Постановление от 13 апреля 2025 г. по делу № А65-18567/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-750/2025

Дело № А65-18567/2023
г. Казань
14 апреля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 апреля 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Минеевой А.А.,

судей Васильева П.П., Самсонова В.А.,

при участии представителя:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 18.01.2025,

в отсутствие:

иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО3

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024

по делу № А65-18567/2023

по заявлению финансового управляющего ФИО4 о признании договора займа под залог от 08.07.2022 и договора залога от 08.07.2022, заключенных между ФИО3 и ФИО1, недействительными и применении последствий недействительности сделок в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее - ФИО3, должник) финансовый управляющий имуществом должника ФИО4 (далее – финансовый управляющий) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании недействительными договоров займа и залога от 08.07.2022, заключенных должником с ФИО1 (далее - ФИО1, ответчик), применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника легкового автомобиля: KIA CD (CEED), VIN: <***>.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2024 признаны недействительными договоры займа и залога от 08.07.2022, заключенные между ФИО3 и ФИО1 Применены последствия недействительности в виде обязания ФИО1 вернуть в конкурсную массу должника ФИО3 легковой автомобиль: KIA CD (CEED), VIN: <***>.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2024 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 и ФИО3 обратились в суд с кассационными жалобами, в которых просят отменить определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2024, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 и принять по спору новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления финансового управляющего отказать.

ФИО1 в обоснование жалобы указал на представление им достаточных доказательств в подтверждение финансовой возможности выдачи должнику спорного займа и владения ответчиком спорным транспортным средством. Также сослался на необоснованность выводов судов о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемых сделок, осведомленности ответчика об этом и наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов сторонами сделок.

Должник в своей кассационной жалобе указывает на несогласие с обжалуемыми судебными актами, однако, какие-либо доводы не приводит.

В судебном заседании представитель ФИО1 просил удовлетворить кассационную жалобу по основаниям, указанным в ней.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем дело рассматривается в их отсутствие на основании части 3 статьи 284 АПК РФ в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Законность определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2024 и постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 проверена Арбитражным судом Поволжского округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284 и 286 АПК РФ.

Изучив материалы дела и оценив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в силу следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ФИО3 и ФИО1 08.07.2022 был заключен договор займа под залог автомобиля, в соответствии с условиями которого ФИО1 (займодавец) передает в собственность ФИО3 (заемщик) денежные средства в сумме 150 000 руб., а последний  обязуется возвратить займодавцу общую сумму займа в размере 1 100 000 руб. до 08.08.2022, с учетом наличия задолженности заемщика перед займодавцем в размере 400 000 руб. согласно расписке от 05.09.2021 и в размере 550 000 руб. согласно расписке от 10.02.2022.

В целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа в срок до 08.08.2022 заемщик предоставляет в залог следующее имущество: легковой автомобиль: KIA CD (CEED), VIN: <***>, 2018 года выпуска.

Заочным Решением Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 21.11.2022 по делу №2-3521/2022  с ФИО3 в пользу ФИО1 взыскана задолженность в размере 1 100 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 14 000 руб., а также обращено взыскание на заложенное имущество – автомобиль марки KIA CD (CEED), VIN: <***>, 2018 года выпуска, определив способ продажи с публичных торгов.

Определением Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 27.02.2023 по делу №2-3521/2022 утверждено мировое соглашение, заключенное между ФИО1 и ФИО3, по условиям которого в счет погашения задолженности ответчик передает истцу в качестве отступного автомобиль KIA CD (CEED), VIN: <***>, 2018 года выпуска.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании договоров займа и залога от 08.07.2022 недействительными и применении последствий их недействительности, финансовый управляющий основывал требования на положениях статей 61.2, 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статей 10, 167, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и мотивировал тем, что в результате совершения сделок по передаче в собственность третьему лицу автомобиля (исполнение мирового соглашения) последний получил удовлетворение своих требований в первоочередном порядке, что оспариваемые сделки являются безденежными и притворными, совершены в период неплатежеспособности должника.

Суд первой инстанции по результатам рассмотрения спора признал сделки недействительными, исходя из следующих установленных по спору обстоятельств.

На момент совершения сделок должник имел признаки неплатежеспособности, учитывая основания и момент возникновения обязательств перед кредитором ПАО «МТС Банк» по кредитным договорам №0006192033/06/22 от 06.01.2022 в размере 282 482 руб. 90 коп., №ПНН822083/810/21 от 23.10.2021 в размере 1 794 142 руб. 42 коп., №ПНН679334/810/21 от 14.07.2021 в размере 727 003 руб. 19 коп., требования которого впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

Финансовая возможность ответчика предоставить должнику заем в размере 1 100 000 руб. достаточными и допустимыми доказательствами не подтверждена. Должником как не раскрыта и не подтверждена экономическая целесообразность заключения договора займа при имеющихся кредитах, последний из которых был получен должником за шесть месяцев до заключения сделки с ФИО1, так и не раскрыты обстоятельства расходования заемных денежных средств.

В этой связи суд пришел к выводу, что факт передачи ответчиком должнику займа не доказан (отсутствует встречное предоставление по сделкам со стороны ответчика), соответственно, в отсутствие между ответчиком и должником заемных правоотношений, оснований для предоставления в залог в обеспечение данных обязательств ликвидного имущества - транспортного средства не имелось; сделки совершены сторонами лишь для вида, без намерения создать соответствующие договорам правовые последствия, с целью вывода активов и причинения вреда кредиторам.

При этом суд учел осведомленность ответчика о целях причинения вреда кредиторам вследствие заключения договоров залога и займа в отсутствие реального обеспечиваемого обязательства, а также возможность наличия особых доверительных отношений между должником и ответчиком, которые привели к получению судебного решения о взыскании долга с обращением взыскания на заложенное имущество, за счет исполнения которого кредиторы лишались возможности удовлетворения своих требований.

Применяя последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика вернуть в конкурсную массу должника спорный автомобиль, суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 61.6 Закона о банкротстве и статьи 167 ГК РФ.

Апелляционный суд, оставляя определение суда первой инстанции без изменения, согласился с выводами суда первой инстанции и счел, что требования финансового управляющего законны и обоснованы, поскольку договоры займа и залога являются притворными, прикрывающими собой фактически имевшую место единую сделку по отчуждению ликвидного имущества должника.

Учитывая, что оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в результате их совершения из конкурсной массы должника выведено имущество при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделок, суд посчитал, что в результате совершения оспариваемых сделок причинен вред имущественным правам кредиторов должника, сделки совершены с целью вывода актива должника из конкурсной массы для предотвращения обращения взыскания на имущество и признал цепочку сделок (договор залога автомобиля от 08.07.2022 и договор займа под залог от 08.07.2022, заключенные между ФИО3 и ФИО1) недействительными (ничтожными) на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Представленные ФИО1 дополнительные документы (извещение о дорожно-транспортном происшествии, заказ-наряд № КСК3012254 от 01.11.2022, квитанция № 20670, кассовый чек на сумму 15 334 руб., квитанция от 01.11.2022, схема происшествия от 17.10.2023, объяснения от 17.10.2023, определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 17.10.2023, выписка по счету № 40817810062002740780, платежное поручение от 16.11.2024, постановление № 85100001241110000145 от 11.11.2024, выписка по счету № 40817810451008935025, платежное поручение от 27.06.2024, чеки, копия паспорта ФИО5, свидетельство о рождении от 29.06.1984) суд апелляционной инстанции приобщил к материалам дела в целях правильного, полного и всестороннего разрешения настоящего спора. Оценив их, суд пришел к выводам, что данные доказательства в условиях дружеских отношений между должником и ответчиком не являются достаточными и объективными доказательствами владения автотранспортным средством именно ответчиком. Часть доказательств (чеки о закупках масла, фильтров от 14.09.2024, 19.11.2024) относимыми доказательствами не признал.

Кроме того, суд апелляционной инстанции представленные справки 2-НДФЛ за 2012-2024 годы также не признал надлежащими доказательствами, поскольку они не подтверждают их достаточность для проживания и одновременного накопления с целью передачи в заем, не подтверждают  аккумулирование (снятие) денежных средств со счета. Более того, расходование указанных в расписках денежных сумм должником документально не подтверждено.

Ссылку должника на то, что его задолженность перед ответчиком подтверждена судебным актом суда общей юрисдикции, апелляционный суд отклонил, указав, что лица могут осуществить формальное взыскание долга в судебном порядке, без последующего предъявления исполнительного листа и фактического исполнения судебного акта (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – постановление Пленума № 25), с учетом этого принятие мер по взысканию займа в судебном порядке не может безусловно подтверждать реальный характер отношений сторон, учитывая то, что ФИО3 в суде общей юрисдикции была занята пассивная позиция, без явки в судебное заседание, без представления возражений, что также свойственно сторонам, имеющим цель создания искусственной задолженности.

Из представленных по запросу апелляционного суда сведений из АО «Национальная страховая информационная система» было установлено, что с 25.08.2018 до 15.03.2023 собственником транспортного средства являлся ФИО3, допущенными к управлению лицами являлись ФИО3, ФИО1 и ФИО6. После оформления права собственности на автомобиль с 15.03.2023 собственником  являлся ФИО1, иными  допущенными к управлению лицами – ФИО6, ФИО3 (с 15.03.2024 по 14.03.2025), то есть фактически транспортное средство не выбыло из владения должника.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению в их совокупности, исходя при этом из их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи. Исключительные полномочия по оценке доказательств имеются только у судов первой и апелляционной инстанций.

У судебной коллегии Арбитражного суда Поволжского округа отсутствуют основания не согласиться с выводами судебных инстанций.

В рассматриваемой ситуации переход права собственности на автомобиль, ранее принадлежащий должнику, состоялся менее чем за год до возбуждения дела о банкротстве  ФИО3

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

В свою очередь, в силу пункта 2 статьями 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима совокупность следующих обстоятельств: причинение вреда имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели на момент ее совершения (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее – постановление Пленума № 63).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума № 63, судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; при этом при определении их соотношения надлежит исходить из того, что если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной нормы (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Как указано в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021 (далее - Обзор от 07.04.2021), сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица, может прикрываться цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 постановления Пленума № 25 разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Таким образом, из пункта 2 статьи 170 ГК РФ и разъяснений по его применению следует, что при совершении притворной сделки воля сторон направлена не на достижение соответствующего ей правового результата, а на создание иных правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду. Признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку. Для признания сделки притворной необходимо установить, какую цель преследовали обе стороны при ее заключении и на что направлена действительная воля каждой из сторон.

Следовательно (и как верно указано апелляционной коллегией), существенное значение для правильного рассмотрения данного обособленного спора исходя из заявленных финансовым управляющим оснований имеют обстоятельства, касающиеся установления наличия (отсутствия) факта притворности последовательных оспоренных сделок, реальности передачи фактического контроля над спорными автомобилями, для чего необходимо определить намерения сторон: соответствовала ли их воля волеизъявлению, выраженному во вне посредством оформления документов, формально свидетельствующих о совершении не одной, а нескольких сделок (заем, залог, исполнение мирового соглашения).

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Абзацем вторым пункта 1 статьи 807 ГК РФ предусмотрено, что если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу, то есть по своей правовой природе является реальной сделкой.

Согласно пункту 2 статьи 808 ГК РФ заключение договора займа может удостоверяться распиской заемщика или иным документом, подтверждающим передачу заемщику заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьей 71 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Судами двух инстанций по результатам рассмотрения заявленных финансовым управляющим доводов о пороках оспариваемых сделок по передаче в собственность автомобиля (исполнению мирового соглашения) и соответствующих возражений сторон сделки, исследования и оценки представленных в материалы обособленного спора доказательств, констатирована фиктивность вытекающих из оспоренного договора займа от 08.07.2022, обеспеченного залогом движимого имущества, правоотношений, включая неподтвержденность фактической передачи ответчиком денежных средств должнику в сумме 1 100 000 руб., а также письменными документальными доказательствами - финансовой состоятельности ФИО1 для исполнения обязательства по договору займа, которые в своей совокупности позволили судам объективно усомниться в возможностях действительного предоставления ответчиком в заем в конкретном спорном периоде денежных средств в общей сумме 1 100 000 руб.

При формировании данной позиции судебные инстанции также исходили из того, что после регистрации перехода права собственности на автомобиль к ФИО1 должник продолжал им пользоваться до 14.03.2025, что подтверждается сведениями, полученными судом из АО «Национальная страховая информационная система»: на автомобиль KIA CD (CEED), VIN: <***>, 2018 года выпуска, после утверждения мирового соглашения определением суда от 27.02.2023 в ПАО «Группа Ренессанс Страхование» были оформлены полисы ОСАГО от 15.03.2023 и от 05.03.2024,  сроком действия до 14.03.2024 и до 14.03.2025, в которых лицами, допущенными к управлению автомобилем, являлся ФИО6 и  должник  ФИО3

На основании вышеперечисленного судебные инстанции пришли к правильным выводам о наличии оснований для признания сделок недействительными по заявленным основаниям.

При отсутствии достоверных доказательств получения должником займа в сумме 1 100 000 руб., что могло бы повлечь возникновение залога автомобиля, отсутствии сведений о расходовании спорных средств должником, утверждение о выдаче займа исключительно наличными по распискам, но не банковским переводом при одновременных ссылках на финансовые возможности передать денежные средства, в данном случае свидетельствует о совершении единой сделки с имуществом должника, оформленной договорами займа и залога, в преддверии его банкротства, при отмеченном судами наличии у должника признаков неплатежеспособности, с целью избежания включения автомобиля в конкурсную массу и обращения взыскания со стороны кредиторов, то есть в рамках очевидно обоюдно (дружественно) согласованных целей, носящих, таким образом, противоправный (недобросовестный) характер.

Следовательно, судебные инстанции на основании установленной по делу совокупности обстоятельств правомерно удовлетворили заявление финансового управляющего и признали оспариваемые прикрывающие сделки (договоры займа и залога) недействительными на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемую сделку по выводу имущества - на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве и, соответственно, также обоснованно применили последствия недействительности данных сделок в виде обязания ФИО1 вернуть в конкурсную массу должника ФИО3 спорный автомобиль.

Поскольку, как выше уже упоминалось, в силу положений статьи 71 АПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на их всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, включая: относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также общую достаточность и взаимную связь, суд кассационной инстанции исходит из того, что оценка доказательств и отражение ее результатов в судебных актах является проявлением дискреционных полномочий судов первой и апелляционной инстанций, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти.

При этом из полномочий кассационных судов исключены действия по предрешению вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также по переоценке доказательств, которым уже была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций (статьи 286, 287 АПК РФ, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

С учетом изложенного, судебная коллегия окружного суда считает правовую позицию судов двух инстанций обоснованной, соответствующей совокупности установленных по делу обстоятельств и применимым нормам материального права, а приведенные возражения заявителей кассационных жалоб, получившие надлежащую оценку судами - несостоятельными, не опровергающими по существу вышеупомянутых итоговых выводов нижестоящих судов по предмету спора и установленным обстоятельствам.

Поскольку кассационные жалобы  ФИО3 и ФИО1  по существу не содержат каких-либо иных конкретных доводов и возражений, в действительности опровергающих установленные судами обстоятельства совершения сделок, включая их правовую квалификацию в качестве недействительных, а также выводов судов, обжалуемые определение суда первой инстанции от 23.07.2024 и постановление апелляционного суда от 23.12.2024 подлежат оставлению без изменений, а кассационные жалобы – без удовлетворения.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для безусловного изменения или отмены судебных актов (часть 4 статьи 288 АПК РФ), окружным судом не установлено.

В соответствии с требованиями статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя кассационной жалобы ФИО1, возмещению ему не подлежат. Должник ФИО3 освобожден от уплаты государственной пошлины за подачу кассационной жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 по делу № А65-18567/2023 оставить без изменений, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                                     А.А. Минеева


Судьи                                                                                    П.П. Васильев


                                                                                              В.А. Самсонов