Постановление от 6 апреля 2021 г. по делу № А19-6392/2020

Четвертый арбитражный апелляционный суд

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Чита Дело № А19-6392/2020

«06» апреля 2021 года


Резолютивная часть постановления объявлена 30 марта 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 апреля 2021 года.


Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ломако Н.В.,

судей Никифорюк Е.О., Сидоренко В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Лю-фа-хуан Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Министерства финансов Иркутской области на решение Арбитражного суда Иркутской области от 23 ноября 2020 года по делу № А19-6392/2020 по исковому заявлению муниципального унитарного предприятия Ангарского городского округа «Березовая роща» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Иркутской области в лице Министерства финансов Иркутской области (ОГРН <***>, ИНН <***>), Государственному учреждению - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) о взыскании 1 033 014 руб. 34 коп., третьи лица: Министерство финансов Российской Федерации (ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице Управления Федерального казначейства по Иркутской области (ОГРН <***>, ИНН <***>), Министерство социального развития, опеки и попечительства Иркутской области (ОГРН <***>, ИНН <***>), Администрация Ангарского городского округа (ОГРН <***>, ИНН <***>); Государственное учреждение – Пенсионный фонд Российской Федерации (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ангарском городском округе Иркутской области (ОГРН <***>, ИНН <***>),

в отсутствие в судебном заседании лиц, участвующих в деле,

установил:

муниципальное унитарное предприятие Ангарского городского округа «Березовая роща» (далее – МУП АГО «Березовая роща», истец, предприятие) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с требованиями, уточненными в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании: с Государственного учреждения - Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области (далее – ГУ ОПФ РФ по Иркутской области, ответчик) расходов, связанных с погребением 16 невостребованных лиц в размере 107 629 руб. 55 коп., с Иркутской области в лице Министерства финансов Иркутской области (далее – Минфин Иркутской области, министерство, ответчик) расходов, связанных с погребением 134 невостребованных лиц в размере 925 384 руб. 79 коп.

Определением от 20.04.2020 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Иркутской области, Министерство социального развития, опеки и попечительства Иркутской области, Администрация Ангарского городского округа, Государственное учреждение – Пенсионный фонд Российской Федерации, Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Ангарском городском округе Иркутской области.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 23 ноября 2020 года исковые требования удовлетворены. Взыскано в пользу истца: с Иркутской области в лице Министерства финансов Иркутской области за счет средств казны Иркутской области основной долг в сумме 925 384 руб. 79 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 20 899 руб. 25 коп.; с Государственного учреждения - Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области основной долг в сумме 107 629 руб. 55 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 2430 руб. 75 коп.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, Министерство финансов Иркутской области обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Иркутской области от 23 ноября 2020 года по делу № А19-6392/2020 отменить полностью, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Как следует из апелляционной жалобы, Министерство финансов Иркутской области полагает решение суда необоснованным и подлежащим отмене по следующим основаниям.

- В соответствии с пунктами 2, 7 статьи 26.3 Федерального закона от 06.10.1999 №184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и статьей 84 Бюджетного кодекса Российской Федерации обеспечение осуществления отдельных государственных полномочий, передаваемых на другие уровни власти, в том числе финансирование расходов связанных с погребением, финансируется исключительно из федерального бюджета и осуществляется за счет субвенций из федерального бюджета.

Средства из федерального бюджета в бюджете Иркутской области 2016-2019 гг. на выполнение работ по погребению тел умерших, личность которых не установлена органами внутренних дел, а также умерших, не имеющих супруга, близких родственников, иных родственников либо законного представителя умершего или при невозможности осуществить ими погребение, а также при отсутствии иных лиц, взявших на себя обязанность осуществить погребение, не предусматривались.

В связи с чем, Минфин Иркутской области считает, что возложение ответственности на субъекты Российской Федерации по расходным обязательствам Российской Федерации, установленным федеральными законами и не обеспеченными денежными ресурсами, недопустимо и незаконно.

- Министерство финансов Иркутской области необоснованно указано в оспариваемом решении в качестве ответчика, поскольку в отношении спорных правоотношениях оно не является главным распорядителем бюджетных средств.

В соответствии с пунктом 33 части 8 Положения о Минсоцразвития Иркутской области, утвержденного постановлением Правительства Иркутской области от 18 сентября 2009 года № 261/40-пп, Ведомственной структуре расходов областного бюджета (приложение № 12 к Закону Иркутской области «Об областном бюджете на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов» от 21 декабря 2016 года № 121-03) в указанной сфере главным распорядителем бюджетных средств бюджета Иркутской области является Министерство социального развития, опеки и попечительства Иркутской области.

Из апелляционной жалобы следует, что Министерство финансов Иркутской области оспаривает решение суда в полном объеме, то есть и в части, касающейся взыскания с ГУ Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области. Между тем, каких-либо доводов относительно необоснованности и незаконности решения суда в указанной части апелляционная жалоба не содержит.

В материалы дела поступил письменный отзыв относительно доводов апелляционной жалобы, в котором истец с выводами суда первой инстанции согласен, просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

О месте и времени судебного заседания лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Информация о времени и месте судебного заседания по апелляционной жалобе размещена на официальном сайте апелляционного суда в сети «Интернет».

Определением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 29 марта 2021 года в составе суда, рассматривающего дело, в соответствие с пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Желтоухова Е.В. на судью Сидоренко В.А. На основании части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное разбирательство производится с самого начала.

Лица, участвующие в деле, представителей в судебное заседание не направили, извещены надлежащим образом. Руководствуясь пунктами 2, 3 статьи 156, пунктом 1 статьи 123 АПК РФ, суд считает возможным рассмотреть жалобу в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, в период с апреля 2017 года по декабрь 2019 года истцом произведено погребение 150 умерших граждан, из них: 16 граждан, являвшихся пенсионерами; 131 граждан, не работающих и не являющихся пенсионерами, личность которых установлена, не имеющих супруга, близких родственников, иных родственников, либо законного представителя умершего, 3 граждан, личность которых не установлена. Возмещение стоимости услуг за погребение умерших истцом не получено, требования последнего уполномоченными органами оставлены без удовлетворения.

В целях досудебного урегулирования спора, также за возмещением понесенных расходов, истец обращался в Министерство финансов Иркутской области (исх. №77 от 12.04.2019, № 178 от 04.10.2019), в ОГКУ Управление социальной защиты населения по Ангарскому району (исх. №78 от 12.04.2019, 184 от 04.10.2019),

Представлена переписка истца, запросы в уполномоченные органы, ответы, письма в том числе: ответы Минфина России от 23.05.2019 №06-05-16/37253, от 25.10.2019 № 06-05-16/82361, Минфина Иркутской области от 30.04.2019 №02-52/1753/19/5-1-08, от 29.10.2019 № 02-52-4200/19/5-1-08, Министерства социального развития, опеки и попечительства Иркутской области от 21.05.2019 №02-53-7217/19-05, от 17.12.2019 № 02-53-21367/19-08, ОГКУ Управление социальной защиты населения по Ангарскому району №11615 от 13.09.2018, №10568 от 24.12.2015, № 24561 от 09.10.2019, ГУ Отделение Пенсионного фонда РФ по Иркутской области от 4 26.06.2019 № НК-09/7683, УФК по Иркутской области от 26.12.2018 № 34-13-79/20-6750, от 14.10.2019 № 34-13-79/20-6020.

Требования истца в добровольном порядке не удовлетворены.

Наличие у истца невозмещенных расходов в связи с погребением умерших, явилось основанием обращения МУП АГО «Березовая роща» в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Решением Арбитражного суда Иркутской области заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, Министерство финансов Иркутской области обратилось в суд апелляционной инстанции.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проанализировав доводы апелляционной жалобы и отзыва, изучив материалы дела, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

Судом первой инстанции правильно применены следующие нормы права и правовые позиции.

Федеральным законом от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (далее - Закон о погребении) установлены гарантии предоставления материальной и иной помощи для погребения умершего, которые находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

На территории Российской Федерации каждому человеку после его смерти гарантируется погребение с учетом его волеизъявления, предоставление бесплатного участка земли для погребения тела (останков) или праха (пункт 1 статьи 7 указанного Закона).

Статьей 12 Закона о погребении установлено, что при отсутствии супруга, близких родственников, иных родственников либо законного представителя умершего или при невозможности осуществить ими погребение, а также при отсутствии иных лиц, взявших на себя обязанность осуществить погребение, погребение умершего на дому, на улице или в ином месте после установления органами внутренних дел его личности осуществляется специализированной службой по вопросам похоронного дела в течение трех суток с момента установления причины смерти, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 12).

В соответствии с пунктом 3 статьи 12 Закона о погребении услуги, оказываемые специализированной службой по вопросам похоронного дела при погребении умерших, указанных в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, включают: оформление документов, необходимых для погребения; облачение тела; предоставление гроба; перевозку умершего на кладбище (в крематорий); погребение.

Стоимость указанных услуг определяется органами местного самоуправления и возмещается в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Федеральный законодатель, предусматривая гарантию безвозмездного получения гражданами определенного перечня услуг по погребению, определил источники ее финансирования, к которым местные бюджеты не отнесены.

В соответствии со статьей 26 Закона о погребении финансовое обеспечение похоронного дела осуществляется за счет средств соответствующих бюджетов, согласно статьям 9, 10, 11 названного Закона.

В силу пункта 3 статьи 9 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» стоимость услуг, предоставляемых согласно гарантированному перечню услуг по погребению, определяется органами местного самоуправления по согласованию с соответствующими отделениями Пенсионного фонда Российской Федерации, Фонда социального страхования Российской Федерации, а также с органами государственной власти субъектов Российской Федерации и возмещается специализированной службе по вопросам похоронного дела в десятидневный срок со дня обращения этой службы за счет средств:

Пенсионного фонда Российской Федерации - на погребение умерших пенсионеров, не подлежавших обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством на день смерти;

федерального бюджета - на погребение умерших не подлежавших обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством на день смерти пенсионеров, досрочно оформивших пенсию по предложению органов службы занятости (в случае, если смерть пенсионера наступила в период получения досрочной пенсии до достижения им возраста, дающего право на получение соответствующей пенсии). Расчеты со специализированной службой по вопросам похоронного дела за погребение умерших не подлежавших обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством на день смерти пенсионеров, досрочно оформивших пенсию по предложению органов службы занятости, осуществляются Пенсионным фондом Российской Федерации с последующим возмещением расходов Пенсионному фонду Российской Федерации за счет средств федерального бюджета в размерах, определяемых в соответствии с настоящим пунктом;

Фонда социального страхования Российской Федерации - на погребение умерших граждан, подлежавших обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством на день смерти, и умерших несовершеннолетних членов семей граждан, подлежащих обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством на день смерти указанных членов семей;

бюджетов субъектов Российской Федерации - в случаях, если умерший не подлежал обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством на день смерти и не являлся пенсионером, а также в случае рождения мертвого ребенка по истечении 154 дней беременности.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, постановлением Администрации Ангарского городского округа от 26.11.2011 №1724-па МУП АГО «Березовая роща» присвоен статус специализированной службы по вопросам похоронного дела.

Целью деятельности специализированной службы является обеспечение государственных гарантий погребения умерших во исполнение Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

Согласно Уставу МУП АГО «Березовая роща», предметом деятельности предприятия являются вопросы организации похоронного дела в Ангарском городском округе.

Из представленных в материалы дела реестров по погребению умерших граждан, личность которых установлена, следует, что за период с апреля 2017 года по декабрь 2019 года истец оказал услуги по погребению 134 умерших граждан (не работающие, не пенсионеры); а также услуги по погребению 16 граждан являвшихся пенсионерами, общая стоимость услуг составила 1 033 014 руб. 34 коп.

Согласно материалам дела истцом предъявлены к возмещению:

- расходы, оказанные по погребению 134 умерших граждан, из которых 131 - личность которых установлена, не имеющих супруга, близких родственников, иных родственников, либо законного представителя умершего, 3 – личность которых не установлена, в размере 925 384 руб. 79 коп.

- расходы, оказанные по погребению 16 умерших пенсионеров, не подлежавших обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности, в размере 107 629 руб. 55 коп.

Арифметическая правильность представленного истцом расчета, а также примененные расценки, тарифы, категории лиц, ответчиками не оспорены.

Факт несения истцом расходов подтверждается материалами дела, в том числе: реестром по погребению умерших граждан, актами о захоронении, справками о смерти, доверенностями на захоронение, свидетельствами о смерти, медицинскими свидетельствами о смерти.

Предметом исковых требований по настоящему делу являются требования о возмещении расходов, связанных с погребением.

Апелляционный суд, поддерживая выводы суда первой инстанции и отклоняя довод Минфина Иркутской области о том, что поскольку гарантии погребения установлены федеральным законом, то расходные обязательства по ним, тем более не обеспеченные федеральной субвенцией, являются исключительно обязательством федерального бюджета, исходит из следующего.

Согласно апелляционной жалобе, Минфин Иркутской области, ссылаясь на пункт 2 статьи 26.3 Федерального закона от 6 октября 1999 года № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» (далее - Закон № 184-ФЗ) указывает на то, что Закон не относит к полномочиям субъекта РФ, подлежащим финансированию за счет собственных средств бюджета субъекта РФ, финансирование расходов связанных с погребением.

Вместе с тем, ответчиком не учтено, что статьей 26.3 Закона № 184-ФЗ установлены принципы финансового обеспечения. При этом пятым абзацем пункта 3 статьи 9 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (специального закона, регулирующего рассматриваемые правоотношения) установлено, что стоимость услуг по погребению возмещается специализированной службе за счет средств бюджетов субъектов Российской Федерации - в случаях, если умерший не подлежал обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством на день смерти и не являлся пенсионером.

Как следует из материалов дела, к Иркутской области в лице Минфина Иркутской области истцом предъявлено требование о возмещение расходов на погребение установленных 131 умерших граждан, не работающих и не являющихся пенсионерами, то есть умерших граждан, которые на день смерти не подлежали обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством и не являлись пенсионерами. Следовательно, в силу абзаца пятого пункта 3 статьи 9 Закона о погребении возмещение расходов специализированной службе на погребение указанных умерших граждан является обязанностью субъекта Российской Федерации, в конкретном случае Иркутской области.

Относительно трех умерших граждан, личность которых не установлена, апелляционный суд, исходя из правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ, высказанной в определении от 29.04.2016 N 303-ЭС15-18506 по делу N А51-775/2015, которым отменены три судебных акта нижестоящих судов, принимает во внимание следующее.

Статьей 12 Закона о погребении предусмотрены гарантии погребения умерших, не имеющих супруга, близких родственников, иных родственников либо законного представителя умершего или при невозможности осуществить ими погребения, а также при отсутствии иных лиц, взявших на себя обязанность осуществить погребение.

Пункт 2 статьи 1 Закона о погребении устанавливает гарантии предоставления материальной и иной помощи для погребения умершего. Услуги по погребению являются мерой социальной защиты граждан, которая находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Согласно подпункту 41 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 06.10.1999 N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации (за исключением субвенций из федерального бюджета), отнесено, в том числе, предоставление материальной и иной помощи для погребения.

Гарантии, предоставляемые при погребении умерших, личность которых не установлена, то есть не известно, являлись ли эти граждане на день смерти работающими или пенсионерами, не могут быть ниже уровня аналогичных гарантий, предоставляемых при погребении умерших, не работающих и не являющихся пенсионерами.

Следовательно, расходы на погребение таких граждан должны возмещаться за счет средств субъекта Российской Федерации по аналогии с расходами на погребение неработающих и не являющихся пенсионерами умерших.

Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае, при требовании о возмещении стоимости расходов на погребение 134 умерших, подлежит применению пятый абзац пункта 3 статьи 9 Закона о погребении.

В связи с чем, апелляционный суд отклоняет, как не подлежащее применению в рассматриваемом конкретном случае, правовое регулирование, на котором настаивает ответчик, а именно положения пункта 7 статьи 26.3 Закона № 184-ФЗ и статьи 84 Бюджетного кодекса РФ.

Отклоняя довод апелляционной жалобы о том, что в пункте 3 статьи 9 Закона о погребении не указаны источники финансирования расходов на погребение умерших, а также ссылку на то, что бюджету Иркутской области на 2016-2019 годы из федерального бюджета не выделялись субвенции на осуществление полномочий на погребение умерших граждан, личность которых не установлена, апелляционный суд отмечает следующее.

Федеральными законами о федеральном бюджете на соответствующие рассматриваемые периоды предоставление межбюджетных трансфертов на финансирование расходов, связанных с реализацией Закона о погребении, не предусмотрено. При этом, в пятом абзаце пункта 3 статьи 9 Закона о погребении указано, что стоимость услуг по погребению умерших граждан, при указанных в данном абзаце условиях, подлежит возмещению за счет бюджета субъекта Российской Федерации. Указанная норма закона не содержит какого-либо двоякого понимания.

Вместе с тем, как следует из приложения № 12 к Закону Иркутской области "Об областном бюджете на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов", принятому Постановлением Законодательного собрания Иркутской области от 16.12.2016 N 46/23-ЗС, в бюджете Иркутской области на указанные периоды были предусмотрены денежные средства на выплату социального пособия на погребение и возмещение расходов по гарантированному перечню услуг по погребению в размере 33 185,4 тыс. руб.

Возможный факт того, что при принятии субъектом Российской Федерации бюджета на финансовые периоды 2016-2019 годы в бюджет были заложены денежные средства, недостаточные для выполнения соответствующих расходных обязательств, не является основанием для их переложения на федеральный бюджет.

Отклоняя довод апелляционной жалобы о том, что Минфин Иркутской области необоснованно признан судом первой инстанции ответчиком по заявленным истцом требованиям, апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции, исходившего из следующего.

При определении публично-правового образования, за счет казны которого осуществляется финансовое обеспечение затрат по захоронению умерших, следует исходить из положений статьи 85 Бюджетного кодекса Российской Федерации, статей 9-12 Закона о погребении, пункта 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2006 № 23 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации».

Основания возникновения гражданских прав и обязанностей установлены статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В силу требований статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно положениям статьей 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Для применения ответственности, предусмотренной названными статьями, лицо, требующее возмещения убытков, причиненных незаконными действиями (бездействием) государственных органов, должно доказать противоправность действий (бездействия) названных органов, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) государственных органов и возникшими убытками, а также размер убытков.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса РФ», разъяснено, что в соответствии со статьей 16 Гражданского кодекса Российской Федерации публично-правовое образование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование) является ответчиком в случае предъявления гражданином или юридическим лицом требования о возмещении убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов. Такое требование подлежит рассмотрению в порядке искового производства.

Основанием данной ответственности является гражданское правонарушение, условиями – определенные законом обстоятельства, установление которых в каждом конкретном случае обеспечивает применение мер ответственности и восстановление нарушенного права.

Согласно пункту 1 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Согласно Бюджетному кодексу РФ и разъяснениям, данным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 23 от 22.06.2006 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации» в суде от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по искам, предъявленным к публично-правовым образованиям, выступает соответствующий главный распорядитель бюджетных средств, обладающий необходимыми полномочиями на момент рассмотрения дела в суде.

В соответствии с позицией, изложенной в пункте 2 (абзацы 2, 3) Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2006 № 23 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации», рассматривая иски, предъявленные согласно статьям 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам необходимо иметь в виду, что должником в обязательстве по возмещению вреда, причиненного в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, также является публично-правовое образование, а не его органы либо должностные лица этих органов.

Следовательно, при удовлетворении указанных исков в резолютивной части решения суда должно указываться о взыскании денежных средств за счет казны соответствующего публично-правового образования, а не с государственного или муниципального органа.

Федеральный законодатель, предусматривая гарантию безвозмездного получения гражданами определенного перечня услуг по погребению, определил источники ее финансирования, к которым местные бюджеты не отнесены.

Согласно положению о Министерстве финансов Иркутской области, утвержденному постановлением Правительства Иркутской области от 23.12.2008 № 120пп, ответчик является исполнительным органом государственной власти Иркутской области, осуществляющим управление областными финансами, составление проекта областного бюджета, организацию и исполнение областного бюджета, обеспечение управления областным государственным долгом, казначейское исполнение областного бюджета, а также осуществляющим финансовый контроль в установленной сфере деятельности.

Как ранее указывалось судом апелляционной инстанции, в соответствии с абзацем пятым пункта 3 статьи 9 Закона о погребении возмещение расходов специализированной службе на погребение установленных и неустановленных 134 (131 + 3) умерших граждан, на день смерти не работающих и не являющихся пенсионерами, является обязанностью субъекта Российской Федерации, в конкретном случае Иркутской области.

Как указывает в апелляционной жалобе Минфин Иркутской области, согласно Ведомственной структуре расходов областного бюджета (приложение № 12 к Закону Иркутской области «Об областном бюджете на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов» от 2.12.2016 № 121-ОЗ) главным распорядителем бюджетных средств бюджета Иркутской области в рассматриваемой сфере является Министерство социального развития, опеки и попечительства Иркутской области.

Действительно, в приложении № 12 Закона Иркутской области «Об областном бюджете на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов» (стр. 598) было предусмотрено финансирование в размере 33 185,4 тыс. руб. по статье расходов «Выплата социального пособия на погребение и возмещение расходов по гарантированному перечню услуг по погребению в случаях, если умерший не подлежал обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством на день смерти и не являлся пенсионером, а также в случае рождения мертвого ребенка по истечении 154 дней беременности», главным распорядителем которых являлось Министерство социального развития, опеки и попечительства Иркутской области.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, при обращении МУП АГО «Березовая роща» к Министерству социального развития, опеки и попечительства Иркутской области за возмещением расходов на погребение, предприятию письмами от 21.05.2019 № 02-53-7217/19-05, от 17.12.2019 № 02-53-21367/19-08 было отказано в таком возмещении.

В соответствии с пунктом 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2006 N 23 "О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации" ответчиком по делам о взыскании убытков, вызванных неисполнением публично-правовым образованием обязанности по возмещению платы, не полученной от льготных категорий потребителей, является непосредственно публично-правовое образование. Если требования истца являются обоснованными по существу, то суммы убытков подлежат взысканию с публично-правового образования на основании статьи 16 ГК РФ. Взыскание производится с публично-правового образования и в случае, когда средства на возмещение неполученной платы фактически были предоставлены распорядителю бюджетных средств, но последний не исполнил возложенные на него обязанности.

Руководствуясь изложенной правовой позицией Пленума ВАС РФ, апелляционный суд приходит к выводу об обоснованности взыскания судом первой инстанции предъявленных истцом расходов на погребение с Иркутской области в лице на Минфин Иркутской области.

При этом апелляционный суд, руководствуясь пунктом 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2006 N 23 "О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации", принимает во внимание следующее.

Из-за неисполнения главным распорядителем бюджетных средств обязанностей по возмещению в 2019 году предъявленных истцом к возмещению расходов по погребению умерших установленных и неустановленных лиц, не являющихся на день смерти ни работающими, ни пенсионерами, МУП АГО «Березовая роща» было вынуждено обратиться с иском в суд в 2020 году. Решение по иску принято судом первой инстанции 23.11.2020, в связи с апелляционной жалобой министерства судебный акт по делу будет исполняться в 2021 году. Таким образом, при исполнении Иркутской областью в 2021 году своих обязательств 2017-2019 годов финансирование, заложенное в бюджет Иркутской области на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов, использовать невозможно. Кроме того, как верно указано судом первой инстанции, Минфином Иркутской области не представлено в материалы дела доказательств выделение главному распорядителю бюджетных средств из бюджета Иркутской области в достаточном объеме денежных средств на финансирование спорных услуг на период 2017-2019 годов.

Из положения о Министерстве финансов Иркутской области следует, что министерство является исполнительным органом государственной власти Иркутской области, осуществляющим управление областными финансами, составление проекта областного бюджета, организацию и исполнение областного бюджета, а также осуществляющим финансовый контроль в установленной сфере деятельности. В связи с чем, учитывая вышеизложенные обстоятельства, апелляционный суд приходит к выводу о том, что исполнение обязательств Иркутской области по возмещению спорных услуг на погребение умерших установленных и неустановленных лиц, не являющихся на день смерти ни работающими, ни пенсионерами, подлежит в лице Министерства финансов Иркутской области за счет казны Иркутской области.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд обращает внимание, что данные доводы неоднократно заявлялись Минфином Иркутской области в кассационных жалобах в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации. В нескольких определениях за 2019-2020 годы об отказе в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации указано на обоснованность выводов нижестоящих судов о необходимости взыскания спорных расходов на погребение с Иркутской области в лице Министерства финансов Иркутской области.

Правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации о том, что данные расходные обязательства являются обязательством субъекта Российской Федерации, а не обязательством федерального бюджета, изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 29.04.2016 N 303-ЭС15-18506 по делу N А51-775/2015.

На основании изложенного, апелляционный суд считает обоснованным вывод суда первой инстанции, возложившего обязанности по компенсации расходов МУП АГО «Березовая роща» в размере 925 384 руб. 79 коп. на Иркутскую область в лице Министерства финансов Иркутской области за счет казны Иркутской области.

Как указывалось апелляционным судом, обжалуя решение суда первой инстанции в полном объеме, Минфином Иркутской области в апелляционной жалобе не приведено доводов относительно незаконности и необоснованности решения суда в части удовлетворения требований истца по взысканию расходов на погребение в размере 107 629 руб. 55 коп с ГУ Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области.

Поверив решение суда первой инстанции в указанной части, апелляционный суд полагает его законным и обоснованным, поскольку суд первой инстанции правильно исходил из следующего.

Согласно материалам дела, МУП АГО «Березовая роща» за период с апреля 2017 года по декабрь 2019 года понесены расходы по захоронению 16 лиц, являющихся пенсионерами, личность которых установлена, что также подтверждается представленными в дело ответами Пенсионного фонда и подтверждено в ходе судебного разбирательства представителем Пенсионного фонда.

Арифметическая правильность представленного истцом расчета не оспорена.

Довод ответчика о том, что в целях возмещения стоимости услуг, предоставляемых согласно гарантированному перечню по погребению, специализированная служба обязана обращаться непосредственно в территориальный орган ПФР (управление ПФР) по месту жительства умершего пенсионера, обоснованно отклонен судом первой инстанции, поскольку такой порядок предусмотрен при получении социального пособия гражданами, осуществлявшим погребение умершего за свой счет.

Закон о погребении не возлагает на специализированную организацию обязанность по розыску места жительства умершего и территориального органа ПФР, в котором умерший получал пенсию.

В соответствии со статьей 5 Федерального закона от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» Пенсионный фонд Российской Федерации и его территориальные органы составляют единую централизованную систему органов управления средствами обязательного пенсионного страхования в Российской Федерации, в которой нижестоящие органы подотчетны вышестоящим.

Согласно положению о Государственном учреждении - Отделении Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области, утвержденному постановлением Правления ПФР от 05.05.2017 № 380п, Отделение входит в единую централизованную систему органов управления средствами обязательного пенсионного страхования в Российской Федерации и в своей деятельности подотчетно Государственному учреждению – Пенсионному фонду Российской Федерации. Отделение осуществляет, в том числе:

- функции по приему, проверки, оценки, обработки и учета документов в целях установления (предоставления, выплаты) социального пособия на погребение умерших пенсионеров, не подлежащих обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством на день смерти (абзац 5 пункта 10.1.1);

- иных социальных выплат, отнесенных законодательством Российской Федерации к компетенции ПФР (пенсии, пособия и иные социальные выплаты) (абзац 14 пункт 10.1.1);

- осуществления полномочий получателя средств бюджета ПФР, администратора доходов бюджетов ПФР и Федерального фонда обязательного медицинского страхования в соответствии с законодательством Российской Федерации и актами ПФР (пункт 10.1.37).

Пунктом 6.17 Учетной политики по использованию бюджета Пенсионного фонда Российской Федерации, утвержденной Постановлением Правления ПФР от 25.12.2013 №430п, предусмотрено, что при возмещении стоимости гарантированного перечня услуг по погребению специализированной службе по вопросам похоронного дела следует руководствоваться нормами ФЗ от 12.01.1996 №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

Документы, представляемые специализированной службой по вопросам похоронного дела, передаются на согласование для оценки обоснованности возмещения и размера в структурное подразделение, осуществляющее выплату пенсий, территориального органа ПФР.

В частности, как следует из материалов дела, из представленного списка пенсионеров за пособием на погребение истец обращался в обязательный шестимесячный срок по пенсионерам ФИО1, ФИО2, ФИО3

Однако ГУ ОПФ РФ по Иркутской области сообщило о невозможности выплаты пособия на погребение по причине, что ФИО1, ФИО2, ФИО3 не являлись получателем пенсии.

В соответствии с абзацем 8 пункта 3 статьи 9 Закона о погребении, стоимость услуг, предоставляемых согласно гарантированному перечню услуг по погребению, возмещается специализированной службе по вопросам похоронного дела на основании справки о смерти, если обращение за возмещением указанных услуг последовало не позднее шести месяцев со дня погребения.

По своей правовой природе указанный срок является процедурным в рамках правоотношений уполномоченных органов и специализированной службы по вопросам похоронного дела по возмещению стоимости услуг по погребению определенных категорий граждан за счет средств бюджета либо внебюджетных фондов.

Следовательно, пропуск установленного законом шестимесячного срока, сам по себе, не является основанием для отказа истцу в возмещении понесенных им затрат на погребение умершего.

Кроме того, Закон о погребении не возлагает на специализированную организацию обязанность по розыску места жительства умершего и территориального органа ПФР, в котором умерший получал пенсию.

Более того, из указанной выше переписки истца следует, что пропуск срока для обращения о возмещении затрат на погребение произошел не по вине последнего.

Выводы суда первой инстанции также не противоречат судебной практике, в том числе судебным актам по делам №А53-29520/2019, №А19-18548/2019.

На основании изложенного, апелляционный суд считает обоснованным вывод суда первой инстанции, возложившего обязанности по компенсации расходов МУП АГО «Березовая роща» в размере 107 629 руб. 55 коп. на Государственное учреждение – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области.

Судебные расходы истца по уплате государственной пошлине при обращении в суд с иском распределены судом первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой проверены в полном объеме, но не могут быть учтены как не влияющие на законность и обоснованность принятого по делу судебного акта.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 23 ноября 2020 года по делу № А19-6392/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение двух месяцев с даты принятия через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий Н.В. Ломако


Судьи Е.О. Никифорюк


В.А. Сидоренко