Решение от 30 мая 2023 г. по делу № А40-38440/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-38440/23-100-270
г. Москва
30 мая 2023 года
Резолютивная часть решения изготовлена 18 мая 2023 года

Решение в полном объеме изготовлено 30 мая 2023 года

Арбитражный суд в составе судьи И.М. Григорьевой, единолично,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

ФИО2

к ФИО3

третьи лица – общество с ограниченной ответственностью «Вольта», МИФНС России № 46 по г. Москве, ФИО4

о признании договора недействительным

в заседании приняли участие представители согласно протоколу судебного заседания



УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с уточненным в порядке ст.49 АПК РФ иском к АО «Бумажная мануфактура» о признании недействительными договоров купли-продажи доли в уставном капитале общества о ограниченной ответственностью «Вольта Русланд» (ИНН <***>) от 28.10.2013, от 02.11.2015.

Судом в порядке ст. 51 АПК РФ привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – ООО «Вольта», МИФНС России № 46 по г. Москве, ФИО4.

В судебном заседании 11.05.2023 объявлялся перерыв в порядке ст. 163 АПК РФ до 18.05.2023.

В судебном заседании представителем третьего лица ФИО4 заявлено ходатайство на основании ст.143 АПК РФ о приостановлении производства по настоящему делу до вступления в законную силу решения Арбитражного суда города Москвы от 04.05.2023 по делу № А40-254727/22-62-1981.

Представители истца, ответчика и третьего лица ООО «Вольта» возражали относительно заявленного ходатайства третьего лица ФИО4 о приостановлении производства по настоящему делу.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Согласно ст. 145 АПК РФ, производство по делу приостанавливается в случаях, предусмотренных п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК РФ на срок до вступления в законную силу судебного акта соответствующего арбитражного суда.

Обязанность приостановления судом производства по делу напрямую зависит от связи между делами, невозможности рассмотрения арбитражным спора до принятия решения по другому делу, то есть наличия обстоятельств, препятствующих принятию решения по рассматриваемому делу.

Отсутствие указанных обстоятельств не дает суду оснований приостановить производство по делу, поскольку отсутствует невозможность судебного разбирательства.

Таким образом, обязательным условием приостановления производства по делу является объективная невозможность рассмотрения и разрешения дела арбитражным судом до разрешения другого дела в суде.

Кроме того, разрешая вопрос о необходимости приостановления производства по рассматриваемому делу, суд должен оценить, насколько иное дело связано с предметом и (или) основанием исковых требований, заявленных в рамках рассматриваемого дела.

В связи с изложенным, оснований для удовлетворения ходатайства истца о приостановлении производства по делу не имеется.

Представителем истца заявлено ходатайство истца о вызове в судебное заседание ФИО5 в качестве свидетеля в целях подтверждения фактов номинальной деятельности ответчика (ФИО3) в качестве участника Общества за период обжалуемых сделок, а также фактического управления Обществом истцом (ФИО4) в период обжалуемых сделок.

Судом в порядке ст. 88, 159 АПК РФ рассмотрено и отклонено протокольным определением ходатайство истца о вызове свидетеля в судебное заседание, в связи с отсутствием оснований, предусмотренных ст. 88 АПК РФ.

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика признал исковые требования в соответствии с ч. 3 ст. 49 АПК РФ.

Заявление ответчика о признании иска судом рассмотрено. В соответствии с ч.5 ст.49 АПК РФ арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу.

В данном случае суд не принимает признание иска ответчиком, поскольку усматривает нарушение прав иных лиц.

Представитель третьего лица ООО «Вольта» иск поддержал по доводам, изложенным в представленных письменных пояснениях.

Возражая относительно исковых требований третье лицо – ФИО4 представила отзыв на исковое заявление, в котором просит отказать в удовлетворении иска, полагает, что истец искусственно пытается создать правовые последствии, при которых 100 % доли в уставном капитале Общества будет признана его личным имуществом, не подлежащим разделу между ним и супругой - ФИО4

Представитель третьего лица ФИО4 возражал относительно исковых требований по доводам, изложенным в отзыве на иск, заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Истец, ответчик возражали относительно заявленного ходатайства третьего лица о пропуске истцом срока исковой давности.

Третье лицо МИФНС России № 46 по г. Москве, извещенное о дате, времени и месте проведения судебного заседания в соответствии со ст.ст. 121, 122 Арбитражного процессуального кодекса РФ в судебное заседание не явилось, заявлений и/или ходатайств, препятствующих рассмотрению дела по существу, не направило.

Дело рассмотрено без участия третьего лица МИФНС России № 46 по г. Москве, в порядке ст.ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ по материалам, представленным истцом и не оспоренным ответчиком.

Рассмотрев материалы дела, заслушав правовые позиции полномочных представителей истца, ответчика и третьих лиц, оценив представленные документы в порядке ст.71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ФИО2 и ФИО3 заключили договор купли-продажи доли от 28.10.2013 в уставном капитале ООО «Вольта Русланд», согласно которому ФИО4 продает принадлежащую ему долю в размере 100 % в уставном капитале ООО «Вольта Русланд».

В соответствии с п. 2 договора Доля в размере 100 % в уставном капитале Общества принадлежит Продавцу по праву собственности, что подтверждается решением №1 единственного участника ООО «Вольта Импорт» от 05.04.2010, выпиской из ЕГРЮЛ № 7611730_УД сформированной по состоянию на 08.10.2013 и выданной инспекцией ФНС №14 по г. Москве.

02.11.2015 ФИО3 и ФИО2 заключили договор купли-продажи доли в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Вольта Русланд», согласно которому Продавец продал Покупателю принадлежащую ему долю в размере 100 % в уставном капитале ООО «Вольта Русланд».

Истец указывает на то, что в Люблинском районном суде г. Москвы рассматривается гражданское дело № 02-0242/2023 по иску ФИО4 к ФИО4 о расторжении брака и разделе совместно нажитого имущества, и по встречному иску ФИО4 к ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества.

100% доля в уставном капитале Общества была приобретена истцом в 2010 году, то есть задолго до заключения брака с ФИО4 - 28.09.2012.

Истец указывает, что не могут быть признаны 100 % доли в уставном капитале ООО Вольта» общим имуществом супругов, а являются личной собственностью ФИО4, следовательно, разделу по правилам статей 34, 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации не подлежат.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском, истец указывает на то, что по спорным договорам денежные средства в размере номинальной стоимости 100 000 руб. до подписания Договоров ФИО3 ФИО4 не передавались, как это указано в Договорах, поскольку Договоры были заключены формально, ФИО3 никогда не вступал в фактическое владение долей, не осуществлял контроль за деятельностью Общества, очередные собрания не проводил, годовую отчетность не утверждал, на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации содержится перечень таких способов, одним из которых является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки.

По смыслу названной материальной нормы, для применения указанного способа защиты необходимо подтвердить сам факт противоречия сделки закону.

Признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки в качестве защиты гражданских прав осуществляются в соответствии со статьями 166- 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1 статьи 166 ГК РФ).

Согласно положениям пунктов 1, 3 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Следовательно, определение действительной воли, которую имели в виду стороны при заключении мнимой сделки, не требуется. Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения создания условий для возникновения гражданских прав и обязанностей является достаточным для квалификации сделки как мнимой.

В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение.

Пункт 1 статьи 170 ГК РФ применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.02.2012 N 11746/11, от 05.04.2011 N 16002/10).

Таким образом, по смыслу положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ и с учетом приведенной выше правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки мнимой необходимо доказать наличие у лиц, участвующих в сделке, отсутствие намерений исполнять сделку.

Факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ) (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411).

Согласно пункту 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021, для признания сделки мнимой на основании статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что сторона сделки действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить сделку в действительности. Следовательно, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

При этом, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. При этом обязательным условием признания сделки мнимой, является порочность воли каждой из ее сторон.

Истец, настаивая на исковых требованиях, является факт отсутствия оплаты по обоим договорам.

В пункте 6 Договора от 28.10.2013 стороны указали, что по соглашению сторон стоимость отчуждаемой по настоящему договору доли в уставном капитале Общества составляет 100 000 (сто тысяч) рублей. Указанную стоимость доли в уставном капитале покупатель уплатил продавцу, а продавец принял до подписания настоящего договора. Расчет между сторонами произведен полностью (т.1 л.д.6-9)

В пункте 4 договора от 02.11.2015 указано, что доля в уставном капитале продана по согласованной сторонами цене в размере 100.000 руб. Указанная сумма выплачена продавцу покупателем до подписания настоящего договора (т.1 л.д.10).

В силу статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В соответствии с пунктом 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – постановление Пленума №49) условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование).

Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ №49 разъяснено, что по смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

При этом ответчик, признавая исковые требования истца и утверждая, что оплаты по второму договору произведена не было, указывает, что договор составлялся нотариусом и вносить свои условия стороны не могли, что противоречит существу нотариального удостоверения сделки, в ходе которого стороны согласовывают существенные условия, в том числе условия о цене и о порядке оплаты.

Таким образом, в обоих случаях условия договора о цене и о порядке ее оплаты должны были быть согласованы сторонами. Из содержания оспариваемых сделок презюмируется, что оплата по обоим договорам была произведена. Доказательств обратного сторонами не представлено.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что сторонами оспариваемых сделок предпринимались попытки внесудебного/судебного взыскания задолженности по договорам не представлено. Указанное поведение (фактическое бездействие) не характерно для разумного и осмотрительного субъекта гражданских правоотношений, что свидетельствует о явном злоупотреблении правом как стороной истца (при заявлении исковых требований), так и со стороны ответчика (при признании исковых требований).

Таким образом, неисполнение обязанности по оплате товара, которое в настоящем споре не доказано стороной истца, не влечет признания указанных сделок недействительными.

Также третье лицо акцентирует внимание суда на том факте, что истец оспаривает не только ту сделку, по которой доля в уставном капитале Общества выбыла из под его контроля, но и ту сделку, в результате которой он вновь стал собственником 100 % доли в уставном капитале Общества. Данный факт означает, что оспаривание указанных сделок направлено исключительно на то, чтобы создать условия, при которых доля в уставном капитале Общества будет являться личным имуществом истца и не будет подлежать разделу между ним и ФИО4 Иной интерес в оспаривании сделок у истца отсутствует, обратное не доказано.

Утверждение истца касательно намерения ФИО4 поступить на государственную службу не подтверждено надлежащими доказательствами. Кроме того ФИО4 с 2008 имел статус индивидуального предпринимателя (ОГРНИП 308774631600566) и был исключен из ЕГРЮЛ лишь в марте 2021 года, следовательно, на период заключения оспариваемых сделок не прекращал коммерческую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, что объективно препятствовало поступлению на государственную службу.

Оспариваемые сделки являются возмездными, расчеты по ним осуществлены сторонами полностью, надлежащим образом, указанное следует из текста оспариваемых сделок. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. Утверждения лиц, участвующих в деле, об обратном являются голословными, суду следует оценить как сомнительные, совершенные заинтересованными лицами в выработанной консолидированной позиции по делу.

Доказательств того, что сторонами оспариваемых сделок в периоде 2013 года по настоящее время предприняты попытки взыскания задолженности по оспариваемым сделкам в материалы дела не представлено, что дополнительно свидетельствует о надлежащих расчетах по ним и о признании сторонами оспариваемых сделок законными.

Сторонами оспариваемых сделок достигнуты соответствующие правовые последствия: произошел переход прав собственности на доли Общества от продавца к покупателю, соответствующие изменения зарегистрированы налоговым органом в ЕГРЮЛ. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. В материалы дела не представлены доказательства того, что оспариваемые сделки совершены без намерения создать соответствующие правовые последствия.

По оспариваемой сделке от 2013 года переход прав на долю Общества зарегистрирован в ЕГРЮЛ за ответчиком. Последний неоднократно реализовывал корпоративные полномочия, связанные с владением 100% долями в уставном капитале Общества, принимал корпоративные решения.

Так, из регистрационного дела Общества следует, что ответчик на правах единственного участника Общества принимал следующие корпоративные решения: решение единственного участника Общества №4 от 09.02.2015; изменение к уставу Общества от 09.02.2015; решение единственного участника Общества №5 от 09.10.2015; изменение к уставу Общества от 09.10.2015.

Также, ответчик совершал иные действия, подтверждающие реализацию им корпоративных полномочий участника Общества: подписывал заявление в ФНС на смену состава участников Общества от 02.11.2015 на основании оспариваемой сделки от 2015 года; расписывался за получение листа записи ЕГРЮЛ от 10.11.2015; генеральный директор Общества по состоянию на октябрь 2015 года -ФИО5, подписывал заявление от 12.02.2015 в ФНС о внесении изменений в устав Общества, утвержденных решением его единственного участника ФИО3

Действующее законодательство предполагает обязанность участников общества и органов управления созывать и проводить очередные общие собрания участников в установленные сроки и порядке. На очередных общих собраниях участников общества, в том числе, утверждается годовая отчетность Общества, которая впоследствии сдается в уполномоченные органы органом управления обществом. За несоблюдение указанных обязанностей законодательством предусмотрена соответствующая мера ответственности.

Учитывая, что добросовестность действий участников гражданского оборота предполагается, а к Обществу (органам управления Общества) претензий, связанных с несоблюдением указанных обязанностей, заявлено не было, следует, что ФИО3 в период 2013 - 2015 годы участвовал в очередных общих собраниях участников Общества, годовую отчетность утверждал, генеральный директор Общества такие собрания созывал и проводил, отчетность в уполномоченные органы подавал. Доказательства обратного в материалы дела не представлены.

То есть своими фактическими действиями, направленными на исполнение корпоративного решения участника Общества ответчик, признавал законность его полномочий.

Указанные корпоративные решения, а также иные действия ответчика, совершенные на правах участника Общества, никем не оспорены, недействительными не признаны, несогласия с ними никем из заинтересованных лиц не выражено.

Сам истец совершал фактические действия, направленные на исполнение оспариваемой сделки от 2013 года: подписывал заявление нотариуса от 28.10.2013; подписывал заявление от 28.10.2013 в ФНС на смену состава участников Общества.

Указанные фактические действия истца, совершенные во исполнение оспариваемой сделки от 2013 года, никем не оспорены, недействительными не признаны, несогласия с ними никем из заинтересованных лиц не выражено.

Таким образом, в материалы дела представлены доказательства совершения сторонами оспариваемых сделок юридических и фактических действий, направленных на исполнение оспариваемых сделок, достижение должных правовых последствий.

Кроме того, ФИО4 заявлено о пропуске срока исковой давности.

В силу пункте 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Оспариваемые истцами в рамках настоящего дела сделки датированы 2013, 2015 годами.

С учетом изложенного, истцом пропущен срок исковой давности, установленный пунктом 1 статьи 181 ГК РФ, по требованиям о признании недействительными всех оспариваемых в рамках настоящего дела Договоров.

Наличие обстоятельств, свидетельствующих об уважительных причинах пропуска срока исковой давности, материалами дела не подтверждено и истцом не доказано.

Согласно пункту 15 Постановления Пленума №43 истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Таким образом, пропуск истцом срока исковой давности является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В соответствии абзацем 5 пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 43 (ред. от 07.02.17) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, только если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков.

Суд считает правомерным применение исковой давности по заявлению третьего лица, учитывая при этом факт нарушения прав этого лица в случае удовлетворения судом иска.

Так, по настоящему делу могут быть затронуты права и законные интересы ФИО4, исходя из того, что в настоящее время Люблинским районным судом г. Москвы рассматривается дело о расторжении брака и разделе совместного имущества между ФИО4 и ФИО4 (дело № 2а-5689/2022), и при признание спорных договоров недействительными может повлечь неблагоприятные последствия для третьего лица.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии с требованием статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, что заявленное требование не подлежит удовлетворению, поскольку документально не подтверждено доказательствами, имеющимися в материалах дела, тогда как в силу ст. ст. 65, 68 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обстоятельства, на которые оно ссылается, и которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами. Также принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований суд исходит из пропуска срока исковой давности.

Судом проверены и отклонены все доводы истца, поскольку основаны на неверном толковании права, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, действующему законодательству, не влекут иных выводов суда, чем те, которые суд изложил в настоящем решении.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 8, 12, 166, 167,170, 195, 196, 199, 200 ГК РФ, ст. ст.16, 51, 65, 68, 71, 75, 110, 123, 131, 167-170, 176, 180, 181 АПК РФ, суд



Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании недействительными договоров купли-продажи доли в уставном капитале общества о ограниченной ответственностью «Вольта Русланд» (ИНН <***>) от 28.10.2013, от 02.11.2015 отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, установленные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.


Судья

И.М. Григорьева