Решение от 29 августа 2022 г. по делу № А71-13420/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А71- 13420/2020
29 августа 2022 года
г. Ижевск




Резолютивная часть решения объявлена 29 августа 2022 года. Полный текст решения изготовлен 29 августа 2022 года


Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи Н.М. Морозовой, при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференц-связи использованием сервисов «Электронное правосудие» и составлении протокола в письменной форме помощником судьи Ю.Д. Тюфтиной, рассмотрев в судебном заседании

общества с ограниченной ответственностью «ЛазерЛов», г. Ижевск (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>)

третьи лица:

ФИО2

Индивидуальный предприниматель ФИО2

ФИО1 (ОГРНИП 310121834000022)

о взыскании 2000000 руб. штрафа по договору коммерческой концессии№12/19-2, и встречное исковое заявление о признании пунктов 11.1, 11.1.2-11.1.4 договора коммерческой концессии недействительными

при участии представителей:

от истца: ФИО3 – представитель по доверенности от 02.11.2020 (копия диплома)

от ответчика: ФИО4– представитель по доверенности от 23.07.2020 (копия диплома)

установил:

Иск заявлен о взыскании 2000000 руб. штрафа по договору коммерческой концессии №12/19-2, и встречное исковое заявление о признании пунктов 11.1, 11.1.2-11.1.4 договора коммерческой концессии недействительными.

Определением суда от 27.01.2021 (л.д. 102-105 том 2) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющие самостоятельные требования на предмет спора привлечены ФИО2 и Индивидуальный предприниматель ФИО2

В ходе судебного заседания от 27.01.2021 судом удовлетворено ходатайство истца об уточнении исковых требований до взыскания 2000000 руб. штрафа по Договору коммерческой концессии №12/19-2, из которых 1000000 руб. штраф за открытие студии ИП ФИО2, аффилированной с ИП ФИО1, и 1000000 руб. штраф за продолжение ИП ФИО1 конкурирующей деятельности в г. Рыбинск после прекращения Договора коммерческой концессии №12/19-2.

Определением суда от 12.03.2020 (л.д. 132-134 том 3) суд принял встречное исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании пунктов 11.1, 11.1.2-11.1.4 договора коммерческой концессии недействительными.

В судебном заседании 12.03.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора привлечен ФИО1 (ОГРНИП 310121834000022).

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.06.2021 по делу № А71-13420/2020 оставленным без изменения Постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2021 и Суда по интеллектуальным правам от 17.12.2021 года в удовлетворении первоначальных исковых требований отказано. С общества с ограниченной ответственностью «ЛазерЛов», г. Ижевск (ОГРН <***>, ИНН <***>) взыскано в доход федерального бюджета 10000 руб. государственной пошлины. В удовлетворении встречного искового заявления отказано.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 09.06.2022 решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.06.2021, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2021 и постановление Суда по интеллектуальным правам от 17.12.2021 по делу № А71-13420/2020 отменены в части отказа в удовлетворении иска общества с ограниченной ответственностью «ЛазерЛов» о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО1 1000000 руб. штрафа за продолжение конкурирующей деятельности и в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «ЛазерЛов» в доход федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины.

Дело № А71-13420/2020 в отмененной части направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Истец требования поддержал, просит удовлетворить требования о взыскании штрафа в размере 1000000 руб. за продолжение конкурирующей деятельности в полном объеме.

Ответчик требования оспорил, просит применить ст. 333 АПК РФ, указывает, на то, что требование о взыскании штрафа в размере 1000000 рублей за ведение конкурирующей деятельности в г. Рыбинске является явно несоразмерным последствиям нарушения обязательства по договору коммерческой концессии №12/19-2 (далее - договор), взыскание штрафа в данном размере приведет к получению Истцом необоснованной выгоды.

Предприниматель указывает, что обязательство о запрете конкурирующей деятельности не является денежным, следовательно и возможный размер убытков Истца не может превышать сумму платежей (выручки) за период с момента расторжения договора по дату прекращения конкурирующей деятельности в г. Рыбинске. Конкурирующая деятельность Ответчика (как и иная коммерческая) в г. Рыбинске была прекращена 04.02.2021 г., в подтверждение данного обстоятельства в материалы дела были представлены соглашение о расторжении договора аренды от 04.02.2021 г., акт приема-передачи нежилого помещения возвратный от 04.02.2021 г. Логины и пароли от аккаунтов в социальных сетях по студии в г. Рыбинске 04.02.2021 г. были переданы ИП ФИО5, так как он планировал арендовать освобожденное Ответчиком помещение и открыть салон красоты.

Ответчик полагает, что максимальная сумма платежей в пользу Истца за 6 месяцев нарушения обязательства не превысила бы 130000 рублей, при этом Ответчик должен был бы получать максимальную выручку (130000 = Роялти (60 000 = 6 *10 000) + Периодические маркетинговые платежи (60 000 = 6*10 000) + Разовый маркетинговый платеж (10 000). Максимальный размер убытков с учетом выручки Ответчика не превысила бы 88364,02 руб. (88364, 02 = 31 359, 44 (роялти) + 47 004,58 (маркетинговый платеж) + 10 000 (разовый маркетинговый платеж за 6 месяцев).

Кроме того, в связи с применением Ответчиком патентной системы налогообложения бухгалтерский учет не велся, доходы учитывались с использованием программы «Yclients», по данным которой за период с 01.03.2020 г. по 04.02.2021 г. размер выручки не превышал 300000 руб. и размер роялти составил бы 31359,44 руб. Расчет роялти с 28.07.2020 г. по 04.02.2021г.: с 28.07.2020 г. по 31.07.2020 г. составляет 645,16 рублей (5000/31*4 = 645,16), с 01.08.2020 г. по 31.01.2021 г. составляет 30 000 рублей (5000 * 6 = 30 000), с 01.02.2020 г. по 04.02.2021 г. составляет 322,58 рублей (5000/28*4 = 714,28) Итого: 645,16 + 30 000 + 714,28 = 31 359,44

Ответчик обращает внимание суда, что сумма выручки за указанный период превышала 150 000 рублей только в июле, августе, октябре, декабре 2020 г. Соответственно размер периодических маркетинговых платежей не превысил бы 47004,58 рублей. Расчет периодических маркетинговых платежей: с 28.07.2020 г. по 31.07.2020 г. составляет 1290,3 рублей (10 000/31*4 = 1290,3), с 01.08.2020 г. по 31.01.2021 г. составляет 45 000 рублей (10 000*3 + 5000*3 = 45000), с 01.02.2021 г. по 04.02.2021 г. составляет 714, 28 рублей (5000/28*4 = 714,28). Итого: 1290,3 + 45 000 + 714,28 = 47 004,58

Ответчик полагает на имеющиеся Основания для исключения маркетингового платежа из расчета убытков и Отсутствие оснований для учета паушального взноса при определении убытков.

Предприниматель особо обращает внимание суда, что неустойка должна носить компенсационный характер, а не являться карательной мерой. Выплата должна составлять такую сумму компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом. В связи с чем, взыскание штрафа за ведение Ответчиком конкурирующей деятельности в г. Рыбинске в размере, превышающем 32 000 рублей (оплата роялти с учетом выручки Ответчика), будет явно несоразмерным.

Ответчик, руководствуясь ст. 333 ГК РФ, просит суд при взыскании штрафа, снизить его размер до 32 000 рублей.

Истец возразил на доводы ответчика, указав, что условия Договора об ответственности были согласованы сторонами и не оспаривались Ответчиком. Снижение размера штрафа приведет к извлечению Ответчиком выгоды из своего незаконного поведения.

Также общество указывает, на безосновательность исключения ответчиком маркетинговых платежей из состава убытков, поскольку при расчете размере упущенной выгоды учитываются доходы, которые Истец получил бы при сохранении сложившейся модели сотрудничества с франчайзи - на протяжении всего срока действия Договора Ответчик оплачивал маркетинговые платежи и пользовался соответствующими услугами Истца. Отсутствуют основания полагать, что при продолжении добросовестного сотрудничества по Договору Ответчик бы отказался от оплаты маркетингового платежа, в связи с чем недопустимо исключать недополученный маркетинговый платеж из суммы убытков.

Истец указывает, что ответчик не представил достоверных доказательств того, что выручка студий Ответчика не превышала 300000 рублей - представленный Ответчиком скриншот вызывает сомнения в части его достоверности. Информацию о выручке в системе yclients возможно исказить. Более того, размер доходов студий Ответчика, полученных в период отсутствия маркетинговой поддержки Истца, является очевидно заниженным в сравнении с тем, который получали бы студии с поддержкой маркетологов федеральной сети студий эпиляции.

Общество указывает, что взыскиваемый штраф существенно ниже финансовых потерь истца, вызванных нарушением ответчика, заключая Договор, Истец рассчитывал на продолжение сотрудничества на согласованных условиях в течение всего срока действия регистрации товарного знака, то есть до 27.02.2028. Так, предполагавшийся срок действия Договора составил бы суммарно 8 лет 9 месяцев. Ответчик подтвердил волю на продолжение работы студий и после прекращения Договора.

За период с даты фактического прекращения действия Договора до первоначально планируемой даты его прекращения (с августа 2020 по февраль 2028) Ответчик согласно п. 2.13. Договора за три студии «Dr.Laser» в городах Ярославль, Новочебоксарск и Рыбинск, оплатил бы Роялти за 90 месяцев в размере: от 1 350 000 рублей (5 000 руб. х 3 студии х 90 месяцев); до 2 700 000 рублей (10 000 руб. х 3 студии х 90 месяцев).

За период с даты фактического прекращения действия Договора до первоначально планируемой даты его прекращения (с августа 2020 по февраль 2028) Ответчик согласно п. 3.3. Договора за три студии «Dr.Laser» в городах Ярославль, Новочебоксарск и Рыбинск, оплатил бы Маркетинговые платежи за 90 месяцев в размере: от 1 800 000 рублей (5 000 руб. х 3 студии х 90 месяцев + 10 000 руб. х 3 студии х 15 полугодий); до 3 150 000 рублей (10 000 руб. х 3 студии х 90 месяцев + 10 000 руб. х 3 студии х 15 полугодий).

Кроме того, Паушальный взнос за открытие одной новой студии составляет 400 000 рублей (Приложение № 6 к Дополнительным пояснениям Истца от 01.03.2021). Учитывая, что нарушение имело место после прекращения действия Договора, для правомерного открытия трех студий после прекращения действия Договора Ответчик должен был бы оплатить Истцу паушальный взнос за открытие трех студий в размере 1200000 рублей.

Особо обращает внимание суда истец на то обстоятельство, что в результате неправомерных действий Ответчика снизилась привлекательностьгородов, где Ответчик незаконно вел деятельность, для открытия новых студий сети.

Если бы со стороны Ответчика не было допущено нарушений в части ведения конкурирующей деятельности - в городах Ярославль, Новочебоксарск и Рыбинск не были бы открыты студии «Dr.Laser», насыщенность рынка услуг эпиляции этих городов была бы ниже, а их привлекательность для открытия новых студий - выше. Более того, потенциальные партнеры ООО «ЛазерЛов» воспринимали бы указанные города более благосклонно, если бы там не было студии конфликтного партнера, незаконно использующего обозначение Истца.

Так, упущенная выгода определяется: неполученными доходами от партнерства с новыми франчайзи в городах Ярославль, Новочебоксарск и Рыбинск (паушальные взносы и роялти).

В результате действий Ответчика и аффилированных с ним лиц страдает деловая репутация ООО «ЛазерЛов», наносится ущерб имиджу компании, поскольку в результате открытия Ответчиком и аффилированными с ним лицами студий с использованием ноу-хау Истца у партнеров Истца возникают сомнения в способности ООО «ЛазерЛов» обеспечить сохранность конфиденциальной информации и предотвратить появление на рынке новых конкурентов с идентичной бизнес-стратегией.

Более того, безнаказанное нарушение условий Договора со стороны Ответчика может повлечь аналогичные нарушения со стороны других пользователей.

Судебное заседание проведено в порядке ст. 163 АПК РФ с перерывом в судебном заседании 25.08.2022 до 29 августа 2022 года.



Как следует из материалов дела, между обществом (правообладатель) и предпринимателем (пользователь) был заключен договор коммерческой концессии от 14.05.2019 № 12/19-2 (далее - договор), согласно пункту 1.1 которого правообладатель предоставляет пользователю право использования в его предпринимательской деятельности комплекса исключительных прав (далее - КИП), а пользователь обязуется своевременно уплатить правообладателю вознаграждение в порядке и на условиях, определенных в разделе 2 договора.

Стороны в пункте 11.1 договора предусмотрели, что пользователь, лица, входящие в состав участников пользователя и его органов управления, обязуются до окончания срока действия договора и в течение трех лет с даты прекращения действия договора не осуществлять конкурирующей деятельности, в частности, не осуществлять деятельность, непосредственно конкурирующую с основной деятельностью правообладателя, то есть не заниматься аналогичной предпринимательской деятельностью без применения КИП правообладателя путем открытия иных объектов, оказывающих подобные услуги (пункт 11.1.1).

Нарушением данных требований будет признаваться осуществление конкурирующей деятельности, как пользователем, так и любыми зависимыми или аффилированными с пользователем лицами, если правообладателем будет установлено, что конечным бенефициаром такой деятельности является пользователь (пункт 11.3).

В случае нарушения требований, предусмотренных разделом 11 договора, пользователь несет ответственность в соответствии с пунктом 13.6 договора (пункт 11.7).

В пункте 13.6 договора стороны согласовали, что в случае нарушения пользователем положений по ограничению конкуренции, предусмотренных разделом 11 договора, пользователь выплачивает правообладателю штраф в размере 1 000 000 руб. за каждый факт нарушения.

Согласно пункту 16.4 договора прекращение договора не освобождает стороны от исполнения обязательств, предусмотренных договором и возникших до момента прекращения, а также обязательств, связанных с прекращением договора и закрытием студии пользователя.

Из материалов дела следует, что 21.07.2020 предприниматель получил от общества уведомление о расторжении договора по истечении семи календарных дней с момента его получения.

Предприниматель письменным ответом от 24.07.2020 принял предложение о расторжении договора.

Общество в обоснование иска указало на то, что им был обнаружен факт ведения аффилированным с пользователем лицом (предпринимателем ФИО2) конкурирующей деятельности в городе Йошкар-Оле, а также факт продолжения предпринимателем конкурирующей деятельности в городе Рыбинске после прекращения договора, что свидетельствует о нарушении пользователем положений по ограничению конкуренции, предусмотренных разделом 11 договора.

Предприниматель предъявил встречные требования о признании пунктов 11.1, 11.1.2 - 11.1.4 договора недействительными.

Суд первой инстанции, признав договор расторгнутым 28.07.2020, сослался на статьи 166, 168, 431, 431.1, 453, 1027, 1028, 1031, 1033 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения, содержащиеся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", от 25.12.2018 № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 "О последствиях расторжения договора", на положения Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ "О защите конкуренции" и отказал в удовлетворении требований сторон.

При этом, отказывая в удовлетворении требования общества о взыскании штрафа за открытие студии лицом, аффилированным с пользователем, суд признал установленным факт аффилированности этих лиц, но исходил из недоказанности того, что именно пользователь являлся конечным бенефициаром аффилированного лица, осуществлял фактическое руководство его деятельностью, извлекал прибыль, использовал имущественные права.

Отклоняя требование общества о взыскании штрафа за продолжение пользователем конкурирующей деятельности, суд заключил, что требование о взыскании штрафа, установленного на случай ненадлежащего исполнения обязанности по ограничению конкуренции, после расторжения договора (прекращения обязательства) не может быть применено, поскольку штраф в данном конкретном случае - это не способ получения прибыли, следовательно, следует начислять до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора, в связи с чем, гражданско-правовая ответственность в виде договорного штрафа согласно пунктам 11.7, 13.6 договора не может быть применена.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции, отметив, что новые нарушения договорных обязательств совершены 17.11.2020, 18.11.2020, 05.01.2021 после расторжения договора 28.07.2020.

Суд по интеллектуальным правам признал выводы судов в этой части соответствующими положениям статей 170, 271 АПК РФ.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 09.06.2022 решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.06.2021, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2021 и постановление Суда по интеллектуальным правам от 17.12.2021 по делу № А71-13420/2020 отменены в части отказа в удовлетворении иска общества с ограниченной ответственностью «ЛазерЛов» о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО1 1000000 руб. штрафа за продолжение конкурирующей деятельности и в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «ЛазерЛов» в доход федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины.

В связи с этим суд рассматривает дело только в части требования общества о применении к предпринимателю меры ответственности в виде штрафа, предусмотренного пунктом 13.6 договора за продолжение конкурирующей деятельности.

Как разъяснено в пункте 3 постановления от 06.06.2014 № 35, по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора; условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения, сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашением сторон.

В действующем законодательстве закреплен принцип перспективного расторжения договора - прекращение его на будущее время.

Прекращение договора по общему правилу ведет к освобождению сторон от дальнейшего исполнения принятых на себя обязательств. Вместе с тем в некоторых случаях стороны остаются обязанными по согласованным ими обязательствам. В договоре могут быть такие условия, которые остаются действительными в силу своей природы и после его прекращения, по своему характеру предназначены действовать даже после прекращения договора.

Исходя из содержания пункта 2 статьи 453 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 08.03.2015 № 42-ФЗ) вопрос о сохранении действия (прекращении) обязательства в случае расторжения договора должен решаться с учетом существа обязательства, подлежащего исполнению соответствующей стороной при расторжении договора. Подлежит исследованию, что именно прекращается в результате расторжения договора, а что может сохранить свою силу. При сохранении обязательства сохраняется и его обеспечение.

Согласно п. 11.1 Договора пользователь, лица входящие в состав участников Пользователя и органов управления пользователя, обязуются до окончания срока действия Договора и к течение 3 (трех) лег с даты прекращения действия Договора не осуществлять конкурирующей деятельности, а именно:

- не осуществлять деятельность, непосредственно конкурирующую с основной деятельностью Правообладателя, то есть не заниматься аналогичной предпринимательской деятельностью без применения КИП правообладателя путем открытия иных объектов, оказывающих подобные услуги (п.11.1.1 Договора);

- не приобретать акции, доли в уставном капитале и (или) иные нрава участия в юридических лицах, осуществляющих деятельность, конкурирующую с основной деятельностью правообладателя (п.11.1.2 Договора);

- не входить и состав органов управлении и не занимать должности в юридических лицах, осуществляющих деятельность, конкурирующую е основной деятельностью правообладателя (п. 11.1.3 Договора);

- не вступать в трудовые отношения с юридическими липами и индивидуальными предпринимателями, осуществляющими деятельность, конкурирующую с основной деятельностью правообладателя, а также не оказывать таким липам соответствующие услуги (не выполнять работы) по договорам гражданско-правового характера, не консультировать таких лиц и не предоставлять какой-либо информации, полученной пользователем в связи с исполнением Договора (п.11.1.4 Договора).

Согласно п. 11.2 договора под основной деятельностью правообладателя понимается предпринимательская деятельность, связанная с оказанием следующих услуг: - услуги салонов красоты, услуги по эпиляции и депиляции, услуги, предусмотренные ГОСТами: ГОСТ Р 55317-2012 «Услуги населению. СПАуслуги. Термины и определения». ГОСТ Р 55321-2012 «Услуги населению. СПА-услуги. Общие требования»; - услуги, предусмотренные 44 классом МКТУ. в отношении которых осуществлена правовая охрана Товарного Знака, а в случае внесения изменений в МКТУ - любые услуги салонов красоты, вис зависимости от класса, к которому такие услуги будут относиться.

Пунктом 11.7 Договора предусмотрено, что в случае нарушения Пользователем требований, предусмотренных разделом 11 Договора: пользователь несет ответственность, предусмотренную п. 13.6. Договора (п.11.7.1 Договора).

Правообладатель вправе расторгнуть Договор в одностороннем порядке в соответствии с разделом 16 Договора (п.11.7.2 Договора).

Пунктом 13.6. договора стороны согласовали, что в случае нарушения Пользователем положений по ограничению конкуренции, предусмотренных разделом 11 Договора, пользователь выплачивает Правообладателю штраф в размере 1000000 (Один миллион) рублей за каждый факт нарушения.

Из положений пункта 11.1 прямо следует воля сторон на урегулирование их отношений в период после расторжения договора, следовательно, не связанные с исполнением предмета договора обязательства пользователя, предусмотренные разделом 11 договора и регулирующие его поведение при осуществлении конкурирующей деятельности, в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора в течение установленного срока.

Обязательство предпринимателя не вести конкурирующую деятельность не является предметом договора и не прекращается вместе с расторжением договора, его исполнение предполагается и после расторжения договора.

Возможность взыскания штрафа или неустойки зависит от действительности обеспеченного штрафом (неустойкой) обязательства в момент нарушения. Если такое обязательство не является предметом договора и в силу своей природы предполагает его исполнение и после расторжения договора, и имеет целью регулирование отношений сторон в период после расторжения, штраф начисляется и за нарушения, имевшие место после расторжения договора.

Штраф, налагаемый в порядке пунктов 11.7, 11.7.1 и 13.6 договора, не является мерой ответственности за нарушение обязательств, относящихся к предмету договора и прекратившихся вместе с расторжением договора, а является ответственностью за нарушение связанных с прекращением договорных отношений обязательств, действующих в течение 3 лет после прекращения договора, может быть начислен и после расторжения договора.

Следовательно, расторжение договора не препятствует реализации принадлежащего правообладателю права на взыскание с пользователя штрафа за осуществление конкурирующей деятельности, поскольку соответствующее условие содержится в договоре, которое не противоречит положениям статьи 1033 ГК РФ и принципу свободы договора.

Материалами дела подтверждено и не оспорено сторонами, иное не представлено и не опровергнуто (ст. 65 АПК РФ) факт ведения предпринимателем конкурирующей деятельности в Ярославской области, г. Рыбинск до истечения 3 лет после окончания действия договора.

Фак ведения конкурирующей деятельности в студии г.Рыбинск ответчиком не оспорен (ст.65 АПК РФ).

Оспаривая требования в указанной части, ответчик просит снизить размер ответственности по основаниям статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно пункту 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.


Подлежащая оплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ, пункт 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - постановление от 24.03.2016 № 7)).

Как разъяснено в пункте 73 постановления от 24.03.2016 № 7, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Согласно разъяснению, изложенному в пункте 74 постановления от 24.03.2016 № 7, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ, пункт 75 постановления от 24.03.2016 № 7).

При этом, как следует из разъяснений, изложенных в пункте 81 постановления от 24.03.2016 № 7, непредъявление кредитором в течение длительного времени после наступления срока исполнения обязательства требования о взыскании основного долга само по себе не может расцениваться как содействие увеличению размера неустойки.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

Таким образом, понятие соразмерности носит оценочный характер.

Принимая во внимание фактические обстоятельства по иску, в отсутствие доказательств чрезмерности суммы штрафа, суд не нашел оснований для снижения размера на основании статьи 333 ГК РФ.

Каких-либо доказательств явной несоразмерности, а также доказательств того, что размер убытков кредитора (истца), которые могли возникнуть вследствие нарушения ответчиком обязательства, значительно ниже начисленной неустойки, не представлено.

Пунктом 13.6. договора стороны согласовали, что в случае нарушения Пользователем положений по ограничению конкуренции, предусмотренных разделом 11 Договора, пользователь выплачивает Правообладателю штраф в размере 1000000 (Один миллион) рублей за каждый факт нарушения.

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ, граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Стороны свободны в определении условий договора в силу статьи 421 ГК РФ, и ответчик, заключая договор, был осведомлен о размере ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства.

Какого-либо спора или разногласий по условию о размере штрафа, либо оснований применения у сторон при заключении договора не имелось.

При заключении договора ответчик знал о наличии у него обязанности выплатить истцу штраф в согласованном размере в случае нарушения Пользователем положений по ограничению конкуренции, предусмотренных разделом 11 Договора, сознательно продолжил конкурирующую детальность, открыл студии аффилированным с пользователем лицом, и продолжил конкурирующую деятельность в городе Йошкар-Оле, продолжил конкурирующую деятельность в городе Рыбинске после прекращения договора в нарушение положений по ограничению конкуренции, предусмотренных разделом 11 договора, соответственно, ответчик, допуская указные действия знал о возможных гражданско-правовых последствиях этого. Доказательств виновных действий (бездействий) именно истца ответчиком не представлено.

Таким образом, вместо продолжения добросовестного сотрудничества и открытия 4-й студии в рамках действующего Договора Ответчик предпочел открыть студию от имени аффилированного лица, прекратить действие Договора и незаконно использовать ноу-хау Истца. Более того, Ответчик намеренно продолжил вести конкурирующую деятельность, понимая, что извлекает выгоду из своего незаконного поведения и что наносит тем самым вред репутации сети LaserLove.

В ответе ИП ФИО1 от 24.07.2020 на требование об уплате штрафа и уведомление о расторжение договора Ответчик ясно выразил волю на прекращение договорных отношений, в то же время деятельность всех трех студий, открытых по Договору, (а значит, и использование ноу-хау Истца) была продолжена, равно как и деятельность студии, открытой от имени аффилированного лица - ИП ФИО2 Ответчик извлек выгоду из своего незаконного поведения, уклонившись таким образом от уплаты Роялти, Маркетинговых платежей и Паушальных взносов.

Заключив Договор с Истцом, получил доступ к профессиональным наработкам Истца в сфере деятельности студий лазерной эпиляции (ноу-хау), предприниматель не желая нести согласованные сторонами траты на использование товарного знака и ноу-хау Истца (роялти), принял решение открыть следующую студию не в рамках договора, прекратив договорные отношения с Истцом.

Суд полагает, что в данном конкретном случае необоснованное уменьшение штрафа с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам и вызывать крайне негативные макроэкономические последствия.

Неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими благами. Никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Вопреки доводам ответчика, в рассматриваемом случае снижение штрафа, освободит неисправного должника (ответчика) от негативных последствий, что, в свою очередь, приведет к утрате значения ограничения конкурирующей деятельности после прекращения договора, к утрате института защиты интеллектуальных прав.

Следует отметить, что согласно статье 1515 ГК РФ Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Во всех договорах коммерческой концессии с действующими партнерами истцом изменен порядок оплаты роялти с июня 2020. Обновленный размер роялти предполагает оплату от 10 000 до 40 000 рублей за каждую студию в зависимости от выручки Паушальный взнос за открытие одной новой студии в настоящий момент составляет 400000 рублей.

Учитывая, что нарушение имело место после прекращения действия Договора, для правомерного открытия четырех студий в настоящий момент Ответчик должен был бы оплатить Истцу паушальный взнос за открытие четырех студий в размере 1 600 000 рублей.

Далее правомерное использование товарного знака требовало бы оплаты роялти в размере от 40 000 до 160 000 рублей ежемесячно за четыре студии.

Следовательно, для правомерного использования товарного знака в трех студиях после прекращения действия Договора Ответчик должен был заключить новый договор коммерческой концессии, согласно которому за период с августа 2020 по август 2022 было бы оплачено: от 2 070 000 руб. (минимальная величина Роялти + минимальная величина Маркетинговых платежей + Паушальные взносы), до 2 820 000 (максимальная величина Роялти + максимальная величина Маркетинговых платежей + Паушальные взносы).

Таким образом, предусмотренный законодательством механизм защиты прав владельцев товарных знаков (ст. 1515 ГК РФ) предполагает ответственность в размере от 4 140 000 до 5 640 000 рублей, в то время как сумма штрафа значительно ниже, что исключает ее несоразмерность.

Реализация кредитором основанного на договоре права на взыскание штрафа, размер которого согласован участниками договора, не может быть признана злоупотреблением правом, влекущим применение последствий, предусмотренных статьей 10 ГК РФ.

Явной несоразмерности заявленного истцом штрафа, применительно к конкретной ситуации, судом не установлено, следовательно, основания для применения статьи 333 ГК РФ отсутствуют.

В силу статьи 110 АПК РФ и с учетом принятого решения расходы по оплате государственной пошлины по первоначальному иску относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям (цена иска 2000000 руб., размер государственной пошлины составляет 33000 руб., удовлетворены требования частично в размере 1000000 руб., соответственно 50 %).

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики

РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>):

в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЛазерЛов», г. Ижевск (ОГРН <***>, ИНН <***>) 1000000 руб. штрафа за продолжение пользователем конкурирующей деятельности, а также 6500 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины;

в доход федерального бюджета 10000 руб. государственной пошлины.



Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд г. Пермь в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.



Судья Н.М. Морозова