Постановление от 16 января 2019 г. по делу № А58-5445/2015

Четвертый арбитражный апелляционный суд

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Чита Дело № А58-5445/2015

16.01.2019

Резолютивная часть постановления объявлена 09.01.2019

Полный текст постановления изготовлен 16.01.2019

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.В. Барковской, судей: Н.А. Корзовой, Л.В. Ошировой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании, проведенного с использованием систем видеоконференцсвязи при содействии Арбитражного суда Республики Саха (Якутия), апелляционные жалобы конкурсного управляющего должника ФИО2 и ООО «Алмаз» на определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 22 августа 2018 года по делу № А58-5445/2015 по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО2 о привлечении бывших руководителей должника ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности, при участии в судебном заседании в качестве соответчика ФИО4, в деле, по заявлению Федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Министерства внутренних дел Российской Федерации (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Луч» (ИНН <***>, ОГРН <***>) несостоятельным (банкротом),

принятое судьей Исаковой Н.Н.,

с участием в судебном заседании:

представитель конкурсного управляющего ФИО5 по доверенности от 09.04.2018

гражданка ФИО3 (личность удостоверена по паспорту)

установил:

Дело о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Луч» возбуждено по заявлению кредитора Федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Министерства внутренних дел Российской Федерации определением арбитражного суда от 16.10.2015; наблюдение в отношении должника введено 14.01.2016.

Решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 24.08.2016 общество с ограниченной ответственностью «Луч» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура конкурсного производства.

Определением суда от 10.10.2016 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в арбитражный суд с уточненным заявлением о привлечении бывших руководителей ООО «Луч» ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности и взыскании с них в конкурсную массу должника 12 294 832 рубля 37 копеек.

Определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 22 августа 2018 года отказано в удовлетворении заявления.

Конкурсный управляющий и конкурсный кредитор ООО «Алмаз», не согласившись с принятым судебным актом, в апелляционных жалобах просят его отменить.

Полагают, что при наличии признаков платежеспособности указанные лица обязаны были обратиться с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

По мнению ООО «Алмаз», судом не учтены задолженности, на основании которых произведен зачет встречных обязательств, представленные счет-фактуры не подтверждаются актами выполненных работ, в них не указаны оказанные услуги, также не учтено, что сумма 13 830 000 руб. перечислена на расчетный счет ООО «Заря» по основанию – оплата за материалы, а не возврат займа. Как указывает конкурсный управляющий, данная сумма была перечислена за поставку материалов при наличии задолженности по зарплате, что причинило существенный вред имущественным правам кредиторов.

Конкурсный управляющий полагает, что материалами дела доказано совершение ответчиками виновных действий, имеющих причинно-следственную связь с наступлением банкротства должника, доказательств иного ответчиками не представлено.

В судебном заседании участвующие в деле лица поддержали свои правовые позиции.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в отсутствие иных надлежащим образом уведомленных лиц.

Рассмотрев доводы апелляционных жалоб, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Исходя из общих положений статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации о действии гражданского законодательства по времени и правовой позиции, изложенной в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) и Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статьи 4.2 и 14 положения о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10), и Закона о банкротстве банков в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, пункт 3 статьи 9.1 и статья 14), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона №266-ФЗ).

Другими словами, к спорным правоотношениям подлежат применению те положения Закона о банкротстве, которые действовали на момент существования обстоятельств, расцененных конкурсным управляющим в качестве основания привлечения к субсидиарной ответственности, при этом новые положения Закона о банкротства подлежат применению только к процессуальным моментам.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал на неподачу бывшими руководителями заявления о признании должника банкротом в срок до 15.02.2013 (ФИО4) и 25.06.2013 (ФИО3), а также необоснованное перечисление денежных средств обществу «Заря», аффилированному по отношению к должнику.

Таким образом, к спорным правоотношениям подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ.

Как следует из материалов дела, функции исполнительного органа должника осуществляли ФИО4 с 04.08.2008 по 24.04.2013 и ФИО3 с 24.04.2013 по 24.08.2016 (введение конкурсного производства).

В обоснование заявления указано, что ООО «Луч» к 15 января 2013 года имело просроченную задолженность свыше 3 месяцев по обязательным платежам на общую сумму в размере 608 684,60 рублей, из них задолженность по налогам, пеням, штрафам в размере 42 130.48 рублей, задолженность по страховым взносам, пеням, штрафам в размере 566 554,12 рублей. Кроме того, имелась задолженность по страховым взносам, пеням, штрафам за 2012 год в размере 2 942 837,05 рублей. По состоянию на 15 января 2013 года у ООО «Луч» имелась просроченная задолженность перед ФГУП «Охрана» МВД России по Республике Саха (Якутия) по договору от 01.06.2012 №32/13-12 за период с июля по сентябрь 2012 года в размере 867 682,47 рублей, что установлено определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 16 апреля 2013 года по делу №А58-7251/2012. Существовала непогашенная задолженность перед AO «Востоктехторг» по договору поставки от 06.08.2012 №7-279Д в размере 279 243 рублей, взысканная с должника решением суда от 07 августа 2013 года по делу №А58- 2410/2013, а также имелась просроченная задолженность по оплате труда перед ФИО6 в размере 281 814 рублей, подтвержденная судебным приказом №2-821 от 11.12.2012, выданным судебным участком №24 Оймяконского района PC (Я).

Ссылаясь на вышеизложенное, конкурсный управляющий указал, что ООО «Луч» по состоянию на 15 января 2013 года отвечало признакам неплатежеспособности и признакам недостаточности имущества, следовательно, ФИО4 обязан был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 15 февраля 2013 года.

Также со ссылкой на определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 22 апреля 2016 года по делу №А58-5445/2015, а также документы, представленные налоговым органом в материалы дела конкурсный управляющий указал, что ООО «Луч» к 24 апреля 2013 года имело просроченную задолженность свыше 3 месяцев по обязательным платежам на общую сумму в размере 3 550 135,65 рублей, из них: задолженность но налогам, пеням, штрафам в размере 42 130.48 рублей (налог на имущество за 12 месяцев 2011 года, 1, 2, 3 кварталы 2012 года, НДС 1 квартал 2012 года), задолженность по страховым взносам, пеням, штрафам в размере 3 508 005,17 рублей (за 2008, 2011, 2012). Указанные обстоятельства, по мнению конкурного управляющего, возлагали на нового руководителя ФИО3, являющаяся учредителем и директором ООО «Луч», в период с 24 апреля 2013 года по 24 августа 2016 года, обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, не позднее 25 июня 2013 года.

Размер субсидиарной ответственности руководителя должника ФИО4 определен заявителем в сумме 14 231 342,10 руб., из них 3 639 872,36 руб. – задолженность по налогам, страховым взносам, пени, штрафам, 10 591 469,74 руб. – задолженность по заработной плате перед работниками, из них 2 596 331,40 руб. – зарплата ФИО4, 2 415 218,60 руб., зарплата ФИО7, 2 720 573 руб. - зарплата ФИО3

Размер субсидиарной ответственности руководителя должника ФИО3 определен заявителем в сумме 10 822 124,17 руб., из них 678 810,04 руб. - задолженность по налогам, страховым взносам, пени, штрафам, 10 143 314,13 руб. – задолженность по заработной плате перед работниками, из них 2 596 331,40 руб. - зарплата ФИО4, 2 415 218,60 руб. - зарплата ФИО7, 2 720 573 руб. зарплата ФИО3

Оценив с точки зрения положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщенные к материалам дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности наличия у ФИО4 и ФИО3 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) в связи с недоказанностью совокупности условий для наступления субсидиарной ответственности.

Повторно рассмотрев дело, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Как предусмотрено пунктом 2 статьи 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 этого же Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 3 статьи 9.

Абзац второй пункта 1 статьи 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" возлагает на руководителя обязанность обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, в случаях, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 3 статьи 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд не позднее чем через месяц с даты возникновения вышеперечисленных обстоятельств.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

При этом именно заявитель обязан доказать указанные выше обстоятельства, в том числе момент, когда руководитель должника обязан был подать в суд заявление о банкротстве должника, который подлежит определению с даты возникновения обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (по настоящему делу с момента возникновения неплатежеспособности должника), с учетом месячного срока, установленного пунктом 3 статьи 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Согласно для целей данного Закона под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Вместе с этим в материалы обособленного спора заявителем не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии признаков неплатежеспособности должника в контексте положений абзаца тридцать четвертого статьи 2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" на указанные в заявлении даты.

Из материалов дела не усматривается, что в предшествующие заявленным датам периоды, а также в последующее время должник не производил расчеты с другими кредиторами.

Доказательств недостаточности имущества либо его отсутствия в деле нет.

Наличие задолженности перед отдельными кредиторами нельзя отождествлять с тотальной неплатёжеспособностью юридического лица. Не относятся к признакам неплатежеспособности и временные финансовые трудности юридического лица, в связи с чем сделать вывод о наличии признаков неплатёжеспособности по тем обстоятельствам, о которых указывает конкурсный управляющий, невозможно.

Введение в последующем процедуры банкротства в отношении должника само по себе не свидетельствует о невозможности предприятия осуществлять хозяйственную деятельность. Наличие непогашенной задолженности не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.

Более того, как верно отмечено судом первой инстанции со ссылкой на положения, изложенные в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 9127/12 от 06.11.2012, при рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности бывших руководителей должник подлежит доказыванию, факт наличия вины в действиях субъекта ответственности, а также причинно-следственной связи между противоправными действиями (бездействием) и наступившими последствиями.

Однако из материалов дела не усматривается наличие вины бывших руководителей должника, которые фактически предпринимали меры для стабилизации деятельности общества, в частности, принимали меры по взысканию задолженности с основного контрагента – общества «Алмаз», то есть действовали разумно и добросовестно.

Апелляционный суд не усматривает каких-либо виновных действий со стороны ФИО4 и ФИО3 при исполнении им своих должностных обязанностей.

Также апелляционный суд считает, что заявителем не доказан и размер субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО3

Так, для привлечения к субсидиарной ответственности по статье 9, пункту 2 статьи 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" ее размер подлежит определению в виде обязательств, возникших в период с предполагаемой даты подачи заявления до фактического возбуждения дела о банкротстве.

Между тем, определяя размер субсидиарной ответственности бывших руководителей должника, конкурсный управляющий не представил доказательств того, что соответствующая задолженность возникла именно в спорный период, в результате чего апелляционный суд лишен возможности установить, что заявленная ко взысканию задолженность возникла после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Определением от 10.10.2018 апелляционный суд предложил заявителю представить расчет размера субсидиарной ответственности и ее обоснование в соответствии со статьями 9, 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (неподача заявления о признании должника банкротом в установленный срок). В апелляционный суд конкурсный управляющий представил расчет задолженности, однако документальное ее подтверждение (требования, налоговые декларации и др.) не представил. Апеллянт указал на наличие задолженности по заработной плате перед работниками со ссылкой на судебные акты, при этом судебные акты, из которых можно было бы установить период, за который сформировалась задолженность, не представлены.

Следовательно, оснований для привлечения ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" у суда первой инстанции не имелось.

Также в качестве оснований наступления субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал на необоснованное перечисление должником денежных средств обществу «Заря», аффилированное по отношению к должнику.

Пунктом 4 статьи 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ установлено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Субсидиарная ответственность может иметь место только в том случае, если между несостоятельностью (банкротством) должника и неправомерными действиями руководителя должника имеется непосредственная причинно-следственная связь.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе, следующего обстоятельства: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (абзац 5).

Положения абзаца пятого настоящего пункта применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

Отказывая в удовлетворении заявления по указанному эпизоду, суд первой инстанции исходил из наличия в деле доказательств, свидетельствующих о принятии руководителем ФИО3 мер для выравнивания финансового положения должника, взыскания задолженности, в том числе, с ответчика ООО «Алмаз» в судебном порядке.

То обстоятельство, что общество перечислило денежные средства аффилированному обществу 17.09.2012, само по себе не может свидетельствовать о незаконности действий бывшего руководителя должника. Как пояснила в суде апелляционной инстанции ФИО3, указанные общества, согласно договору о совместной деятельности (л.д. 121, т. 2), вели совместную деятельность по добыче золота.

Иное назначение платежа также не свидетельствует о незаконности перечисленных денежных средств, поскольку наличие обязательственных отношений между указанными лицами не оспаривается.

Из материалов дела не следует, что бывший руководитель ФИО4 намеренно вывел из общества денежные средства в размере 13 830 000 руб., при этом доказательств того, что общество на момент перечисления денежных средств находилось в неплатежеспособном состоянии, из материалов дела не усматривается.

Ссылка конкурсного управляющего на то, что после совершённого платежа должник перестал осуществлять предпринимательскую деятельность, не подтверждается представленными в дело доказательствами. Напротив, из материалов дела следует и было отмечено судом, что должник взыскивал дебиторскую задолженность с основного кредитора – общества «Алмаз» и принимало меры по урегулированию с ним спора во внесудебном порядке.

Ссылка на состоявшийся зачет между обществами «Алмаз» и «Луч» также не являются основанием для признания действий бывших руководителей ненадлежащими, поскольку их совершение в рамках обычной хозяйственной деятельности не запрещено законом. Сделки не оспорены, не признаны недействительными.

При указанных обстоятельствах совокупность условий для наступления субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника не доказана, а соответствующие доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению как несостоятельные.

Неверное применение судом первой инстанции положений Закона о банкротстве в новой редакции не привело к принятию неправильного судебного акта.

При указанных обстоятельствах апелляционная инстанция не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой проверены в полном объеме и не могут быть учтены, как не влияющие на законность и обоснованность принятого по делу судебного акта.

На основании изложенного и руководствуясь ст.258, ст.ст.268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 22 августа 2018 года по делу № А58-5445/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение одного месяца с даты принятия.

Председательствующий: О.В. Барковская

Судьи Н.А. Корзова

ФИО8