Решение от 22 ноября 2018 г. по делу № А53-3806/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-3806/17
22 ноября 2018 г.
г. Ростов-на-Дону


Резолютивная часть решения объявлена 20 ноября 2018 г.

Полный текст решения изготовлен 22 ноября 2018 г.

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи З.П. Бутенко

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела № А53-3806/2017

по исковому заявлению Частной компании с ограниченной ответственностью Атрикс Б.В. в интересах Общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ»

к ответчикам: публичному акционерному обществу «Мечел» (ОГРН <***>); обществу с ограниченной ответственностью «Мечел-Энерго» (ОГРН <***>); обществу с ограниченной ответственностью «НК Инвест» (ОГРН <***>)

о признании недействительным договора и взыскании убытков,

3-е лицо: временный управляющий ФИО3

при участии:

от истца: представитель не явился,

от ПАО «Мечел»: представитель ФИО4 по доверенности от 11.05.2018

от ООО «Мечел-Энерго»: представитель ФИО4 по доверенности от 30.03.2018

от ООО «НК Инвест»: представитель ФИО5 по доверенности от 05.02.2018г.

установил:

Частная компания с ограниченной ответственностью Атрикс Б.В. в интересах Общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» обратилась в арбитражный суд с иском к Публичному акционерному обществу «Мечел, обществу с ограниченной ответственностью «Мечел-Энерго», обществу с ограниченной ответственностью «НК Инвест». Требования заявлены о признании недействительным договора энергоснабжения № 74-э-0138 от 02.11.2009г., заключенному между ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ» и ООО «Мечел-Энерго» и применении последствий недействительности сделки, а также о взыскании солидарно с ООО «Мечел-Энерго», ООО «НК Инвест» и ПАО «Мечел» в пользу ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ» 95 150 126, 43 руб. убытков.

Определением суда от 24.10.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требования относительно предмета спора, привлечен временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» - ФИО3.

Истец и временный управляющий явку представителя в судебное заседание не обеспечили, пояснения по делу не представили.

Ответчики возражали против удовлетворения иска по основаниям, изложенным в отзыве.

Представитель ПАО «Мечел» поддержал ранее заявленное ходатайство о прекращении производства по делу в части требования о признании недействительным договора энергоснабжения от 02.11.2009 № 74-Э-0138 и применении последствий недействительности сделки.

Рассмотрев заявленное ходатайство о прекращении производства по делу, суд считает его неподлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.

Из приведенной нормы права следует, что тождественность исков определяется идентичностью субъектного состава спорящих сторон, а также предмета и основания исковых требований.

Данная норма права, как разъяснено в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 25.02.2010 N 236-О-О, предусматривает возможность прекращения производства по делу в случаях, когда право на судебную защиту (право на судебное рассмотрение спора) было осуществлено в состоявшемся ранее судебном процессе.

Названная норма права направлена на пресечение рассмотрения судами тождественных исков (между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям).

Следовательно, для применения названного основания (пункт 2 части 1 статьи 150 АПК РФ) суду необходимо установить тождество исков по уже рассмотренному делу и делу, рассматриваемому арбитражным судом.

Тождество исков устанавливается путем сопоставления элементов иска (предмета и основания) и спорящих сторон.

Как установлено судом, основанием заявленных требований в настоящем иске являются совершение ответчиками как аффилированными и взаимосвязанными структурами действий по причинению истцу убытков, т.е. корпоративные основания. Основанием заявленных требований к обществу с ограниченной ответственностью «НК Инвест», кроме того, что оно входит в структуру холдинга «Мечел», является также и то обстоятельство, что ООО «НК Инвест» осуществлял функции единоличного исполнительного органа общества ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ» и именно им был заключен оспариваемый договор. Истец считает, что ответчики навязали ООО «РЭМЗ» в оспариваемом договоре такие условия, которые не соответствовали как рыночной стоимости цены на сбытовую надбавку, так и стоимости этой услуги, которую предлагал ООО «Мечел-Энерго» другим потребителям. В результате, истец переплатил 95 150 126, 43 руб. сбытовой надбавки, которые просит взыскать с ответчиков как последствия недействительной сделки.

В рамках дела №А53-12188/16 истцом был заявлен встречный иск к обществу с ограниченной ответственностью «Мечел-Энерго» о признании недействительным (ничтожным) договора энергоснабжения от 02.11.2009 № 74-Э-0138 в части включенной в состав стоимости электроэнергии в приложении № 7 к договору сбытовой надбавки в размере 0,04602 рубля за кВтч и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания 95 150 126 рублей 43 копеек неосновательного обогащения и 10 538 722 рублей 14 копеек процентов за незаконное пользование чужими денежными средствами

(уточненные требования). В обоснование встречного иска завод указал, что дополнительным соглашением к договору от 28.11.2014 сбытовая надбавка уменьшена до 0,00398 рубля за кВтч, то есть в 12,6 раз. Первоначально установленная договором сбытовая надбавка была явно завышенной и не соответствовала среднерыночным ценам, при том, что все иные компоненты формулы цены нормативно регулируются и не могут быть изменены соглашением сторон. За период действия договора переплата сбытовой надбавки составила взыскиваемую сумму, которая является неосновательным обогащением.

В рамках дела №А53-4/2017 истцом заявлен иск к обществу с ограниченной ответственностью «УК «Мечел-Сталь» ( далее- ООО «УК «Мечел-Сталь»), обществу с ограниченной ответственностью «УК Мечел-Майнинг» (далее- ООО «УК Мечел-Майнинг»), обществу с ограниченной ответственностью «НК Инвест» (далее- ООО «НК Инвест») о взыскании в солидарном порядке в пользу ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ» ( далее - ООО РЭМЗ, общество) 5 085 057 608,91 руб.; о взыскании в солидарном порядке с ПАО «Мечел», ООО «УК «Мечел-Сталь», ООО «УК Мечел-Майнинг», ФИО6 7 649 235 936,90 руб. убытков. В обоснование предъявленных требований, истец указал, что в период деятельности управляющей компании ООО "НК Инвест" (с 07.10.2009 по 20.02.2012) и генерального директора ООО "РЭМЗ" ФИО7 (с 20.02.2012 по 20.02.2014) ООО "РЭМЗ" причинены убытки, выразившиеся в разнице цены приобретаемой продукции - сырья (металлолома) (по завышенной цене) и реализованной готовой продукции (по заниженной цене). Также истец полагает, что реализация продукции ООО "РЭМЗ" по явно заниженной цене, а приобретение сырья по явно завышенной цене произошло вследствие управления ответчиками ООО "Управляющая компания Мечел-Сталь", ПАО "Мечел", ООО "УК Мечел-Майнинг", указаниями которых руководствовались работники ООО "РЭМЗ" при осуществлении хозяйственной и иной деятельности.

С учетом изложенного, основания и предмет спора, субъектный состав в делах №А53-3806/2017, №А53-12188/2016, №А53-4/2017 не совпадают, в связи с чем, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении ходатайства ответчика о прекращении производства по делу в части требования о признании недействительным договора энергоснабжения от 02.11.2009 № 74-Э-0138 и применении последствий недействительности сделки.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения представителей ответчиков, суд установил следующее.

Как следует из искового заявления, между ООО «Мечел-Энерго» и ООО «РЭМЗ» заключен договор энергоснабжения №74-Э-0138 от 02.11.2009, в соответствии с условиями которого поставщик обязался поставлять, а покупатель - принимать и оплачивать поставленную электроэнергию.

От имени ООО «РЭМЗ» договор заключен управляющим директором ФИО8, действующим на основании генеральной доверенности от 07.10.2009. ФИО8 являлся сотрудником ООО «НК Инвест» (приказ о приеме работника на работу №72-л/с от 07.10.2009).

Решением внеочередного общего собрания ООО «РЭМЗ» №6/10-09 от 06.10.2009 полномочия единоличного исполнительного органа общества передано управляющей организации - ООО «НК Инвест», на основании которого с ООО «РЭМЗ» был заключен договор передачи полномочий исполнительного органа № 12 от 07.10.2009. В соответствии с указанным договором к компетенции ООО «НК Инвест» относились все вопросы текущего руководства деятельности ООО «РЭМЗ», за исключением вопросов, отнесенных в соответствии с законодательством Российской Федерации и уставом ООО «РЭМЗ» к компетенции иных органов управляемой организации. Полномочия единоличного исполнительного органа управляющая компания – ООО «НК Инвест» исполняла с 07.10.2009 по 20.02.2012.

Истец поясняет, что производственная деятельность общества и выход из процедуры банкротства, позволили в дальнейшем заводу заключить ряд договоров как с самим ОАО «Мечел», так и с аффилированными ему структурами. В качестве доказательства вхождения ООО «НК Инвест» в структуру холдинга «Мечел» истец указывает:

1. Контактный телефон руководителя НК Инвест, указанный в выписке из ЕГРЮЛ - 8 495 221 88 88. Он совпадает с контактным телефоном группы "Мечел, указанном на их официальном сайте http://www.mechel.ru

2. Место нахождения НК Инвест - <...>. По данному адресу находятся компании, входящие в группу "Мечел", такие как ООО "Мечел-Сервис", ООО "ЧОП "Мечел-Центр",000 "ТД Мечел", Филиал АО "Углеметбанк" в г. Москве (по данным, содержащимся в официально раскрываемой информации банка, входит в группу «Мечел»). Ранее по этому адресу были зарегистрированы также ООО "Мечел-Транс Авто", ООО "УК Мечел-Транс", ОАО СК "БАСК" (данное лицо - акционер АО «Углеметбанк», основной акционер данного лица, владеющий 93,56% акций - ФИО9, основной бенефициар группы «Мечел»), ООО «Мечел-Инжиниринг), ООО "Мечел-Втормет", ООО "Мечел-БизнесСервис".

Указанные помещения, расположенные по адресу: <...>, арендуются у ООО «Финком-инвест» (ОГРН <***>), чей адрес регистрации и телефон ЕИО, указанные в ЕГРЮЛ, совпадают с адресом и телефоном ПАО «Мечел»: <...> и (495) 221-88-88 соответственно. Директором ООО «Финком-инвест» является ФИО10, в 2014 г. - один из акционеров входящего в группу «Мечел» АО «Углеметбанк».

На торговой площадке группы «Мечел» http://www.b2b-mechel.ru ООО «Финком-инвест» размещает от своего имени заказы на закупку товаров и оказание услуг для административных зданий как по адресу: <...>, так и по адресу: <...>, соединяя, таким образом, в единый хозяйственный организм различные принадлежащие «Мечел» помещения, в которых располагаются компании «Мечела», включая ООО «НК Инвест».

3. Генеральным директором ООО «НК Инвест» является ФИО11, который также является генеральным директором ООО «Салиса» (ОГРН

1127746313045). ООО «Салиса» согласно заключению судебной экспертизы о признаках

преднамеренного банкротства ОАО «Нытва» в деле А50-4833/2014 (стр. 30 заключения) является подконтрольным группе «Мечел».

4. Учредителем ООО НК Инвест с 2008 г. является кипрская компания БЛУМНЭШ

ЛИМИТЕД, чьи интересы в рассматриваемый период представлял ФИО12 по доверенности от 26 августа 2009 г. Д.Б. Клейкий является директором департамента в ПАО "Мечел", работая там в течение многих лет, еще в 2005 г. он являлся членом ревизионной комиссии ОАО "Мечел" согласно данным, размещенным на сервере раскрытия информации http://www.e-disclosure.ru

Так же он являлся директором по правовым вопросам Московского коксогазового завода (официально входит в «Мечел»).

Как указывает истец, ООО «РЭМЗ» имел все основания ожидать от ООО «НК Инвест» оказания услуг, не только отвечающим требованиям по их качеству, но и общим положениям гражданского законодательства о добросовестности.

Напротив, лица, оказывавшие услуги, в действительности действовали исключительно против производственно-коммерческих интересов ООО «РЭМЗ». Для этого общество «НК Инвест», как только был заключен договор на осуществление функций единоличного исполнительного органа общества «РЭМЗ», назначило управляющим директором последнего ФИО8.

Как указано на официальном сайте холдинга «Мечел» (http/www.mechel.m/about/structure), «Группа «Мечел» - вертикально интегрированная компания. ПАО «Мечел» является основным обществом, имеет дочерние и зависимые общества, которые совместно со своими аффилированными лицами образуют холдинг, совместно именуемый также «Мечел»... Управляющая компания горнодобывающего сегмента - «УК Мечел-Майнинг», металлургического - «УК Мечел-Сталь», энергетического - ООО «Мечел-Энерго».

Как общество «НК Инвест», так и сам ФИО8 имеют прямое непосредственное отношение к холдингу Мечел. ФИО8 является давним сотрудником предприятий группы «Мечел», в различные годы, занимая руководящие посты на входящем в группу «Мечел» Белорецком металлургическом комбинате, и иных предприятиях «Мечел», в том числе зарубежных. ООО «РЭМЗ» в холдинг «Мечел» формально никогда не входило, тем не менее, по существу осуществлял предпринимательскую деятельность не в своих интересах, а в интересах структурных подразделений группы «Мечел».

Соответственно, истец полагает, что договор энергоснабжения №74-3-0138 от 02.11.2009 является недействительной сделкой.

В соответствии с приложением №7 к договору от 02.11.2009 г. №74-3-0138 установлена методика расчета стоимости потребленной электроэнергии и мощности.

В соответствии с п. 1.3. данной методики составной частью стоимости потребленной электроэнергии и мощности является стоимость услуг за расчетный период, оказание которых является неотъемлемой частью процесса энергоснабжения.

Одним из компонентов стоимости указанных услуг является сбытовая надбавка Тсбыт - в размере 0,05 руб./кВтч, являющаяся договорной величиной, и установление непомерно завышенной данной надбавки, не соответствующей обычно применяемым ценам энергоснабжающей организацией по указанию ОАО «Мечел» является злоупотреблением правом на свободу договора в соответствующей части.

Дополнительным соглашением к договору от 28 ноября 2014г. сбытовая надбавка уменьшена до 0,00398 руб. кВт/ч, т.е. в 12,6 раз, что свидетельствует о том, что установленная при заключении договора сбытовая надбавка была явно завышенной, очевидно не соответствующей среднерыночным ценам, при том, что все иные компоненты формулы цены нормативно регулируются и не могут быть изменены соглашением сторон.

Так, в общей сложности, за период действия договора ООО «РЭМЗ» уплатило сбытовой надбавки на сумму 104 988 321,27 руб., при этом в состав данной оплаты входит «нормальная» сложившейся в условиях рынка цена - 0,00389 руб. кВт/ч т.е. сумма 9 838 194,84 руб., соответственно, за весь период действия договора переплата сбытовой надбавки составила 95 150 126,43 руб., на которые неосновательно обогатился, и которыми незаконно пользовался ООО «Мечел-Энерго» с момента незаконного получения денежных средств в этой части.

Поскольку в период с 2009г. по 2013 г. полное организационно-правовое регулирование деятельности предприятия, в том числе и установление цен на закупаемое сырье, и реализуемую продукцию производилось руководством группы компаний ОАО «Мечел», к числу которых относится и ООО «Мечел-Энерго», и заключение договора энергоснабжения, включающего сбытовую надбавку было для ООО «РЭМЗ», по мнению истца, вынужденным.

Таким образом, истец утверждает, что поскольку в период с 07.10.2009 по 20.02.2012 полномочия единоличного исполнительного органа общества «РЭМЗ» фактически осуществляло общество «НК Инвест» на основании договора № 12 от 07.10.2009, к компетенции которого относились все вопросы текущего руководства деятельностью общества «РЭМЗ», при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей единоличного исполнительного органа общества «РЭМЗ» общество «НК Инвест» при закупке металлолома по цене выше рыночной его стоимости и реализации готовой продукции ниже ее рыночной стоимости действовало недобросовестно и неразумно, то действия (бездействие) последнего не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Недобросовестные и неразумные действия (бездействие) общества «НК «Инвест» повлекли за собой негативные последствия в виде убытков за счет разницы в цене, а потому общество «НК Инвест» в силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ обязано возместить убытки, причиненные по его вине обществу «РЭМЗ» разницей в цене.

Поскольку ответчик - ПАО «Мечел» в период с 01.10.2009 по 30.06.2013 имел возможность определять решения, принимаемые истцом - ООО «РЭМЗ», последнее в силу прямого указания в п. 1 ст. 105 ГК РФ являлось в этот период дочерним обществом ПАО (ранее ОАО) «Мечел».

Соответственно, ПАО «Мечел», к числу которых относится и ООО «Мечел-Энерго» должно нести ответственность перед обществом «РЭМЗ» за причиненные последнему в период 2010-2013 годы убытки из-за разницы в цене.

Дополнительно истец поясняет, что построение отношений по принципу подчинения общества «РЭМЗ» обществу (ОАО) «Мечел» и выполнения обязательных указаний последнего, в частности, повлияло на заключение спорного договора энергоснабжения на невыгодных для ООО «РЭМЗ» условиях. Причем, ПАО «Мечел» использовало имеющуюся у него через ООО «НК Инвест» возможность определять решения, принимаемые обществом «РЭМЗ», заведомо зная, что вследствие этого общество «РЭМЗ» понесет убытки.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с исковым заявлением о признании недействительным договора энергоснабжения № 74-э-0138 от 02.11.2009г., заключенному между ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ» и ООО «Мечел-Энерго» и применении последствий недействительности сделки, а также о взыскании солидарно с ООО «Мечел-Энерго», ООО «НК Инвест» и ПАО «Мечел» в пользу ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ» 95 150 126 рублей 43 копеек убытков.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в данном Кодексе.

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" требование о признании сделки недействительной как совершенной с нарушением порядка одобрения сделок с заинтересованностью хозяйственного общества подлежит рассмотрению по правилам п. 5 ст. 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон "Об обществах с ограниченной ответственностью") и иных законов о юридических лицах, предусматривающих необходимость одобрения такого рода сделок в установленном данными законами порядке и основания для оспаривания сделок, совершенных с нарушением этого порядка.

Названные нормы являются специальными по отношению к правилам ст. 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу ч. 1 ст. 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

С 01.01.2017 в правовое регулирование крупных сделок были внесены изменения, связанные со вступлением в силу Федерального закона от 03.07.2016 N 343-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "Об акционерных обществах" и Федеральный закон "Об обществах с ограниченной ответственностью" в части регулирования крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность.

В настоящем споре договор заключен 02.11.2009, то есть до вступления в силу указанных изменений, поэтому к спорным правоотношениям применима старая редакция ст. 45, 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

В соответствии с п. 3 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена решением общего собрания участников общества. Решение об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием участников общества большинством голосов от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в совершении такой сделки.

Согласно п. 5 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью крупная сделка, совершенная с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника.

Вместе с тем, в силу п. 5 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, суд отказывает в удовлетворении требований о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных статьей требований к ней, недействительной, если не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или участнику общества, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них.

Согласно п. 1 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью крупной сделкой является сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки. Крупными сделками не признаются сделки, совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, а также сделки, совершение которых обязательно для общества в соответствии с федеральными законами и (или) иными правовыми актами Российской Федерации и расчеты по которым производятся по ценам, определенным в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, или по ценам и тарифам, установленным уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Реализация права участника общества на признание недействительной сделки, заключенной этим обществом с нарушением п. 3 ст. 45 и п. 3 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, может быть осуществлена только при представлении доказательств, подтверждающих нарушение прав и законных интересов этого участника и при условии, что целью предъявляемого иска является восстановление этих прав и интересов.

При этом исследуется, какие цели преследовали стороны при совершении сделки, отвечающей признакам сделки крупной сделки и сделки с заинтересованностью, было ли у них намерение таким образом ущемить интересы участников, повлекла ли эта сделка убытки для общества, не являлось ли ее совершение способом предотвращения еще больших убытков для общества.

В силу п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее: 1) наличие признаков, по которым сделка признается сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки; 2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них. В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Требование о признании договора энергоснабжения от 02.11.2009 г. № 74-Э-0138 (далее - «Договор»), заключенного между ООО «РЭМЗ» и ООО «Мечел-Энерго», недействительным, заявлено истцом по двум основаниям:

- Договор является сделкой с заинтересованностью, совершенной без необходимого согласия единственного участника Истца - ФИО2 (нарушение положений ст. 173.1 ГК РФ, а также ст. 45 ФЗ «Об ООО»);

- Договор является недействительной сделкой в силу того, что был заключен в ущерб интересам юридического лица между аффилированными лицами (нарушение п. 2 ст. 174 ГК РФ).

Вместе с тем, ответчиками при рассмотрении дела заявлено о пропуске ФИО2 срока исковой давности по требованию о признании договора энергоснабжения недействительным.

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 г. № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» иски о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности могут предъявляться в течение срока, установленного в ч. 2 ст. 181 ГК РФ для оспоримых сделок. Срок для оспаривания такой сделки в силу положений п. 2 ст. 181 ГК РФ когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Так, истец утверждает, что Договор приносил убытки ООО «РЭМЗ» с даты его заключения. Договор был подписан сторонами 02.11.2009 года, в соответствии с п. 10.1 он считается заключенным с 00 часов Московского времени 01.01.2011 года. При этом, ФИО2 является единственным участником ООО «РЭМЗ» с 31.10.2010 г., что не оспаривается истцом.

В соответствии п. 1 ст. 8 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участник общества имеет право получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами, а также иной документацией в установленном его учредительными документами порядке.

В соответствии с обзором судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19 октября 2016 г.:

«Предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из предоставленных участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом)».

Таким образом, ФИО2, будучи единственным участником ООО «РЭМЗ» в период с 31.10.2010 г. по настоящее время, имело возможность контролировать финансовую отчетность ООО «РЭМЗ», имело доступ к бухгалтерской отчетности ООО «РЭМЗ», а, следовательно, знало и должно было знать о заключении Договора, как минимум, с 01.01.2011 г.

Вместе с тем, в соответствии с официальным штампом Арбитражного суда Ростовской области исковое заявление ФИО2 по настоящему делу поступило в Арбитражный суд Ростовской области 15 февраля 2017 года, то есть по истечении срока исковой давности.

В соответствии с п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ).

На основании вышеизложенного, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о признании договора энергоснабжения недействительным в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

К аналогичному выводу пришел арбитражный суд в постановлении от 03.09.2018 по делу № А53-12188/16:

«При таких обстоятельствах, утверждения ЧКОО ФИО2 о том, что единственный участник ООО «РЭМЗ» в период с 2010 по 2011 годы утратил право фактического контроля административно-хозяйственной и финансово-экономической деятельности ООО «РЭМЗ», признаются апелляционным судом несостоятельными, поскольку представленные в материалы дела документы свидетельствуют о том, что ЧКОО ФИО2 не только знала о совершаемых ООО «РЭМЗ» финансово-экономических операциях, но и участвовала в назначении аудиторских проверок и выборе аудиторских организаций. Ибрагимулы Болат, будучи директором ЧКОО ФИО2 и представляя интересы ЧКОО ФИО2 при управлении ООО «РЭМЗ», не мог не знать о совершаемых ООО «РЭМЗ» сделках в исследуемый период.

Принимая во внимание то обстоятельство, что деятельность ООО «РЭМЗ» по изготовлению продукции основана на использовании технологического оборудования, то, что электроэнергия является основополагающим элементом функционирования всего предприятия, то, что ЧКОО ФИО2 обладала неограниченным контролем над ООО «РЭМЗ», правом доступа к финансовой отчетности предприятия, а также представительством в совете директоров ООО «РЭМЗ», апелляционный суд полагает, что компания знала и должна была знать о совершении ООО «РЭМЗ» сделок, направленных на обеспечение предприятия электроэнергией, начиная с 09.08.2010».

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

При рассмотрении настоящего дела в арбитражном суде факты, установленные Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом, истцом не опровергнуты, что также является основанием для отказа в удовлетворении иска в рассматриваемой части.

Кроме того, в период с 01.01.2011 г. по настоящее время договор исполнялся ООО «РЭМЗ» без заявления каких-либо возражений относительно условий его исполнения: ООО «РЭМЗ» стабильно подписывал акты приема-передачи энергоресурсов без каких-либо разногласий.

В силу абз. 4 ч. 2 ст. 166 ГК РФ сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В соответствии п. 72 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки.

В соответствии с ч. 5 ст. 166 ГК Р, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо, действует недобросовестно, в том числе, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (эстоппель).

Фактически, данная норма направлена на укрепление достигнутых между сторонами соглашений и преследует своей целью пресечение недобросовестности в поведении стороны, намеревающейся изначально принять исполнение и, зная о наличии оснований для ее оспаривания, впоследствии заявить возражения об условиях исполнения сделки (запрет на противоречивое поведение). Подобный подход нашел широкое отражение в судебной практике .

Более того, в течение срока действия договора энергоснабжения между ООО «МЕЧЕЛ-ЭНЕРГО» и ООО «РЭМЗ» был заключен ряд дополнительных соглашений, изменяющий условия договора энергоснабжения на взаимовыгодных для сторон условиях.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что действия ООО «РЭМЗ» по оспариванию действительности договора энергосбережения с 2017 года являются ни чем иным, как злоупотреблением правом.

При этом довода о том, что договор является недействительной сделкой в силу того, что был заключен в ущерб интересам юридического лица между аффилированными лицами (нарушение п. 2 ст. 174 ГК РФ), не нашел своего подтверждения при рассмотрении настоящего дела.

В отношении требования истца о взыскании в солидарном порядке убытков, суд считает необходимым указать следующее.

В соответствии с расчетом, представленным истцом к исковому заявлению, размер причиненных ООО «РЭМЗ» убытков вследствие исполнения Договора составил 95 150 126, 43 рублей.

Согласно представленному расчету заявленные к взысканию убытки ООО РЭМЗ» были рассчитаны в период с января 2011 года по октябрь 2015 года.

При этом истец отмечает, что убытки в заявленном размере образовались за счет установления ООО «Мечел-Энерго» в договоре энергоснабжения завышенной ставки сбытовой надбавки в размере 0,05 руб./кВтч, существенно превышающей средние рыночные ставки сбытовых надбавок, установленных на рынке энергоснабжения в Ростовской области.

По мнению истца, чрезмерность ставки сбытовой надбавки в размере 0,05 руб./кВтч, установленной в договоре энергоснабжения, подтверждается действиями ООО «Мечел-Энерго», которое понизило соответствующую ставку в 2015 году до уровня 0,00398 руб./кВтч., тем самым признав ее завышенность и несоответствие средним рыночным ценам в период с 2011 по 2014 годы.

В силу пунктов 1, 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

Присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

По смыслу пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", если обязательство возникло на основании договора присоединения и условие такого договора содержит явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она, исходя из своих разумно понимаемых интересов, не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора, к указанному договору подлежит применению пункт 2 статьи 428 ГК РФ.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах" (далее - Постановление № 16) при рассмотрении споров, возникающих из договоров, включая те, исполнение которых связано с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, судам следует принимать во внимание следующее.

В тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации или о ничтожности таких условий по статье 169 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела. Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д. (пункт 10 Постановления N 16).

Таким образом, для применения названных положений следует установить совокупность обстоятельств, а именно то, что условия договора являлись явно обременительными для контрагента и существенным образом нарушающими баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а также то обстоятельство, что контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора).

В приложении № 7 к договору электроснабжения № 74-Э-0138 от 02.11.2009 сторонами согласована сбытовая надбавка Т-сбыт в размере 0,05 руб./кВт.

В силу части 2 статьи 40 Федерального закона «Об электроэнергетике» цены (тарифы) на электрическую энергию (мощность), поставляемую с 01.01.2011 потребителям электрической энергии энергосбытовыми организациями, не являющимися гарантирующими поставщиками, являются свободными, складываются под воздействием спроса и предложения и не подлежат государственному регулированию.

Стоимость электрической энергии (мощности) по договору энергоснабжения включает стоимость объема покупки электрической энергии (мощности), стоимость услуг по передаче электрической энергии, сбытовую надбавку, а также стоимость иных услуг, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителям (абз. 2 п. 78 Основных положений № 442).

При рассмотрении дела №А53-12188/2016 Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд исследовав вопрос о недействительности договора энергоснабжения от 02.11.2009 № 74-Э-0168 в части размера сбытовой надбавки пришел к следующим выводам:

«Завод не относится к категории «население» и приравненным к нему категориям, а, следовательно, на него распространяются сбытовые надбавки, добровольно согласованные сторонами договора под воздействием спроса и предложения.

Доказательств того, что завод хотел приобретать энергию в спорный период от иных поставщиков по иной (меньшей) цене в дело не представлено, в связи с чем довод о злоупотреблении правом со стороны ООО "Мечел-Энерго" подлежит отклонению.

Заявляя о явной обременительности условия договора о сбытовой надбавке (Т-сбыт 0,05 руб./кВч) завод не представил доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении договора он был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания спорного условия, и, что заключение соглашения в предложенной истцом редакции являлось для него вынужденным (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В материалах дела отсутствуют доказательства доминирующего положения общества "Мечел-Энерго" в процессе определения условий договора и, соответственно, наличия в настоящем случае оснований для применения разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данных в Постановлении от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах".

При равенстве влияния сторон на определение условий заключаемого договора и одинаковом профессионализме сторон как участников гражданского оборота оснований для несоблюдения согласованного сторонами условия приложения № 7 к договору электроснабжения № 74-Э-0138 от 02.11.2009 о сбытовой надбавке Т-сбыт в размере 0,05 руб./кВт не имеется.

Также апелляционный суд по делу №А53-12188/2016 указал, что с целью проверки довода завода о навязывании ему именно убыточного условия договора о размере сбытовой надбавки судом апелляционной инстанции определением от 12.03.2018 была назначена экспертиза, проведение которой поручено экспертам Федерального государственного бюджетного учреждения «Российское энергетическое агентство» Министерства энергетики Российской Федерации ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16.

На разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:

1) соответствует ли сбытовая надбавка в размере 0,05 руб./кВтч, установленная в приложении № 7 к договору энергоснабжения от 02.11.2009 № 74-Э-0168, заключенному между ООО «Мечел-Энерго» и ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ», сбытовым надбавкам для независимых энергосбытовых организаций, используемым при поставке электроэнергии покупателям в Ростовской области в 2009 году?

2) является ли сбытовая надбавка в размере 0,05 руб./Квтч, установленная в приложении № 7 к договору энергоснабжения от 02.11.2009 № 74-Э-0168, заключенному между ООО «Мечел-Энерго» и ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ», экономически обоснованной сбытовой надбавкой?

3) с учетом ответа на второй вопрос определить величину экономически обоснованной сбытовой надбавки по состоянию на ноябрь 2009 года для расчетов между ООО «Мечел-Энерго» и ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ».

Согласно выводам, изложенным в экспертном заключении, составленном экспертами Федерального государственного бюджетного учреждения «Российское энергетическое агентство» Министерства энергетики Российской Федерации:

1) с учетом методологии, принятой для определения экономической обоснованности величины сбытовой надбавки для независимой энергосбытовой организации (см. раздел 2.3 заключения), и результатов расчетов, полученных в разделах 2.5.1 и 2.5.2 заключения, сбытовая надбавка в размере 0,05 руб./кВт*ч, установленная в приложении № 7 к договору энергоснабжения от 02.11.2009 № 74-Э-0168, заключенному между ООО «Мечел-Энерго» и ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ», соответствует расчетному рыночному диапазону значений сбытовых надбавок для независимых энергосбытовых организаций, используемым при поставке электроэнергии покупателям в Ростовской области и соответствует сбытовым надбавкам для независимых энергосбытовых организаций, используемых при поставке электроэнергии покупателям в Ростовской области в 2009 году.

2) с учетом методологии, принятой для определения экономической обоснованности величины сбытовой надбавки для независимой энергосбытовой организации (см. раздел 2.3 заключения), и результатов, полученных в разделах 2.5.1 и 2.5.2 заключения, сбытовая надбавка в размере 0,05 руб./кВт -ч, установленная в приложении № 7 к договору энергоснабжения от 02.11.2009 № 74-Э-0168, заключенному между ООО «Мечел-Энерго» и ООО «Ростовский электрометаллургический заводь», входит в диапазон значений расчетных рыночных сбытовых надбавок для независимых энергосбытовых организаций, действовавших на территории Ростовской области и в регионах Южного федерального округа, причем в 2009-2014 годы находится ближе к минимальной границе диапазона и, следовательно, является экономически обоснованной сбытовой надбавкой.

3) с учетом методологии, принятой для определения экономической обоснованности величины сбытовой надбавки для независимой энергосбытовой организации (см. раздел 2.3 заключения), и результатов, полученных в разделах 2.5.1 и 2.5.2 заключения сбытовая надбавка в размере 0,05 руб./кВт-ч, установленная в приложении № 7 к договору энергоснабжения от 02.11.2009 № 74-Э-0168, заключенному между ООО «Мечел-Энерго» и ООО «Ростовский электрометаллургический заводь», входит в диапазон значений расчетных рыночных сбытовых надбавок для независимых энергосбытовых организаций, действовавших на территории Ростовской области и в регионах Южного федерального округа, и ее величина находится в пределах рыночного диапазона значений сбытовых надбавок для независимых энергосбытовых организаций, установленного в разделах 2.5.1 и 2.5.2 заключения, и, следовательно, является экономически обоснованной величиной сбытовой надбавки.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе экспертное заключение, составленное экспертами Федерального государственного бюджетного учреждения «Российское энергетическое агентство» Министерства энергетики Российской Федерации, апелляционный суд пришел к выводу, что обременительный характер спорного условия договора энергоснабжения от 02.11.2009 № 74-Э-0168 ООО "РЭМЗ" не подтвержден.

Исходя из изложенного, принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств явного неравенства возможностей сторон, обременительности (убыточности) спорного условия договора энергоснабжения от 02.11.2009 № 74-Э0168, а также то, что заключение договора для завода не являлось обязательным, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии признаков, указанных в статье 428 Гражданского кодекса Российской Федерации, позволяющих применить данную норму к спорным отношениям сторон.

Аргументы завода и ЧКОО «Атрикс» указанные выводы не опровергают. Тот факт, что ООО «РЭМЗ» не имело возможности отказаться от заключения договора из материалов дела не следует.

Между тем, поскольку ООО "РЭМЗ" не доказало совокупность обстоятельств, а именно того, что условие договора о сбытовой надбавке являлось для него явно обременительным и существенным образом нарушило баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а также того, что завод был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания спорного условия договора (то есть оказался слабой стороной договора), постольку оснований для признания договора энергоснабжения от 02.11.2009 № 74-Э-0168 в части включенной в состав стоимости электроэнергии установленной в приложении № 7 к договору сбытовой надбавки Тсбыт - в размере 0,04602 руб./кВтч недействительным и применения последствия недействительности сделки, у суда первой инстанции не имелось».

Кроме того, согласно с ч. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества, а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как многократно указывал в своих постановлениях Верховный Суд РФ, необходимым условием для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, в виде возмещения убытков, является совокупность следующих обстоятельств:

- факт наступления вреда;

- размер причиненного вреда;

- противоправность поведения причинителя вреда и его вину;

-причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Без установления какого-либо из вышеперечисленных обстоятельств, факт причинения вреда нельзя считать доказанным.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - «Постановление Пленума ВАС РФ № 62») негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Указанный подход ВАС РФ нашел свое продолжение в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее -«Постановление Пленума ВС РФ № 25») согласно которому следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Истцом не представлено доказательств причинения ущерба ООО «РЭМЗ» и его размера (Факт наступления вреда и размер причиненного вреда).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума ВС РФ № 25 по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В соответствии с п. 6 Постановление Пленума ВАС РФ № 62 по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков.

Таким образом, бремя доказывания факта наступления вреда по настоящему делу лежит на истце - ФИО2

Истец не представил доказательств чрезмерности ставки сбытовой надбавки, а также ее несоответствия средним рыночным ценам, установленным на рынке энергоснабжения.

Обосновывая чрезмерность применяемой по согласованию сторон договора энергоснабжения ставки сбытовой надбавки в размере 0,05 руб./кВтч, Истец указывает на несоответствие среднерыночных цен, установленных иными энергоснабжающими организациями на рынке энергоснабжения в период с 2011 по 2014 годы.

Единственным доводом Истца о завышении ставки сбытовой надбавки является то, что размер ставки сбытовой надбавки в 2015 году был снижен до 0,00398 руб./кВтч.

Однако, добровольное соглашение сторон о снижении ставки не является доказательством ее несоответствия среднерыночным ценам.

Законодатель возложил на Истца бремя доказывания того, что в указанный период средняя ставка сбытовой надбавки, предлагаемая иными энергоснабжающими компаниями, была ниже ставки в размере 0,05 руб./кВтч.

Кроме того, при рассмотрении дела истцом не доказана противоправность и/или недобросовестность действий ООО «НК Инвест» в период осуществления полномочий единоличного исполнительного органа (противоправность поведения причинителя вреда и его вина). Как и не доказаны обстоятельства для применения к ПАО «Мечел» и ООО «Мечел-Энерго» ответственности в виде убытков.

Истцом не было представлено всей совокупности доказательств о причинении ООО «НК Инвест», ООО «Мечел-Энерго» убытков обществу, при этом те доказательства, которые были представлены, не позволяют суду прийти к бесспорному выводу о факте причинения ущерба именно ответчиками.

В этой связи, оснований для удовлетворения иска не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску подлежат отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 110, 169-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, а также в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу через суд, вынесший решение.

СудьяЗ.П. Бутенко