Решение от 7 мая 2024 г. по делу № А67-4344/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А67-4344/2022
г. Томск
23 апреля 2024 года
оглашена резолютивная часть

07 мая 2024 года изготовлено в полном объеме

Арбитражный суд Томской области в составе судьи Ю.М. Сулимской,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Помазаном А.Н., рассмотрев в судебном заседании материалы дела по заявлению

областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть №2» (634040, Томская обл., г. Томск, ул. Бела Куна, 3, ОГРН 1027000915897, ИНН 7017004447) к Территориальному фонду обязательного медицинского страхования Томской области (634034, г. Томск, ул. Учебная, д.39/1, ОГРН 1027000873789, ИНН 7017001421) о признании недействительным акта № 1-2022 от 25.02.2022 в части, с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: Департамента здравоохранения Томской области (634041, г. Томск, пр. Кирова, 41, ОГРН 1027000886318, ИНН 7021021653), Администрации Томской области (634050, г. Томск, пл. Ленина, 6, ОГРН 1027000918218, ИНН 7017069388), Акционерного общества «Византия» (634009, г. Томск, ул. Водяная, 84/1, ОГРН 1037000087211, ИНН 7021045679),

встречному исковому заявлению Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области (634034, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть №2» (634040, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 55 261 617,63 руб.

При участии в заседании:

от заявителя: ФИО1 (паспорт, доверенность от 09.01.2024, диплом), ФИО2 (паспорт, доверенность от 15.05.2023, диплом);

от ответчика: ФИО3 (паспорт, доверенность от 09.01.2024, диплом);

от третьих лиц: не явились (уведомлены);

УСТАНОВИЛ:

Областное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть №2» (далее – ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2», ОГБУЗ «МСЧ №2», заявитель) обратилось в Арбитражный суд Томской области с заявлением к Территориальному фонду обязательного медицинского страхования Томской области (далее – ТФОМС Томской области, фонд, ответчик) в соответствии с которым просит суд: признать недействительным Акт выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГБУЗ «Медико-санитарная часть № 2» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, за период с 01.01.2018 по 31.12.2021 № 1-2022 от 25 февраля 2022 года в части требований о восстановлении средств ОМС, как использованных не по целевому назначению в размере 48 645 790 рублей 17 копеек и уплаты штрафа в размере 10% от суммы нецелевого использования средств в сумме 4 864 579 рублей 02 копейки.

Определениями от 01.09.2022, 04.10.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Департамент здравоохранения Томской области, Администрация Томской области, Акционерное общество «Византия».

Определением от 28.11.2022 принято к производству в рамках дела № А67-4344/2022 встречное исковое заявление ТФОМС Томской области к ОГБУЗ «МСЧ №2» о взыскании 61 650 431,40 руб., из которых: в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области средства обязательного медицинского страхования, использованные не по целевому назначению, в размере 48 645 790,17 рублей; сумму штрафа в размере 4 864 579, 02 рублей; пеню за период с 16.03.2022 по 21.11.2022 в размере 8 140 062,22 руб.

Определением суда от 21.12.2022 принято уточнение требований ТФОМС Томской области (в части пени), в соответствии с которым просят суд: о взыскании в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области пеню в размере 2 205 275,81 руб., а именно: за период с 16.03.2022 по 31.03.2022 в размере 518 888,42 руб., за период с 01.10.2022 по 21.11.2022 в размере 1 686 387,39 руб.; определением от 29.08.2023 принято заявление об уточнении требований встречного искового заявления (в части пени), в соответствии с которым просит суд: о взыскании в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области пеню за период с 29.03.2022 по 31.03.2022 в размере 97 291, 58 руб., за период с 01.10.2022 по 21.11.2022 в размере 1 686 387,39 руб. (всего 1 783 678,97 руб.).

Определением от 23.04.2024 суд принял уточнение заявленных требований ТФОМС Томской области, в соответствии с которым просит взыскать с учреждения средства, использованные не по целевому назначению в размере 48 645 790,17 руб., штраф в размере 4 864 579,02 руб., пени в размере 1 751 248,44 руб., всего в размере 55 261 617,63 руб.

В судебном заседании, открытом 02.04.2024, на основании ст. 163 АПК РФ объявлялись перерывы до 15.04.2024, 23.04.2024.

Иные третьи лица, надлежащим образом уведомленное о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили, ходатайств не поступило. Судебное заседание проведено в отсутствие указанных лиц.

В судебном заседании представители ОГБУЗ «МСЧ №2» требования поддержали в полном объеме, по основаниям, изложенным в заявлении, дополнениях к нему, в т.ч. указали, что: нецелевое использование средств ОМС не доказано, начислением штрафных санкций и пени необоснованно; выводы ТФОМС Томской области о нецелевом использовании средств ОМС на сумму 48 645 790 рублей 17 копеек, не обоснованы; допущено существенное нарушение требований, установленных при проведении проверок, что влечет недействительность ее результатов, а именно: Комиссией ТФОМС Томской области был допущено нарушение сроков проведения проверки, регламентированных Приказом Минздрава России от 26.03.2021 № 255н «Об утверждении порядка осуществления территориальными фондами обязательного медицинского страхования контроля за деятельностью страховых медицинских организаций, осуществляющих деятельность в сфере обязательного медицинского страхования, а также контроля за использованием средств обязательного медицинского страхования указанными страховыми медицинскими организациями и медицинскими организациями» (далее - Приказ Минздрава России от 26.03.2021 № 255н); акт проверки № 1-2022 вручен руководителю ОГУЗ «Медико-санитарная часть №2» только 28 февраля 2022 г., ТФОМС Томской области допущено нарушение сроков проверки; состав правонарушения (объективная сторона, а также вина учреждения), которое влекло бы ответственность в виде необходимости восстановления средств ОМС и уплаты штрафа в размере 10%, отсутствует, при этом, пояснили, что кислород, приобретенный у АО «Византия», использовался для оказания медицинских услуг пациентам в рамках областной Программы ОМС; в структуре тарифа по ОМС входят прочие материальные запасы: приобретаемый кислород отнесен к данной статье расходов; кислород, приобретенный у АО «Византия», по своим характеристикам соответствует требованиям, предъявляемым для медицинского кислорода; отсутствует состав правонарушения, которое влекло бы ответственность в виде необходимости восстановления средств ОМС; мело место объективная невозможность приобретения медицинского кислорода (имеющего регистрационное удостоверение) в требуемом объеме для нужд ОГБУЗ «МСЧ №2» в связи с отсутствием предложений от поставщиков; учреждение выполняло поручения Штаба по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Томской области; ОГБУЗ «МСЧ №2» действовало в условиях непреодолимой силы (вынужденно, отсутствует вина); завышен период проверки (2018 год проверяется в 2022 году, спустя более 4 лет), имеет место нарушение п. 32 Порядка проведения проверок и принципа правовой определенности (ст. 1 Конституции Российской Федерации); оплата труда производилась работнику, осуществляющему трудовую функцию как в отношениях по ОМС, так и по платным медицинских услугам в процентном соотношении; в удовлетворении встречного искового заявления просили отказать. Кроме этого, в ходе судебного разбирательства представитель заявителя поддержала ранее поданное Ходатайство об уменьшении суммы неустойки (штрафа).

Представитель ответчика по первоначальному заявлению возражала против удовлетворения первоначального заявления полностью по основаниям, изложенным в отзыве на заявление; поддержала встречный иск по основаниям, изложенным во встречном исковом заявлении, не согласилась с доводами заявителя против встречного иска по основаниям, изложенным в возражениях на отзыв, возражала против удовлетворения ходатайства истца о применении положений ст. 333 ГК РФ.

Третье лицо - Администрация Томской области в отзывах на заявление, встречное заявление, указало, в протоколах штаба не содержится указаний на обязательное приобретение определенного вида кислорода у определённого поставщика, штаб не наделен полномочиями по определению контрагентов по закупкам, протоколы не могут являться подтверждением вынужденного приобретении немедицинского кислорода. Третье лицо Департамент здравоохранения Томской области в отзыве на заявление поддержал позицию ОГБУЗ «МСЧ №2», изложенную в заявлении, дополнениях к нему. Третье лицо АО «Византия» в отзыве на заявление, дополнениях к нему, указало на то, что сотрудники больничных учреждений, перепрофилированных для лечения больных новой короновирусной инфекцией, неоднократно сообщали о необходимости поставки кислорода в круглосуточном режиме, при заключении договоров с учреждением отсутствие иных поставщиков подтверждалось.

Более подробно доводы лиц, участвующих в деле изложены письменно в заявлении, отзывах и дополнениях к ним. Исследовав материалы дела, заслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, на основании приказов Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области (далее - ТФОМС Томской области, Ответчик) от 11.01.2022 № 3 и от 14.02.2022 № 43 комиссией ТФОМС Томской области в ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» в период с 17.01.2022 по 28.02.2022 г. была проведена выездная плановая комплексная проверка использования средств обязательного медицинского страхования, полученных Областным государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Медико-санитарная часть № 2» (далее – ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2», заявитель) на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, за период с 01.01.2018 по 31.12.2021.

По результатам проверки был составлен Акт выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГБУЗ «Медико-санитарная часть № 2» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, за период с 01.01.2018 по 31.12.2021 № 1-2022 от 25 февраля 2022 года (далее – Акт № 1-2022 от 25 февраля 2022 года), в котором установлено нецелевое расходование средств на сумму 48 913 521,30 руб., в т.ч.:

- в сумме 47 513 200 руб. (в т.ч., в 2020 году – 3 527 200 руб., в 2021 году – 43 986 000 руб.) – средства, направленные на приобретение кислорода, не зарегистрированного в Российской Федерации и не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, в нарушение статьи 13 Федерального закона от 12.04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» и требований Государственного стандарта СССР ГОСТ 5583-78 (ИСО 2046-73) «Кислород газообразный технический и медицинский. Технические условия», утвержденного постановлением Государственного комитета стандартов Совета Министров СССР от 26.05.1978 №1419 (сумма штрафа – 4 751 320 руб., пени – 1 710 475,19 руб.);

- в сумме 147 706,57 руб. – средства, направленные на оплату расходов, финансовое обеспечение которых должно осуществляться из другого источника (выплата заработной платы кассиру за выполнение обязанностей, не связанных с деятельностью по ОМС) в 2018 году (сумма штрафа – 14 770,65 руб., пени – 5 317,43 руб.);

- в сумме 984 883,60 руб. – средства, направленные на оплату расходов, финансовое обеспечение которых должно осуществляться из другого источника (выплата заработной платы кассиру за выполнение обязанностей, не связанных с деятельностью по ОМС) в 2019-2020 гг. (сумма штрафа – 98 488,35 руб., пени – 35 455,78руб.).

Заявителю выставлено требование в течение 10 дней с момента получения акта восстановить денежные средства, использованные не по целевому назначению, в сумме 48 913 521, 30 руб., уплатить штраф в размере 10% от суммы нецелевого использования средств в сумме 4 891 352,13 руб. Не согласившись с Актом № 1-2022 от 25 февраля 2022 года в части оплаты 48 645 790,17 руб., заявителем были направлены возражения на Акт № 1-2022 от 25 февраля 2022 года в адрес ответчика (исх. № 482 от 05 марта 2022 г.).

15.03.2022 г. заявителем получено сообщение о результатах рассмотрения возражений на Акт № 1-2022 от 25 февраля 2022 года Территориальным фондом обязательного медицинского страхования Томской области № 489 от 15 марта 2022 г. (вх. № 690 от 15 марта 2022 г.), в соответствии с которым возражения ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» признаны необоснованными и не подлежащими удовлетворению. Не согласившись частично с актом проверки, заявитель оспорил их в судебном порядке.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Из положений ст. 13 ГК РФ, ч. 1 ст. 198, ч. 2 ст. 201 АПК РФ, пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ» следует, что основанием для принятия решения суда о признании оспариваемого ненормативного акта недействительным, решения, действий (бездействия) незаконными являются одновременно как их несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом, решением, действиями (бездействием) прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Таким образом, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, решений, действий (бездействия) органов и должностных лиц, входят проверка соответствия оспариваемого акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом, решением, действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя. Из содержания приведенных правовых норм следует, что удовлетворение требований о признании незаконными актов, действий (бездействия) государственных органов и должностных лиц возможно лишь при наличии совокупности двух условий, а именно нарушения прав и интересов заявителя и несоответствия оспариваемых актов, действий (бездействия) органов и должностных лиц нормам закона или иного правового акта.

Федеральный закон от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 326-ФЗ) регулирует отношения, возникающие в связи с осуществлением обязательного медицинского страхования, в том числе, определяет правовое положение субъектов обязательного медицинского страхования и участников обязательного медицинского страхования, основания возникновения их прав и обязанностей, гарантии их реализации, отношения и ответственность, связанные с уплатой страховых взносов на обязательное медицинское страхование неработающего населения.

Территориальный фонд обязательного медицинского страхования согласно п. 12 ч. 7 ст. 34 Федерального закона №326-ФЗ осуществляет контроль за использованием средств обязательного медицинского страхования страховыми медицинскими организациями и медицинскими организациями, в том числе проводит проверки и ревизии.

Приказом Минздрава России от 26.03.2021 № 255н утвержден «Порядок осуществления территориальными фондами обязательного медицинского страхования контроля за деятельностью страховых медицинских организаций, осуществляющих деятельность в сфере обязательного медицинского страхования, а также контроля за использованием средств обязательного медицинского страхования указанными страховыми медицинскими организациями и медицинскими организациями» (далее – Порядок № 255н).

Согласно п. 34 Порядка № 255н, основанием для проведения проверки является приказ территориального фонда, определяющий тему проверки, численный и персональный состав комиссии (рабочей группы), сроки проведения проверки, форму проверки (выездная или документарная (камеральная), проверяемый период. Тема плановой проверки указывается в соответствии с планом проверок, тема внеплановой проверки указывается исходя из конкретных причин ее проведения. Численный и персональный состав комиссии (рабочей группы) и срок проведения проверки устанавливаются с учетом темы проверки, особенностей деятельности медицинской организации, продолжительности проверяемого периода и способа проверки.

Срок проведения выездной проверки не может превышать 30 календарных дней. По мотивированному представлению руководителя комиссии (рабочей группы) срок проведения проверки может быть продлен на основании приказа территориального фонда, но не более чем на 10 (десять) календарных дней. Приказ территориального фонда о продлении сроков проверки доводится до сведения проверяемой медицинской организации. Срок проведения документарной (камеральной) проверки не может превышать 20 рабочих дней со дня получения от медицинской организации документов и материалов, представленных по запросу территориального фонда. Приказ о проведении плановой проверки доводится до руководителя медицинской организации не позднее, чем за 3 рабочих дня до начала проверки.

Приказ о проведении внеплановой проверки доводится до руководителя медицинской организации не менее чем за 24 часа до начала проверки. Пунктом 43 Порядка № 255н установлено, что акт проверки оформляется и подписывается в двух экземплярах, имеющих одинаковую юридическую силу: один экземпляр для медицинской организации, другой для территориального фонда.

Датой окончания выездной проверки считается дата вручения акта проверки руководителю медицинской организации, датой окончания документарной (камеральной) проверки - дата направления территориальным фондом акта проверки в двух экземплярах медицинской организации заказным почтовым отправлением с уведомлением о вручении либо иным способом, обеспечивающим фиксацию факта и даты его направления объекту контроля. При проведении выездной проверки акт проверки подписывается руководителем медицинской организации в день окончания проверки. В экземпляре акта проверки, который представляется в территориальный фонд, производится запись о получении одного экземпляра акта проверки. Такая запись должна содержать дату получения одного экземпляра акта проверки, должность и подпись лица, получившего один экземпляр акта проверки, и расшифровку этой подписи. При проведении документарной (камеральной) проверки экземпляр акта проверки, подписанный руководителем медицинской организации, направляется в территориальный фонд не позднее 5 рабочих дней с даты получения акта проверки от территориального фонда.

При несогласии с актом проверки (или отдельными его положениями) подписывающий его руководитель медицинской организации вносит запись, что акт проверки подписывается с возражениями, которые прикладываются к акту проверки или направляются в территориальный фонд не позднее 5 рабочих дней со дня получения акта проверки. Письменные возражения медицинской организации на акт проверки приобщаются к материалам проверки.

В случае отказа руководителя медицинской организации подписать или получить акт проверки руководителем комиссии (рабочей группы) в конце каждого экземпляра акта проверки производится запись об отказе от подписания акта проверки или от получения акта проверки. В этом случае датой окончания проверки считается день направления территориальным фондом акта проверки заказным почтовым отправлением с уведомлением о вручении либо иным способом, обеспечивающим фиксацию факта и даты его направления в медицинскую организацию. Документ, подтверждающий факт направления акта проверки, приобщается к материалам проверки.

В соответствии с пунктом 27 Порядка № 255н, территориальный фонд осуществляет контроль за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями, имеющими право на осуществление медицинской деятельности и включенными в реестр медицинских организаций, осуществляющих деятельность в сфере обязательного медицинского страхования по территориальным программам обязательного медицинского страхования субъекта Российской Федерации.

Пунктом 42.3 Порядка № 255н предусмотрено, что при наличии фактовнецелевого использования средств обязательного медицинского страхования, выявленныхв ходе проверки, в заключительную часть акта включается обобщенная информация онаправлениях и суммах нецелевого использования средств обязательного медицинскогострахования, с требованием о возврате медицинской организацией средств обязательногомедицинского страхования, использованных не по целевому назначению, и уплате штрафаза использование не по целевому назначению медицинской организацией средствобязательного медицинского страхования, перечисленных ей по договору на оказание иоплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, всоответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ.

Как было указано выше, на основании приказов Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области от 11.01.2022 № 3 и от 14.02.2022 № 43, комиссией ТФОМС Томской области в ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» в период с 17.01.2022 по 28.02.2022 г. была проведена выездная плановая комплексная проверка использования средств обязательного медицинского страхования, полученных Областным государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Медико-санитарная часть № 2» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, за период с 01.01.2018 по 31.12.2021.

Согласно акту, проверяемый период составил 4 года с 01.01.2018 по 31.12.2021.

Заявитель полагает, что Фондом были нарушены сроки проведения проверки, поскольку, с учетом пункта 34 Приказа Минздрава России от 26.03.2021 № 255н, срок проверки, проводимой на основании приказов ТФОМС Томской области от 11.01.2022 № 3 и от 14.02.2022 № 43, и изначально составлявший период с 17.01.2022 г. по 15.02.2022 г., мог быть продлён лишь до 25.02.2022 г. Акт проверки № 1-2022 от 25 февраля 2022 года был вручен руководителю ОГУЗ «Медико-санитарная часть №2» только 28 февраля 2022 г. о чем свидетельствует его подпись в акте. Вопреки указанным требованиям Приказом ТФОМС Томской области № 43 от 14 февраля 2022 г. срок проведения выездной плановой комплексной проверки был продлён до 16 марта 2022 г., т.е. на 29 календарных дней.

По смыслу статей 10, 14 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее - БК РФ) бюджеты территориальных государственных внебюджетных фондов входят в структуру бюджетной системы Российской Федерации.

В соответствии со статьей 28 БК РФ бюджетная система Российской Федерации основана, в том числе, на принципе адресности и целевого характера бюджетных средств.

В соответствии с пунктом 12 части 7 статьи 34 Федерального закона № 326-ФЗ территориальный фонд ОМС осуществляет в установленном порядке контроль за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями, в том числе проводит проверки и ревизии.

Как указывалось выше, Порядок осуществления территориальными фондами обязательного медицинского страхования контроля за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями определен Порядком № 255н.

Средства ОМС относятся к государственным финансовым средствам, имеющим особый правовой режим, и подлежат использованию строго в соответствии с их целевым назначением. Средства, получаемые медицинской организацией по территориальной программе ОМС, являются финансовым обеспечением государственных полномочий по предоставлению гарантий бесплатного оказания застрахованному лицу медицинской помощи при наступлении страхового случая.

Правовой режим средств ОМС согласно статьям 2, 6, 11 и 13 БК РФ аналогичен правовому режиму бюджетных средств, они являются средствами бюджетной системы Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 306 БК РФ нецелевым использованием бюджетных средств признается направление средств бюджета бюджетной системы Российской Федерации и оплата денежных обязательств в целях, не соответствующих полностью или частично целям, определенным законом (решением) о бюджете, сводной бюджетной росписью, бюджетной росписью, лимитами бюджетных обязательств, бюджетной сметой, договором (соглашением) либо правовым актом, являющимся основанием для предоставления указанных средств.

По мнению представителя ТФОМС Томской области, федеральный законодатель, учитывая особое публичное предназначение средств ОМС, установил механизмы проверки обоснованности расходования этих средств, определил уполномоченную организацию, контролирующую их целевое использование или обоснованность расходования, а также установил ответственность медицинских организаций, нарушающих предусмотренный порядок расходования средств ОМС. При этом, на законодательном уровне не установлено ограничения периода, подлежащего проверке.

Учитывая изложенное, средства, получаемые медицинской организацией по территориальной программе ОМС, подлежат обязательной проверке вне зависимости от количества проверяемых территориальным фондом ОМС лет их расходования. Положениями Порядка № 255н запрета на проведение территориальным фондом ОМС проверки использования средств ОМС за период, включающий в себя 4 года, не предусмотрено.

Исследовав вышеуказанные доводы, суд отмечает следующее.

Согласно пункту 2 статьи 4 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее – Федеральный акон № 326-ФЗ) одним из основных принципов осуществления обязательного медицинского страхования является устойчивость финансовой системы ОМС.

В статье 2 Федерального закона № 326-ФЗ указано, что законодательство об ОМС основывается на Конституции Российской Федерации.

В силу принципа правовой определенности, выступающего одним из элементов правового государства (часть 1 статьи 1 Конституции Российской Федерации) и с учетом конституционных гарантий свободы экономической деятельности, лечебные учреждения, использующие средства обязательного медицинского страхования, должны иметь возможность в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности формирования экономического источника своей профессиональной деятельности.

Отсутствие временных ограничений периода, за который проводится проверка, не должно влечь нарушения разумных ожиданий учреждения относительно последствий осуществления деятельности.

Правовое регулирование в области публичных отношений исходит из недопустимости избыточного или не ограниченного по продолжительности применения мер контроля, в связи с чем с учетом установленной Порядком проведения проверок периодичностью проведения плановых (тематических) проверок (помимо плановых комплексных проверок) не реже чем 1 (один) раз в два года, в ходе которых также осуществляется контроль за использованием средств ОМС и имеется возможность по своевременному выявлению соответствующих нарушений, осуществление комплексной проверки за период, превышающий трехлетний, является избыточным.

Таким образом, фондом не может проводиться плановая комплексная проверка без учета разумности срока, предшествующего году проведения проверки. В противном случае нарушаются принципы правовой определенности и стабильности бюджетных (внебюджетных) отношений, законности правового регулирования в области контроля.

Данная позиция находит свое отражение в определении Пятого Арбитражного Апелляционного суда от 11.07.2019 № 05АП-588/2019 по делу № А51-28118/2017, оставленным в силе Постановлением арбитражного суда Дальневосточного округа № Ф03-4654/2019), а также Определением Верховного суда Российской Федерации № 303-ЭС19-27834 от 18.02.2020 об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии ВС РФ.

Учитывая изложенное, арбитражный суд считает, что доводы учреждения о признании недействительным акта в данной части подлежат удовлетворению, в удовлетворении встречного иска фонда за 2018 г. следует отказать.

Кроме этого, в ходе проведения проверки, Фонд пришел к выводу о нецелевом расходовании денежных средств в размере 47 513 200 рублей (в том числе, в 2020 году - 3 527 200 руб., в 2021 году - 43 986 000 руб.) - средства, направленные на приобретение кислорода, не зарегистрированного в Российской Федерации и не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, в нарушение статьи 13 Федерального закона от 12.04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» и требований Государственного стандарта СССР ГОСТ 5583-78 (ИСО 2046-73) «Кислород газообразный технический и медицинский. Технические условия», утвержденного постановлением Государственного комитета стандартов Совета Министров СССР от 26.05.1978 №1419.

Так, Фондом установлено, что при проведении проверки расходов средств ОМС на приобретение лекарственных средств, реактивов и химикатов, расходных материалов установлено, что МСЧ № 2 за счет средств ОМС в 2020-2021 годах закупался кислород для лечения пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-19.

Согласно пояснениям представителя учреждения, в соответствии с пунктом 11 перечня поручений, указанных в Протоколе заседания штаба по оперативному реагированию по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) на территории Томской области от 27.03.2020 и Протоколом заседания штаба по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) на территории Томской области от 13.05.2021 медицинской организацией закупка кислорода для оказания медицинской помощи пациентам с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-19, производилась у резервного поставщика АО «Византия».

В соответствии со статьей 13 Федерального закона от 12.04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» (далее - Федеральный закон № 61-ФЗ) в Российской Федерации государственной регистрации подлежат: 1) все лекарственные препараты, впервые подлежащие вводу в обращение в Российской Федерации; 2) лекарственные препараты, зарегистрированные ранее, но произведенные в других лекарственных формах в соответствии с перечнем наименований лекарственных форм, в новой дозировке при доказательстве ее клинической значимости и эффективности; 3) новые комбинации зарегистрированных ранее лекарственных препаратов.

При проверке первичных учетных документов, подтверждающих выполнение условий договоров и контрактов на поставку кислорода для лечения пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-19, установлено, что в нарушение требований статьи 13 Федерального закона № 61-ФЗ и требований Государственного стандарта СССР «ГОСТ 5583-78 (ИСО 2046-73) Межгосударственный стандарт. Кислород газообразный технический и медицинский. Технические условия», утверждённый постановлением Государственного комитета стандартов Совета Министров СССР от 26.05.1978 № 1419, в соответствии с которыми, каждая партия газообразного технического и медицинского кислорода, а также каждый баллон или моноблок-контейнер медицинского кислорода должны сопровождаться документом о качестве, содержащим номер регистрационного удостоверения (Р.70/626/43) согласно Государственному реестру лекарственных средств, МСЧ № 2 для лечения пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-19, приобретала у АО «Византия» кислород, у которого отсутствует регистрационное удостоверение.

Кроме того, лицензия на производство лекарственных средств для медицинского применения была получена АО «Византия» 10.08.2021 № 00519-ЛС, до 10.08.2021 лицензия на производство лекарственных средств для медицинского применения у АО «Византия» отсутствовала.

Учитывая вышеизложенное, Фонд пришел к выводу о том, что кислород, не зарегистрированный в Российской Федерации и не внесенный в Государственный реестр лекарственных средств, не может считаться лекарственным препаратом и применяться в медицинских целях.

В ходе судебного разбирательства представитель учреждения указал, что в полномочия ТФОМС Томской области не входит установление правомерности использования медицинской организацией кислорода, не имеющего регистрационного удостоверения, поскольку в соответствии с типовой программой, утвержденной приказом ТФОМС Томской области 30.04.2021 № 244, целью проверки является контроль за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями.

Исследовав доводы сторон, представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями статей 8, 10 - 12 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, в противном случае нарушенные права могут быть защищены в судебном порядке.

В соответствии с пунктом 12 части 7 статьи 34 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ Территориальный фонд осуществляет контроль за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями, в том числе проводит проверки и ревизии.

Как было указано выше, контроль за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями путем проведения проверок и ревизий осуществляется Территориальным фондом в соответствии с Порядком осуществления территориальными фондами обязательного медицинского страхования контроля за деятельностью страховых медицинских организаций, осуществляющих деятельность в сфере обязательного медицинского страхования, а также контроля за использованием средств обязательного медицинского страхования указанными страховыми медицинскими организациями и медицинскими организациями, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 26.03.2021 года № 255н (далее - Порядок № 255н).

Согласно части 9 статьи 39 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ использование не по целевому назначению медицинской организацией средств, перечисленных ей по договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, влечет: - штраф в размере 10 процентов от суммы средств, использованных не по целевому назначению; - пени в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка РФ, действующей на день предъявления санкций, от суммы средств, использованных не по целевому назначению, за каждый день просрочки; - возврат средств, использованных не по целевому назначению, в бюджет территориального фонда в течение 10 рабочих дней со дня предъявления территориальным фондом соответствующего требования. Кроме того, за нецелевое использование средств государственных внебюджетных фондов, в т.ч. территориальных, предусмотрена: - административная ответственность (ст. 15.14 КоАП РФ); - уголовная ответственность в отношении должностных лиц получателей бюджетных средств (ст. 285.2 УК РФ).

В соответствии с пунктом 5 части 2 статьи 20 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ и пунктом 8.11 Договора на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, действовавшего в проверяемом периоде с 01.10.2018 года по 31.12.2021 года, медицинская организация обязана использовать средства обязательного медицинского страхования, полученные за оказанную медицинскую помощь, в соответствии с территориальной программой обязательного медицинского страхования.

Средства, предназначенные для оплаты медицинской помощи и поступающие в медицинскую организацию, являются средствами целевого финансирования (часть 6 статьи 14 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ).

В соответствии со статьями 16, 81 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 21.11.2011 года № 323-ФЗ), органы государственной власти субъектов Российской Федерации в сфере охраны здоровья разрабатывают, утверждают и реализуют территориальные программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, включающие в себя, территориальные программы обязательного медицинского страхования.

Территориальная программа обязательного медицинского страхования формируется в соответствии с требованиями, установленными Базовой программой обязательного медицинского страхования, являющейся составной частью Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, ежегодно утверждаемой Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 36 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ).

Согласно части 7 статьи 35 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ в рамках базовой программы ОМС структура тарифа на оплату медицинской помощи включает в себя, в том числе, расходы приобретение расходных материалов и прочих материальных запасов.

В соответствии с пунктом 192 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28.02.2019 № 108н, в расчет тарифов включаются затраты медицинской организации, непосредственно связанные с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги) и потребляемые в процессе ее предоставления, и затраты, необходимые для обеспечения деятельности медицинской организации в целом, но не потребляемые непосредственно в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги).

В соответствии с пунктом 193 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28.02.2019 № 108н в составе затрат, непосредственно связанных с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги), учитываются затраты на приобретение материальных запасов, потребляемых в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги), а также иные затраты, непосредственно связанные с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги).

В соответствии с пунктом 197 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28.02.2019 № 108н, затраты на материальные запасы определяются исходя из нормативных объемов потребления материальных запасов или фактических объемов потребления материальных запасов за прошлые годы в натуральном или стоимостном выражении и включают в себя затраты на приобретение материальных запасов, непосредственно используемых для оказания медицинской помощи (медицинской услуги).

Учитывая изложенное, суд признает обоснованным довод о том, что средства, направленные на приобретение кислорода, используемого в последующем в деятельности, связанной с оказанием медицинской помощи пациентам в рамках деятельности по ОМС, включаются в структуру тарифов в системе обязательного медицинского страхования.

Из материалов дела следует, что закупаемый кислород непосредственно использовался с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги). Данный факт ТФОМС ТО не оспаривается, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В ходе судебного разбирательства установлено, что предметом всех контрактов (договоров), заключенных учреждением с АО «Византия» является поставка кислорода газообразного соответствующего ГОСТ 5583-78 в баллонах 6,2 м3 ГОСТ 5583-78 «Кислород газообразный технический и медицинский. Технические условия» (утв. постановлением Государственного комитета стандартов Совета Министров СССР от 26 мая 1978 г. № 1419), который содержит технические требования к кислороду (нормы физико-химических показателей газообразного технического и медицинского кислорода). Соответствие кислорода газообразного, поставляемого АО «Византия» для ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2», нормам физико-химических показателей для медицинского кислорода подтверждалось паспортами качества на каждую партию кислорода.

При этом, само по себе отсутствие лицензии у АО «Византия» (поставщика кислорода) в определенный период не является безусловным доказательством того, что поставляемый кислород не соответствовал физико-химическим показателям и иным требованиям, предъявляемым для кислорода, используемого в медицинской деятельности, в том числе, учитываемого в качестве материальных запасов. В материалы дела доказательств того, что поставляемый АО «Византия» кислород по своим характеристикам являлся техническим, в материалы дела не представлено.

При этом, суд обращает внимание, что предметом проверки фонда являлось не соблюдение требований при оказании медицинских услуг, а правомерность использования средств ОМС соответствующей организацией.

Как было указано выше, качество поставляемого кислорода, используемого в целях оказания медицинской помощи пациентам с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019, подтверждалось паспортами качества, предоставляемыми поставщиком на каждую партию товара. Технические характеристики поставляемого кислорода по качеству полностью соответствовали характеристикам медицинского кислорода, установленным Государственным стандартом СССР ГОСТ 5583-78 (ИСО 2046-73) «Кислород газообразный технический и медицинский. Технические условия».

В соответствии с представленными паспортами качества, кислород, поставляемый АО «Византия», отвечал техническим условиям. Дополнительно в паспортах качества указаны условия упаковки (данные о баллонах), а также то, что баллоны оборудованы вентилем и устройством контроля первого вскрытия. Указано, что маркировка в соответствии с НД (нормативной документацией). Все баллоны при поставке были синего цвета с маркировкой «Медицинский кислород».

На паспортах качества, выдаваемых до августа 2021 г. АО «Византия» указывалось, что лицензия Министерства промышленности и торговли Российской Федерации на осуществление деятельности по производству лекарственных средств на проверке. Лицензия на производство лекарственных средств (медицинского кислорода) №00519-ЛС была получена АО «Византия» 10.08.2021 г. После этого соответствующее указание на лицензию включалось в паспорта качества на поставляемый кислород газообразный медицинский.

При этом, качество поставляемого кислорода до и после получения АО «Византия» лицензии являлось идентичным, что подтверждается соответствующими документами, предоставленными поставщиком и предоставленными ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» в рамках проводимой проверки для сотрудников ТФОМС Томской области (паспорта качества за 2020 - 2021 г., в том числе, за период до получения АО «Византия» лицензии) (т. 5 л.д. 49-50).

Информация обо всех заключенных ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» контрактах (договорах) на поставку кислорода размещена в реестре контрактов, заключенных заказчиками, в Единой информационной системе в сфере закупок. Предметом всех контрактов (договоров), заключенных с АО «Византия» являлась поставка кислорода газообразного соответствующего ГОСТ 5583-78 в баллонах 6,2 м3.

Как было указано выше, представители учреждения настаивали, что ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» действовало в условиях непреодолимой силы (вынужденно, отсутствует вина), при этом руководствовалось документами, принятыми на заседаниях штаба по оперативному реагированию по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Томской области, в которых было указано о необходимости закупки кислорода (без указания требований о наличии лицензии и регистрационного удостоверения) у конкретного поставщика - АО «Византия» (ИНН <***>), как резервного поставщика. При этом, цель использования указанного кислорода также была прямо обозначена в указанных протоколах - для нужд медицинской организации при лечении пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019.

В соответствии с п.1 ст. 306.4 БК РФ нецелевым использованием бюджетных средств признаются направление средств бюджета бюджетной системы Российской Федерации и оплата денежных обязательств в целях, не соответствующих полностью или частично целям, определенным законом (решением) о бюджете, сводной бюджетной росписью, бюджетной росписью, лимитами бюджетных обязательств, бюджетной сметой, договором (соглашением) либо правовым актом, являющимся основанием для предоставления указанных средств.

Применительно к рассматриваемым отношениям, арбитражный суд делает вывод о том, что нецелевое использование бюджетных средств (в том числе, средств ОМС) представляет собой юридическое правонарушение, которое обладает всем признаками данного противоправного деяния. При этом, как было указано выше, санкция за данное нецелевое использование предусмотрена в п.9 ст. 39 Федерального закона № 326-ФЗ, согласно которой за использование не по целевому назначению медицинской организацией средств, перечисленных ей по договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, медицинская организация уплачивает в бюджет территориального фонда штраф в размере 10 процентов от суммы нецелевого использования средств и пени в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день предъявления санкций, от суммы нецелевого использования указанных средств за каждый день просрочки.

Согласно пояснениям представителя учреждения, ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2», приобретая за счет средств ОМС кислород для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией, действовало в условиях непреодолимой силы. Таким образом, отсутствуют основания для применения ответственности в виде требования о восстановлении нецелевым образом израсходованных средств, применения иных финансовых санкций.

Как следует из ответа на вопрос 7 «Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1» утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020 - Возможно ли признание эпидемиологической обстановки, ограничительных мер или режима самоизоляции обстоятельствами непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ) или основанием прекращения обязательства в связи с невозможностью его исполнения (статья 416 ГК РФ), в том числе в связи с актом государственного органа (статья 417 ГК РФ), а если возможно - то при каких условиях? - было указано следующее.

Пунктами 1 и 3 статьи 401 ГК РФ установлены различия между гражданами и лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, в основаниях освобождения от ответственности за нарушение обязательств. Граждане могут быть освобождены от ответственности за нарушение обязательств при отсутствии вины, то есть в ситуации, когда гражданин при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, принял все меры для надлежащего исполнения обязательства (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таким образом, статья 401 ГК РФ устанавливает критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы.

Верховным Судом Российской Федерации в постановлении Пленума от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» дано толкование содержащемуся в ГК РФ понятию обстоятельств непреодолимой силы.

Так, в пункте 8 названного Постановления разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, т.е. одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер. Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Из приведенных разъяснений следует, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе, региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Применительно к нормам статьи 401 ГК РФ обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что наступление обстоятельств непреодолимой силы само по себе не прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали. Кредитор не лишен права отказаться от договора, если вследствие просрочки, объективно возникшей в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, он утратил интерес в исполнении. При этом должник не отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой исполнения обязательств вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401, пункт 2 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если обстоятельства непреодолимой силы носят временный характер, то сторона может быть освобождена от ответственности на разумный период, когда обстоятельства непреодолимой силы препятствуют исполнению обязательств стороны.

Таким образом, если иное не установлено законами, для освобождения от ответственности за неисполнение своих обязательств сторона должна доказать: а) наличие и продолжительность обстоятельств непреодолимой силы; б) наличие причинно-следственной связи между возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью либо задержкой исполнения обязательств; в) непричастность стороны к созданию обстоятельств непреодолимой силы; г) добросовестное принятие стороной разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков.

При рассмотрении вопроса об освобождении от ответственности вследствие обстоятельств непреодолимой силы могут приниматься во внимание соответствующие документы (заключения, свидетельства), подтверждающие наличие обстоятельств непреодолимой силы, выданные уполномоченными на то органами или организациями.

Если указанные выше обстоятельства, за которые не отвечает ни одна из сторон обязательства и (или) принятие актов органов государственной власти или местного самоуправления привели к полной или частичной объективной невозможности исполнения обязательства, имеющей постоянный (неустранимый) характер, данное обязательство прекращается полностью или в соответствующей части на основании статей 416 и 417 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме этого, анализ норм Бюджетного кодекса РФ позволяет сделать вывод о том, что в данном документе не определена необходимость установления вины правонарушителя при применении в его отношении мер принуждения за нарушение бюджетного законодательства.

Между тем, согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, в целях обеспечения выполнения публичной обязанности и возмещения ущерба, понесенного казной в результате ее неисполнения, законодатель вправе устанавливать меры принуждения в связи с несоблюдением законных требований государства. Такие меры могут быть как правовосстановительными, обеспечивающими исполнение налогоплательщиком его конституционной обязанности по уплате налогов, то есть погашение недоимки и возмещение ущерба от несвоевременной и неполной уплаты налога, так и штрафными, возлагающими на нарушителей дополнительные выплаты в качестве меры ответственности (наказания). При этом в выборе принудительных мер законодатель ограничен требованиями справедливости, соразмерности и иными конституционными и общими принципами права. Санкции штрафного характера должны отвечать вытекающим из Конституции требованиям справедливости и соразмерности. Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. Указанные принципы привлечения к ответственности в равной мере относятся к физическим и юридическим лицам (Постановление Конституционного Суда РФ от 15 июля 1999 г. № 11-П).

В Определении Конституционного Суда РФ от 5 ноября 2003 г. № 349-О разъяснено, что по смыслу ст. 55 (ч. 3) Конституции исходя из общих принципов права введение ответственности за административное правонарушение и установление конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным конституционно закрепленным целям и охраняемым законным интересам, а также характеру совершенного деяния. Аналогичная правовая позиция отражена и в Постановлении Конституционного Суда РФ от 25 февраля 2014 г. № 4-П.

Вышеизложенные правовые позиции Конституционного Суда РФ имеют универсальный характер и, следовательно, основополагающее значение также и при рассмотрении судами споров, связанных с привлечением к ответственности за нарушения законодательства об обязательном медицинском страховании.

Как было указано выше, по своей правовой природе штрафная санкция, предусмотренная частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ, представляет собой вид финансовой ответственности за совершение правонарушения и носит публично-правовой характер, что прямо следует из положений статьи 5 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» и статей 4, 5, 19, 27 Федерального закона от 16.07.1999 № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования».

В таком случае необходимость установления судом всех признаков (объективных и субъективных) вменяемого состава правонарушения является единственным и достаточным основанием для привлечения к лица к юридической, в данном случае финансовой, ответственности. В этой связи, по мнению суда, заслуживают внимания доводы учреждения о том, что приобретение кислорода в рассматриваемый период за счет средств ОМС были вынужденной неотложной мерой, вызванной тем, что учреждение в спорный период являлось стационаром для лечения COVID-19.

Согласно части 6 статьи 13 АПК РФ в случаях, если спорные отношения прямо не урегулированы Федеральным законом и другими нормативными правовыми актами или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай делового оборота, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, арбитражные суды применяют нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм рассматривают дела исходя из общих начал и смысла федеральных законов и иных нормативных правовых актов (аналогия права).

С учетом того, что ни нормы бюджетного законодательства, ни положения Федерального закона № 326-ФЗ не регламентируют принципы ответственности при установлении признаков состава правонарушения, носящего публично-правовой характер, суд апелляционной инстанции полагает необходимым применить аналогию права. В данном случае - нормы Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, определяющие общие положения публично-правовой ответственности в за совершение административных правонарушений, носящей схожий правовой характер.

Согласно ст. 2.7 КоАП РФ не является административным правонарушением причинение лицом вреда охраняемым законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, а также охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и если причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред.

Анализ данной нормы позволяет выделить следующие признаки крайней необходимости: - наличие опасности, непосредственно угрожающей интересам граждан или государства; - невозможность устранения опасности иными средствами, чем причинение вреда; - причиненный вред меньше предотвращенного вреда. Состояние крайней необходимости возникает, когда имеется действительная, реальная, а не мнимая угроза. Происходит столкновение двух интересов: угроза причинения вреда одним правоохранительным интересам устраняется путем причинения вреда, хотя и меньшего, другим.

По смыслу ст. 2.7 КоАП РФ опасность, угрожающая личности и иным интересам, должна быть реальной, а не мнимой и не предполагаемой; действия, совершаемые в обстановке крайней необходимости, по времени должны совпадать с реально существующей угрозой причинения вреда; опасность не могла быть устранена иными средствами; действия, квалифицируемые как административное правонарушение - единственное, что могло бы привести к устранению опасности.

По мнению арбитражного суда, эпидемия COVID-19 создала реальную опасность, непосредственно угрожающую интересам граждан, общества и государства, и требовала принятия экстренных и экстраординарных мер в целях спасения жизней граждан и предотвращения большего ущерба в социальной, экономической и политической сферах деятельности государства.

Согласно пояснениям учреждения (и фондом не опровергнуто), что в спорный период финансирование учреждения из бюджета субъекта Российской Федерации на рассматриваемые цели отсутствовало. Следовательно, в данном конкретном случае учреждение действовало вынужденно, обеспечивая больных COVID-19 кислородом в целях спасения жизней лиц, находящихся в стационаре, и не имея возможности устранения опасности иными средствами, в ситуации, не терпящей отлагательства.

Кроме этого, ТФОМС Томской области в обоснование правомерности выводов, отраженных в Акте № 1-2022 от 25.02.2022 г. указал, что кислород, не зарегистрированный в Российской Федерации и не внесенный в Государственный реестр лекарственных средств, не может считаться лекарственным препаратом и применяться в медицинских целях, и, как следствие о том, что направление средств ОМС в сумме 47 513 200,00 руб. (в том числе, в 2020 году - 3 527 200 руб., в 2021 году - 43 986 000 руб.) на приобретение кислорода, не зарегистрированного в Российской Федерации, не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, является нецелевым использованием средств ОМС, подлежащим восстановлению, ссылается на письмо Росздравнадзора РФ от 29.01.2021 № 01 и-108/21 «О практических рекомендациях по эксплуатации газифицированных систем обеспечения кислородом медицинских учреждений здравоохранения», согласно которому применение в медицинских целях кислорода, производимого по техническим требованиям, не зарегистрированного в Российской Федерации, не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, является нарушением действующего законодательства.

В судебном заседании представители учреждения указали, что при закупке кислорода у АО «Византия» (ИНН 7021045679) для нужд медицинской организации при лечении пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019, ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» руководствовалось следующим.

С 18.03.2020 г. Распоряжением Администрации Томской области от 18.03.2020 №156-ра «О введении режима функционирования «повышенная готовность» для органов управления и сил звеньев территориальной подсистемы единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций на территории Томской области» (действующего в рассматриваемый период) на территории Томской области введен режим функционирования «повышенная готовность» для органов управления сил и средств территориальной подсистемы единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайной ситуации Томской области (далее - ТП РСЧС).

Указанным нормативно-правовым документом также создан Штаб по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV) на территории Томской области, которому было поручено организовать эффективное взаимодействие исполнительных органов государственной власти Томской области, территориальных органов федеральных органов исполнительной власти, органов местного самоуправления муниципальных образований Томской области (п.п. 5,6 вышеуказанного Распоряжения № 156-ра).

В состав вышеуказанного штаба (согласно Приложению к Распоряжению № 156-ра) вошли высшие должностные лица Томской области и муниципальных образований Томской области, руководители управлений федеральных органов исполнительной власти в Томской области, начальники департаментов и т.д., в том числе, начальник Департамента здравоохранения Томской области.

Штаб по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Томской области, во исполнение полномочий возложенных на него распоряжением Администрации Томской области от 18.03.2020 №156-ра издал соответствующие поручения от 27.03.2020 г. и от 13.05.2021 г.

В соответствии с пунктом 11 перечня поручений, изложенным в Протоколе заседания штаба по оперативному реагированию по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Томской области от 27.03.2020 г., было решено провести организационные мероприятия по приобретению у АО «Византия» (ИНН <***>) кислорода (в баллонах, имеющих аттестацию и соответствующую маркировку) как у резервного поставщика кислорода для нужд медицинской организации при лечении пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019.

В соответствии с протоколом заседания штаба по оперативному реагированию по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Томской области от 13.05.2021 г. Департамент здравоохранения Томской области и областные государственные учреждения здравоохранения Томской области назначены ответственными за проведение организационных мероприятий по приобретению у АО «Византия» (ИНН <***>) кислорода (в баллонах, имеющих аттестацию и соответствующую маркировку), как у резервного поставщика кислорода для нужд медицинских организаций в целях оказания медицинской помощи пациентам с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019, на период работы в режиме респираторного/инфекционного госпиталя.

Таким образом, штаб по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV) на территории Томской области, созданный в период введения на территории Томской области режима функционирования «повышенная готовность», в рамках принятия оперативных мер по предупреждению возникновения и развития чрезвычайной ситуации, снижению размера ущерба и потерь в случае ее возникновения, а также повышению устойчивости и безопасности функционирования организаций в чрезвычайной ситуации, своими поручениями от 27.03.2020 г. и от 13.05.2021 г. поручил закупку и использование кислорода, производимого АО «Византия» (ИНН <***>), для нужд медицинских организаций в целях оказания медицинской помощи пациентам с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019, на период работы в режиме респираторного/инфекционного госпиталя.

При этом, суд признает обоснованными доводы о том, что приобретение кислорода у АО «Византия» было вызвано, в том числе, невозможностью приобретения медицинского кислорода у иных поставщиков, в связи с тем, что, как следует из материалов дела, на территории Томской области и в иных близлежащих регионах в период 2020 – 2021 г. отсутствовали поставщики кислорода, одновременно имеющие лицензию на производство лекарственных препаратов, регистрационное удостоверение на лекарственный препарат с международным непатентованным наименованием «Кислород», и способные обеспечить поставку кислорода в ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» в необходимом медицинскому учреждению объеме.

При этом, суд принимает во внимание, что с учетом отсутствия возможности складирования на территории учреждения баллонов с кислородом, а также количества лиц, находящихся на лечении в ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» в указанный период, поставка кислорода должна была осуществляться и осуществлялась круглосуточно, партиями, в течение одного часа с момента получения заявки, количество и периодичность ежедневных заявок не ограничивались.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» осуществляло неоднократные безуспешные попытки приобретения кислорода на основании конкурентных процедур (в том числе у иных возможных поставщиков) в соответствии с требованиями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». При этом, суд признает не обоснованным довод фонда о том, что невозможность покупки медицинского кислорода (посредством официального сайта Единой информационной системы в сфере закупок https://zakupki.gov.ru/) обусловлена требованиями учреждения, которые оно предъявляло к потенциальным поставщикам (в том числе, по сроку доставки товара), так как в материалы дела не представлено доказательств того, что учреждение нуждалось в ином режиме поставки кислорода.

Кроме этого, в ходе судебного разбирательства представлены доказательства необходимости приобретения дополнительного кислорода и нехватка собственного кислорода, производимого кислородными концентраторами ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2», что было вызвано вызвана высоким уровнем заболеваемости в период пандемии, вызванной новой коронавирусной инфекцией.

При этом, суд принимает во внимание добросовестное принятие учреждением разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков, что подтверждается: - попыткой осуществить закупку медицинского кислорода; - обращением ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» в уполномоченные органы для оказания содействия в решении вопроса по обеспечению пациентов медицинским/немедицинским кислородом; - приобретением кислорода на основании решений Штаба Администрации Томской области от 27.03.2020 г. и от 13.05.2021 г., - последующее оформление лицензии АО «Византия» (ИНН <***>) на производство медицинского кислорода.

Таким образом, с учетом положений ч. 3 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, отсутствуют основания для привлечения ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» к ответственности, предусмотренной частями 11, 12 статьи 38 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ, п. 8.24, 8.25 Договора на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, в виде возмещения средств, использованных на приобретение кислорода в размере 47 513 200 руб., уплаты штрафа в размере 10% от суммы нецелевого использования средств в сумме 4 751 320 руб., пени в размере 1 710 475,19 руб.

Кроме того, суд отмечает, что в соответствии со ст. 38 БК РФ закреплен принцип адресности и целевого характера бюджетных средств означает, что бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств доводятся до конкретных получателей бюджетных средств с указанием цели их использования.

Под бюджетным нарушением признается совершенное высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации (местной администрацией), финансовым органом, главным администратором (администратором) бюджетных средств, государственным (муниципальным) заказчиком: 1) нарушение положений бюджетного законодательства Российской Федерации и иных правовых актов, регулирующих бюджетные правоотношения; 2) нарушение положений правовых актов, обусловливающих публичные нормативные обязательства и обязательства по иным выплатам физическим лицам из бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, повлекшее причинение ущерба публично-правовому образованию; 3) нарушение условий договоров (соглашений) о предоставлении средств из бюджета; 4) нарушение установленных законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд требований к планированию, обоснованию закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд, а также требований к изменению, расторжению государственного (муниципального) контракта; 5) нарушение условий государственных (муниципальных) контрактов; 6) нарушение условий договоров (соглашений), заключенных в целях исполнения договоров (соглашений) о предоставлении средств из бюджета, повлекшее причинение ущерба публично-правовому образованию; 7) несоблюдение целей, порядка и условий предоставления кредитов, обеспеченных государственными и муниципальными гарантиями (ст. 306.1 БК РФ).

Как было указано выше, п. 1 ст. 306.4 БК РФ нецелевым использованием бюджетных средств признаются направление средств бюджета бюджетной системы Российской Федерации и оплата денежных обязательств в целях, не соответствующих полностью или частично целям, определенным законом (решением) о бюджете, сводной бюджетной росписью, бюджетной росписью, лимитами бюджетных обязательств, бюджетной сметой, договором (соглашением) либо правовым актом, являющимся основанием для предоставления указанных средств.

При этом, как установлено в ходе судебного разбирательства, не отрицается сторонами, заявителем цели достигнуты. Случаев направления средств бюджета на цели, отличные от целей связанных с оказанием медицинской помощи не выявлено и суду не представлено. Кроме этого, в материалы дела не представлено доказательств вредных последствий, повлекших использования кислорода, закупленного у АО «Византия» в условиях распространения коронавирусной инфекции.

Использование средств с соблюдением порядка распределения расходов по соответствующим статьям и подстатьям экономической классификации расходов бюджетов Российской Федерации исключает в данном случае нецелевое использование средств бюджета.

В ходе судебного заседания представители ТФОМС Томской области указали на то, что использование в бухгалтерском учете при приобретении кислород, не зарегистрированного в Российской Федерации и не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств кода классификации операций сектора государственного управления, (КОСГУ) 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях», вместо КОСГУ 340 «Увеличение стоимости материальных запасов» или КОСГУ 346 «Увеличение стоимости прочих материальных запасов», что подтверждает выводы о нецелевом использовании средств ОМС.

Согласно п. 6 ст. 36 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ территориальная программа обязательного медицинского страхования в рамках реализации базовой программы обязательного медицинского страхования определяет на территории субъекта Российской Федерации способы оплаты медицинской помощи, оказываемой застрахованным лицам по обязательному медицинскому страхованию, структуру тарифа на оплату медицинской помощи, содержит реестр медицинских организаций, участвующих в реализации территориальной программы обязательного медицинского страхования, определяет условия оказания медицинской помощи в них, а также целевые значения критериев доступности и качества медицинской помощи.

Таким образом, нецелевым расходованием считается расходование средств ОМС на цели не соответствующие структуре тарифа ОМС.

Согласно ч. 7 ст. 35 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ структура тарифа на оплату медицинской помощи включает в себя расходы на заработную плату, начисления на оплату труда, прочие выплаты, приобретение лекарственных средств, расходных материалов, продуктов питания, мягкого инвентаря, медицинского инструментария, реактивов и химикатов, прочих материальных запасов, расходы на оплату стоимости лабораторных и инструментальных исследований, проводимых в других учреждениях (при отсутствии в медицинской организации лаборатории и диагностического оборудования), организации питания (при отсутствии организованного питания в медицинской организации), расходы на оплату услуг связи, транспортных услуг, коммунальных услуг, работ и услуг по содержанию имущества, расходы на арендную плату за пользование имуществом, оплату программного обеспечения и прочих услуг, социальное обеспечение работников медицинских организаций, установленное законодательством Российской Федерации, прочие расходы, расходы на приобретение основных средств (оборудование, производственный и хозяйственный инвентарь) стоимостью до ста тысяч рублей за единицу.

В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 08.12.2017 № 1492 «О Программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2018 год и на плановый период 2019 и 2020 годов», Постановлением Администрации Томской области от 22.12.2017 №442а «Об утверждении областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2018 год и на плановый период 2019 и 2020 годов», Постановлением Правительства РФ от 10.12.2018 N 1506 «О Программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2019 год и на плановый период 2020 и 2021 годов», Постановлением Администрации Томской области от 29.12.2018 № 508а «Об утверждении областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2019 год и на плановый период 2020 и 2021 годов», Постановлением Правительства РФ от 07.12.2019 N 1610 «О Программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2020 год и на плановый период 2021 и 2022 годов», Постановлением Администрации Томской области от 26.12.2019 № 495а «Об утверждении областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2020 год и на плановый период 2021 и 2022 годов», Постановлением Правительства РФ от 28.12.2020 N 2299 «О Программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2021 год и на плановый период 2022 и 2023 годов», Постановлением Администрации Томской области от 30.12.2020 № 644а «Об утверждении областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2021 год и на плановый период 2022 и 2023 годов» структура тарифа на оплату медицинской помощи, оказываемой в рамках областной Программы ОМС, включает в себя расходы на заработную плату, начисления на оплату труда, прочие выплаты, приобретение лекарственных средств, расходных материалов, продуктов питания, мягкого инвентаря, медицинского инструментария, реактивов и химикатов, прочих материальных запасов, расходы на оплату стоимости лабораторных и инструментальных исследований, проводимых в других учреждениях (при отсутствии в медицинской организации лаборатории и диагностического оборудования), организации питания (при отсутствии организованного питания в медицинской организации), расходы на оплату услуг связи, транспортных услуг, коммунальных услуг, работ и услуг по содержанию имущества, расходы на арендную плату за пользование имуществом, оплату программного обеспечения и прочих услуг, социальное обеспечение работников медицинских организаций, установленное законодательством Российской Федерации, прочие расходы, расходы на приобретение основных средств (оборудование, производственный и хозяйственный инвентарь) стоимостью до ста тысяч рублей за единицу. Использование средств обязательного медицинского страхования осуществляется медицинскими организациями на виды расходов, включенные в структуру тарифа на оплату медицинской помощи, определенную Программой.

По кодам Классификации операций сектора государственного управления (КОСГУ) в структуру тарифов при оплате медицинской помощи в системе обязательного медицинского страхования в 2018-2021 годах включались расходы - код 341 - Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях.

Единый порядок ведения бухгалтерского учета реализуется в соответствии с положениями приказов Министерства финансов Российской Федерации: - от 01.12.2010 г. № 157н «Об утверждении Единого плана счетов бухгалтерского учета для органов государственной власти (государственных органов), органов местного самоуправления, органов управления государственными внебюджетными фондами, государственных академий наук, государственных (муниципальных) учреждений и Инструкции по его применению»; - от 29.11.2017 г. № 209н «Об утверждении Порядка применения классификации операций сектора государственного управления»).

Согласно пункту 11.4 Приказа Минфина России от 29.11.2017 № 209н статья 340 «Увеличение стоимости материальных запасов» КОСГУ детализируется подстатьями КОСГУ: 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях»; 342 «Увеличение стоимости продуктов питания»; 343 «Увеличение стоимости горюче-смазочных материалов»; 344 «Увеличение стоимости строительных материалов»; 345 «Увеличение стоимости мягкого инвентаря»; 346 «Увеличение стоимости прочих оборотных запасов (материалов)»; 347 «Увеличение стоимости материальных запасов для целей капитальных вложений»; 349 «Увеличение стоимости прочих материальных запасов однократного применения».

На подстатьи статьи 340 «Увеличение стоимости материальных запасов» КОСГУ относятся операции по поступлению (принятию к учету) материальных запасов, а также расходы по оплате государственных (муниципальных) контрактов, договоров на приобретение (изготовление) объектов, относящихся к материальным запасам.

Отнесение материальных запасов на соответствующие подстатьи статьи 340 «Увеличение стоимости материальных запасов» КОСГУ осуществляется по целевому (функциональному) назначению материального запаса.

В соответствии с пунктом 11.4.1 Приказа Минфина России от 29.11.2017 № 209н на подстатью 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях» КОСГУ относятся расходы по оплате договоров на приобретение (изготовление) лекарственных препаратов и медицинских изделий, применяемых в медицинских целях.

Пунктом 11.4.6. Приказа Минфина России от 29.11.2017 № 209н закреплено, что на подстатью 346 «Увеличение стоимости прочих материальных запасов» КОСГУ относятся расходы по оплате договоров на приобретение (изготовление) прочих объектов, относящихся к материальным запасам, не отнесенных на иные подстатьи статьи 340 «Увеличение стоимости материальных запасов», в том числе: запасных и (или) составных частей для машин, оборудования, оргтехники, вычислительной техники, систем телекоммуникаций и локальных вычислительных сетей, систем передачи и отображения информации, защиты информации, информационно-вычислительных систем, средств связи и тому подобное; - спецоборудования для научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ; - кухонного инвентаря; - кормов, средств ухода, дрессировки, экипировки животных; - материальных запасов в составе имущества казны, в том числе входящих в государственный материальный резерв; - бланочной продукции (за исключением бланков строгой отчетности); - канцелярских товаров и принадлежностей; - другие аналогичные расходы.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» при ведении бухгалтерского учета отразило расходы на приобретение кислорода, используемого в целях оказания медицинской помощи пациентам с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019, на подстатье 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях» КОСГУ, поскольку руководствовалось целевым (функциональным) назначением материального запаса (кислород применялся для оказания медицинской помощи, т.е. в медицинских целях).

Согласно разъяснениям Минфина России, данным в письме от 06.04.2020 № 02-08-10/27111 «О применении кодов бюджетной классификации при осуществлении расходов на мероприятия по профилактике и противодействию распространения новой коронавирусной инфекции» к расходам медицинских учреждений, отражаемым по подстатье 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях» КОСГУ, относится приобретение в целях оказания медицинской помощи (медицинских услуг) термометров (срок полезного использования которых менее 12 месяцев), бактерицидных ламп, дезинфицирующих средств, антисептиков, масок, латексных перчаток. В случае приобретения медицинским учреждением в рамках одного контракта (договора) указанных материальных запасов как в целях оказания медицинской помощи, так и для общехозяйственных нужд учреждения, в том числе для посетителей учреждения, расходы на оплату данных контрактов (договоров) также подлежат отражению по подстатье 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях» КОСГУ.

Таким образом, суд признает обоснованным довод об отражении материальных запасов на подстатье 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях», который не зависит от наличия/отсутствия у данных материальных запасов регистрационного удостоверения.

При этом, суд указывает, что факт неверного отражения учреждением своих расходов (в случае его наличия), т.е. неверный выбор подстатьи КОСГУ, является признаком неправильного ведения бухгалтерского учета, но не является основанием для признания таких расходов нецелевыми, поскольку нецелевым расходованием считается расходование средств ОМС на цели не соответствующие структуре тарифа ОМС (при этом, структура тарифа содержит в себе обе подстатьи расходов).

Исследовав вышеуказанные обстоятельства, суд признает обоснованным довод о том, что распространение новой коронавирусной инфекции, вызванной COVID-2019, являлось обстоятельством непреодолимой силы, закупка кислорода производились у единственного поставщика (АО «Византия») на основании пункта 9 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», что подтверждает добросовестность действий ОГБУЗ «МСЧ №2» по осуществлению попыток приобрести медицинский кислород для нужд учреждения через систему закупок с соблюдением требований к кислороду.

Также суд принимает во внимание, что в материалы дела представлено Постановление о прекращении уголовного дела № 12201690013000245 в связи с отсутствием в действиях генерального директора АО «Византия» признаков преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 2 ст. 171, п. «б» ч. 2 ст. 235.1, ч. 1 ст. 238.1 УК РФ (т. 5 л.д. 132-143).

При этом, в данном документе указано, что в соответствии со ст. 39 УК РФ не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами, и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости. Превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный. Такое превышение влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.

Вышеизложенные обстоятельства дают основания полагать, что действия генерального директора АО «Византия» при поставках медицинского кислорода в медицинские учреждения Томской области без соответствующей лицензии носят крайнюю необходимость, в случае отказа в поставках кислорода в медицинские учреждения Томской области со стороны АО «Византия» необходимую медицинскую помощь в виде кислородотерапии могли не получить многие пациенты с новой короновирусной инфекцией (COVID-19), а, соответственно, не исключен их летальный исход.

Учитывая изложенное, Акт выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГБУЗ «Медико-санитарная часть № 2» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, за период с 01.01.2018 по 31.12.2021 № 1-2022 от 25 февраля 2022 года, содержащий требований о восстановлении указанных средств ОМС, уплаты штрафа и пени в данной части подлежит признанию недействительным, а встречное заявление фонда – не подлежащим удовлетворению.

Также в ходе проведения проверки установлено, что при проверке правильности установления работникам МСЧ № 2 должностных окладов, а также правильности начисления и выплаты заработной платы за счет средств ОМС установлено, что в нарушение пункта 158 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от 28.02.2011 № 158н (далее - Правила ОМС № 158н), и пункта 192 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28.02.2019 № 108н (далее - Правила ОМС № 108н), действовавших в проверяемом периоде, медицинской организацией в 2018-2021 годах средства ОМС в сумме 1 132 590,17 руб. направлены на выплату заработной платы кассиру медицинской организации по виду деятельности, финансирование которой должно осуществляться из другого источника. Кроме этого, фондом начислен штраф в размере 113 259,2 руб. и начислены пени в размере 40 773,21 руб.

В соответствии с пунктом 158 Правил ОМС № 158н и пункта 192 Правил ОМС № 108н, в расчет тарифов на оплату медицинской помощи включаются затраты медицинской организации, непосредственно связанные с оказанием медицинской помощи и потребляемые в процессе ее предоставления, и затраты, необходимые для обеспечения деятельности медицинской организации в целом, но не потребляемые непосредственно в процессе оказания медицинской помощи.

Согласно пункту 158.3 Правил ОМС № 158н и пункту 195 Правил ОМС № 108н в составе затрат, необходимых для обеспечения деятельности медицинской организации в целом, выделяются затраты на оплату труда и начисления на выплаты по оплате труда работников медицинских организаций, которые не принимают непосредственного участия в оказании медицинской помощи (административно-управленческого, административно-хозяйственного, вспомогательного и иного персонала, не принимающего непосредственное участие в оказании медицинской помощи).

Таким образом, расходы на заработную плату (в том числе, начисления на оплату труда) кассира могут быть осуществлены за счет средств ОМС, в пределах стоимости медицинской помощи, установленной для МСЧ № 2 решением Комиссии по разработке территориальной программы обязательного медицинского страхования в Томской области, при условии, что деятельность данного специалиста необходима для обеспечения деятельности медицинской организации в сфере ОМС.

При проведении проверки установлено, что в проверяемом периоде МСЧ № 2 кассовые операции со средствами ОМС не осуществлялись. Заработная плата, пособия по временной нетрудоспособности работникам перечислялись безналичным путём.

В ходе проверки для подтверждения деятельности, осуществляемой по ОМС, сотрудника, занимающего должность кассира, были представлены сформированные ежемесячные журналы операций № 8 по прочим операциям. Данный журнал операций формируется по всем источникам финансирования, других первичных учетных документов представлено не было.

В части возложения на кассира обязанностей по обеспечению сохранности документов (трудовых книжек, личных дел сотрудников, листков временной нетрудоспособности) суд обращает внимание, что согласно требованиям статей 66, 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, пункта 45 Правил ведения и хранения трудовых книжек, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2003 № 225, и пункта 42 Порядка ведения, хранения, учета и выдачи трудовых книжек, утвержденного приказом Минтруда России от 19.05.2021 № 320н, работодатель обязан организовать работу по ведению, хранению, учету и выдаче трудовых книжек и вкладышей в них. Ответственность за ведение, хранение, учет и выдачу трудовых книжек несет специально уполномоченное лицо, назначаемое приказом (распоряжением) работодателя.

В медицинской организации, согласно штатному расписанию имеется отдел кадров, в котором есть начальник отдела кадров, а также и специалисты по кадрам.

В соответствии с Квалификационным справочником должностей руководителей, специалистов и других служащих, утвержденным постановлением Минтруда России от 21.08.1998 № 37, начальник отдела кадров обеспечивает хранение и заполнение трудовых книжек и ведение установленной документации по кадрам, инспектор по кадрам формирует и ведет личные дела работников, вносит в них изменения, связанные с трудовой деятельностью.

Согласно статье 129 Трудового кодекса Российской Федерации оклад (должностной оклад) - это фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

Из подпункта «г» пункта 14 раздела 3 Положения об оплате труда работников ОГБУЗ «МСЧ № 2», утвержденного 15.01.2020 (далее - Положение, т.3, л.д 142-150, т. 4 л.д. 1-44), следует, что выплата за расширение зон обслуживания является компенсационной выплатой.

В приложении № 1 к Положению определен порядок установления доплат, в том числе, за расширение зон обслуживания. Согласно пункту 2.1 указанного порядка работникам, выполняющим в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительную работу по такой же профессии (должности), производится доплата за расширение зон обслуживания.

Кроме того, кассир в заявлениях от 09.01.2020, от 11.01.2021 просит установить «дополнительную доплату к должностному окладу за расширение зон обслуживания сверх должностной инструкции». Таким образом, размер оклада доплату за расширение зон обслуживания в себя не включает.

Согласно расчетным листкам (т.4 л.д. 123-150, т.5 л.д. 1-20) структура заработной платы кассира состояла из: - должностного оклада (за счет средств ОМС); - стимулирующей выплаты в размере 4% от должностного оклада (за счет средств ОМС); - доплаты за расширение зон обслуживания (за счет средств ОМС); - стимулирующей выплаты за качество выполняемой работы (за счет средств ОМС); - стимулирующей выплаты за организацию или оказание платных медицинских услуг, в том числе, районный коэффициент (за счет средств от оказания платных медицинских услуг).

В отношении ежедневной выгрузки платежных поручений из системы АЦК в программу Барс-бухгалтерия, подготовки бухгалтерских документов к архивации и участие в проведении инвентаризации товарно-материальных ценностей установлено, что сотруднику, занимающему должность кассира в проверяемом периоде за счет средств ОМС, на основании приказов главного врача медицинской организации ежемесячно начислялась и выплачивалась надбавка за расширение зоны обслуживания, которая составляла в 2018 году - 221 855,24 руб. (60,0% от всей заработной платы кассира с учетом начислений), в 2019 году - 138 311,72 руб. (35,7% от всей заработной платы кассира с учетом начислений), в 2020 году - 31 282,74 руб. (7,8% от всей заработной платы кассира с учетом начислений), в 2021 году - 29 249,00 руб. (7,4% от всей заработной платы кассира с учетом начислений). Данная надбавка за расширение зоны обслуживания комиссией ТФОМС Томской области не квалифицировалась как нецелевое использование средств ОМС и в расчет суммы нецелевого использования средств ОМС не включалась.

Также из расчетных листков следует, что кассиру выплачивалась заработная плата за организацию или оказание платных медицинских услуг (за содействие в оказании платных медицинских услуг, п. 27 Положения).

В ходе проведения проверки бухгалтером МСЧ № 2 членам комиссии ТФОМС Томской области были представлены ведомости, выгруженные из системы ПАРУС «Бухгалтерия», сформированные по источнику произведенных выплат за счет средств ОМС. Выплаты, произведенные кассиру МСЧ № 2 за счет средств, полученных от приносящей доход деятельности (платных услуг), не входили в предмет проверки и не квалифицировались как нецелевое использование средств ОМС.

Установлено, что трудовые функции кассира, предусмотренные пунктом 3 трудового договора от 15.06.2017 № 164, не были связаны с оказанием медицинской помощи по ОМС, в расчет нецелевого использования средств ОМС были включены следующие выплаты: - должностной оклад; - стимулирующие выплаты в размере 4% от должностного оклада; - стимулирующие выплаты за качество выполняемой работы.

Документы, свидетельствующие об осуществлении и выполнении кассиром каких-либо трудовых функций, связанных с оказанием медицинской помощи по ОМС (за исключением выполнения функций, за которые была выплачена доплата за расширение зон обслуживания), как в ходе проведения проверки, так и в ходе судебного разбирательства МСЧ № 2 не представлены.

Таким образом, направление средств ОМС в сумме 1 132 590,17 руб. (в том числе за 2018 год - 147 706,57 руб., за 2019 год - 249 219,56 руб., за 2020 год - 369 583,01 руб., за 2021 год - 366 081,03 руб.) на оплату расходов, финансовое обеспечение которых должно осуществляться из иного источника, является нецелевым использованием средств ОМС, подлежащим восстановлению, в связи с чем, доводы учреждения о признании акта незаконным в данной части, а также в части штрафа и пени суд признает необоснованными (с учетом вывода суда о незаконности акта в части периода проведенной проверки).

Как было указано выше, неисполнение Учреждением обязанности по возврату денежных средств, послужило основанием для обращения Фонда в арбитражный суд с встречным иском о взыскании задолженности.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Статья 310 ГК РФ предусматривает недопустимость одностороннего отказа от исполнения обязательств и одностороннего изменения его условий, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии со статьей 13 Федерального Закона от 29.11.2010 года № 326-Ф3 «Территориальные фонды обязательного медицинского страхования созданы для реализации государственной политики в сфере обязательного медицинского страхования на территориях субъектов Российской Федерации. Частью 2 статьи 34 Закона № 326-ФЗ предусмотрено, что территориальный фонд осуществляет управление средствами обязательного медицинского страхования на территории субъекта Российской Федерации, предназначенными для обеспечения гарантий бесплатного оказания застрахованным лицам медицинской помощи в рамках программ ОМС и в целях обеспечения финансовой устойчивости ОМС на территории субъекта Российской Федерации, а также решения иных задач, установленных настоящим Федеральным законом, положением о территориальном фонде, законом о бюджете территориального фонда.

На основании пункта 12 части 7 статьи 34 Закона № 326-ФЗ территориальный фонд осуществляет контроль за использованием средств ОМС медицинскими организациями, в том числе проводит проверки и ревизии. Контроль за использованием средств ОМС осуществляется в соответствии с Положением о контроле за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями, утвержденным приказом Федерального фонда обязательного медицинского страхования от 16 апреля 2012 г. № 73 «Об утверждении Положений о контроле за деятельностью страховых медицинских организаций и медицинских организаций в сфере обязательного медицинского страхования

Пунктами 1 и 2 статьи 19 Федерального закона от 16.07.1999 № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» предусмотрено, что денежные средства бюджетов фондов конкретных видов обязательного социального страхования расходуются на цели, устанавливаемые федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования на очередной финансовый год и на плановый период. Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 20 Федерального закона № 326-ФЗ медицинские организации наделены правом на получение средств за оказанную медицинскую помощь на основании заключенных договоров на оказание и оплату медицинской помощи по ОМС в соответствии с установленными тарифами на оплату медицинской помощи по ОМС и в иных случаях, предусмотренных Федеральным законом №326-Ф3. В соответствии с подпунктом 5 пункта статьи 20 Федерального закона № 326-Ф3 указанные средства медицинские организации обязаны использовать исключительно в соответствии с программой ОМС.

Согласно расчету встречных исковых требований, Фондом исходил из следующего:

1. В части средств, направленных на оплату расходов, финансовое обеспечение которых должно осуществляться из другого источника (выплата заработной платы кассиру за выполнение обязанностей, не связанных с деятельностью по ОМС):

- за период с 01.01.2018 по 31.12.2018: - 147 706,57 руб. - средства ОМС, направленные на оплату расходов, финансовое обеспечение которых должно осуществляться из другого источника (выплата в 2018 году заработной платы кассиру за выполнение обязанностей, не связанных с деятельностью по ОМС; - 14 770,65 руб. (147 706,57х10%) - размер штрафа, подлежащего оплате в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ, согласно которой за использование не по целевому назначению медицинской организацией средств, перечисленных ей по договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, медицинская организация уплачивает в бюджет территориального фонда штраф в размере 10 процентов от суммы нецелевого использования средств; - 196, 94 руб. (147 706,57 х 20,00/300/100 х 2) - размер пени, взыскиваемой за период с 30.03.2022 по 31.03.2022, в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ, согласно которой за использование не по целевому назначению медицинской организацией средств, перечисленных ей по договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, медицинская организация уплачивает пеню в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день предъявления санкций, от суммы нецелевого использования указанных средств за каждый день просрочки; - 5 120,49 руб. (147 706,57 х 20,00/300/100 х 52) - размер пени, взыскиваемой за период с 01.10.2022 по 21.11.2022, в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ;

- за период с 01.01.2019 по 31.12.2019: - 249 219,56 руб. - выплата в 2019 году заработной платы кассиру за выполнение обязанностей, не связанных с деятельностью по ОМС; - 24 921,95 руб. (249 219,56х10%) - размер штрафа, подлежащего оплате в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ; - 332,29 руб. (249 219,56 х 20,00/300/100 х 2) - размер пени, взыскиваемой за период с 30.03.2022 по 31.03.2022, в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ; - 8 639,61 руб. (249 219,56 х 20,00/300/100 х 52) - размер пени, взыскиваемой за период с 01.10.2022 по 21.11.2022, в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ;

- за период с 01.01.2020 по 31.12.2020: - 369 583,01 руб. - выплата в 2020 году заработной платы кассиру за выполнение обязанностей, не связанных с деятельностью по ОМС; - 36 958,30 руб. (369 583,01 х 10%) - размер штрафа, подлежащего оплате в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ; - 492,77 руб. (369 583,01 х 20,00/300/100 х 2) - размер пени, взыскиваемой за период с 30.03.2022 по 31.03.2022, в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ; - 12 812,21 руб. (369 583,01 х 20,00/300/100 х 52) - размер пени, взыскиваемой за период с 01.10.2022 по 21.11.2022, в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ;

- за период с 01.01.2021 по 31.12.2021: - 366 081,03 руб. - выплата в 2021 году заработной платы кассиру за выполнение обязанностей, не связанных с деятельностью по ОМС; - 36 608,10 руб. (366 081,03 х 10%)) - размер штрафа, подлежащего оплате в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ; - 488,10 руб. (366 081,03 х 20,00/300/100 х 2) - размер пени, взыскиваемой за период с 30.03.2022 по 31.03.2022, в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ; - 12 690,80 руб. (366 081,03 х 20,00/300/100 х 52) - размер пени, взыскиваемой за период с 01.10.2022 по 21.11.2022, в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ.

2. В части средств, направленных на приобретение кислорода, не зарегистрированного в Российской Федерации и не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, в нарушение статьи 13 Федерального закона от 12.04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» (далее - Федеральный закон № 61-ФЗ) и требований Государственного стандарта СССР ГОСТ 5583-78 (ИСО 2046-73) «Кислород газообразный технический и медицинский. Технические условия», утвержденного постановлением Государственного комитета стандартов Совета Министров СССР от 26.05.1978 № 1419 (далее - ГОСТ 5583-78):

- за период с 01.01.2020 по 31.12.2020: - 3 527 200,00 руб. - средства, направленные в 2020 году на приобретение кислорода, не зарегистрированного в Российской Федерации и не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, в нарушение статьи 13 Федерального закона № 61-ФЗ и требований ГОСТ 5583-78; - 352 720,00 руб. (3 527 200,00 х 10%) - размер штрафа, подлежащего оплате в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ; - 4 702,93 руб. (3 527 200,00 х 20,00/300/100 х 2) - размер пени, взыскиваемой за период с 30.03.2022 по 31.03.2022, в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ; - 122 276,26 руб. (3 527 200,00 х 20,00/300/100 х 52) - размер пени, взыскиваемой за период с 01.10.2022 по 21.11.2022, в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ;

- за период с 01.01.2021 по 31.12.2021: - 43 986 000 руб. - средства, направленные в 2021 году на приобретение кислорода, не зарегистрированного в Российской Федерации и не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, в нарушение статьи 13 Федерального закона № 61-ФЗ и требований ГОСТ 5583-78; - 4 398 600 руб. (43 986 000 х 10%) - размер штрафа, подлежащего оплате в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ; - 58 648 руб. (43 986 000 х 20,00/300/100 х 2) - размер пени, взыскиваемой за период с 30.03.2022 по 31.03.2022, в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ; - 1 524 848,00 руб. (43 986 000,00 х 20,00/300/100 х 52) - размер пени, взыскиваемой за период с 01.10.2022 по 21.11.2022, в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ.

Судом установлено, что расчет требований (уточненный) произведен с учетом положений Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

В отзыве на исковое заявление ответчик просит уменьшить размер штрафа и неустойки за просрочку оплаты в соответствии со статьей 333 ГК РФ.

В соответствии со статьей 333 ГК РФ суд наделен правом уменьшить неустойку, если установит, что подлежащая неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При этом суд в каждом конкретном случае, исходя из установленных по делу обстоятельств, определяет критерии такой несоразмерности. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Кодекса, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе и направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки. Данной правовой нормой предусмотрена обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О). Пунктом 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление от 24.03.2016 № 7) предусмотрено, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Согласно пункту 73 Постановления от 24.03.2016 № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. В соответствии с пунктом 77 Постановления № 7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Согласно пункту 78 Постановления от 24.03.2016 № 7 правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ применяются также в случаях, когда неустойка определена законом. В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.01.2011 № 11680/10 указано, что необоснованное уменьшение неустойки с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам. Неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами, однако никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения. Степень несоразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела. Суд установил, что ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о явной несоразмерности взыскиваемой истцом неустойки последствиям нарушения обязательства. Несогласие ответчика с размером неустойки не является основанием для ее уменьшения.

Кроме этого, применение приведенного выше положения является правом, а не обязанностью суда. На основании изложенного, суд отказывает ответчику в удовлетворении ходатайства о снижении размера неустойки.

Также суд обращает внимание на то, что смыслу ст. 55 Конституции Российской Федерации введение ответственности за правонарушение и установление конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным конституционно закрепленным целям и охраняемым законом интересам, а также характеру совершенного деяния.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.1999 № 11-П, санкции штрафного характера должны отвечать требованиям справедливости и соразмерности. Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 05.11.2003 N 349-О указано, что суд вправе избирать в отношении правонарушителя меру наказания с учетом характера правонарушения, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств деяния.

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 19.01.2016 № 2-П указал, что если санкция была применена должностным лицом фонда, суд (безотносительно к законодательному регулированию пределов его полномочий при судебном обжаловании решений о применении мер ответственности), рассмотрев соответствующее заявление привлекаемого к ответственности лица, не лишен возможности снизить размер ранее назначенного ему штрафа. Таким образом, суд вправе снизить размер штрафной санкции, так как любая мера публичной ответственности должна отвечать принципам справедливости, соразмерности, пропорциональности государственного принуждения, характеру совершенного правонарушения. Полномочие суда, на снижение штрафных санкций исходя из вышеуказанных принципов, вытекает из конституционных прерогатив правосудия.

Исследовав материалы дела, суд исходит из того, что штраф, как мера обеспечения обязательств, носит компенсационный характер, подлежит определению с учетом степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств с целью установления баланса между применяемой мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного выявленными нарушениями.

Между тем, по мнению суда, заявленная Фондом к взысканию сумма штрафа (в части эпизода по оплате заработной платы кассиру за выполнение обязанностей, не связанных с деятельностью по ОМС) соразмерна последствиям нарушения обязательства, исходя из обстоятельств настоящего дела, а также отсутствия в материалах дела доказательств тяжелого материального положения учреждения, значительный период нарушения норм действующего законодательства, в связи с чем требования учреждения в данной части не подлежат удовлетворению.

Учитывая изложенное, исковые требования подлежат удовлетворению частично с ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области подлежит взысканию всего 1 118 827,73 руб., в том числе: - средства, использованные не по целевому назначению в размере 984 883,6 руб., - штраф в размере 98488,35 руб., - пени в размере 35 455,78 руб.

Согласно статье 101 АПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 АПК РФ). В соответствии с принципом распределения судебных, закрепленным в части 1 статьи 110 АПК РФ, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Как разъяснено в пункте 21 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» (далее - Постановление № 46), законодательством не предусмотрены возврат заявителю уплаченной государственной пошлины из бюджета в случае, если судебный акт принят в его пользу, а также освобождение государственных органов, органов местного самоуправления от процессуальной обязанности по возмещению судебных расходов. В связи с этим, если судебный акт принят не в пользу государственного органа (органа местного самоуправления), должностного лица такого органа, за исключением прокурора, Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, расходы заявителя по уплате государственной пошлины подлежат возмещению соответствующим органом в составе судебных расходов (часть 1 статьи 110 АПК РФ).

В пункте 23 Постановления № 46 указано, что при частичном удовлетворении требования неимущественного характера, в том числе, имеющего денежную оценку, расходы по уплате государственной пошлины в полном объеме взыскиваются с противоположной стороны по делу.

Учитывая изложенное, арбитражный суд делает вывод о том, что с Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области в пользу ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» подлежат взысканию расходы по уплате госпошлины в размере 3000 руб. С ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» в федеральный бюджет подлежит взысканию госпошлина в размере 4 050 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Признать недействительным Акт № 1-2022 от 25.02.2022 выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию за период с 01.01.2018 по 31.12.2021, вынесенный Территориальным фондом обязательного медицинского страхования Томской области, в части: - обязания восстановить средства ОМС, использованные не по целевому назначению в сумме 47 660 906, 57 руб. - уплаты штрафа в размере 4 766 090, 65 руб.

В остальной части в удовлетворении требований ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» отказать.

Обязать Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Томской области устранить нарушение прав и законных интересов ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2».

Взыскать с Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области в пользу ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» расходы по уплате госпошлины в размере 3000 руб.

Встречные требования Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области к ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» удовлетворить частично.

Взыскать с ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области всего 1 118 827,73 руб., в том числе: - средства, использованные не по целевому назначению в размере 984 883,6 руб., - штраф в размере 98488,35 руб., - пени в размере 35 455,78 руб.

В остальной части встречный иск оставить без удовлетворения.

Взыскать с ОГБУЗ «Медико-санитарная часть №2» в федеральный бюджет госпошлину в размере 4 050 руб.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

Судья Ю. М. Сулимская