Постановление от 22 сентября 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7594/16

Екатеринбург

23 сентября 2020 г.


Дело № А71-6742/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 сентября 2020 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Соловцова С.Н., Оденцовой Ю.А.,

при ведении протокола помощником судьи Кукушкиной Н.С. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Удмуртской Республики кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «Представитель» (далее – общество «Представитель») на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2020 по

делу № А71-6742/2015 Арбитражного суда Удмуртской Республики.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Удмуртской Республики приняли участие:

представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность

от 19.10.2018),

директор общества «Представитель» ФИО3

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.06.2015 по заявлению ФИО4 возбуждено производство по делу о признании индивидуального предпринимателя ФИО5 (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03.07.2015 принято к производству заявление ФИО6 в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве ФИО5

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 30.07.2015 во введении в отношении ФИО5 наблюдения отказано, заявление ФИО7 оставлено без рассмотрения, назначено заседание по проверке обоснованности заявления ФИО6 о признании должника банкротом.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.08.2015 заявление ФИО6 признано обоснованным, в отношении

ФИО5 введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО8.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.08.2016 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризация долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО8

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03.03.2017 ФИО5 признан банкротом, введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО8

20.05.2019 общество «Представитель» обратилось в суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 10 000 рублей по договору уступки права требования (цессии) от 16.05.2019.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 23.03.2020 вышеуказанное требование признано подтвержденным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 26.06.2020 определение суда первой инстанции от 23.03.2020 отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано, с общества «Представитель» в пользу ФИО1 в возмещение понесенных расходов по оплате услуг экспертной организации взысканы денежные средства в размере 17431 руб. 20 коп.

Ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм права, общество «Представитель» обратилось в суд округа с кассационной жалобой. По мнению заявителя кассационной жалобы, апелляционным судом сделан ошибочный вывод о пропуске срока обращения с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника, считает, что срок исковой давности на обращение с данным требованием истекал 10.09.2019, и требование направлено в суд в пределах данного срока, в связи с чем суд апелляционной инстанции необоснованно отказал во включении требования в реестр. Кроме того, заявитель кассационной жалобы полагает, что сторонами раскрыты экономические мотивы своего поведения, а выводы об аффилированности не нашли своего подтверждения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 17.06.2013 между ФИО5 (заказчик) и индивидуальным предпринимателем ФИО9 (исполнитель, далее – предприниматель ФИО9) заключен договор

№ б/н (далее – договор).

Согласно пункту 1.1 договора исполнитель обязуется по поручению Заказчика, в соответствии с «Техническим заданием» разработать проект «Теплое помещение, соединяющее дом с бассейном в СНТ «Якорь», уч. № 51А, общей площадью 30 кв. м именуемой в дальнейшем Объект.

В соответствии с пунктом 2.1 договора стоимость работ составляет 20 000 руб.

Согласно пункту 3.1 договора оплата стоимости выполняемых работ и услуг согласно настоящему Договору производится Заказчиком поэтапно: аванс - 50%; окончание работ - 50%.

Как указано в пункте 3.2 договора, оплата выполненных работ и услуг по каждому этапу производится в течение 3 (трех) банковских дней с момента подтверждения рабочих материалов по каждому этапу.

21.06.2013 ФИО5 передал предпринимателю ФИО9 денежные средства в сумме 10 000 руб. 00 коп. – аванс по Договору, что подтверждается распиской предпринимателя ФИО9

Во исполнение принятых на себя обязательств, предпринимателем ФИО9 был разработан рабочий проект арх. № 21-1-07 13 переход между жилым домом и бассейном в СНТ «Якорь» в Удмуртской Республике (далее - рабочий проект).

Предприниматель ФИО9 15.09.2013 передал, а ФИО5 принял рабочий проект, что подтверждается передаточным актом от 15.09.2013.

В нарушении принятых на себя обязательств, ФИО5 окончательная оплата выполненных работ в сумме 10000 руб. 00 коп. до настоящего времени не произведена.

Предприниматель ФИО9 03.09.2016 направил в адрес

ФИО5 претензию с требованием об оплате выполненных работ в сумме 10 000 руб. 00 коп., данная претензия получена ФИО5 03.09.2016, что подтверждается отметкой о получении.

Письмом от 10.09.2016 ФИО5 обязался погасить задолженность за выполненные работы в сумме 10 000 руб. в кратчайшие сроки, однако оплата выполненных работ до настоящего времени не произведена.

Между предпринимателем ФИО9 (цедент) и обществом «Представитель» (цессионарий) 16.05.2019 заключен договор уступки прав требования (цессии) (далее - договор цессии).

Согласно пункту 1.1 договора цессии, по настоящему договору Цедент уступает, а Цессионарий принимает право (требования) получения с ФИО5 задолженности в размере 10 000 руб. 00 коп. - долг по договору от 17.06.2013, заключенный между Цедентом и должником.

В соответствии с п. 1.3 договора цессии права требования по настоящему договору считаются переданными Цедентом Цессионарию с момента подписания Сторонами настоящего Договора.

В связи с введением в отношении ФИО5 процедуры реализации имущества, общество «Представитель» обратилось в суд с рассматриваемым требованием.

При этом судебного акта о взыскании заявленной кредитором суммы задолженности не имеется.

Признавая требование общества «Представитель» подтвержденным и подлежащим удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов имущества должника требование, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств оплаты (частичной оплаты) должником предъявленной для включения в реестр требований кредиторов задолженности, учитывая, что требование предъявлено после закрытия реестра требований кредиторов.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции не согласился, признав, что срок исковой давности для предъявления данного требования истек, в связи с чем определение суда первой инстанции отменил.

Суд округа полагает, что выводы апелляционного суда не противоречат фактическим обстоятельствам настоящего спора, в связи с чем оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными указанным Законом.

Пункт 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве устанавливает, что для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Согласно статье 100 Закона о банкротстве требование кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника направляется в суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

При этом как следует из разъяснений, изложенных в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» при исчислении предусмотренного пунктом 2 статьи 213.8 и пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве срока для заявления требований в деле о банкротстве гражданина следует учитывать, что по смыслу статьи 213.7 Закона информация о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов, а также о признании гражданина банкротом и введении реализации его имущества доводится до всеобщего сведения путем ее включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и публикации в официальном печатном издании в порядке, предусмотренном статьей 28 Закона о банкротстве. При определении начала течения срока на предъявление требования в деле о банкротстве гражданина следует руководствоваться датой более позднего публичного извещения.

Суд первой инстанции, исходя из того, что доказательств оплаты (частичной оплаты) должником предъявленной для включения в реестр требований кредиторов задолженности не представлено, заявленные конкурсным кредитором ФИО1 доводы о фальсификации доказательств подтверждения в материалах дела не нашли, срок для предъявления требований кредиторов о включении в реестр требований кредиторов ИП ФИО5 истек 25 мая 2017 года, сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 15 марта 2017г. (сообщение № 1667053); в газете «Коммерсантъ» № 51 от 25 марта 2017 г., а ООО «ЮК «Представитель» обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника 20 мая 2019г., то есть после закрытия реестра требований кредиторов, счел, что требование в размере 10000 руб. 00 коп. подлежит удовлетворению за счет имущества должника оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Между тем, при рассмотрении дела в суде первой инстанции представителем ФИО1 было сделано заявление о применении срока исковой давности по отношению к предъявленному обществом «ЮК «Представитель» требованию.

Возражая на данное заявление, общество «ЮК «Представитель» сослалось на перерыв течения срока исковой давности в соответствии со статьей 203 Гражданского кодекса Российской Федерации, обосновывая свою позицию наличием признания долга ФИО5 письмом от 10.09.2016, согласно содержанию которого, последний обязался погасить задолженность за выполненные работы в размере 10 000 рублей в кратчайшие сроки.

Доводы об истечении срока исковой давности равно как и возражения на них не получили правовой оценки суда первой инстанции.

В тоже время суд апелляционной инстанции, рассмотрев данные доводы, пришел к выводу о пропуске заявителем срока исковой давности и отсутствии в связи с этим оснований для включения требования в реестр требований кредиторов, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 (ред. от 07.02.2017) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В тоже время абзацем первым статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок (абзац второй статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Постановления №43 к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

Суд апелляционной инстанции установил, что признание должником долга выражено в ответе ФИО5 от 10.09.2016 на претензию Индивидуального предпринимателя ФИО9, однако, данный ответ не признан апелляционным судом как действие по признанию долга, прерывающее течение срока исковой давности, поскольку в отношении должника определением суда от 05.08.2016 (резолютивная часть определения суда от 29.07.2016) введена процедура реструктуризации долгов и согласно абзацу 3 пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве требования кредиторов по денежным обязательствам, могут быть предъявлены только в порядке, установленном указанным Федеральным законом.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции констатировал, что в сентябре 2016 года Индивидуальный предприниматель ФИО9 должен был направить требование о включении в реестр требований кредиторов, а не направлять претензию в адрес должника.

При этом апелляционный суд подчеркнул, что в силу пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 в рамках дела о банкротстве признание должником долга не имеет правового значения, в связи с чем направление претензии в обход требований Закона о банкротстве и ответ на нее с признанием долга, совершенный после введения процедуры реструктуризации долгов, также не имеют правового значения, а такой порядок расчетов нарушает положения Закона о банкротстве по расчетам с кредиторами в период реструктуризации долгов.

Как указал суд апелляционной инстанции, устранение возможности должника признавать долг, указанное в п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ № 35, должно распространяться на все случаи такого признания после возбуждения дела о банкротстве. В противном случае предоставление возможности учитывать письма должника в качестве прерывания срока исковой давности в период дела о банкротстве означало бы возможность создания должником преференций отдельным кредиторам. Так, должник, находясь в процедуре банкротства, может своими действиями по признанию долга прерывать срок исковой давности аффилированным кредиторам, но не признавать долги в отношении иных кредиторов, что ставило бы их в неравное положение. В связи с этим суд апелляционной инстанции посчитал, что срок исковой давности не может являться прерванным и к моменту заявления требования ООО ЮК «Представитель» он истек.

В соответствии с пунктами 13, 14 Постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 № 29 (ред. от 14.03.2014) «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», предъявление не подтвержденных судебным актом требований кредиторов, вступающих в дело о банкротстве, - один из способов судебной защиты гражданских прав (пункт 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому предъявление должнику требования в деле о банкротстве в установленном Законом порядке служит основанием для перерыва течения срока исковой давности (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве.

Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, принимая во внимание, что 05.08.2016 в отношении должника была введена процедура реструктуризации долгов, а ответ должника о признании долга, направленный на претензию предпринимателя ФИО9 (цедента) в сентябре 2016, вопреки мнению общества «Представитель», не мог прерывать течение срока исковой давности в силу положений статьи 213.11 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции посчитал срок исковой давности для предъявления требования обществом «Представитель» истекшим и отказал в удовлетворении заявленных указанным обществом требований.

Доводы кассационной жалобы относительно истечения срока по данному требованию только 10.09.2019 основаны на неверном понимании заявителем норм права и судом округа отклоняются.

Вопреки позиции заявителя кассационной жалобы, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств (абзац 2 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

В связи с этим обоснован вывод суда апелляционной инстанции, что направление претензии в обход требований Закона о банкротстве и ответ на нее с признанием долга, совершенный после введения процедуры реструктуризации долгов, также не имеют правового значения, в противном случае предоставление возможности учитывать письма должника в качестве прерывания срока исковой давности в период дела о банкротстве допускает возможность создания должником преференций отдельным кредиторам, что недопустимо.

Суд апелляционной инстанции также верно распределил судебные расходы в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие изложенную в ходе рассмотрения дела позицию по спору, основаны на иной, отличной от изложенной в оспариваемом судебном акте оценки судом представленных в материалы дела доказательств и обстоятельств дела, и при этом уже были предметом исследования суда апелляционной инстанций и им дана надлежащая оценка, в связи с чем, их повторение поданной в суд кассационной инстанции жалобе представляет собой требование о переоценке доказательств и обстоятельств дела, что выходит за предусмотренные частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса пределы компетенции суда кассационной инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы фактических обстоятельств дела, а также иное толкование им положений закона не свидетельствуют о существенных нарушениях судом апелляционной инстанций норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2020 по делу № А71-6742/2015 Арбитражного суда Удмуртской Республики оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «Представитель» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Е.А. Павлова


Судьи С.Н. Соловцов


Ю.А. Оденцова