Решение от 1 декабря 2021 г. по делу № А70-14786/2021



АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Ленина д.74, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-14786/2021
г. Тюмень
01 декабря 2021 года
Резолютивная часть решения оглашена 24 ноября 2021 года

Решение изготовлено в полном объеме 01 декабря 2021 года


Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Соловьева К.Л., рассмотрев исковое заявление Муниципального казенного учреждения «Стройзаказчик» (ОГРН 1077207000859, ИНН 7207010086) к индивидуальному предпринимателю Долгановой Анне Юрьевне (ОГРНИП 316723200083074, ИНН 720409921274) о расторжении муниципального контракта и взыскании денежных средств,

при участии в заседании представителей:

от истца: Сафиева Н.Ю. – на основании доверенности,

от ответчика: Трифанов С.В. – на основании доверенности,

установил:

Муниципальное казенное учреждение «Стройзаказчик» (далее – истец, МКУ «Стройзаказчик») обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю Долгановой Анне Юрьевне (далее – ответчик, ИП Долганова А.Ю.) о расторжении муниципального контракта от 05.04.2017 №21, взыскании неустойки в размере 176700 рублей, неустойки по день фактического исполнения обязательства по оплате.

Исковые требования со ссылками на ст.ст. 309330 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) мотивированы просрочкой исполнения ответчиком обязательств по муниципальному контракту.

В ходе производства по делу, истец уточнил заявленные требования, просит взыскать неустойку за период с 28.03.2020 по 23.06.2021 в размере 176700 рублей, а также неустойку по день фактического исполнения обязательства по оплате.

Руководствуясь ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд принял изменение иска, поскольку оно не противоречит закону и не нарушает права других лиц.

Ответчик против удовлетворения исковых требований возражает, указывает на то, что с 11.12.2020 выполнение работ по контракту приостановлено по причине отсутствия государственной историко-культурной экспертизы, проведение которой условиями муниципального контракта не предусмотрено.

Помимо этого, в судебном заседании ответчик, применительно к положениям ст. 333 ГК РФ, указал на несоразмерность установленной контрактом ответственности.

В судебном заседании был объявлен перерыв до 24.11.2021, информация о котором размещена в карточке дела № А70-14786/2021 в сервисе «Картотека арбитражных дел» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на сайте: http://kad.arbitr.ru/.

После перерыва, судебное заседание продолжено 24.11.2021 в назначенное время, в том же составе суда, с участием представителей истца и ответчика.

В судебном заседании представители сторон поддержали доводы иска и отзыва на него.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения участвующих в деле лиц, оценив представленные доказательства, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 05 апреля 2017 года между МКУ «Стройзаказчик» (заказчик) и ИП Долгановой (Кузнецова) А.Ю. (подрядчик) по результатам проведения конкурентных процедур, предусмотренных Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ) заключен муниципальный контракт на выполнение работ для муниципальных нужд №21 (далее – контракт), по условиям которого, подрядчик принимает на себя обязательства по выполнению работ по объекту: Разработка проектной документации по реконструкции гидротехнического сооружения «Защитная противопаводковая дамба, протяженность 1420 метров, адрес объекта: Тюменская область, город Ялуторовск, ул. Папанина до пересечения ул. Кирова, сооружение 1».

В соответствии с пунктом 2.2 контракта срок выполнения работ: с момента заключения контракта по 30.09.2018.

Стоимость работ по контракту определена в размере 2127637,07 руб. (пункт 5.2 контракта).

В соответствии с пунктом 2.5 контракта при завершении полного объема работ (фактически выполненных работ), подрядчик представляет заказчику акт выполненных работ и другую документацию, предусмотренную техническим заданием не позднее 5 рабочих дней с момента окончания работ.

Датой приемки выполненных работ по контракту считается дата подписания заказчиком акта выполненных работ (пункт 2.12 контракта).

В соответствии с пунктом 3.2.6 контракта подрядчик обязан сдать объект в сроки, предусмотренные контрактом.

Согласно пункту 9 Технического задания, при окончательном завершении работ по контракту подрядчик представляет: акт приемки выполненных работ, отчет по инженерным изысканиям, проектной и рабочей документации в 4 (четырех) экземплярах (по каждому виду документации) на бумажном носителе и по 1 (одному) экземпляру в электронном виде. Положительное заключение Государственной экспертизы в 3 (трех) экземплярах.

Пунктом 7.4 контракта предусмотрено, что в случае просрочки исполнения подрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом, государственный заказчик направляет подрядчику требование об уплате пени.

Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения подрядчиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательств и устанавливается в размере в соответствии с порядком, установленным постановлением Правительства РФ № 1063 от 25.11.2013, но не менее одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком и определяется по формуле П = (Ц - В) х С (где Ц - цена контракта; В - стоимость фактически выполненных работ по контракту, определяемая на основании документа о приемке выполненных работ, в то числе отдельных этапов исполнения контракта; С - размер ставки).

Размер ставки определяется по формуле: С=СЦБ х ДП, где СЦБ - размер ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени, определяемый с учетом коэффициента К; ДП - количество дней просрочки.

Коэффициент К определяется по формуле: К=ДП/ДК х 100%, где ДП - количество дней просрочки; ДК - срок исполнения обязательства по контракту (количество дней).

При К, равном 0 - 50 процентам, размер ставки определяется за каждый день просрочки и принимается равным 0,01 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени.

При К, равном 50 - 100 процентам, размер ставки определяется за каждый день просрочки и принимается равным 0,02 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени.

При К, равном 100 процентам и более, размер ставки определяется за каждый день просрочки и принимается равным 0,03 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени.

Как следует из материалов дела, письмом от 08.12.2020 № 3377 (вх. от 10.12.2020) подрядчик сообщил заказчику о невозможности прохождения государственной экспертизы без проведения государственной историко-культурной экспертизы. Просит сообщить о дальнейших действиях, поскольку проведение государственной историко-культурной экспертизы условиями муниципального контракта не предусмотрено.

Письмом от 21.01.2021 № 131 заказчик обратился в адрес подрядчика о предоставлении информации с приложением подтверждающей документации о результатах прохождения государственной экспертизы, а также о необходимости проведения государственной историко-культурной экспертизы.

Письмом от 26.02.2021 №489 заказчик обратился в адрес подрядчика о предоставлении информации с подтверждающей документацией о результатах прохождения государственной экспертизы, а также о необходимости проведения государственной историко-культурной экспертизы.

Письмом от 11.01.2021 (вх. от 01.03.2021) подрядчик сообщил заказчику о приостановке работ и направил заключение о наличии (отсутствии) объектов культурного наследия на земельных участках, где планируется проведение земляных, строительных, мелиоративных, хозяйственных и иных работ. В этом же письме подрядчик указал, что проведение государственной историко-культурной экспертизы условиями муниципального контракта не предусмотрено, в связи с чем, не может быть выполнено подрядчиком.

Письмом от 01.04.2021 № 731 заказчик сообщил подрядчику о том, что не согласовывает приостановку работ и просит направить полный пакет заключения государственной экспертизы в срок до 05.04.2021.

Письмом от 01.04.2021 № 733 заказчик обратился в адрес подрядных организаций с просьбой о предоставлении коммерческого предложения на выполнение работ по историко-культурной экспертизе.

02.04.2021 подрядчик направил отрицательное заключение государственной экспертизы.

Письмом от 30.04.2021 № 943 заказчик обратился в адрес подрядчика о предоставлении информации о дальнейших действиях, направленных на исполнение условий контракта.

В связи с нарушением подрядчиком срока выполнения работ заказчик произвел начисление неустойки в размере 176700 рублей за период с 28.03.2020 по 23.06.2021 (453 дня просрочки).

В порядке досудебного урегулирования спора, истцом в адрес подрядчика были направлены претензии от 07.04.2021 № 18, от 27.05.2021 № 34, от 23.06.2021 № 44 об уплате неустойки, неудовлетворение которой, послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

В соответствии со ст. 307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и иных оснований, указанных в ГК РФ.

Исходя из условий контракта, суд считает, что между сторонами сложились гражданские правоотношения, регулируемые нормами главы 37 ГК РФ.

Согласно статье 763 ГК РФ подрядные строительные работы (статья 740), проектные и изыскательские работы (статья 758), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

В силу ст. 768 ГК РФ к отношениям по государственным или муниципальным контрактам на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд в части, не урегулированной ГК РФ, применяется закон о подрядах для государственных или муниципальных нужд.

Пунктом 1 ст. 766 ГК РФ закреплено, что государственный или муниципальный контракт должен содержать условия об объеме и о стоимости подлежащей выполнению работы, сроках ее начала и окончания, размере и порядке финансирования и оплаты работ, способах обеспечения исполнения обязательств сторон.

По договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат (ст. 758 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 762 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ заказчик обязан, если иное не предусмотрено договором уплатить подрядчику установленную цену полностью после завершения всех работ или уплачивать ее частями после завершения отдельных этапов работ.

По правилам ст.ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором (часть 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 330 ГК РФ неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме – штраф или в виде периодически начисляемого платежа – пени (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Согласно ч. 4 ст. 34 Закона № 44-ФЗ в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом.

Пунктом 6 ст. 34 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

В соответствии с ч. 7 ст. 34 Закона № 44-ФЗ пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере, определенном в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, но не менее чем одна трехсотая действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

В силу п. 2 ст. 330 ГК РФ кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

Аналогичная норма закреплена в ч. 9 ст. 34 Закона № 44-ФЗ, согласно которой сторона освобождается от уплаты неустойки (штрафа, пени), если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, предусмотренного контрактом, произошло вследствие непреодолимой силы или по вине другой стороны.

Данные законоположения корреспондируют ст. 401 ГК РФ, в которой сформулированы общие основания для ответственности за нарушение обязательств, к каковым отнесены неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, а также наличие вины у лица, его не исполнившего.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 405 ГК РФ должник, просрочивший исполнение, отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой, и за последствия случайно наступившей во время просрочки невозможности исполнения.

При этом, согласно п. 3 ст. 405 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора. Последний, в свою очередь, считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства (п. 1 ст. 406 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, с учетом требований ст. 68 АПК РФ, устанавливающей, что обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В силу частей 1, 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в связи с нарушением подрядчиком – ИП Долгановой А.Ю. сроков выполнения работ, заказчик обратился в Арбитражный суд Тюменской области с иском о взыскании с ИП Долгановой А.Ю. неустойки за период с 21.03.2017 по 27.03.2020 в размере 2083382,22 рублей. Делу присвоен номер №А70-6135/2021.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 17.07.2020 исковые требования удовлетворены частично, с ИП Долгановой А.Ю. в пользу заказчика взыскана неустойка в размере 14361,55 рублей.

Как следует из материалов настоящего дела, заказчик обратился в суд с иском к ИП Долгановой А.Ю. о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ за период с 28.03.2020 по 23.06.2021 в размере 176700 рублей, а также неустойки по день фактического исполнения обязательства по оплате.

Ответчик, не соглашаясь с требованиями иска, указывает на то, что с 11.12.2020 выполнение работ по контракту им было приостановлено по причине отсутствия государственной историко-культурной экспертизы, проведение которой условиями муниципального контракта не предусмотрено.

Как указано судом, письмом от 08.12.2020 № 3377 (вх. от 10.12.2020) с приложением заключения Комитета по охране использованию объектов историко-культурного наследия Тюменской области от 18.12.2019, подрядчик сообщил заказчику о невозможности прохождения государственной экспертизы без проведения государственной историко-культурной экспертизы, просил сообщить о дальнейших действиях, поскольку проведение государственной историко-культурной экспертизы условиями муниципального контракта не предусмотрено.

В соответствии с заключением Комитета по охране использованию объектов историко-культурного наследия Тюменской области от 18.12.2019№2829/02 о наличии (отсутствии) объектов культурного наследия на земельных участках, Комитет не имеет данных об отсутствии на землях, предоставляемых для проведения подрядчиком работ, объектов, обладающих признаками объекта культурного (в том числе археологического) наследия.

Заключение экспертизы, оформленное в виде акта, в котором содержаться результаты исследований, проведенных экспертами в порядке, установленном п. 3 ст. 31 Федерального Закона от 25.06.2002 №73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации», является основанием для принятия Комитетом решения о возможности проведения строительных и других работ, а также для принятия иных решений, вытекающих из заключения экспертизы.

После завершения проектных работ по объекту подрядчик направил проектную документацию для прохождения государственной экспертизы в ГАУ ТО «УГЭПД».

В результате, отсутствия указанного заключения, было получено отрицательное заключение №72-1-2-3063562-2020 от 10.12.2020, в котором указано на необходимость предоставлении информации о наличии (отсутствии) на территории изысканий объекта ИКН.

В данном случае, суд отмечает, что условиями муниципального контракта и технического задания, являющегося обязательным приложением к контракту, проведение в рамках исполнения контракта историко-культурной экспертизы, не предусмотрено.

Таким образом, исходя из представленной переписки и позиции подрядчика, следует, что отсутствие проведения государственной историко-культурной экспертизы делает невозможным завершение работ по контракту.

В судебном заседании представитель истца подтвердил, что проведение государственной историко-культурной экспертизы контрактом не предусмотрено, однако, необходимость в ее проведении возникла в ходе выполнения работ по контракту.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, ответчик направил уведомление о необходимости его проведения только 08.12.2020 года, которое получено истцом 10.12.2020.

Таким образом, начисление неустойки за период с 28.03.2020 по 10.12.2020 суд считает обоснованным.

Кроме того, суд обращает внимание на то, что истец, заключая контракт с ответчиком, не должен был знать о необходимости проведения историко-культурной экспертизы, поскольку МКУ «Стройзаказчик» не является профессиональным участником рынка в области разработки проектной документации, следовательно, к нему не может применяться повышенный стандарт поведения, свойственный специализированным коммерческим организациям, поэтому вступая в подрядные правоотношения, заказчик рассчитывает на профессионализм подрядчика в соответствующей сфере, в данном случае индивидуального предпринимателя Долгановой А.Ю.

Помимо этого, оценивая указанный довод, суд считает необходимым отметить следующее.

Так, указанный довод не может быть принят судом, в качестве обстоятельства, освобождающего подрядчика от исполнения обязательства, поскольку общество, как профессиональный участник подрядных отношений, должно было и могло совершить действия по установлению обстоятельств, препятствующих ему исполнить контракт надлежащим образом, и заблаговременно уведомить об этом заказчика до начала производства работ, в порядке, предусмотренном статьей 716 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанная норма предусматривает обязанность подрядчика немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок (пункт 1).

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства. Если заказчик, несмотря на своевременное и обоснованное предупреждение со стороны подрядчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, в разумный срок не заменит непригодные или недоброкачественные материал, оборудование, техническую документацию или переданную для переработки (обработки) вещь, не изменит указаний о способе выполнения работы или не примет других необходимых мер для устранения обстоятельств, грозящих ее годности, подрядчик вправе отказаться от исполнения договора подряда и потребовать возмещения причиненных его прекращением убытков.

Указанная норма распределяет риски сторон договора подряда при возможном возникновении неблагоприятных последствий выполненных работ: в случае, если подрядчик, являющийся профессиональным субъектом соответствующей деятельности, предупредит заказчика о возможных неблагоприятных последствиях выполнения работ в соответствии с условиями договора и указаниями заказчика, однако последний будет настаивать на продолжении работ, риск таких последствий относится на заказчика; если предупреждение не сделано, риск результата работ относится на подрядчика.

В данном случае, как указано судом, общество как профессиональный участник подрядных взаимоотношений при выполнении работ по ремонту дорожного покрытия должно было и могло известить заказчика о непригодности проектной документации, необходимости ее корректировки, внесения изменений и т.п. (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 N 309-ЭС16-10790, постановление Арбитражного суда Уральского округа от 26.02.2016 N Ф09-12128/15, постановление Арбитражного суда Центрального округа от 07.03.2017 по делу N А62-9198/2015) и дождаться его указаний о дальнейшем ходе работ.

При этом, суд обращает внимание на то, что в своих письменных объяснениях, ответчик также посчитал возможным начисление неустойки за указанный период, ввиду отсутствия своевременного уведомления заказчика.

Согласно представленному расчету истца, последний произвел начисление неустойки исходя из 1/300 ставки рефинансирования ЦБ РФ - 5,50%.

Ответчик, возражая против удовлетворения исковых требований, помимо указанного основания, оцененного судом, ссылается, применительно к положениям ст. 333 ГК РФ, на несоразмерность установленной контрактом ответственности сторон.

В соответствии со ст. 333 ГК РФ, если подлежащая взысканию неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательства и меры имущественной ответственности за их неисполнение либо ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

При этом согласно п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

К тому же критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др. К последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные истцом имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые истец вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором (п.п. 2, 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Следовательно, заявляя о снижении неустойки, ответчик должен обосновать и доказать явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Кредитор же для опровержения соответствующего заявления ответчика вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (п. 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

При этом к выводу о наличии или отсутствии оснований для снижения суммы неустойки суд приходит в каждом конкретном случае при оценке имеющихся в деле доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Между тем превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 № 5467/14 по делу №А53-10062/2013).

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу разъяснения, содержащегося в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ)

Согласно п.п. 9, 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» при рассмотрении споров, возникающих из договоров, включая те, исполнение которых связано с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, судам следует принимать во внимание следующее.

В тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

При рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела. Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д.

Вместе с тем, при оценке того, являются ли условия договора явно обременительными и нарушают ли существенным образом баланс интересов сторон, судам следует иметь в виду, что сторона вправе в обоснование своих возражений, в частности, представлять доказательства того, что данный договор, содержащий условия, создающие для нее существенные преимущества, был заключен на этих условиях в связи с наличием другого договора (договоров), где содержатся условия, создающие, наоборот, существенные преимущества для другой стороны (хотя бы это и не было прямо упомянуто ни в одном из этих договоров), поэтому нарушение баланса интересов сторон на самом деле отсутствует.

В данном случае из материалов дела усматривается неравенство переговорных позиций истца и ответчика при заключении контракта.

Суд признает, что смыслом проведения конкурентных процедур, предусмотренных 44-ФЗ, является разработка заказчиком унифицированной документации, включая проект договора, для последующего присоединения контрагента к нему на более выгодных ценовых предложениях.

Соответственно, включая в проект договора заведомо невыгодное для контрагента условие, от которого победитель не может отказаться, заказчик нарушает закон.

Однако победитель, будучи введенным в заблуждение авторитетом заказчика, внешней правомерностью этого требования и невозможностью от него отказаться, мог посчитать себя связанным им и добросовестно действовать вопреки своим интересам.

Таким образом, ответчик был лишен возможности влиять на условия договора в части установления размеров ответственности заказчика.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание распорядительное право истца при определении порядка начисления неустойки изначально в меньшую сторону, а также то, что баланс интересов сторон при установлении мер ответственности в контракте в значительной степени нарушен в пользу истца, что следует из пунктов 7.2, 7.4 контракта, суд считает возможным произвести перерасчет неустойки за период с 28.03.2020 по 10.12.2020, исходя из 1/300 ставки рефинансирования ЦБ РФ, что составит 100637,23 рублей.

При этом, определяя указанную сумму к взысканию, суд считает необходимым учесть следующее.

Согласно абзацу 3 пункта 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» основаниями для отмены судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 ГК РФ, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 ГК РФ (пункт 2 части 1 статьи 287 АПК РФ).

Таким образом, снижение пени, установленной в договоре за просрочку в исполнении денежного обязательства, ниже ставки, определяемой по правилам п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (с 1 августа 2016 года - ключевая ставка ЦБ РФ), в принципе не допускается.

Вместе с тем, нижний предел не применяется к неустойкам, установленным за нарушение неденежного обязательства (п. 76 Постановление Пленума ВС РФ № 7).

Как установлено судом, в настоящем деле, ответчиком нарушено неденежное обязательство, а именно срок выполнения работ.

Оснований для полного освобождения ответчика от ответственности, предусмотренной условиями договора, суд, исходя из указанных обстоятельств дела, не находит.

Относительно взыскания неустойки с 11.12.2020 по 23.06.2021, суд считает неправомерным указанное требование по основаниям указанным выше, связанным с невозможностью исполнения контракта истцом по обстоятельствам, за которые он не несет ответственности.

Таким образом, размер неустойки за просрочку исполнения ответчиком обязательств по контракту составит 100637,23 рублей.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Долгановой Анны Юрьевны в пользу Муниципального казенного учреждения «Стройзаказчик» сумму неустойки в размере 100637,23 рублей, в доходы федерального бюджета госпошлину в размере 4019 рублей.

В остальной части иска отказать.

Выдать исполнительный лист после вступления решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия путем подачи жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через арбитражный суд Тюменской области.


Судья



Соловьев К.Л.