Решение от 12 июня 2024 г. по делу № А45-24987/2023

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  НОВОСИБИРСКОЙ  ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-24987/2023
г. Новосибирск
13 июня 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 04 июня 2024 года.

Решение изготовлено в полном объеме 13 июня 2024 года.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи ФИО1, при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Шишкиной С.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Зингер СПб», г. Санкт-Петербург (ИНН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2,          г. Новосибирск (ИНН <***>)

о взыскании компенсации в размере 50 000 рублей,

при участии в судебном заседании  представителей:

истца: не явился, извещен,

ответчика: ФИО3 (онлайн), доверенность от 25.09.2023, удостоверение адвоката № 1452 от 14.07.2010,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Зингер Спб" (далее по тексту – истец, ООО "Зингер Спб") обратилось с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее по тексту – ответчик, ИП ФИО2) о взыскании компенсации в размере 62 500 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060, расходов по оплате государственной пошлины в размере 2000 рублей и судебных издержек, состоящих из стоимости товара в размере 220 рублей, почтовых расходов в размере 120 рублей, 200 рублей за получение выписки из ЕГРИП.

Истец в судебное заседание не явился.

Ответчик в судебном заседании и представленном отзыве исковые требования в заявленном виде не признал, факт нарушения исключительных прав истца не оспаривал, указал на несоблюдение истцом досудебного порядка урегулирования спора, просил суд привлечь его к ответственности, взыскав 20 000 рублей компенсации, исходя из правил пп. 1 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истец считается извещенным надлежащим образом, и суд считает возможным разрешить спор в его отсутствие на основании пункта 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В обоснование заявленных исковых требований истец ссылается на следующие обстоятельства.

19.05.2022 года в торговой точке, расположенной по адресу: <...> СуперЭконом, с целью извлечения прибыли осуществлялась реализация товаров (педикюрные наборы, 2 шт.), на упаковке которых имеются изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 266060 (Класс МКТУ 08), так же предлагалась к продаже аналогичная продукция.

Факт реализации указанной продукции подтверждается кассовыми чеками от 19.05.2022, видеосъёмкой, произведенной в порядке ст.ст. 12, 14 ГК РФ в целях самозащиты гражданских прав, спорными товарами.

На спорных товарах и их упаковках содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком №266060.

Указанный товарный знак зарегистрирован в отношении товаров, указанных, в том числе в 8 классе Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).

Спорный товар классифицируется как «наборы педикюрных инструментов» и относится к 8 классу МКТУ.

Исключительные права на данный товарный знак принадлежат ООО «Зингер Спб» и ответчику не передавались.

В связи с выявленным фактом нарушения исключительных прав истцом в порядке досудебного урегулирования спора ответчику была направлена претензия, которая была оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

В представленном отзыве на исковое заявление ответчик указал на то, что истцом не был соблюден досудебный порядок урегулирования спора.

Довод ответчика о нарушении истцом досудебного порядка урегулирования спора судом отклоняется по следующим основаниям.

В силу пункта 5.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае, если правообладатель и нарушитель исключительного права являются юридическими лицами и (или) индивидуальными предпринимателями и спор подлежит рассмотрению в арбитражном суде, до предъявления иска о возмещении убытков или выплате компенсации обязательно предъявление правообладателем претензии.

Под претензией следует понимать требование заинтересованного лица, направленное непосредственно контрагенту, об урегулировании спора между ними путем добровольного применения способа защиты нарушенного права, предусмотренного законодательством.

При этом несоблюдение досудебного (претензионного) порядка урегулирования спора, предусмотренного частью 5 статьи 4 АПК РФ, не является безусловным основанием для оставления искового заявления без рассмотрения на основании пункта 2 части 1 статьи 148 АПК РФ.

Претензионный порядок не должен являться препятствием для защиты лицом своих нарушенных прав в судебном порядке, в связи с чем при решении вопроса о возможности оставления иска без рассмотрения суду, исходя из указанных выше целей претензионного порядка, необходимо учитывать перспективы возможного досудебного урегулирования спора.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 148 АПК РФ арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения в случае установления после принятия его к производству, что истцом не соблюден претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора с ответчиком, если это предусмотрено федеральным законом или договором.

Суд учитывает позицию Верховного суда Российской Федерации, указанную в Определении от 23.07.2015 № 306-ЭС15-1364, согласно которой по смыслу пункта 8 части 2 статьи 125, части 7 статьи 126, пункта 2 части 1 статьи 148 АПК РФ претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав.

Кроме того, суд отмечает, что досудебный претензионный порядок разрешения споров служит целям добровольной реализации гражданско-правовых санкций без обращения за защитой в суд.

Совершение спорящими сторонами указанных действий после нарушения (оспаривания) субъективных прав создает условия для урегулирования возникшей конфликтной ситуации еще на стадии формирования спора, то есть стороны могут ликвидировать зарождающийся спор, согласовав между собой все спорные моменты, вследствие чего не возникает необходимость в судебном разрешении данного спора.

При отсутствии в поведении ответчика намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке, правовые основания для оставления иска без рассмотрения отсутствуют, поскольку это приведет к необоснованному затягиванию разрешения спора и ущемлению прав одной из его сторон (пункт 4 раздела II «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации», утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2015).

По смыслу приведенных разъяснений, оставляя исковое заявление без рассмотрения ввиду несоблюдения претензионного порядка урегулирования спора, суд должен исходить из реальной возможности погашения конфликта между сторонами при наличии воли сторон к совершению соответствующих действий, направленных на разрешение спора, так как претензионный порядок не должен являться препятствием для защиты лицом своих нарушенных прав в судебном порядке.

Оставление иска без рассмотрения по формальным основаниям при том, что ответчик возражает по существу заявленных требований и его позиция не направлена на досудебное урегулирование спора, не отвечает задачам судопроизводства.

На основании статьей 9 и 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, и должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Доводы ответчика о том, что истцом в его адрес претензия не направлялась, что послужило препятствием к урегулированию спора во внесудебном порядке, судом отклоняется как необоснованный, поскольку в материалах дела имеется копия досудебной претензии, отправленной по адресу регистрации ответчика, а также копия списка внутренних почтовых отправлений от 21.06.2022 №266, подтверждающего направление претензии в адрес ответчика.

Согласно отчету сайта «Почта России», досудебная претензия поступила в отделение связи по месту регистрации ответчика 27.06.2022 и была выслана обратно отправителю 28.07.2022 в связи с истечением срока хранения.

Довод ответчика о том, что он был лишен возможности урегулировать спор с истцом во внесудебном порядке, судом отклоняется, поскольку суд не единожды откладывал судебное разбирательство с целью представления сторонам времени для проведения мирных переговоров и урегулирования спора посредством заключения мирового соглашения, однако спор сторонами во внесудебном порядке урегулирован не был.

Определив предмет доказывания в рамках настоящего дела, проанализировав доводы истца и ответчика, сопоставив их с нормами действующего законодательства, проверив их обоснованность, арбитражный суд пришел к убеждению о правомерности заявленных исковых требований, при этом суд исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем товарного знака №266060 (в виде словесного обозначения «ZINGER»), что подтверждается свидетельством на товарный знак №266060, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 26.03.2004, срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030.

19.05.2022 в торговой точке, расположенной по адресу:  <...> СуперЭконом, был зафиксирован факт предложения к продаже и реализации от имени ответчика товаров (педикюрные наборы, 2 шт.), на упаковке которых имеются изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 266060.

Истец не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащего ему товарного знака – предложение к продаже и реализацию товаров.

Товары, которые предлагаются к продаже и реализуются ответчиком, не вводились в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца.

Таким образом, ответчиком нарушено исключительное право истца на средство индивидуализации - товарный знак по свидетельству №266060.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Товарный знак служит средством индивидуализации производимых товаров, позволяет покупателю отождествлять маркированный товар с конкретным производителем, вызывает определенное представление о продукции.

Как подтверждается материалами дела, истец является правообладателем  товарного знака, зарегистрированного по свидетельству №266060.

Реализация ответчиком товаров с использованием спорного товарного знака, без получения согласия истца, свидетельствует о нарушении исключительного права истца на товарный знак.

При этом, по смыслу приведенных норм материального права ответственность за незаконное использование товарного знака наступает в том числе за  факт его реализации, независимо от того, кто изначально выпустил продукцию, маркированную спорным изображением, в гражданский оборот.

Ответчик, осуществляя предпринимательскую деятельность, мог и должен был убедиться в законности производства товара, а также удостовериться в наличии у изготовителя товара прав на использование спорных изображений, предоставленных обладателем исключительных прав на товарный знак.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Факт нарушения исключительных прав истца ответчиком в результате продажи без согласия правообладателя товаров, подтверждается материалами дела, а именно:

- видеозаписью реализации товаров в торговой точке ответчика,

- кассовым чеком, содержащим сведения о продавце товара, его ИНН, цене товаров, их наименовании, дате и месте продажи;

- приобретенными товарами (наборы педикюрных инструментов, 2 шт.);

От истца поступило ходатайство о приобщении к материалам дела СD-диска с записью контрольной закупки спорных товаров, чека на приобретение спорных товаров, а также спорных товаров, приобретенных у ответчика – наборы педикюрных инструментов, 2 шт.

Данные вещественные доказательства приобщены к материалам дела в порядке ст. 76 АПК РФ.

Судом обозрены вещественные доказательства, а также просмотрен CD-диск с закупкой спорных товаров.

Согласно статье 64 АПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Согласно статье 89 АПК РФ, иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. К иным документам и материалам относится материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном АПК РФ.

По смыслу статей 12, 14 ГК РФ, части 2 статьи 64 АПК РФ, видеосъемка при фиксации факта распространения контрафактной продукции является допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

В соответствии со статьями 426, 492 и 494 ГК РФ, выставление на продажу спорной продукции свидетельствует о наличии со стороны ответчика публичной оферты, а факт ее продажи подтверждается видеозаписью процесса покупки.

В силу статьи 493 ГК РФ, договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Представленный в материалы дела чек содержит необходимые реквизиты, ИНН предпринимателя, стоимость покупки, отвечает требованиям статей 67 и 68 АПК РФ, следовательно, является достаточным доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

Таким образом, указанные доказательства подтверждают факт реализации ответчиком товаров.

Кроме того, судом произведен осмотр товаров. Внешний вид товаров позволяет сделать вывод о том, что в материалы дела истцом в качестве доказательства представлены именно те товары, которые были приобретены у ответчика.

Следовательно, сами купленные товары, в совокупности с чеком и видеозаписью совершения покупки, также подтверждают факт приобретения у ответчика контрафактных товаров.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела официальные правоудостоверяющие документы, подтверждающие права истца на товарные знаки, а также иные доказательства, суд приходит к выводу о доказанности факта продажи ответчиком товаров, нарушающего исключительные права истца, без заключения договора с правообладателем.

В виде компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060, истец просит взыскать с ответчика 62 500 рублей на основании ч. 2 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса РФ, а именно, в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В обоснование указанного размера компенсации истец ссылался на заключенный с ИП ФИО4 Лицензионный договор (неисключительная лицензия) от 11.08.2021, предоставляющий право на использования на неисключительной основе товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении всех товаров, включенных в 8, 35 классы Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).

Согласно п. 2.1 указанного Договора, за предоставление права использования Товарного знака Лицензиат уплачивает Лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 750 000 рублей.

Указанный Лицензионный договор является действующим, заключен в соответствии с требованиями закона. Во исполнение п. 2 ст. 1235 указанный договор зарегистрирован в установленном порядке.

Лицензиатом – ИП ФИО4, п.2. Лицензионного договора от 11.08.2021 исполняется, что подтверждается платежными поручениями, представленными истцом в материалы дела.

Таким образом, как указывает истец, исходя из стоимости правомерного использования товарного знака по лицензионному договору от 11.08.2021, размер компенсации по товарному знаку № 266060 составляет 62500 рублей, исходя из следующего расчета: 750 000 рублей / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1 способ применения/ 12 месяцев X 2 = 62500 рублей.

Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены способы защиты прав на средства индивидуализации.

Пунктом 3 той же статьи установлено, что для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В силу абзаца 3 статьи 1252 ГК РФ размер компенсации подлежит взысканию за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Выбор способа защиты своего права, в силу закона осуществляется по усмотрению правообладателя соответствующего права. При этом, минимальный размер компенсации исчисляется из расчета 10 000 рублей за каждый факт нарушения.

В разъяснениях, содержащихся в пунктах 43.2, 43.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», указано, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем 2 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В представленном отзыве на исковое заявление ответчик факт нарушения исключительного права истца не оспаривал, однако выразил несогласие с размером заявленной к взысканию компенсации, указав на то, что не знал о контрафактности реализуемого товара, а также обратив внимание суда на стоимость товаров – 220 рублей, что является незначительным размером.

В связи с этим, ответчик просил применить порядок расчета компенсации, предусмотренный пп. 1 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации: от 10 000 рублей до 5 000 000 рублей, соразмерно характеру допущенного им нарушения.

Суд находит указанные доводы ответчика необоснованными и отказывает в применении иного порядка расчета размера компенсации, при этом исходит из следующего.

Определение порядка расчета размера компенсации за нарушение исключительных прав является правом истца, в соответствии с пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснению, данному в п. 61 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

При этом, по смыслу положений пункта 61 Постановления № 10 от 23.04.2019 не требуется определение объема использования прав на объект интеллектуальной собственности между сравниваемым договором, подтверждающим стоимость права использования и объемом нарушения исключительного права на объект интеллектуальной собственности.

Между истцом и ИП ФИО4 Лицензионный договор (неисключительная лицензия) от 11.08.2021, предоставляющий право на использования на неисключительной основе товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении всех товаров, включенных в 8, 35 классы Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).

Согласно п. 2.1 указанного Договора, за предоставление права использования Товарного знака Лицензиат уплачивает Лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 750 000 рублей.

Исходя из стоимости правомерного использования товарного знака по лицензионному договору от 11.08.2021, истец в настоящем случае оценивает размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 в 62 500 рублей (750 000 рублей / 1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1 способ применения/ 12 месяцев X 2).

Таким образом, истцом верно в соответствии с ч. 2 п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса РФ рассчитан размер компенсации за нарушение исключительных прав в 62 500 рублей.

Каких-либо доказательств, подтверждающих наличие оснований для снижения заявленного размера компенсации, в том числе подтверждающих тяжелое материальное положение ответчика, ответчиком в материалы дела представлено не было, в связи с чем заявленный истцом размер компенсации снижению не подлежит.

При изложенных обстоятельствах, требование истца о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав является обоснованным и подлежит удовлетворению в полном объеме в размере 62 500 рублей.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 АПК РФ с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 №2186-О, от 04.10.2012 №1851-О).

Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которых истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика расходов на приобретение контрафактных товаров в размере 220 рублей (кассовый чек от 19.05.2022).

Поскольку судом установлен факт продажи ответчиком спорных товаров на сумму 220 рублей, а также факт нарушения ответчиком исключительных прав истца, в порядке статьи 106 АПК РФ требование истца о взыскании стоимости приобретенных у ответчика товаров подлежит удовлетворению на сумму 220 рублей.

Также истцом заявлено требование о взыскании с ответчика почтовых расходов в размере 120 рублей.

При этом, в качестве подтверждения несения почтовых расходов истцом в материалы дела представлены списки внутренних почтовых отправлений от 09.10.2023, 14.07.2023, 21.06.2022, в которых не содержится указания на стоимость почтовых отправлений, в связи с чем требование истца о взыскании с ответчика почтовых расходов в размере 120 рублей удовлетворению не подлежит.

Требование истца о взыскании с ответчика расходов на получение выписки из ЕГРИП в размере 200 рублей удовлетворению не подлежит, поскольку из представленного в материалы дела чека от 27.05.2022 невозможно сделать однозначный вывод о том, кем именно и в отношении получения сведений о ком именно, была уплачена государственная пошлина.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, государственная пошлина подлежит отнесению на ответчика.

Руководствуясь статьей 110,  частью 5 статьи 170, статьей 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Новосибирск (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью  «Зингер СПб», г. Санкт-Петербург (ИНН <***>) компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак №266060 в размере 62500 рублей, 220 рублей расходов на приобретение товара, а также 2000 рублей расходов по оплате государственной пошлины.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Новосибирск (ИНН <***>) в доход федерального бюджета Российской Федерации 500 рублей госпошлины.

Решение арбитражного суда, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд, город Томск.

Решение арбитражного суда, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого решения, в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам, г.Москва, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья

ФИО1