении настоящего спора.

Законность регистрации между ФИО7 и ФИО8 также уже проверялась в судебном порядке, регистрация была признана законной вступившим в законную силу решением Автозаводского районного суда г. Тольятти по делу № 2а-849/2023 от 27.02.2023 (оставлено без изменения судом апелляционной инстанции).

Кроме того, Автозаводским районным судом города Тольятти также установлено, что на момент заключения спорного соглашения ФИО9 не был признан несостоятельным (банкротством).

Относительно отсутствия одобрения сделки и как следствие признания сделки недействительными по указанному основанию следует отметить следующее.

Законодательное регулирование института согласования (одобрения) крупных сделок призвано обеспечить механизм контроля со стороны участников общества за действиями, способными оказать существенное влияние на саму суть хозяйственной деятельности общества.

Принятие решения о согласии на совершение крупной сделки в соответствии с абзацем первым п. 3 ст.46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью относится к компетенции общего собрания участников общества.

Согласно п. 4 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со ст. 173.1 Гражданского кодекса по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

Крупная сделка может быть признана недействительной в судебном порядке, если истцом будет доказано, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение (п.2 ст. 173.1 ГК РФ, абзац третий п. 5 ст. 46 Закона N 14-ФЗ).

Как следует из приведенных положений, совершение сделки, которая квалифицируется в качестве крупной, по своей экономической сути, может привести к последствиям, сопоставимым с реорганизацией или ликвидацией юридического лица. В этой связи заключение крупных сделок от имени хозяйственного общества не должно происходить вопреки воле его участников, являющихся владельцами корпорации и выгодоприобретателями результатов ее деятельности, и заинтересованных в сохранении ее имущественной целостности, возможности достижения целей ее создания.

При оценке того, является ли сделка крупной, суд должен сделать вывод о том, привело или могло ли привести совершение спорной сделки к невозможности осуществления хозяйственным обществом его деятельности, либо к существенному изменению видов деятельности юридического лица (качественный критерий), в том числе, если балансовая стоимость выбывших активов формально (prima facie) превысила 25 процентов общей балансовой стоимости активов (количественный критерий).

При этом, с одной стороны, по общему правилу именно на участников общества, которые доверили управление делами общества выбранному ими лицу (директору), а не на иных участников гражданского оборота, возлагаются риски совершения таким лицом сделок, не отвечающих интересам участников общества. В то же время правопорядок не должен предоставлять защиту участникам оборота, которые воспользовались возможностью совершения сделки без постановки в известность участников хозяйственного общества и получения их согласия, что, по сути, приводило бы к поощрению недобросовестного поведения в обороте.

В связи с этим оспаривание крупных сделок допускается постольку, поскольку цели деятельности юридического лица не предполагали возможность совершения единоличным (коллегиальным) исполнительным органом юридического лица таких сделок по своему усмотрению без получения согласия участников, а другая сторона действовала недобросовестно, пойдя на совершение крупной сделки, несмотря на отсутствие согласия участников (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 6 сентября 2024 года N 308-ЭС24-3124, от 15 августа 2024 г. N 305-ЭС24-8216, от 16 июня 2023 года N 305-ЭС22-29647).

При разрешении корпоративных споров должна учитываться не только правовая позиция, права и законные интересы лиц, имеющих статус участников и единоличных исполнительных органов юридических лиц, но, с учетом пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, также должно учитываться поведение, охраняемые законом имущественные интересы лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица.

Принимая во внимание то, что возможность оспаривания крупных сделок направлена на защиту владельцев корпорации от несанкционированной фактической ликвидации или реорганизации юридического лица, формальное отсутствие согласия участников на совершение сделки не является безусловным основанием для признания крупной сделки недействительной, если она была заключена директором (представителем) при обстоятельствах, свидетельствующих для добросовестного контрагента о том, что сделка совершается при наличии фактического одобрения или при осведомленности контролирующих участников общества и (или) бенефициарного владельца (пункт 3 статьи 1, пункт 1 статьи 10, абзац четвертый пункта 2 статьи 166 ГК РФ).

Таким образом, если контролирующие общество участники или бенефициарный владелец выразили свое информированное согласие на заключение сделки, в том числе путем совершения фактических действий, явно свидетельствующих о содержании их волеизъявления, то они лишаются возможности впоследствии заявления требования о признании заключенного договора недействительным как крупной сделки, совершенной в отсутствие корпоративного одобрения.

Иное приводило бы к тому, что противоречивое поведение заинтересованных лиц создавало бы негативные имущественные последствия для добросовестных третьих лиц, которые вправе полагаться на последовательность (разумность) действий своих контрагентов.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, участниками ООО «Спецволгаавто» являются: ФИО9 (50%), который является также и директором ООО «Спецволгаавто», и ФИО10 (50%).

Подписав спорное соглашение, ФИО9 явно выразил свою волю на передачу имущества ФИО7 в счет исполнения перед ним обязательства ООО «Спецволгаавто». ФИО10 сделка также была одобрена, о чем он пояснил в судебном заседании, проходившем в Автозаводском районном суде, а также в письменном отзыве, представленном в материалы настоящего дела.

Указанная правовая позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.01.2025 N 305-ЭС24-16398 по делу N А40-206386/2023.

Материалами дела не доказано наличие оснований для признания сделок недействительными по основаниям, предусмотренным ст.170, 173, 173.1,174 Гражданского кодекса Российской Федерации и ФЗ «Об Обществах с ограниченной ответственностью».

Довод истца о том, что ФИО7 не намеревался использовать автозаправочную станцию, и данный объект был изъят у истца для дальнейшей его передаче ответчику - ФИО8 не имеет правового значения для признания сделок недействительными, более того, нормами действующего законодательства не запрещается приобретение объектов для их дальнейшей реализации иным субъектам.

Довод истца о том, что в связи с заключением соглашения об изъятии от 27.05.2022 должен быть погашен весь долг по кредитному соглашению №SE0495/1P1 от 15.07.2021, однако включился в реестр требований должника ФИО9 как к поручителю, уменьшив сумму своих требований к должнику на сумму изъятого имущества, а именно на 515 000 руб., отклоняется судом, поскольку не имеет правового значения для признания сделок недействительными и должен был быть исследован при рассмотрения заявления о включении требований ФИО7 в реестр требований кредиторов должника.

Довод истца о том, что соглашение об изъятие от 27.05.2022 является ничтожной сделкой, поскольку оно заключено сторонами в период действия моратория, судом отклоняется, поскольку сделка может быть признана ничтожной в силу прямого указания в законе, в данном случае соглашение об изъятии является оспоримой сделкой.

Как уже указывалось выше, согласно абз.4 п.2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В силу указанной нормы права и установленных судом обстоятельств суд приходит к выводу, что соглашение не может быть признано недействительным, в том числе и по указанному основанию.

Более того, истец в уточненных исковых требованиях указывал, что соглашение об изъятии от 27.05.2022 является ничем иным, как отступным, которое заключено с нарушением норм действующего законодательства. Таким образом, при отклонении требования истца о признании соглашения недействительной сделкой ввиду того, что оно заключено в период действия моратория, принимает во внимание, что самим истцом указывалось, что оспариваемое соглашение является соглашением об отступном.

Согласно ст. 409 Гражданского кодекса Российской Федерации по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного - уплатой денежных средств или передачей иного имущества.

Стороны вправе согласовать условие о предоставлении отступного на любой стадии существования обязательства, в том числе до просрочки его исполнения.

По смыслу ст.ст.407 и 409 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны вправе прекратить первоначальное обязательство предоставлением отступного как полностью, так и в части, в отношении основного и (или) дополнительных требований.

Таким образом, соглашение об изъятии от 27.05.2022 полностью соответствует условиям передачи объекта в качестве отступного, нарушений прав третьих лиц, равно как и нарушения публичный интересов судом не установлено и материалами дела не подтверждается, в связи с чем недействительным признан быть не может.

Кроме того, ответчиками заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу п.2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

В соответствии с п.1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Судом установлено, что истец обратился в суд с настоящим иском 01.06.2023, что подтверждается оттиском печати на исковом заявлении и не оспаривается самим истцом.

В связи с тем, что, как указал истец, им пропущен срок исковой давности, истец ходатайствовал о восстановлении срока исковой давности.

В силу ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Материалами дела не подтверждено наличие исключительных случаев, установленных ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации, для восстановления срока исковой давности истцу, в связи с чем суд отказывает истцу в восстановлении срока исковой давности.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности по требованиям о признании сделок оспоримыми сделками.

Суд не принимает в качестве надлежащего доказательства подтверждения стоимости спорной автозаправочной станции заключение об определении рыночной стоимости объекта, представленное в материалы дела истцом, поскольку на указанное заключение ответчиком представлена рецензия, в соответствии с которым не могут быть приняты выводы эксперта относительно рыночной стоимости объекта как не соответствующие действительности.

Более того, как указывалось выше, в рамках обособленного спора в деле о несостоятельности должника – ФИО9 судом была назначена судебная экспертиза (которая приобщена к материалам настоящего дела с согласия лиц, участвующих в деле), исходя из выводов, изложенных в судебной экспертизе, также следует, что заключение, представленное истцом, содержит недостоверные данные.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания соглашения об изъятии от 27.05.2022 недействительной сделкой.

На основании изложенного, поскольку материалами дела подтверждается, что соглашение об изъятии от 27.05.2022 не может быть признано недействительной сделкой, то требование о признании недействительным договора купли-продажи от 07.09.2022, заключенное, как установлено судом, управомоченным собственником объекта недвижимости, также не подлежит удовлетворению.

В связи с тем, что сделки не признаны недействительными, требования истца о применении последствий недействительности сделок в виде приведения сторон в первоначальное положение и погашения записей о государственной регистрации права и восстановлении записей о государственной регистрации права истца, также не подлежат удовлетворению.

Иные доводы истца, третьего лица – ФИО9 и ФИО13, изложенные в письменных и устных позициях, судом отклоняются как основанные на ошибочном толковании положений действующего законодательства применительно к конкретным обстоятельствам рассматриваемого спора.

При вынесении судебного акта по настоящему делу суд принимает во внимание также поведение истца, которое расценивается судом как недобросовестное, исходя из требований, заявленных истцом, который в качестве норм, на основании которых по его мнению, сделки являются недействительными, указал все номы параграфа 2 первой части Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного в удовлетворении исковых требований следует отказать в полном объеме.

Расходы по оплате госпошлины в соответствии со ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца и оплачены им при подаче иска

Кроме того, определением Арбитражного суда Самарской области от 18.11.2024 приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Самарской области совершать регистрационные действия в отношении имущества: Сооружение – автозаправочной станции стационарного типа на три колонки с кадастровым номером 63:09:0302051:4488, адрес объекта: Самарская область, г. Тольятти, Центральный район, Обводное шоссе, д.64.

Согласно ч.5 ст. 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска, об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу.

Таким образом, суд указывает, что обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Самарской области от 18.11.2024, сохраняют свое действие до вступления в законную силу судебного акта и считаются отмененными после вступления в законную силу настоящего судебного акта.

Руководствуясь ч.1 ст. 110, ст.ст. 167-170, 176, 180, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Самарской области от 18.11.2024, отменить.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья

/
И.Б. Гукасян