Постановление от 17 января 2022 г. по делу № А70-5546/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город ТюменьДело № А70-5546/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 12 января 2022 года.


Постановление изготовлено в полном объёме 17 января 2022 года.



Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоФИО7 а Н.Б.,

судейКуклевой Е.А.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу ФИО4 на определение от 11.08.2021 Арбитражного суда Тюменской области(судья Пронина Е.В.) и постановление от 26.10.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Котляров Н.Е., Дубок О.В., Зюков В.А.) по делу № А70-5546/2020 о несостоятельности (банкротстве) обществас ограниченной ответственностью «Адонис-Авто» (ИНН <***>,ОГРН <***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В заседании принял участие представитель ФИО4 – ФИО3 по доверенности от 12.03.2021.

Суд установил:

определением от 14.05.2020 Арбитражного суда Тюменской области принято заявление общества с ограниченной ответственностью «Астерион» о признании общества с ограниченной ответственностью «Адонис-Авто» (далее - ООО «Адонис-Авто», общество, должник) несостоятельным (банкротом).

Решением от 15.10.2020 Арбитражный суд Тюменской области призналООО «Адонис-Авто» несостоятельным (банкротом), открыл конкурсное производство, утвердил конкурсным управляющим ФИО2 (далее – управляющий).

Управляющий 04.03.2021 обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о привлечении ФИО4(далее также ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствамООО «Адонис-Авто», взыскании с неё в конкурсную массу должника40 580 050,93 руб.

Заявление конкурсного управляющего со ссылкой на подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.02.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) мотивировано неисполнением бывшим руководителем обязанности по передаче документации, материальных и иных ценностей должника,в том числе транспортного средства, повлёкших невозможность полного удовлетворения требований кредиторов.

Определением суда от 11.08.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 26.10.2021, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Адонис-Авто»; производствопо заявлению приостановлено в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчётов с кредиторами.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО4 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В обоснование жалобы кассатор ссылается на то, что суды необоснованно возложили на него ответственность за непередачу документов и имущества должника, не приняв во внимание тот факт, что установленный законом пятилетний срок хранения отдельных документов истёк, а такжене установили в какой степени неисполнение обязанности по передаче документов затруднило формирование конкурсной массы.

Заявитель считает, что в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора им предприняты все необходимые мероприятияпо поиску имущества и документов должника, результатом которых явилась передача управляющему автотранспортного средства, технической документации к нему, печати общества, что подтверждается актомот 26.04.2021.

По утверждению ФИО4, после того как она стала единственным участником и исполнительным органом ООО «Адонис-Авто», оно не вело хозяйственной деятельности, состав баланса не изменялся, сделки по ухудшению имущественного положения не совершались; кредиторская задолженность в размере 40 000 000 руб. перед конкурсными кредиторами сформировалась, начиная с 2009 года по 2014 год, то естьв период, предшествующий её назначению. Активов на сумму балансав размере 19 млн. руб. общество фактически не имело, дебиторская задолженность в размере 13 млн. руб. опровергнута и является неподтверждённой.

Также податель жалобы указывает на то, что неотражение в балансе должника расчётов с ООО «Астерион» после вступления ФИО4 в должность не привело к утрате платёжеспособности и банкротствуООО «Адонис-Авто»; процедура взыскания задолженности, которая послужила основанием для возбуждения дела о банкротстве (постановлениеот 27.08.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда) была инициирована после вступления ФИО4 в должность и касалась обстоятельств, которые возникли ранее её назначения.

В судебном заседании представитель кассатора поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверивв соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО4 являлась единственным участником должника, а также исполнял обязанности руководителя с 26.04.2016 вплоть до признания его банкротом.

Определением от 21.12.2020 арбитражный суд обязал бывшего руководителя передать управляющему бухгалтерскую и иную документацию ООО «Адонис-Авто», в том числе подтверждающую наличие активовна сумму 19 170 000 руб., печати, штампы, материальные и иных ценностей, в том числе, транспортное средство ЛУИДОР-22360С, 2011 года выпуска, VIN <***>, государственный регистрационный знакН 517 УО72 (далее – транспортное средство).

После подачи в суд настоящего заявления ФИО4 частично исполнена возложенная на неё законом и судебным актом обязанностьпо передаче управляющему транспортного средства и технической документации к нему, ключей, а также круглой печати ООО «Адонис-Авто», что подтверждается актом приёма-передачи от 26.04.2021.

Невозможность передачи всей документации должника ответчик объяснил её изъятием в процессе расследования уголовного дела, возбуждённого в отношении его предыдущего руководителя ФИО5,а также истечением срока хранения отдельных видов бухгалтерских документов, установленного частью 1 статьи 29 Федерального законаот 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учёте».

Полагая неубедительными доводы ФИО4 в отношении фактического положения дел в обществе, учитывая совершение предыдущим руководителем ФИО5 преступления против интересов службыв коммерческой организации, при наличии личных доверительных отношений, сложившихся между ним и ФИО4, ссылаясьна неисполнение ответчиком обязанности по передаче активов на сумму19 млн. руб., отражённых в строках бухгалтерского баланса, документации должника, что лишило управляющего возможности выявить его имущество, провести анализ сделок с целью дальнейшего предъявления к третьим лицам претензий и исковых заявлений о истребовании, и, как следствие, повлекло невозможность удовлетворения требований кредиторов в рамках делао банкротстве, ФИО6 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями пункта 1, подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, удовлетворяя заявление управляющего, исходил из законодательно закреплённой презумпции наличия причинно-следственной связи между бездействием ФИО4 по непередаче документации должника и невозможностью формирования конкурсной массы, которая не опровергнута указанным лицом.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Выводы судов соответствуют установленным обстоятельствам делаи применённым нормам права.

Согласно положениям статьи 61.11 Закона о банкротстве предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2); документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют (подпункт 4).

Обстоятельства, указанные в приведённой статье, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учёта и (или) отчётности и прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушенияс целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора.

При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему,то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лицк ответственности при банкротстве», заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствиев ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемоек ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привелик существенному затруднению проведения процедур банкротства,либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какаяот него требовалась.

При этом, сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственностии не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документацииу предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путём направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействияс контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

По результату выяснения и оценки обстоятельств, входящих в предмет исследования по настоящему обособленному спору, проанализировав поведение привлекаемой к ответственности ФИО4, исходяиз совокупности установленных по делу обстоятельств, вовлечённости ответчика в процесс управления обществом, учитывая заключение должником в её лице договоров, фактов совершения оплаты по ним, сдачи налоговой отчётности в уполномоченный орган, суды сочли,что она являлась фактическим руководителем должника, обязанным обеспечить надлежащее ведение, хранение и, соответственно, в отсутствие доказательства утилизации (уничтожения) передачу документации управляющему.

Кроме того, судами установлено, что ФИО4 направлялав материалы арбитражных дел № А70-14266/2016, № А70-4126/2017 первичные документы, датированные 2010, 2011, 2012, 2013, 2014 годами, заверенные её подписью, что дополнительно указывает на наличиеу неё документации, которая представляется в объёме и содержании, определяемом усмотрением ответчика, в зависимости от преследуемогоинтереса в исходе конкретного спора.

Таким образом, суды верно исходили из того, что в период деятельности ФИО4 в качестве директора должника вся необходимая документация находилась в её распоряжении.

Мотивы непринятия каких-либо мер с целью истребования у бывшего руководителя должника недостающей, по его мнению, документации,как то ожидается от добросовестно осуществляющего функции управления обществом руководителя, не раскрыты.

Доводы ФИО4 о том, что в процессе следствия в отношении ФИО5 изъята документация общества, которая осталасьна хранении в уголовном деле, отклонены судами, ввиду непредставления доказательств совершения таких процессуальных действий правоохранительными органами именно в отношении документов должника.

При этом предполагается, что бывший руководитель общества обладает полной информацией о составе активов должника, его контрагентах, совершённых сделках и иными сведениями, в связи с чем способен представить исчерпывающие документы, подтверждающие свои возражения, дать развернутые пояснения по всем интересующим управляющего вопросам.

Следовательно, если документация общества и была изъята в рамках рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО5, ФИО4, как заинтересованное лицо должна была совершить действия, направленные на получение документов (в случае их нахождения в деле), раскрыть перед управляющим значимые сведения об их местонахождении, чего ей не было сделано.

Пассивная позиция, занятая ответчиком, основанная на отрицании наличия в его распоряжении всей документации, напротив, свидетельствуето его намерении скрыть информацию об активах должника и юридических фактах, обнародование которых может иметь для него негативные последствия.

Подобная модель поведения ФИО4 не позволила выявить активы должника на 19 млн. руб., наличие которых у общества ответчик подтвердил, сдав соответствующий бухгалтерский баланс в налоговый орган.

С учётом объёма деятельности должника и размера его кредиторской задолженности, стоимость утраченного имущества квалифицирована судами как существенный вред, причинённый имущественным правам кредиторов.

При указанных обстоятельствах причинно-следственная связь междудействиями (бездействием) ответчика и невозможностью полного погашения требований кредиторов доказана.

Выводы судов о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника являются правильными.

Иное толкование кассатором положений закона не означает допущенную при рассмотрении спора судебную ошибку.

Таким образом, оснований для отмены принятых судебных актовпо приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствиис частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 11.08.2021 Арбитражного суда Тюменской областии постановление от 26.10.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А70-5546/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


ПредседательствующийН.Б. ФИО7


СудьиЕ.А. ФИО8


ФИО1