Постановление от 17 октября 2019 г. по делу № А76-2423/2018



АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6432/19

Екатеринбург

17 октября 2019 г.


Дело № А76-2423/2018



Резолютивная часть постановления объявлена 15 октября 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 октября 2019 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Шавейниковой О.Э., Краснобаевой И.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Курко Евгения Александровича (далее – Курко Е.А.) на решение Арбитражного суда Челябинской области от 24.01.2019 по делу № А76-2423/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседанияна сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители: Курко Е.А. – Соколова Н.Г. (доверенность от 15.09.2017), Максимов Е.Ю. (доверенность от 31.03.2017 серия 74АА № 3459514); а также общества с ограниченной ответственностью «ТехноХимРеагент» (далее – общество «ТехноХимРеагент», общество) – Труханов К.И. (доверенность от 10.06.2019), Сименцев А.С. (доверенность от 24.10.2017).

Общество «ТехноХимРеагент» 30.01.2018 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с иском к Курко Е.А. о признании недействительными заключенных между обществом «ТехноХимРеагент» и Курко Е.А. договоров переработки от 11.01.2016 № ДП/7/2016 и от 08.12.2016 № ДП/12/2016 с заданиями заказчика на переработку по указанным договорам.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Медведев Иван Андреевич, Республика Башкортостан, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Уральскому Федеральному округу (Росфинмониторинг), г. Екатеринбург.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 24.01.2019(судья Кузнецова И.А.) исковые требования общества «ТехноХимРеагент» удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2019 (судьи Забутырина Л.В., Тихоновский Ф.И., Хоронеко М.Н.) решение суда первой инстанции от 24.01.2019 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Курко Е.А. просит решение от 17.01.2019 и постановление от 17.06.2019 отменить, направить дело на новое рассмотрение, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, на спорные сделки не распространяется режим одобрения крупных сделок, поскольку они совершены в обычной хозяйственной деятельности общества, связанной с поставкой химических реагентов, не привели и не могли привести к ее прекращению, изменению ее масштабов, а Курко Е.А., неоднократно заключая сделки с обществом, и, являясь подписантом его налоговой отчетности, знал, что сумма по спорным договорам не является крупной. Курко Е.А. полагает, что суды не оценили его доводы о том, что спорные договоры являются частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей целью, и способствовали получению обществом «ТехноХимРеагент» прибыли, при этом Курко Е.А. по заданию общества, составленному по заказу публичного акционерного общества «ММК» (далее – общество «ММК»), перерабатывал давальческое сырье, а результат переработки, являющийся собственностью общества, которое, согласно спецификациям и сертификатам, было его производителем и никогда не приобретало химические реагенты у иных производителей, поставлялся обществом «ТехноХимРеагент» обществу «ММК». Заявитель считает, что, согласно заключению эксперта № 0177/2018, переход общества от покупки готовых химических реагентов к переработке химического сырья с использованием услуг Курко Е.А. являлся экономически оправданным и целесообразным, позволил существенно улучшить финансовые показатели общества, а выводы судов о невозможности переработки Курко Е.А. химических реагентов необоснованны, поскольку суды не указали нормы закона и требования, которым он не удовлетворяет как сторона договора переработки, не учли выданные ему патенты, не оценили имеющиеся в деле доказательства и материалы уголовного дела № 11801750104000236, подтверждающие осуществление Курко Е.А. работ по переработке химических реагентов, отсутствие у общества иных поставщиков и переработчиков, суды также не приняли во внимание отсутствие доказательств приобретения обществом реагентов у иных поставщиков, не оценили доводы Курко Е.А. о том, что заключение экспертов открытого акционерного общества «ВТИ» основано на представленном обществом доказательстве и о взаимосвязи экспертов с контролирующим общество лицом – Господиновым И.П., и не учли постановление о возбуждении уголовного дела № 11901800053000194.

Общество «ТехноХимРеагент» в отзыве по доводам, изложеннымв кассационной жалобе, возражает, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 13.04.2017на основании решения единственного участника общества «ТехноХимРеагент» от 10.04.2017 № 17 досрочно прекращены полномочия генерального директора общества Медведева И.А. в связи с раскрывшимися фактами противоправных действий последнего, с 14.04.2017 директором общества назначен Возный Р.В.

Медведев И.А. не передал новому генеральному директору общества «ТехноХимРеагент» документы (включая заключенные хозяйственные договоры) и печать общества, что подтверждается решением от 04.10.2017 по делу № А76-21123/2017 об обязании передать соответствующие документы и печать, а на основании исполнительного листа арбитражного суда судебным приставом-исполнителем по месту жительства Медведева И.А. возбуждено исполнительное производство от 14.03.2018 № 5047/18/02028-ИП, которое до настоящего времени не окончено, документы обществу не переданы.

Постановлениями следователя от 29.05.2018 Медведев И.А. и Курко Е.А. привлечены в качестве обвиняемых по уголовному делу №11801750104000236, возбужденному по факту покушения на мошенничество путем вывода денежных средства из общества «ТехноХимРеагент» по фиктивным договорам.

В ходе проверки деятельности предыдущего руководства общества «ТехноХимРеагент» установлено, что в период с 18.04.2016 по 20.03.2017 Медведев И. А. перечислил с банковского счета общества на банковский счет Курко Е.А. денежные средства в размере 124 147 636 руб.

Между обществом «ТехноХимРеагент» в лице Медведева И.А. (заказчик) и Курко Е.А. (подрядчик) заключены договоры переработки на изготовление готовой продукции из давальческого сырья от 11.01.2016 № ДП/7/2016 с приложениями и от 08.12.2016 № ДП/12/2016 с приложениями, по условиям которых предметом договоров является изготовление подрядчиком из сырья заказчика определенных химических веществ, а именно, производство Puro Tech 62, Puro Tech 68, Puro Tech 110, Puro Tech F-3100, Puro Tech Polihib MAP, Puro Tech RO 113, Puro Tech RO 315, Puro Tech RO 325, Puro Tech Microbiocide WTM, Puro Tech 41, Puro Tech 63, Puro Tech 65, Puro Tech 110К.

В материалы дела представлены подписанные сторонами в лице Медведева И.А. и Курко Е.А. и содержащие оттиски печати общества акты оказанных услуг, отчеты о продукции, произведенной из сырья заказчика, давальческие задания на переработку со сроком сдачи готовой продукции, накладные на отпуск материалов на сторону.

Оплата обществом «ТехноХимРеагент» за услуги по договору№ ДП/7/2016 производилась частями платежными поручениями от 18.04.2016 № 122 на сумму 13 000 000 руб., от 25.05.2016 № 171 на сумму 5 000 000 руб., от 27.05.2016 № 172 на сумму 5 000 000 руб., от 30.06.2016 № 205на сумму 5 000 000 руб., от 05.07.2016 № 220 на сумму 16 000 000 руб.,от 18.07.2016 № 233 на сумму 15 000 000 руб., а также в дело представлены платежные поручения от 11.10.2016 № 357 на сумму 500 000 руб., от 12.10.2016 № 362 на сумму 100 000 руб., от 21.10.2016 № 377 на сумму 6 000 000 руб., от 10.01.2017 № 5 на сумму 12 000 000 руб., от 11.01.2017 № 7 на сумму 12 000 000 руб., от 16.02.2017 № 55 на сумму 1 146 348 руб. 37 коп., от 21.02.2017 № 59 на сумму 10 105 843 руб., от 14.03.2017 № 88 на сумму 1 168 205 руб. 71 коп., от 14.03.2017 № 89 на сумму 8 727 238 руб. 95 коп., от 17.03.2017 № 95 на сумму 400 000 руб., от 20.03.2017 № 97 на сумму 13 000 000 руб. об оплате обществом в пользу Курко Е.А. по договорам от 10.10.2016 № ДЗ/03/2016, от 07.09.2016 № ДР/12/2016, от 01.07.2016 № 5, от 10.01.2017 № Л1/2017, за услуги по актам выполненных работ за январь 2017 по договору от 08.12.2016 № ДП/12/2016 и от 11.01.2016 № ДП/7/2016, соответственно.

Общество с ограниченной ответственностью «Орион», обращаяськак единственный участник общества и в интересах последнего в арбитражный суд с иском о признании недействительными договоров переработки от 11.01.2016 № ДП/7/2016 и от 08.12.2016 № ДП/12/2016, ссылалось на то, что в результате совершения данных взаимосвязанных сделок, на которые распространяется правовой режим единой крупной сделки, из общества выведена значительная сумма в размере 91 233 082 руб.

Удовлетворяя исковые требования, суды исходили из следующего.

В пункте 1 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ«Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) в примененной судами редакции закреплено, что крупной сделкой является сделка или несколько взаимосвязанных сделок, связанных c приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки.

В редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемых договоров, пункт 3 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью устанавливал обязанность одобрения крупной сделки.

В силу пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью крупная сделка, совершенная с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника.

В подпункте 4 пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» (далее – постановление Пленума № 28) разъяснено, что о взаимосвязанности сделок общества применительно к пункту 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах или пункту 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, помимо прочего, могут свидетельствовать такие признаки, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, общее хозяйственное назначение проданного имущества, консолидация всего отчужденного по сделкам имущества в собственности одного лица, непродолжительный период времени между совершением нескольких сделок. Для определения того, является ли сделка, состоящая из нескольких взаимосвязанных сделок, крупной, необходимо сопоставлять стоимость имущества, отчужденного по всем взаимосвязанным сделкам, с балансовой стоимостью активов на последнюю отчетную дату, которой будет являться дата бухгалтерского баланса, предшествующая заключению первой из сделок.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о ее совершении с нарушением порядка одобрения крупных сделок, судам следует учитывать то, насколько это лицо могло, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие у сделки признаков крупной сделки и несоблюдение порядка ее одобрения. В частности, контрагент должен был знать о том, что сделка являлась крупной и требовала одобрения, если это было очевидно любому разумному участнику оборота из характера сделки, например, при отчуждении одного из основных активов общества (недвижимости, дорогостоящего оборудования и т.п.). В остальных случаях презюмируется, что сторона сделки не знала и не должна была знать о том, что сделка являлась крупной (подпункт 3 пункта 4 постановления Пленума № 28).

В силу пунктов 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительнос намерением причинить вред другому лицу, действия в обход законас противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения указанных требований суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Исследовав и оценив имеющиеся доказательства, проанализировав спорные договоры, и, установив, что они являются однотипными (о переработке продукции), совершены в отношении однородного имущества – химических реагентов, указанных в приложениях к договорам, имеют общее хозяйственное назначение (специальное), все отчужденные по данным сделкам денежные средства консолидируются в пользу одного лица – Курко Е.А., начало выполнения работ в названных договорах определено по заданиям заказчика, договоры совершены в течение непродолжительного периода времени – с разницей менее одного года, а заключение договора № ДП/12/2016, который отличается только отсутствием работ по производству химических реагентов PuroTech RO 107 и PuroTech 72, не может считаться целесообразным и могло быть направлено на дробление единой крупной сделки по переработке уже готовой продукции на два отдельных договора, не попадающих под критерии крупной сделки, суды пришли к выводу о взаимосвязанности договоров № ДП/7/2016 и № ДП/12/2016, при том, что иное не доказано.

Доводы Курко Е.А. о том, что спорные договоры на производство химических реагентов PuroTech и заключенный между обществами «ТехноХимРеагент» и «ММК» договор поставки от 20.01.2014 № 220152 (являются частью единой сделки, которая в целом принесла обществу прибыль), по результатам исследования и оценки доказательств отклонены судами как необоснованные, в том числе, с учетом того, что названный договор поставки с обществом «ММК» был заключен и начал исполняться за два года до заключения спорных договоров с Курко Е.А. и по данному договору поставки общество не поставляло химические реагенты производства Курко Е.А., что подтверждается текстом спецификаций к договору и письмом общества «ММК» от 11.01.2017, согласно которому последнее получало в 2015-2016 годах химические реагенты PuroTech производства предприятий обществ с ограниченной ответственностью «ТехноХимРеагент» (г. Запорожье, Украина) и «ТехноХимРеагентБел» (г. Гродно, Беларусь) (далее – общества «ТехноХимРеагент» (г. Запорожье, Украина) и «ТехноХимРеагентБел» (г. Гродно, Беларусь)), а какая-либо информация о поставках обществу «ММК» химических реагентов PuroTech производства Курко Е.А. в период с 2016 по 2017 год отсутствует, с учетом чего оспариваемые договоры, заключенные в 2016 году, и заключенный между обществами «ТехноХимРеагент» и «ММК» договор поставки от 20.01.2014 не связаны между собой, а надлежащие и достаточные доказательства иного не представлены.

Учитывая изложенное, установив, что на момент заключения в 2016 году спорных взаимосвязанных сделок балансовая стоимость активов общества составляла 250 223 000 руб., а стоимость работ, которые общество оплатило по данным договорам, составила 36,5% стоимости активов общества, суды признали взаимосвязанные договоры от 11.01.2016 № ДП/7/2016 и от 08.12.2016 № ДП/12/2016 единой крупной сделкой, подлежащей одобрению общим собранием участников общества в порядке пункта 3 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

При этом суды отклонили доводы Курко Е.А. о том, что заключение спорных сделок привело к выгоде для общества, поскольку данный довод основан на предположении, надлежащими и достаточными доказательствами не подтвержден, а представленный Курко Е.А. анализ финансового состояния общества за 2016 год и первый квартал 2017 года не содержит исследования причин его изменения в лучшую или худшую сторону не подтвержден соответствующей первичной документацией, какие-либо доказательства того, что «улучшение финансового состояния» общества находится во взаимосвязи с оспариваемыми сделками и произошло только в связи с их заключением и дальнейшим исполнением, не представлены.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся доказательства, учитывая, что химические реагенты торговой марки «PuroTech» производят два завода: общества «ТехноХимРеагент» (г. Запорожье, Украина) и «ТехноХимРеагентБел» (г. Гродно, Белоруссия), приняв во внимание, что единственной коммерческой деятельностью общества являлась продажа химических реагентов торговой марки «PuroTech» на территории Российской Федерации, и что «PuroTech» является зарегистрированным товарным знаком, правообладателем которого является общество «ТехноХимРеагент» (Украина), и которому предоставлена правовая охрана на территории ряда государств, в том числе в Российской Федерации, что подтверждается выпиской из международного реестра знаков Всемирной организации интеллектуальной собственности от 27.07.2017, учитывая, что, как следует из представленных Курко Е.А. в материалы дела № А07-24394/2017 копий договоров и заданий заказчика на переработку, Курко Е.А. производил из переданных ему обществом оригинальных химических реагентов «PuroTech» производства обществ «ТехноХимРеагентБел» (Беларусь) и «ТехноХимРеагент» (Украина), являющихся готовой продукцией и не требующих дополнительных переработок, некие другие химические реагенты «PuroTech», которые, согласно имеющимся в деле заключению экспертов от 19.11.2018 № 08/42 и заключению специалиста от 30.05.2018, с технической точки зрения невозможно произвести из указанных в отчетах Курко Е.А. химических веществ, причем цена переработки реагентов по оспариваемым договорам была существенно выше (до 312 %) цены оригинальных реагентов, ввиду чего общество «ТехноХимРеагент», перечислив на счет Курко Е.А. денежные средства в размере 91 233 082 руб., фактически не получило соответствующее встречное предоставление со стороны Курко Е.А., который фактически не мог произвести и не производил химические реагенты для общества в рамках оспариваемых договоров, а участник общества, соответственно, лишился права на получение распределенной прибыли и соответствующей части имущества обществав случае его ликвидации, суды установили, что в результате заключения и исполнения спорной сделки обществу и его участнику причинены убытки.

Представленное Курко Е.А. в подтверждение осуществления им производства химических реагентов PuroTech по договору заключение негосударственной экспертизы проектной документации не принято судами во внимание, поскольку представляет собой негосударственную экспертизу проектной документации, то есть технических документов, на основании которых в будущем (то есть после 29.12.2017) может быть осуществлено строительство, но не подтверждает и не может подтверждать наличие какого-либо производства химических реагентов PuroTech в 2016-2017 годах, а из текста заключения не следует, что оно имеет отношение к строению 2, в котором, по утверждению Курко Е.А., он осуществлял деятельность по производству спорных химических реагентов.

Доводы о недопустимости заключения экспертов от 19.11.2018 № 08/42 по результатам исследования и оценки доказательств не приняты судами во внимание как неподтвержденные соответствующими доказательствами, в том числе, с учетом того, что в деле отсутствуют надлежащие доказательства того, что эксперты лично, прямо или косвенно заинтересованы в исходе дела, не доказано наличие иных обстоятельств, которые могут вызвать сомнение в беспристрастности экспертов, а также наличие взаимосвязи экспертной организации с лицами, участвующими в рассмотрении настоящего дела.

Исходя из изложенного, исследовав и оценив все представленныедоказательства, учитывая конкретные обстоятельства дела, принимая во внимание, что работы по производству химических реагентов «PuroTech», требуют создания технологически сложного химического производства, оформления разрешительной документации, наличия квалифицированного персонала, в то время как наличие в распоряжении Курко Е.А. всего вышеперечисленного опровергается выводами судебной экспертизы об отсутствии у Курко Е.А. возможности для производства таких работ и выводами налогового органа при проведении проверки о фиктивности заключения договоров между обществом и Курко Е.А. с целью вывода денежных средств общества, а также не подтверждено соответствующими надлежащими и достаточными первичными документами, в том числе, не подтверждено первичными документами и наличие у Курко Е.А. работников, имеющих необходимую квалификацию и допуск к работе с химическими реагентами в достаточном для масштабов производства количестве, в то время как, согласно акту выездной налоговой проверки от 05.09.2018 № 14-16 и письму налогового органа от 16.01.2019 № 06-10/00078, в период с февраля по май 2016 года и с января по март 2017 года у Курко Е.А. отсутствовали работники, а в 1 квартале 2017 года было 2 наемных работника, которые согласно приказам о приеме на работу и гражданско-правовым договорам, оказывали услуги по изготовлению, фасовке, перевозке продукции и других грузов по адресу г. Магнитогорск, ул. Кирова, дом 104, и, согласно письму Управления Росприроднадзора по Челябинской области от 01.08.2017 № 208, деятельность по производству химических реагентов в производственном помещении по адресу г. Магнитогорск, ул. Кирова, дом 104, строение 2, на момент проверки (август 2017 года) не велась, из чего следует, что производство спорных компонентов «в кустарных условиях» технически невозможно, а при изыскании средств и методов для такого производства без специальной разрешительной документации являлось бы нарушением прав на товарный знак и влекло бы ответственность общества за производство контрафактной продукции под маркой «PuroTech» без разрешения ее правообладателя, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела того, что Курко Е.А. фактически не мог производить продукцию по спорным договорам и не имел необходимых для этого ресурсов, что подтверждает отсутствие у него намерения исполнять данные договоры, тогда как надлежащие и достаточные доказательства, подтверждающие наличие у Курко Е.А. возможности создать технически сложное производство химических реагентов в 2016-2017 годах, не представлены.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суды не приняли во внимание протокол осмотра помещения по адресу г. Магнитогорск, ул. Кирова, дом 104, строение 2, удостоверенного нотариусом, в ходе которого установлено наличие по данному адресу оборудования для производства химических реагентов, выписку из ЕГРН на указанное производственное помещение, принадлежащее Курко Е.А., копии паспорта РВРе-3,0.К.3.0.II на резервуар с вертикальным подогревом и комплект документации R12-11-2244 на установку обратного осмоса RO40ТР, поскольку названные документы могут подтверждать лишь факт наличия у Курко Е.А. определенного имущества, но не могут свидетельствовать о ведении им в спорный период производственной деятельности по производству спорных химических реагентов и сами по себе не опровергают вышеназванные установленные судами обстоятельства.

Кроме того, как установлено судами и следует из материалов дела, необходимые химические вещества получались обществом от иных поставщиков, что подтверждается письмами общества «ММК» о полученииот общества «ТехноХимРеагент» химических реагентов PuroTech производства обществ «ТехноХимРеагент» (г. Запорожье, Украина), «ТехноХимРеагентБел» (г. Гродно, Беларусь), а не химических реагентов производства Курко Е.А., при том, что доказательства иного, подтверждающие поставку обществу «ММК» химических реагентов производства Курко Е.А., отсутствуют.

При этом ссылка Курко Е.А. на то, что общество с ограниченной ответственностью ПКФ «Восход» в 2016-2017 годах импортировало в Россию 318,6 тонн химических реагентов PuroTech, которые поставлены обществу «ТехноХимРеагент» (Россия), а затем переданы Курко Е.А. и Гатиной Е.А. для переработки и использованы ими для производства других химических реагентов по спорным договорам, отклонена судами как несостоятельная, в том числе, с учетом того, что вступившим в законную силу решением от 27.08.2018 по делу № А76-11774/2017 соответствующий договор поставки химических реагентов между обществом с ограниченной ответственностью ПКФ «ВОСХОД» и обществом «ТехноХимРеагент» (Россия) признан ничтожным, а поставка товаров по указанному договору на сумму 42 млн. руб. - мнимой.

Суды также не приняли во внимание представленные Курко Е.А. копии решений о выдаче патентов на изобретение (патентообладатель – Курко Е.А.) по заявке № 2016148994/04 (078740) на изобретение «Средство для химической очистки металлических поверхностей», в химический состав которого входит химический реагент «PuroTech 43», и по заявке № 2017105669/02(010080) на группу изобретений: «Ингибитор коррозии и отложений», в химический состав которого входит химический реагент «PuroTech Polihib MM», «Ингибитор коррозии и отложений», в химический состав которого входит химический реагент «PuroTech ZK-5», поскольку, согласно спорным договорам, Курко Е.А. должен был выполнять работы по производству конкретных химических реагентов «PuroTech», а не работы по производству веществ, которые указаны в данных патентах, с учетом чего, а также того, что указанные заявки на изобретения поданы 13.12.2016 и 20.02.2017, то есть существенно позднее даты заключения спорных договоров, названные решения не могут подтверждать факт производства Курко Е.А. химических реагентов «PuroTech».

При вышеизложенных обстоятельствах, по результатам исследования и оценки всех имеющихся доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, суды признали недоказанным фактическое оказание Курко Е.А. услуг и работы, предусмотренных спорными договорами.

Доводы Курко Е.А. о том, что он, не являясь участником общества и не входя в состав органов его управления, не знал и не мог знать, что сделка может быть крупной для общества, не предполагал заранее масштаба исполнения по принятым на себя обязательствам и, как следствие, не мог предвидеть цену договоров, по результатам исследования и оценки доказательств отклонены судами как не соответствующие фактическим обстоятельствам дела, исходя из которых вышеупомянутое общество «ПромМет-К», входящее в ряд компаний, подконтрольных Курко Е.А., с использованием которых осуществлялась схема по минимизации суммы выручки от реализации химических реагентов обществу «ММК», полностью контролирует как всю деятельность общество «ТехноХимРеагент», так и все операции по его расчетному счету, а также в лице Курко Е.А. является подписантом налоговой отчетности общества, что подтверждается результатами проверки налогового органа, из чего следует, что Курко Е.А., являясь подписантом налоговой отчетности общества, знал (должен был знать) о том, что оспариваемые договоры являются для общества крупной сделкой.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, по результатам исследования и оценки всех представленных доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что оспариваемые взаимосвязанные договоры являются единой крупной сделкой, не имевшей экономического содержания, совершенной сторонами без реальной хозяйственной деловой цели, без намерения сторон создать соответствующие правовые последствия соответствующих сделок, в отсутствие обязательного одобрения участником общества, в результате заключения и исполнения которой обществу причинены убытки, и совершенной со злоупотреблением правом со стороны бывшего генерального директора общества – Медведева И.А. и другой стороны по сделке – Курко Е.А., факт сговора которых и составления ими фиктивных документов с целью вывода активов общества путем заключения мнимых спорных договоров подтверждается тем, что, являясь генеральным директором общества, Медведев И.А. также являлся (с 01.01.2017) исполнительным директором общества с ограниченной ответственностью «Магнитогорский завод химических реагентов», в котором Курко Е.А. до 18.09.2017 был единственным участником и с 25.08.2017 назначил Медведева И.А. генеральным директором названного общества, учредителями которого с 18.09.2017 являются Курко Е.А. (50%) и Медведев И.А. (50%), и которое зарегистрировано по одному юридическому адресу с иной подконтрольной Курко Е.А. компанией – обществом с ограниченной ответственностью «ПромМет-К» а, кроме того, данный факт установлен судебными актами по делам № А76-13941/2017, № А76-25944/2017, № А76-11774/2017 и № А76-1352/2018, суды пришли к выводам о доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае всей необходимой совокупности оснований для признания спорной сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 10, пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем удовлетворили заявленные требования.

Исходя из изложенного, ссылки Курко Е.А. на совершение спорной сделки в обычной хозяйственной деятельности не приняты судами во внимание как противоречащие фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, согласно которым, оснований для такой квалификации спорных сделок не имеется.

Таким образом, удовлетворяя заявленный иск, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела исковых требований, а также из отсутствия надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Все доводы кассационной жалобы, судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права, были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций и сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставитьбез изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 24.01.2019 по делу№ А76-2423/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Курко Евгения Александровича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Ю.А. Оденцова


Судьи О.Э. Шавейникова


И.А. Краснобаева