Постановление от 28 февраля 2023 г. по делу № А40-150580/2020

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

28.02.2023

Дело № А40-150580/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 20.02.2023

Полный текст постановления изготовлен 28.02.2023


Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Кручининои? Н.А.,

судей: Перуновой В.Л., Тарасова Н.Н.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 24.08.2020,

от финансового управляющего должника – ФИО3 по доверенности от

14.03.2022,

ФИО4 лично, паспорт,

от ЗАО «Балтийос стиклас» - ФИО5 по доверенности от 16.06.2022,

рассмотрев 20.02.2023 в судебном заседании кассационную жалобу финансового

управляющего должника ФИО6

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2022

по объединенному заявлению ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») о включении требований в реестр требований кредиторов и заявлению финансового управляющего и конкурсного кредитора ФИО1 о признании сделки недействительной,

в рамках дела о признании ФИО7 несостоятельным

(банкротом).

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2021 ФИО7 был признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

В суд 09.11.2020 поступило заявление ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») о признании несостоятельным (банкротом) ФИО7, которое определением суда от 16.11.2020 принято к производству в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве ФИО7.

ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») просило признать обоснованными и учесть в составе реестра требований кредиторов требования на общую сумму 1 972 719 736 руб. 02 коп., из которых: 1 414 140 796 руб. 24 коп. – основной долг, эквивалентный 15 899 566,08 евро по курсу Банка России на дату введения процедуры банкротства, 558 578 939 руб. 78 коп. – проценты.

Также в суд поступили заявления конкурсного кредитора ФИО1 и финансового управляющего должника о признании недействительной сделкой обязательств должника по уплате задолженности от 07.12.2012 в размере 14 600 000 евро в пользу ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas»).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.09.2021 обособленные споры по заявлению ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») о включении требований в реестр требований кредиторов и заявления финансового управляющего и конкурсного кредитора ФИО1 о признании сделки недействительной были объединены для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.07.2022 было признано недействительным обязательство ФИО7 по уплате в пользу ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») денежных средств в общем размере 14 600 000 евро, в удовлетворении заявления ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») о включении требования в реестр требований кредиторов было отказано в полном объеме.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 11.07.2022 отменено, отказано в удовлетворении заявлений финансового управляющего ФИО6 и конкурсного кредитора ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, требование ЗАО «Балтийос стиклас» признано обоснованным, включены в реестр требований кредиторов ФИО7 требования ЗАО «Балтийос стиклас» в размере 1 414 140 796, 24 руб. основного долга и 558 578 939.78 руб. процентов.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2022 и обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. Заявитель в кассационной жалобе указывает, что апелляционный суд Литвы в решении от 18.11.2015 пришел к выводу, что спорная сделка в обеспечительной её части не является ни поручительством, ни гарантией, а представляет собой не поименованный в законе способ обеспечения обязательств, суть которого – «перенос обязательства одного лица на множество солидарных должников, т.е. расширение круга должников». Таким образом, вытекающее из сделки обязательство должника не является акцессорным по отношению к заёмному обязательству А-ны, в тексте спорной сделки указано на общую обязанность всех указанных в ней лиц погашать ранее выданный ФИО8 заём (пункты 83 и 84 решения Апелляционного суда Литвы от 18.11.2015). При этом, суд первой инстанции, признавая обязательство частично недействительной сделкой, отметил, что в оспариваемой части оно представляет собой сделку по выдаче должником обеспечения за третье лицо – компанию ФИО8, данная сделка была совершена незадолго до введения моратория на деятельность Банка (основной бизнес должника), доказательств возможности исполнения как должником, там и компанией ФИО8 основного обязательств – возврат 14,6 млн. евро – не представлено. Суд первой инстанции также обоснованно отклонил довод Балтийос стиклас о том, что экономическая целесообразность спорной сделки для должника обусловлена его аффилированностью с компанией ФИО8, и указал, что обеспечение предоставляется в момент возникновения основного обязательства или в пределах разумного срока после совершения сделки, в то время как в данном случае обеспечение было выдано должником в условиях длительной просрочки основного обязательства. Управляющий обращает внимание, что фактически в отсутствие письменного соглашения по кредиту в сумме 14,6 млн. евро Банк уменьшил процентную ставку, предоставил рассрочку платежей на 10 лет, а встречное предоставление Банку за такую реструктуризацию документально не предусматривалось. При этом, апелляционный суд при оценке взаимоотношений сторон, связанных с реструктуризацией долга А-ны, игнорировал подход, выработанный Верховным Судом Российской Федерации, о необходимости рассмотрения всей совокупности сделок и фактических обстоятельства, и ограничился лишь содержанием оспариваемой сделки. По мнению управляющего, поскольку оспариваемая сделка не отвечает критерию экономической целесообразности, она имеет признаки сделки со злоупотреблением правом, поскольку на основании данной сделки должник незадолго до банкротства своего основного бизнеса (Банк) принял на себя дополнительные обязательства третьего лица без какой-либо выгоды, как для самого себя, так и для группы лиц с его участием. Кроме того, в решении Вильнюсского окружного суда от 21.09.2020 ни сам ФИО7, ни его конкурсные кредиторы не указаны в качестве участвующих в деле лиц, в связи с чем, выводы, установленные данным решением, не носят преюдициального характера для указанных лиц, помимо Балтийос стиклас. Также управляющий указывает, что вопреки выводам апелляционного суда, поскольку притворность сделки является частным случаем сделок с пороком воли, нормы законодательства о запрете злоупотребления правом также имеют особое значение для охраняемого законом интереса участников гражданского оборота в рамках дела о банкротстве, представляющей собой сообщество кредиторов, что свидетельствует о применении статей 10, 168, пункта 2 статьи 170 ГК РФ, как норм непосредственного применения российского права в силу положений пункта 1 статьи 1192 ГК РФ, аналогичная правовая позиция содержится в судебной практике по вопросу подлежащих применению норм права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители финансового управляющего ФИО6, конкурсного кредитора ФИО1 и ФИО4 поддержали доводы кассационной жалобы.

От Балтийос стиклас поступил отзыв на кассационную жалобу, которые судебной коллегией приобщены к материалам дела в порядке статьи 279 АПК РФ.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ЗАО «Балтийос стиклас» возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Выслушав представителей сторон, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом норм права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом постановлении, установленным по делу фактическим обстоятельствам, кассационная инстанция полагает, что постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене, исходя из следующего.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как установлено судами, 24.10.2011 между ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») (инвестором) и ФИО8 Д.О.О. Зворник (Alumina D.O.O. Zvornik; регистрационный номер юридического лица 4400281290005, адрес юридического лица: Республика Сербия, Босния и Герцоговина, 75400, Зворник, Каракай) (исполнителем) был заключен договор в силу пунктов 1.1., 4.1, 4.7. которого инвестор предоставляет исполнителю финансирование оборудования новой производственной линии по производству бутылок из светлого и темного стекла, при условии, что инвестор будет являться держателем исключительного права на покупку всей или большей части продукции, произведенной исполнителем, размер предоставленных инвестиций составляет 14 600 000 евро, подлежащие перечислению в течение 7 календарных дней с момента заключения договора путем перечисления денежных средств на указанный исполнителем счет, в соответствии с пунктом 13.1. договора в качестве применимого права стороны избрали материальное право Литовской Республики.

Впоследствии, дополнительным соглашением от 24.10.2011 стороны пришли к соглашению о замене первоначального обязательства на обязательство, возникающее из кредитных отношений, по существу которого инвестор обязуется предоставить исполнителю кредит в размере 14 600 000 евро под 5,58% годовых сроком до 21.03.2012, в качестве обеспечения исполнения обязательств исполнителем предоставлен простой вексель на сумму 14 941 040 евро, в качестве применимого права стороны избрали материальное право Литовской Республики.

Также 07.12.2012 ФИО7, ФИО9, Birac AD, ЗАО «Ukio banko investicine grupe», АО «Birac Europe», Alumina D.O.O. Zvornik предоставили согласие на принятие солидарных обязательств по исполнению кредита за основного должника - Alumina D.O.O. Zvornik, предоставленного по договору (дополнительному соглашению) от 24.10.2011, по условиям соглашения от 07.12.2012 совокупный размер задолженности с учетом процентов составлял 16 116 074,43 евро, подлежащие уплате согласно графику в срок с 30.01.2013 по 30.09.2016.

В связи с неисполнением обязательств основным должником, решением Апелляционного суда Литвы от 18.11.2015 по делу № 2А-124-943/2015 с ФИО7, ФИО9, ЗАО «Ukio banko investicine grupe», АО «Birac Europe» в пользу ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») была взыскана задолженность в размере 15 899 566,08 евро, с присуждением взыскания с ФИО7 и ФИО9 в пользу ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») по 5 процентов годовых на присужденную сумму со дня возбуждения дела в суд (11.04.2013) до полного исполнения решения суда, а также взыскания с ответчиков расходов по уплате гербового сбора в размере 3 112,69 евро с каждого.

Определением Московского городского суда от 02.11.2016 по делу № 3м-396/2016 решение Апелляционного суда Литвы от 18.11.2015 приведено к принудительному исполнению на территории Российской Федерации в части взыскания задолженности.

Поскольку ФИО7 решение суда не исполнил, обязательства перед ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») не погасил, кредитор обратился с настоящим заявлением в суд в рамках настоящего дела о банкротстве ФИО7

Возражая против удовлетворения заявленных требований, финансовый управляющий и конкурсный кредитор ФИО1 ссылались на недействительность сделки – обязательства ФИО7, в силу положений статей 10, 168 ГК РФ и злоупотребления правом сторонами.

Отказывая в удовлетворении требования ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») о включении в реестр кредиторов, суд первой инстанции установил недобросовестность поведения ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas»), предоставившего заем в отсутствие мер, направленных на получение информации о заемщике, позволяющих прийти к выводу о реальности возврата займа, и поведения должника, принявшего на себя обязательства Alumina D.O.O. Zvornik с истечением срока исполнения к моменту заключения обязательства (соглашения) о погашении долга от 07.12.2012 в отсутствие какой-либо экономической выгоды.

Апелляционный суд вместе с тем не согласился с выводами суда первой инстанции, принимая во внимание, что вопрос о действительности обязательства от 07.12.2012 был предметом рассмотрения литовских судов в рамках двух судебных дел.

Так, вступившими в законную силу решением Апелляционного суда Литвы от 18.11.2015 были оставлены без удовлетворения требования ФИО9 признании обязательства от 07.12.2012 недействительным как сделки, совершенной под влиянием принуждения, а также отклонены доводы о притворности обязательства от 07.12.2012 и его недействительности как сделки, нарушающей императивные нормы закона, а также противоречащей публичному порядку и нравственности (должник активно принимал участие в деле, по результатам рассмотрения которого было вынесено решение Апелляционного суда Литвы от 18.11.2015), и решением Вильнюсского окружного суда от 21.09.2020 был оставлен без удовлетворения встречный иск компании «ФИО8» о признании обязательства от 07.12.2012 недействительным по мотивам противоречия сделки целям деятельности компании, а также недобросовестности сторон при их заключении, а также иск Birac о признании обязательства от 07.12.2012 недействительным как мнимой сделки.

По мнению апелляционного суда, с учетом требований статьи 13 ГПК РФ и статьи 16 АПК РФ об обязательности исполнения судебных актов и статьи 69 АПК РФ о преюдициальной силе судебных актов, выводы судов о законности и действительности обязательства от 07.12.2012 не подлежали переоценке в рамках настоящего дела со ссылкой на ничтожность сделки.

Кроме того, апелляционная коллегия указала, что в рамках настоящего дела судом первой инстанции не установлено, что воля сторон обязательства от 07.12.2012 была направлена исключительно на причинение вреда кредиторам должника, выводы суда первой инстанции, по сути, указывают лишь на ненадлежащую (по мнению суда) проверку кредитором платежеспособности контрагентов, что не соответствует критериям злоупотребления правом.

Также апелляционный суд указал, что по своей правовой природе обязательство от 07.12.2012 по литовскому праву сходно с институтом поручительства в российском праве: должник обязался (поручился) погасить долг за третье лицо («Алюмину») в случае неисполнения обязательств данным третьим лицом, при этом, как установлено судом первой инстанции, на момент заключения обязательства от 07.12.2012 «ФИО8» являлась частью бизнеса Должника и была ему подконтрольна, соответственно, обязательство от 07.12.2012 было оформлено должником с целью недопущения начала взыскания кредитором задолженности с подконтрольной должнику компании «ФИО8» и отсрочки выплаты данной компанией задолженности по займу.

Девятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что в соответствии с положениями статей 1186 и 1210 ГК РФ к отношениям сторон обязательства от 07.12.2012 должно применяться право Литовской Республики, поэтому суд первой инстанции, оценивая действительность обязательства от 07.12.2012, неправомерно руководствовался положениями статьи 10, 168 ГК РФ, которые не подлежат применению к отношениям сторон.

Таким образом, поскольку требования заявителей о признании обязательства от 07.12.2012 недействительным по общегражданским основаниям должны быть рассмотрены в соответствии с нормами материального права Литовской Республики (статьи 6.66 ГК Литвы), суд апелляционный инстанции, проверив заявление управляющего и кредитора, пришел к выводу, что требования заявителей на основании статьи 6.66 ГК Литвы не подлежат удовлетворению на основании норм литовского права, в том числе, поскольку заявителями пропущен срок исковой давности по литовскому праву.

Между тем, принимая обжалуемое постановление, суд апелляционной инстанции не учел следующее.

Согласно статьям 71, 100 Закона о банкротстве требования кредиторов вне зависимости от того, заявлены по ним возражения или нет, могут быть включены в реестр требований кредиторов только на основании определения суда после проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В силу пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС17-14948 от 05.02.2017, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда "дружественный" с должником кредитор инициирует судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы "дружественного" кредитора и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели.

По объективным причинам, связанным с тем, что конкурирующие кредиторы и арбитражный управляющий не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному "дружественным" кредитором и должником, они ограничены в возможности предоставления достаточных доказательств, подтверждающих свои доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и "дружественным" кредитором.

Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Таким образом, для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 Постановления № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

Предъявление к конкурирующим кредиторам высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов.

Для уравнивания кредиторов в правах суд в силу пункта 3 статьи 9 АПК РФ должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Судами обеих инстанций было установлено и стороны не отрицали, что ФИО7 являлся по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным по отношению к компании «ФИО8» (основному должнику) лицом.

Суд округа соглашается с выводами Арбитражного суда города Москвы о необходимости проверки оспариваемой сделки в соответствии с нормами права Российской Федерации, принимая во внимание, что в силу пункта 5 статьи 1 Закона о банкротстве, к регулируемым названным Федеральным законом отношениям с участием иностранных лиц в качестве кредиторов применяются положения названного Федерального закона, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации и таким образом, в части установления требований кредиторов подлежит применению Закон о банкротстве Российской Федерации, поскольку указанные нормы являются сверхимперативными нормами (нормами непосредственного применения), которые в силу пункта 1 статьи 1192 ГК РФ применяются к отношениям сторон в рамках дела о банкротстве независимо от выбранного ими права.

Суд первой инстанции правильно указал, что поскольку обязательство должника перед кредитором возникло в результате заключения сделки, предусматривающей исполнение должником обязательств за иное лицо, с учетом повышенного стандарта доказывания, предъявляемого к кредитору при предъявлении требования о включении в реестр требований кредиторов, следует установить обстоятельства, предшествующие заключению такой сделки и ее непосредственное исполнение, а применительно к данной ситуации - источники предоставления заема, наличие у Alumina D.O.O. Zvornik реальной возможности исполнения обязательств, экономической целесообразности вступления сторон в спорные правоотношения, соответствие поведения сторон критериям добросовестности и разумности и соответствующий стандарт должен применяться в том числе и к сделке, являющийся основанием возникновения обязательств должника перед кредитором, то есть к обязательству (соглашению) о погашении долга от 07.12.2012.

Вместе с тем, апелляционный суд данные выводы суда первой инстанции не опроверг.

В то же время, судом первой инстанции было установлено, что факт предоставления денежных средств ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») в пользу Alumina D.O.O. Zvornik, бенефициаром которой являлся должник, подтверждается представленными в материалы дела платежным поручением от 28.10.2011 на сумму 4 600 000 евро, 03.11.2011 на сумму 5 200 000 евро, 09.11.2011 на сумму 4 800 000 евро, однкао, как усматривается из материалов дела, денежные средств поступили кредитору 27.10.2011, 03.11.2011, 09.11.2011, то есть непосредственно накануне и в день совершения операции по перечислению денежных средств Alumina D.O.O. Zvornik от ЗАО «Boslita», в свою очередь, которой денежные средства предоставлены от ЗАО «Ukio banko investicine grupe», мажоритарным акционером которого являлся должник, основанием для перечисления денежных средств от ЗАО «Ukio banko investicine grupe» в пользу ЗАО «Boslita» послужило заключение договора о кредитной линии от 14.05.2007 № 17-357, в рамках исполнения которого 20.10.2011 банк принял решение о предоставлении заемщику кредита в размере 14 600 000 евро, со сроком возврата 01.04.2012 под 5,58% годовых, впоследствии ЗАО «Boslita» уплатило ЗАО «Ukio banko investicine grupe» 873 436,63 евро, Alumina D.O.O. Zvornik переводами от 30.01.2013 и 27.02.2013 произвела погашение задолженности перед ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») на общую сумму 216 508,13 евро, то есть по истечении срока возврата займа по дополнительному соглашению от 24.10.2011, предусматривающего исполнение обязательств 21.03.2012.

Таким образом, проанализировав материалы дела, суд первой инстанции пришел к выводу, что по состоянию на дату заключения обязательства от 07.12.2012, исходя из которого должник, а также иные лица принимали на себя обязательство погашения задолженности, образовавшейся у Alumina D.O.O. Zvornik перед ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas»), срок исполнения обязательств Alumina D.O.O. Zvornik по дополнительному соглашению от 24.10.2011 уже истек (21.03.2012).

Кроме того, суд учитывал, что перевод денежных средств от ЗАО «Ukio banko investicine grupe» в пользу ЗАО «Boslita» приходился на период установления Банком Литвы ограничений на кредитование аффилированных лиц, а 12.02.2013 в отношении Банка был введен мораторий, в то время как условия кредитования заемщика носили льготный характер, а конечным звеном в цепочке перечислений, приходящихся в непродолжительный по времени срок с момента получения заема ЗАО «Boslita» является Alumina D.O.O. Zvornik, что свидетельствует о подконтрольности первоначального и конечного звена в цепочке должнику.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности сомнений финансового управляющего должника и конкурсного кредитора ФИО1 относительно экономической целесообразности принятия должником спорного обязательства в отсутствие какого-либо встречного представления, с учетом истекшего срока исполнения погашения задолженности основным должником (сделка совершена по прошествии более полугода с момента наступления срока исполнения обязательств, то есть непосредственно в период глубокой просрочки исполнения обязательств Alumina D.O.O. Zvornik).

Также суд первой инстанции указал на то, что кредитор ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas»), заключив 07.12.2012 спорную сделку с ФИО7, ФИО9, Birac AD, ЗАО «Ukio banko investicine grupe», АО «Birac Europe», не исследовал фактическую возможность сторон произвести погашение обязательств за Alumina D.O.O. Zvornik (так, спустя 2 месяца в отношении ЗАО «Ukio banko investicine grupe» Банком Литвы был введен мораторий), доказательств обратного материалы дела не содержат.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства, Арбитражный суд города Москвы пришел к выводу о недобросовестности поведения ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas»), предоставившего заем в отсутствие мер, направленных на получение информации о заемщике, позволяющих прийти к выводу о реальности возврата заема, и должника, принявшего на себя обязательства Alumina D.O.O. Zvornik с истечением срока исполнения, в отсутствие какой-либо экономической выгоды.

Судом апелляционной инстанции указанные обстоятельства, установленные Арбитражным судом города Москвы, не были опровергнуты.

При этом судом апелляционной инстанции не учтено, что в материалах дела отсутствую доказательств того, что ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») не утратило право на принудительное исполнение решения Апелляционного суда Литвы от 18.11.2015, признанного и приведенного к принудительному исполнению на территории Российской Федерации определением Московского городского суда от 02.11.2016 по делу № 3м-396/2016, доказательств того, что ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») был получен исполнительный лист и предъявлен для принудительного исполнения в службу судебных приставов в материалах дела не имеется, в то время как с момента принятия судебного акта о принудительном исполнении и признании судебного акта иностранного суда прошло более 3 лет, поскольку с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника кредитор обратился лишь 09.11.2020.

Также суд кассационной инстанции не может признать обоснованными выводы суда апелляционной инстанции о том, что правоотношения между ЗАО «Балтийос стиклас» («Baltijos stiklas») и должником квалифицируются как поручительство, поскольку при рассмотрении спора по существу в решении Апелляционного суда Литвы от 18.11.2015, признанного и приведенного к принудительному исполнению на территории Российской Федерации определением Московского городского суда от 02.11.2016 по делу № 3м-396/2016, суд в пункте 83 данного решения указал, что обязательством принятое на себя должником не является ни гарантией, ни поручительством, а иным способом обеспечения обязательства, не предусмотренным законодательством Литовской Республики.

Выводы суда апелляционной инстанции о квалификации правоотношений возникших между кредитором и должником как поручительство не мотивировано нормами права, на основании которых суд пришел к такому выводу.

Таким образом, суд первой инстанции правильно применил нормы права, исследовав и оценив все обстоятельства по делу, в связи с чем, у суда апелляционной инстанции отсутствовали правовые основания для отмены определения Арбитражного суда города Москвы от 11.07.2022.

Кроме того суд кассационной инстанции учитывает, что на дату принятия должником обязательств у него имелись обязательства перед ФИО1, что требования включены в реестр требований кредиторов должника.

Вместе с этим судом апелляционной инстанции не учтено, что Банк-заявитель является юридическим лицом - нерезидентом и местом его регистрации (юрисдикции) является Литва.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 05.03.2022 № 430-р в список недружественных государств включены все страны Европейского Союза. Литва является страной, входящей в состав Европейского Союза, соответственно, в отношении всех хозяйствующих субъектов Литвы введены ограничения.

Кроме того, 28.02.2021 и 01.03.2022 изданы Указы Президента Российской Федерации № 79 и № 81 «О применении специальных экономических мер в связи с недружественными действиями Соединенных Штатов Америки и примкнувших к ним иностранных государств и международных организаций» и «О дополнительных временных мерах экономического характера по обеспечению финансовой стабильности Российской Федерации».

В соответствии с названными нормативно-правовыми актами, в связи с недружественными и противоречащими международному праву действиями Соединенных Штатов Америки и примкнувших к ним иностранных государств и международных организаций, связанными с введением ограничительных мер в отношении граждан Российской Федерации и Российских юридических лиц, в целях защиты национальных интересов Российской Федерации, обеспечения ее финансовой стабильности и в соответствии с Федеральными законами от 30.12.2006 № 281-ФЗ «О специальных экономических мерах и принудительных мерах», от 28.12.2010 № 390-ФЗ «О безопасности» и от 04.06.2018 № 127-ФЗ «О мерах воздействия (противодействия) на недружественные действия Соединенных Штатов Америки и иных иностранных государств» с 01.03.2022 введены дополнительные временные меры экономического характера по обеспечению финансовой стабильности Российской Федерации.

При этом следует отметить, что 8 пакетом санкций ЕС введены санкции ограничивающие доступ к получению правовой помощи на территории ЕС, в том числе и на территории Литовской Республики, что исключает возможность у кредиторов должника реализовать свое право, предусмотренное пунктом 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Согласно пункту 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы, арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

На основании вышеизложенного, суд кассационной инстанции, руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным, отменив постановление суда апелляционной инстанции, оставить в силе определение суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2022 по делу № А40-150580/2020 отменить, определение Арбитражного суда города Москвы от 11.07.2022 по тому же делу оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда России?скои? Федерации в двухмесячныи? срок.


Председательствующий – судья Н.А. Кручинина


Судьи: В.Л. Перунова


Н.Н. Тарасов