Постановление от 21 декабря 2021 г. по делу № А29-5559/2015

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А29-5559/2015


21 декабря 2021 года



Резолютивная часть постановления объявлена 14.12.2021.

Постановление в полном объеме изготовлено 21.12.2021.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Прытковой В.П.,

судей Жегловой О.Н., Кузнецовой Л.В.


при участии представителя

от публичного акционерного общества Банка

«Финансовая Корпорация Открытие»:

ФИО1 по доверенности от 21.09.2021


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

публичного акционерного общества Банка

«Финансовая Корпорация Открытие»


на определение Арбитражного суда Республики Коми от 24.06.2021 и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 30.09.2021

по делу № А29-5559/2015


по заявлению публичного акционерного общества Банка

«Финансовая Корпорация Открытие»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

о привлечении ФИО3

к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

общества с ограниченной ответственностью «Аракис ЛТД»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>),


третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – финансовый управляющий имуществом ФИО3 – ФИО2,

и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Аракис ЛТД» (далее – Общество; должник) в Арбитражный суд Республики Коми обратилось публичное акционерное общество Банк «Финансовая Корпорация Открытие» (далее – Банк) с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 602 476 382 рублей 75 копеек.

Суд первой инстанции привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, финансового управляющего имуществом ФИО3 ФИО4. Впоследствии ФИО4 был отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего, новым финансовым управляющим утверждена ФИО2, в связи с чем определением от 11.12.2019 ФИО4 исключен из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, а ФИО2, соответственно, привлечена к участию в деле в этом качестве.

Арбитражный суд Республики Коми определением от 24.06.2021, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 30.09.2021, отказал в удовлетворении заявления. Суды руководствовались статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ), разъяснениями, изложенными в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53).

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Банк обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает, что суды первой и апелляционной инстанций необоснованно не приняли во внимание заключение специалиста общества с ограниченной ответственностью «ЮрИнКом» (далее – общество «ЮрИнКом») от 07.12.2020 № 07/12/2020-3, сформированное по результатам финансово-экономического исследования деятельности должника. По мнению Банка, указанное заключение отвечает требованиям, предъявляемым Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации к доказательствам по делу, непосредственно относится к существу рассматриваемого обособленного спора, поскольку подтверждает обстоятельства, на которые ссылается заявитель в обоснование требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, подготовлено специалистом, имеющим высшее экономическое образование. Выводы, изложенные в заключении, подтверждают, что Общество было неплатежеспособно в анализируемый период – 2013 – 2015 годах, существенное ухудшение ликвидности произошло в 2014 году, причиной тому послужила передача внеоборотных активов в размере 125 406 000 рублей обществу с ограниченной ответственностью «Норд-торг», а также принятие на себя кредитных обязательств с расходованием денежных средств на аффилированные предприятия; должник представлял в налоговые органы недостоверную бухгалтерскую и иную финансовую отчетность, безвозмездно списал запасы в размере 52 240 000 рублей. Выводы, изложенные в заключении специалиста, ФИО3 не опроверг.

Банк полагает, что суды пришли к неверному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности. Ответчик в 2014 году допустил существенное снижение объема основных средств и внеоборотных активов должника, однако конкурсный управляющий Общества не представил заявителю и суду документы, на основании которых возможно было бы объяснить указанные обстоятельства. У Общества имелась существенная дебиторская задолженность со стороны аффилированных лиц (обществ с ограниченной ответственностью «Алгоритм», «Аракис Плюс», «Гарант», «Спектр», «Квинт», «Норд-торг») на сумму 859 464 206 рублей 35 копеек, также у должника имелась кредиторская задолженность перед указанными обществами, что свидетельствует о наличии внутригрупповых транзитных перечислений в целях создания видимости существенных оборотов по счетам должника и большого количества активов, однако в реальности Общество не имело возможности обслуживать принятые на себя обязательства. Выводы судов об обратном основаны на оценке анализа финансового состояния должника, составленного конкурсным управляющим ФИО5 с нарушением норм законодательства о банкротстве.

Заявитель жалобы отмечает, что ФИО3 не передал конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, что затруднило проведение анализа финансово-хозяйственной деятельности Общества. ФИО3 также совершил сделки, повлекшие ухудшение финансового состояния должника и наступление у него признаков банкротства. Кроме того, ответчик не исполнил обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании Общества банкротом.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны его представителем в судебном заседании.

Иные лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми от 24.06.2021 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 30.09.2021 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 15.12.1993. ФИО3 являлся одним из его учредителей с долей в уставном капитале 50 процентов, а также генеральным директором.

Участники Общества приняли решение от 01.06.2015 о его ликвидации, ликвидатором назначен ФИО3

Арбитражный суд Республики Коми решением от 22.12.2015 признал должника несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, ввел в отношении его имущества процедуру конкурсного производства, утвердил конкурсным управляющим ФИО5.

Банк, будучи кредитором Общества, посчитав, что невозможность погашения требований его кредиторов связана с действиями (бездействием) ФИО3, как единоличного исполнительного органа должника, обратился с заявлением о привлечении его к субсидиарной ответственности в арбитражный суд.

Проверив обоснованность доводов кассационной жалобы, суд округа не нашел правовых оснований для отмены принятых судебных актов.

Законом № 266-ФЗ Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Конкурсный кредитор обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением после 01.07.2017, следовательно, при рассмотрении данного спора подлежат применению процессуальные нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Действия, на которые сослался Банк, были совершены до 01.07.2017.

С учетом того, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения действий, вменяемых контролирующим должника лицам (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения к ответственности).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям») руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

– удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

– органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

– органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

– обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

– должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

– имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

– в иных предусмотренных Законом о банкротстве случаях.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

– возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 указанного закона;

– момент возникновения данного условия;

– факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

– объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и наступлением негативных последствий для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

При этом обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Банк в заявлении о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности связывает возникновение у бывшего руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом с выводами, изложенными в заключении общества «ЮрИнКом», в частности, о наличии у Общества признаков объективного банкротства с 2014 года.

Между тем суды констатировали, что Банк не указал конкретную дату возникновения у ФИО3 обязанности по подаче заявления, а также не привел иного, помимо выводов специалиста, обоснования своей позиции.

Суды первой и апелляционной инстанций не выявили обстоятельств, свидетельствующих о наличии в 2014 году признаков, поименованных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве и являющихся основанием для обращения руководителя должника в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

На основании бухгалтерского баланса должника за 2014 год у должника имелись запасы в размере 1 627 000 рублей, дебиторская задолженность в размере 239 739 000 рублей и денежные средства в размере 118 000 рублей, кроме того, Общество продолжало осуществлять приносящую доход хозяйственную деятельность. Доказательств того, что размер кредиторской задолженности в указанный период превышал стоимость имущества должника, материалы дела не содержат.

С учетом изложенного суды, не установив наступление в 2014 году критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц, правомерно отказали Банку в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Вопреки позиции Банка, суды обоснованно не усмотрели оснований для принятии заключения специалиста от 07.12.2020 № 07/12/2020-3 в качестве доказательства, подтверждающего формирование негативных тенденций в экономическом состоянии должника в 2013 году и возникновение признаков объективного банкротства в 2014 году.

Суды исследовали указанное заключение и пришли к выводу, что оно составлено без анализа первичной бухгалтерской документации должника (договоров, актов, товарных накладных, приходно-кассовых накладных, ордеров, товарных книг и прочих), а документы, которые анализировались специалистом, к заключению не приложены. Специалист указал, что использовал при формировании выводов, помимо прочего, сведения с сайтов в сети «Интернет», которые не приобщены к материалам дела, в связи с чем не могут составлять доказательную базу по настоящему обособленному спору.

При этом Банк не был лишен права инициировать проведения судебной экспертизы в рамках рассмотрения настоящего дела, однако таковым не воспользовался, предпочтя заказать осуществление анализа финансово-экономического деятельности должника самостоятельно, у специалиста, беспристрастность которого, с учетом заинтересованности кредитора в результате рассмотрения заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, вызвала у судов обоснованные сомнения.

Дополнительно суд апелляционной инстанции правомерно отметил, что заключение сделано без учета экономической ситуации в регионе и стране в исследуемый специалистом период.

Суды констатировали, что при таких обстоятельствах спорное заключение не может быть признано достоверным и допустимым доказательством, подтверждающим дату возникновения у Общества признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

При этом, вопреки позиции Банка, анализ финансового состояния должника, составленный конкурсным управляющим, принят судами в качестве доказательства. Нарушений при его составлении суды не установили. Оснований для иной оценки анализа у суда округа не имеется ввиду отсутствия компетенции по оценке доказательств.

Банк при обращении в суд с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности и в кассационной жалобе сослался на неисполнение ответчиком обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации Общества.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если эта информация искажена (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что конкурсный управляющий Общества получил от ФИО3 документацию должника, в том числе бухгалтерские документы, что подтверждается соответствующими актами приема-передачи. Конкурсный управляющий провел инвентаризацию основных средств, товарно-материальных ценностей и иного имущества должника, результаты которой опубликовал в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, сформировал конкурсную массу. При этом с заявлением об истребовании какой-либо документации у ФИО3 конкурсный управляющий не обращался.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что у ФИО3 имеется документация, не переданная конкурсному управляющему, и ее отсутствие негативно повлияло на формирование конкурсной массы и выполнение иных мероприятий в рамках дела о банкротстве Общества.

С учетом изложенного, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии доказательств неисполнения ФИО3, как бывшим руководителем должника, обязанности по передаче документации последнего конкурсному управляющему и, соответственно, правомерно отказали в привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Кроме того, Банк сослался на то, что банкротство Общества наступило в связи с противоправными действиями ФИО3, связанными с организацией транзитных перечислений денежных средств внутри группы аффилированных лиц.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции и применимой к спорным правоотношениям), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац девятый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В приведенных нормах содержится презумпция причинно-следственной связи между указанными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. При доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Суды первой и апелляционной инстанций не установили обстоятельств, свидетельствующих о том, что ФИО3 совершил действия, существенно ухудшившие финансовое положение общества.

Доводы Банка, основанные на заключении специалиста общества «ЮрИнКом» правомерно не приняты судами во внимание, поскольку указанное заключение не признано относимым и допустимым доказательством по делу.

В деле отсутствуют доказательства, подтверждающие, что сделки с аффилированными лицами, на которые в обоснование своего заявления сослался Банк, заключались с нарушением действующего законодательства, на заведомо невыгодных для должника условиях и (или) были заведомо неисполнимыми, а действия ФИО3 выходили за пределы обычного делового риска и были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Кроме того, суды приняли во внимание, что уголовное дело № 4381006 в отношении ФИО3, обвиняемого в преступлении, предусмотренном частью 1 статьи 201 Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено в связи с отсутствием состава преступления, за ФИО3 признано право на реабилитацию.

Иных доказательств, подтверждающих наличие условий для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности, в том числе свидетельствующих о направленности действий ответчика на причинение вреда и на получение собственной материальной выгоды от обеспечительных сделок, Банк в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины с кассационной жалобы не рассматривался, поскольку согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче кассационной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 24.06.2021 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 30.09.2021 по делу № А29-5559/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу публичного акционерного общества Банка «Финансовая Корпорация Открытие» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий


В.П. Прыткова



Судьи


О.Н. Жеглова

Л.В. Кузнецова