Решение от 20 марта 2019 г. по делу № А23-2927/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАЛУЖСКОЙ ОБЛАСТИ

248600, г. Калуга, ул. Ленина, 90; тел: (4842) 505-902, 8-800-100-23-53; факс: (4842) 505-957, 599-457;

http://kaluga.arbitr.ru; е-mail: kaluga.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ



Дело № А23-2927/2017
20 марта 2019 года
г. Калуга
Резолютивная часть решения объявлена 13 марта 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 20 марта 2019 года.

Арбитражный суд Калужской области в составе судьи Ивановаой Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению Межрегионального Территориального управления Федерального агентства по управлению имуществом в Калужской, Брянской и Смоленской областях, 248000, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>,

к Администрации муниципального района «Юхновский район», 249910, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>, обществу с ограниченной ответственностью «СПФ Агро», 142958, Московская область, рабочий поселок Серебряные пруды, д. Барыково, ОГРН <***>, ИНН <***>, обществу с ограниченной ответственностью «Термин-Монастырское подворье» (249910, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии третьих лиц - федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный парк «Угра» (248007, г. Калуга, с. Пригородное лесничество, ОГРН <***>, ИНН <***>), Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калужской области (248000, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>), Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации (1239950, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>),

о признании недействительными договоров,

при участии в судебном заседании:

от истца – представителя ФИО2 по доверенности № 5833-40/ГМ от 01.10.2018,

от первого ответчика - представителя ФИО3 по доверенности от 02.07.2018;

от второго ответчика - представителя ФИО4 по доверенности № 28/18 от 30.05.2018,

от третьего лица - представителя ФГБУ «Национальный парк «Угра» ФИО5 по доверенности № 58 от 31.07.2018,

УСТАНОВИЛ:

Межрегиональное Территориальное управление Федерального агентства по управлению имуществом в Калужской, Брянской и Смоленской областях обратилось в Арбитражный суд Калужской области с иском к Администрации муниципального района «Юхновский район» и обществу с ограниченной ответственностью «СПФ Агро» (с учетом уточнения от 20.03.2018 № 1630-40/ГМ, т. 3, л.д. 22-23), в котором просило:

- признать недействительным договор аренды земельного участка, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения для сельскохозяйственного производства, кадастровый номер 40:24:020108:30 площадью 84142 кв.м, от 06.03.2014 № 444, заключенный между Администрацией муниципального района «Юхновский район» и ООО «СПФ Агро»;

- исключить из единого государственного реестра недвижимости запись о государственной регистрации обременения от 05.05.2014 № 40-40-08/002/2014-254;

- обязать ООО «СПФ Агро» освободить и передать по акту приема-передачи в собственность Российской Федерации и в пользование ФГБУ «Национальный парк «Угра» земельный участок с кадастровым номером 40:24:020108:30 площадью 84142 кв.м, расположенный по адресу: Калужская область, Юхновский район, д. Беляево;

- признать недействительным договор аренды земельных участков, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения для сельскохозяйственного производства, кадастровые номера 40:24:020108:28 и 40:24:020108:29 площадью соответственно 50495 кв.м, и 33647 кв.м, от 25.06.2013 № 406, заключенный между Администрацией муниципального района «Юхновский район» и ООО «СПФ Агро»;

- исключить из единого государственного реестра недвижимости запись о государственной регистрации обременения от 15.08.2013 № 40-40-08/002/2013-573;

- обязать ООО «СПФ Агро» освободить и передать по акту приема-передачи в собственность Российской Федерации и в пользование ФГБУ «Национальный парк «Угра» земельные участки с кадастровыми номерами 40:24:020108:28 и 40:24:020108:29 площадью соответственно 50495 кв.м, и 33647 кв.м, расположенные по адресу: Калужская область, Юхновский район, д. Беляево;

- признать недействительным договор аренды земельного участка, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения для сельскохозяйственного производства, кадастровый номер 40:24:020108:0001, площадью 50354 кв.м, от 08.06.2006 № 154, заключенный между Администрацией муниципального района «Юхновский район» и ООО «Термин- Монастырское подворье»;

- исключить из единого государственного реестра недвижимости запись о государственной регистрации обременения от 05.07.2006 № 40-40-24/003/2006-607;

- признать недействительным договор № 1 уступки права требования (цессии) по договору аренды земельного участка, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения для сельскохозяйственного производства, кадастровый номер 40:24:020108:0001 площадью 50354 кв.м, от 08.06.2006 № 154, заключенный между ООО «Термин-Монастырское подворье» и ООО «СПФ Агро»;

- исключить из единого государственного реестра недвижимости запись о государственной регистрации обременения от 09.08.2012 № 40-40-08/007/2012-629;

- обязать ООО «СПФ Агро» передать по акту приема-передачи в собственность Российской Федерации и в пользование ФГБУ «Национальный парк «Угра» земельный участок с кадастровым номером 40:24:020108:0001 площадью 50 354 кв.м, расположенный по адресу: Калужская область, Юхновский район, д. Беляево.

Определениями от 09.06.2017 и от 25.09.2017 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный парк «Угра», Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калужской области, общество с ограниченной ответственностью «Термин-Монастырское подворье» и Министерство природных ресурсов и экологии Российской Федерации.

Определением от 29.11.2017 ООО «Термин-Монастырское подворье» привлечено к участию в деле в качестве соответчика.

Судом на основании ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приняты уточненные требования истца (уточнение от 20.03.2018 № 1630, т. 3, л.д. 22) как не противоречащее закону и не нарушающее права и интересы третьих лиц.

Первый ответчик в отзыве от 06.07.2017 № 506/03-17-17, дополнении от 06.10.2017, правовой позиции 07.12.2018, правовом обосновании от 28.01.2019 и заявлении от 11.03.2019 указал, что при распоряжении спорными участками исходил из того, что государственная собственность на них не разграничена, поскольку владеющий ими на праве постоянного (бессрочного) пользования КСП «Беляево» был ликвидирован, после получения претензии от истца первый ответчик направил второму ответчику предложение о расторжении оспариваемых договоров, но соглашение по данному вопросу достигнуто не было, отметил, что освобождение земельного участка, на котором расположены объекты недвижимости, невозможно, заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Второй ответчик в отзыве от 06.07.2017, письменных пояснениях от 29.08.2017, дополнительных пояснениях от 31.05.2018, 06.08.2018, 18.10.2018 возражал против удовлетворения заявленных требований, указав, что спорные земельные участки не относятся к землям особо охраняемых природных территорий, а являются землями сельскохозяйственного назначения, в связи с чем, не должны являться землями федеральной собственности, а относятся к землям, государственная собственность на которые не разграничена, отметил, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты, подчеркнул невозможность исполнения решения суда в случае удовлетворения заявленных требований ввиду нахождения на участках объектов недвижимого имущества, принадлежащих второму ответчику, факт передачи земельных участков в случае их передачи в федеральную собственность должен быть оформлен соответствующим актом между собственниками участка и государством, который истцом в материалы дела не представлен, указал, что на момент создания Национального парка «Угра» спорные участки находились в постоянном (бессрочном) пользовании КСП «Беляево», в связи с чем не перешли в федеральную собственность, заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Истец в письменных пояснениях от 23.08.2017 № 3304, от 29.11.2017 № 4997-40/ГМ, от 29.01.2019 № 375-40/ГМ ссылался на то, что узнал об оспариваемых договорах 05.04.2017 из информации Прокуратуры Калужской области, отметил, что по факту продажи спорных участков возбуждено уголовное дело, возражая против применения срока исковой давности указал при этом на то, что для истца, не являющегося стороной по оспариваемым сделкам, срок исковой давности должен определяться не субъективным фактором - осведомленностью о нарушении его права, а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки.

В отзыве от 05.07.2017 № 958 третье лицо ФГБУ «Национальный парк «Угра» указало, что в границы национального парка включены земли без изъятия их из хозяйственного использования, спорные земельные участки входят в границы национального парка, но не являются землями, предоставленными ему.

Третье лицо - Министерство природных ресурсов и экологии Российской Федерации в отзыве от 24.11.2017 указало, что земли национальных парков признаются федеральной собственностью в силу закона и на основании ст. 27 Земельного кодекса Российской Федерации являются изъятыми из гражданского оборота, в связи с чем, спорные договоры аренды являются ничтожными сделками.

В судебном заседании 06.03.2019 объявлен перерыв, после перерыва судебное заседание продолжено 13.03.2019.

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме.

Представитель первого ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, заявил о пропуске срока исковой давности.

Представитель первого ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, не поддержал ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, заявил о пропуске срока исковой давности.

Представитель ФГБУ «Национальный парк «Угра» в судебном заседании пояснил, что национальным парком осуществляется контроль за соблюдением режима использования закрепленной за ним земли.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте, дате и времени рассмотрения дела считаются извещенными надлежащим образом, согласно ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей истца и ответчика.

Изучив материалы дела, выслушав пояснения участвующих в судебном заседании лиц, исследовав представленные доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, между МО МР «Юхновский район» (Арендодатель) и ООО СПФ «Агро» (Арендатор) был заключен договор аренды земельного участка находящегося в государственной собственности от 06.03.2014 № 444, по условиям которого Арендодатель предоставляет, а Арендатор принимает в аренду земельный участок с кадастровым номером 40:24:020108:30 площадью 8182 кв.м, расположенный по адресу: Калужская область, Юхновский район, д. Беляево, с видом разрешенного использования «для сельскохозяйственного производства» (т. 1, л.д. 41-43).

Государственная регистрация договора осуществлена 05.05.2014 (т. 7, л.д. 93).

Также между МО МР «Юхновский район» (Арендодатель) и ООО СПФ «Агро» (Арендатор) был заключен договор аренды земельного участка находящегося в государственной собственности от 25.06.2013 № 406, по условиям которого Арендодатель предоставляет, а Арендатор принимает в аренду земельные участки с кадастровыми номерами 40:24:020108:28 и 40:24:020108:29 площадью соответственно 50495 кв.м, и 33647 кв.м, расположенные по адресу: Калужская область, Юхновский район, д. Беляево, предназначенные для ведения сельскохозяйственного производства (т. 1, л.д. 53-55).

Государственная регистрация договора осуществлена 15.08.2013 (т. 7, л.д. 113, 123).

Кроме того, между МО МР «Юхновский район» (Арендодатель) и ООО «Термин-Монастырское подворье» (Арендатор) был заключен договор аренды земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения от 08.06.2006 № 154, по условиям которого Арендодатель предоставляет, а Арендатор принимает в аренду земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером 40:24:020108:0001, площадью 50 354 кв.м, расположенный по адресу: Калужская область, Юхновский район (т. 1, л.д. 34-36).

Впоследствии на основании договора уступки права требования от 29.06.2014 № 1 права и обязанности по договору аренды от 08.06.2006 № 154 от ООО «Термин-Монастырское подворье» перешли к ООО СПФ «Агро» (т. 1, л.д. 26-33).

Государственная регистрация договора осуществлена 09.08.2012 (т. 5, л.д. 112 оборотная сторона).

Ссылаясь на отсутствие у МО МР «Юхновский район» (Арендодателя/первого ответчика) полномочий на распоряжение являющимися предметом спорных договоров земельными участками ввиду их нахождения в режиме федеральной (а не муниципальной) собственности, истец обратился в суд с данным иском, в котором просит признать заключенные между ответчиками договоры аренды недействительными (ничтожными) и применить последствия их недействительности.

В обоснование факта распространения на спорные земельные участки режима федеральной собственности, а в связи с чем, отсутствия у органа местного самоуправления права распоряжения такой собственностью (в том числе путем передачи ее в аренду), истец ссылается на нахождение этих участков в границах особо охраняемой природной территории национального парка «Угра», земли которого в силу положений Федерального закона от 14.03.1995 № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» и Земельного кодекса Российской Федерации могут находиться исключительно в федеральной собственности.

Ответчики, возражая против удовлетворения заявленных требований, настаивают на нахождении спорных земельных участков в режиме земель, государственная собственность на которые не разграничена, возникновении такого режима земель в результате прекратившегося права постоянного (бессрочного) пользования указанными участками КСП «Беляево», владевшего ими на момент создания национального парка «Угра», и впоследствии ликвидированного в 2003 году; на наличии права муниципального образования распоряжения неразграниченными землями в соответствии с ч. 10 ст. 3 Федерального закона от 25.10.2001 № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации»; на отсутствии решения органа исполнительной власти при создании национального парка «Угра» об изъятии включаемых в его границы земельных участков из хозяйственного использования.

Оценивая заявленные требования, возражения против их удовлетворения, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 17 Земельного кодекса Российской Федерации в федеральной собственности находятся земельные участки:

которые признаны таковыми федеральными законами;

право собственности Российской Федерации на которые возникло при разграничении государственной собственности на землю;

которые приобретены Российской Федерацией по основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.

Земли Российской Федерации подразделены Земельным кодексом Российской Федерации на категории в соответствии с установленным для них целевым назначением. Правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к той или иной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий, общие принципы и порядок проведения которого устанавливаются федеральными законами и требованиями специальных федеральных законов.

Среди предусмотренных законом категорий земельных участков специальному регулированию подвергаются земли особо охраняемых природных территорий.

Так, в силу п. 4 ст. 2 Федерального закона от 14.03.1995 № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» особо охраняемые природные территории могут иметь федеральное, региональное или местное значение и находиться в ведении соответственно федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления.

При этом выделяемые с учетом особенностей режима особо охраняемых природных территорий национальные парки относятся к особо охраняемым природным территориям федерального значения (п. 5 ст. 2 Федерального закона от 14.03.1995 № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях»).

В границах национальных парков выделяются зоны, в которых природная среда сохраняется в естественном состоянии и запрещается осуществление любой не предусмотренной настоящим Федеральным законом деятельности, и зоны, в которых ограничивается экономическая и иная деятельность в целях сохранения объектов природного и культурного наследия и их использования в рекреационных целях.

Земельные участки и природные ресурсы, расположенные в границах национальных парков, находятся в федеральной собственности. Земельные участки не подлежат отчуждению из федеральной собственности (п. 2 ст. 12 Федерального закона от 14.03.1995 № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях»).

Создание национальных парков и расширение территорий национальных парков осуществляются решениями Правительства Российской Федерации, принимаемыми по представлению уполномоченного Правительством Российской Федерации федерального органа исполнительной власти.

Судом установлено, что на основании постановления Правительства Российской Федерации от 10.02.1997 № 148 и постановления Правительства Калужской области от 07.08.1996 № 1 был создан национальный парк «Угра», площадью 101 222 га, во владение которого предоставлены земли лесного фонда Юхновского, Медынского, Дзержинского, Козельского лесхозов, Песковского лесничества, земли государственного водного фонда, коллективных хозяйственных предприятий и дугих землевладельцев.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 31.12.2008 № 2055-р национальный парк «Угра» включен в перечень особо охраняемых природных территорий федерального значения, находящихся в ведении Минприроды России.

При разграничении государственной собственности в Российской Федерации с учетом особенностей имущества и его значимости для страны и его граждан Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 № 3020-1 определены общие критерии отнесения имущества к собственности различного уровня, в соответствии с которыми охраняемые или особым образом используемые природные объекты (заповедники, в том числе биосферные, национальные природные парки, курорты, а также заказники, имеющие общереспубликанское значение) независимо от того, на чьем балансе они находятся, и от ведомственной подчиненности предприятий, относятся исключительно к федеральной собственности.

Таким образом, применительно к землям особо охраняемых природных территорий разграничение государственной собственности между публично-правовыми образованиями осуществлено на законодательном уровне и представляет собой нормативный механизм, в соответствии с которым земли национальных парков признаются федеральной собственностью в силу закона.

Земли, из которых сформированы спорные земельные участки, включены в границы национального парка «Угра» в составе земель коллективного сельскохозяйственного предприятия «Беляево» (т. 2, л.д. 85), зарегистрированного постановлением Администрации Юхновского района от 09.02.1993 № 15 (т. 6, л. д. 67).

Предоставленные постановлением Администрации Юхновского района от 18.10.1993 (т. 6, л.д. 104) коллективному сельскохозяйственному предприятию «Беляево» земли разделены на земли, передаваемые в собственность членам предприятия с установлением нормы такого предоставления, и земли, предоставленные самому предприятию в постоянное (бессрочное) пользование.

В соответствии со сведениями, отраженными в Едином государственном реестре юридических лиц, коллективное сельскохозяйственное предприятие «Беляево» прекратило свою деятельность в результате ликвидации по решению суда 12.11.2003.

При этом полученные указанным лицом земли для предоставления в собственность членам предприятия распределены по назначению, а судьба оставшейся на праве постоянного (бессрочного) пользования земли при ликвидации (вследствие банкротства) КСП «Беляево» определена не была.

Установление иных обстоятельств не представляется возможным, в соответствии с письмом Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калужской области от 03.09.2018 (т. 5, л.д. 90) карты сельхозугодий предприятий, владевших земельными участками на 1997 год (момент создания национального парка «Угра»), в государственном фонде данных не сохранились.

В соответствии с положениями законодательства, определяющими содержание права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком, указанное вещное право предоставляется государственным или муниципальным собственником на имеющиеся у него земельные участки гражданам и юридическим лицам на основании соответствующего решения (ст. 268 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из смысла указанного ограниченного вещного права следует, что прекращение существования лица, которому такое право предоставлено, без определения правопреемника означает прекращение и самого ограниченного права, в результате которого господство над обремененным им имуществом возвращается собственнику - публично-правовому образованию соответствующею уровня.

Таким образом, поскольку к моменту ликвидации КСП «Беляево» (без определения правопреемника) границы национального парка «Угра» были определены, а все земельные участки, находящиеся в указанных границах в силу прямого указания закона являются собственностью Российской Федерации, единственным правообладателем спорных земельных участков (также находящихся в границах национального парка) после прекращения права постоянного (бессрочного) пользования КСП «Беляево» стала Российская Федерация.

Наличие в границах национальных парков земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, законодательством не предусмотрено.

Данные выводы указывают на несостоятельность доводов ответчиков о приобретении земельными участками КСП «Беляево» режима неразграниченной государственной собственности, право распоряжения которой предоставлено законом муниципальным образованиям.

Учитывая приведенные выше положения законодательства и установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что спорные земельные участки являются собственностью Российской Федерации в силу закона.

При этом суд считает необходимым отметить, что вопрос расположения в границах национального парка «Угра» других кроме спорных земельных участков, находящиеся в ином кроме федеральной собственности режиме, не является переметом спорных отношений, основания их нахождения в таком режиме (частной, муниципальной или собственности субъекта) судом не оцениваются.

В соответствии с пп. 1 п. 4 ст. 27 Земельного кодекса Российской Федерации земельные участки, занятые находящимися в федеральной собственности национальными парками, являются изъятыми из оборота (за исключением случаев, предусмотренных ст. 95 Земельного кодекса Российской Федерации).

В силу п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Первым и вторым ответчиками заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со ст. 196 и 197 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 указанного кодекса. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценка соблюдения истцом установленного законом срока для защиты права дана судом исходя из следующих фактов.

Заявленные требования основаны на суждении истца о совершении первым ответчиком действий по распоряжению принадлежащим истцу имуществом в отсутствие соответствующих полномочий, влекущих ничтожность соответствующих сделок по распоряжению таким имуществом.

Истцом выступает орган государственной власти на который возложены обязанности по контролю за использованием и сохранностью находящегося в государственной собственности имущества и который для надлежащего осуществления этих обязанностей имеет возможность в пределах срока исковой давности получить сведения о государственной регистрации прав на спорные объекты недвижимости.

Указанная правовая позиция определена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.03.2012 № 14749/11 по делу № А57-15708/2010.

Истец в письменных пояснениях от 23.08.2017 № 3304 указал, что узнал об оспариваемых договорах 05.04.2017 из информации Прокуратуры Калужской области.

Вместе с тем, заявляя о ничтожности оспариваемых договоров, истец настаивает на существовании права Российской Федерации на имущество, являющееся предметом указанных договоров (а значит известности о нахождении имущества в пределах ведения истца, осуществляющего полномочия собственника в отношении федерального имущества), с момента создания национального парка «Угра».

В соответствии с п. 4.1.2. Положения о Межрегиональном Территориальном управлении Федерального агентства по управлению имуществом в Калужской, Брянской и Смоленской областях указанное лицо наделено полномочиями по осуществлению контроля за управлением, распоряжением, использованием по назначению и сохранностью земельных участков, находящихся в федеральной собственности, иного федерального имущества, закрепленного в хозяйственном ведении или оперативном управлении федеральных государственных унитарных предприятий и федеральных государственных учреждений, а также переданного в установленном порядке иным лицам, и при выявлении нарушений принятии в соответствии с законодательством Российской Федерации необходимых мер по их устранению и привлечению виновных лиц к ответственности.

На основании п. 2 ст. 609 Гражданского кодекса Российской Федерации договор аренды недвижимого имущества подлежит государственной регистрации, если иное не установлено законом.

Государственный кадастровый учет, государственная регистрация прав, ведение Единого государственного реестра недвижимости и предоставление сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости, осуществляются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти и его территориальными органами (п. 1 ст. 3 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»).

В соответствии со ст. 164 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации.

Таким образом, применительно к сделкам, подлежащим государственной регистрации, выражением воли сторон, направленной на исполнение таких сделок, о которой должно быть известно иным кроме участников такой сделки лицам, по мнению суда, является совершение сторонами действий, направленных на проведение требуемых законом процедур для придания сделке законной силы и возникновения правовых последствий такой сделки.

С учетом полномочий истца, определенных Положением о его деятельности, особенного характера и режима спорного имущества, предполагающего наличие повышенного внимания собственника к такому имуществу, суд приходит к выводу о том, что истец, действуя разумно, добросовестно реализуя предоставленные ему полномочия и исполняя обязанности, при этом, не являясь стороной оспариваемых сделок, должен был узнать о существовании спорных сделок в день обращения сторон указанных сделок в орган регистрации прав с заявлениями о регистрации сделок.

Так, из материалов регистрационного дела усматривается, что участники оспариваемых договоров за их государственной регистрацией в регистрирующий орган обратились:

23.04.2014 (заявление о регистрации договора аренды от 06.03.2014 № 444 земельного участка с кадастровым номером 40:24:020108:30, т. 5, л.д. 148);

01.08.2013 (заявление о регистрации договора аренды от 25.06.2013 № 406 земельных участков с кадастровыми номерами 40:24:020108:28 и 40:24:020108:29, т. 6, л.д. 20);

19.06.2006 (уведомление о проведении государственной регистрации договора аренды от 08.06.2006 № 154 земельного участка с кадастровым номером 40:24:020108:0001, т. 5, л.д. 116);

26.07.2012 (заявления о регистрации договора уступки права требования (цессии) от 29.06.2012 № 1 по договору аренды земельного участка от 08.06.2006 № 154, т. 5, л.д. 103, 106).

В связи с чем, срок исковой давности для защиты права истца путем обращения в суд с заявлением об оспаривании

договора аренды (40:24:020108:30) от 06.03.2014 № 444 истек 23.04.2017;

договора аренды (40:24:020108:28 и 40:24:020108:29) от 25.06.2013 № 406 истек 01.08.2016;

договора аренды (40:24:020108:0001) от 08.06.2006 № 154 истек 19.06.2009;

договора уступки права требования (цессии) от 29.06.2012 № 1 истек 26.07.2015.

Истец обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением 28.04.2017, то есть за пределами срока исковой давности.

На основании п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

О восстановлении пропущенного истцом срока исковой давности заявлено не было.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что заявление о пропуске срока исковой давности сделано только первым и вторым ответчиками.

При этом в силу разъяснений, данных в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о применении исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков (например, в случае предъявления иска об истребовании неделимой вещи).

Так, поскольку все заявленные требования связаны с оспариванием договоров и применением последствий их недействительности, предполагающих наступление таких последствий только в случае совершения действий для восстановления существовавшего до заключения договоров положения всеми участвующими в договорах сторонами, суд приходит к выводу, что требования истца за счет третьего ответчика удовлетворены быть не могут, в связи с чем несмотря на отсутствие со стороны указанного лица заявления о пропуске срока исковой давности, суд считает допустимым в данном случае воспользоваться правом, предусмотренным п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», и отказать в удовлетворении иска к обоим ответчикам.

С учетом изложенного, суд признает требования истца необоснованными и отказывает в их удовлетворении.

Согласно п.п. 1.1 п. 1 ст. 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации истец освобожден от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в арбитражных судах.

В соответствии с разъяснениями, данными в абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», правовые основания для взыскания государственной пошлины по делу, по которому принято судебное решение об отказе в удовлетворении исковых требований истца, освобожденного от уплаты государственной пошлины, у суда отсутствуют.

Ввиду отсутствия процессуальных вопросов по делу, требующих наличия на депозитном счете суда денежных средств, в рамках указанного дела, перечисленные ООО «СПФ Агро» на депозитный счет Арбитражного суда Калужской области денежные средства в сумме 150 000 руб. по платежному поручению от 02.08.2018 № 2302, подлежат возврату с депозитного счета Арбитражного суда Калужской области.

На основании ч. 1 и 2 ст. 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации денежные суммы, причитающиеся экспертам, свидетелям и переводчикам, выплачиваются по выполнении ими своих обязанностей. Денежные суммы, причитающиеся экспертам и свидетелям, выплачиваются с депозитного счета арбитражного суда.

В соответствии с п. 126 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.06.1996 № 7 «Об утверждении Регламента арбитражных судов» выплата денежных средств, зачисленных на депозитный счет, производится на основании судебного акта, принятого арбитражным судом.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении заявленных требований отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «СПФ Агро», д. Барыково р.п. Серебряные пруды Московской области, с депозитного счета Арбитражного суда Калужской области денежные средства в размере 150 000 руб., перечисленные по платежному поручению от 02.08.2018 №2302.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Калужской области.

Судья Е.В. Иванова