Решение от 2 июля 2024 г. по делу № А55-38988/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

ул. Самарская, 203 Б, Самара, 443001, тел.: (846)  207-55-15,

e-mail: info@samara.arbitr.ru, www.samara.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ


03 июля 2024 года

Дело №

А55-38988/2023

Резолютивная часть решения объявлена 25 июня 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 03 июля 2024 года.

Арбитражный суд Самарской области в составе судьи Агафонова В.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Батуриной Т.В.,

рассмотрев в судебном заседании  25 июня 2024 года  дело по иску, заявлению

ФИО1 в интересах ООО «Эмульсионные технологии» к обществу с ограниченной ответственностью «Русэк Холдинг»о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности

третье лицо - временный управляющий ООО «ЭТМ» ФИО2


при участии в заседании

от истца - ФИО3, доверенность от 21.02.2024,

от ООО «Эмульсионные технологии» - не явился, извещен,от ответчика - ФИО4, доверенность от 30.08.2022,от третьего лица - не явился, извещен 



Установил:

ФИО1 в интересах ООО "Эмульсионные технологии" обратилась в Арбитражный суд Самарской области с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Русэк Холдинг» о признании агентского договора № 1 и договора на оказание услуг №1 от 09.01.2019 заключенный между ООО «ЭМТ» и АО «РУСЭК ХОЛДИНГ» недействительными сделками, а также о применении последствий недействительности сделки в виде ызыскания с ООО «РУСЭК ХОЛДИНГ» в пользу ООО «ЭМТ» денежных средств в размере 16 795 741,36 руб.

В судебном заседании представитель ответчика поддержала ранее заявленное ходатайство о назначении экспертизы, проведение которой просила поручить экспертам ООО «Агентство независимых экспертов «Гранд Истейт», поставить на разрешение эксперта следующие вопросы:

- Была ли экономическая целесообразность в заключении спорного договора?

- Принес ли прибыль для ООО «Эмульсионные технологии» спорный договор?

- Определить размер вознаграждения по спорному договору относительно полученной прибыли в результате реализации спорного договора (сколько это составило процентов от полученной ООО «Эмульсионные технологии» прибыли).

Представитель истца возражал против удовлетворения ходатайства о назначении экспертизы.

В соответствии с ч. 1 ст. 82 АПК РФ, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Предметом настоящего спора является признание недействительными сделок, в отношении которых истцом заявлено об отсутствии какого-либо исполнения со стороны ответчика.

В этой связи подлежат установлению обстоятельства реального исполнения спорных сделок сторонами. При этом ответы на предложенные ответчиком вопросы не имеют существенного значения для рассмотрения настоящего дела, поскольку не установят каких-либо фактических обстоятельств дела в отношении фактического исполнения договора ответчиком. Также суд отмечает, что в материалах дела имеется достаточно доказательств, позволяющих суду прийти к определенному выводу об исполнении договоров ответчиком.

В этой связи суд отказывает в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении экспертизы по делу.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика в судебном заседании возражала против удовлетворении исковых требований, заявляя о пропуске истцом срока исковой давности.

ООО «Эмульсионные технологии» и временный управляющий ООО «ЭТМ» ФИО2 не обеспечили явку своих представителей в судебное заседание, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и содержания искового заявления ФИО1 является участником ООО «ЭМТ» с 30% долей с 30.11.2022.

В соответствии с абзацем шестым пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Согласно разъяснениям п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Как указывает истец, между ООО «Эмульсионные технологии» (Заказчик) и ООО «Русэк Холдинг» (Исполнитель) заключен договор на оказание услуг № 1 от 09.01.2019 в соответствии с условиями которого Исполнитель обязался оказать комплекс услуг, указанных в п. 1.2. по сопровождению исполнения договоров Заказчика и подготовке процесса реализации договоров Заказчика на условиях, предусмотренных договором.

В этот же день между ООО «Эмульсионные технологии» (Принципал) и ООО «Русэк Холдинг»  (Агент) был заключен агентский договор № 1 от 09.01.2019 в соответствии с условиями которого Принципал поручил, а Агент обязался от имени и за счет Принципа оказать Принципалу услуги.

Как следует из представленных в материалы дела платежных поручений и акта сверки, в период с 2020 по 2023 в пользу ООО «Русэк Холдинг» были перечислены денежные средства в размере 16 795 741,36 рубль. В назначении платежа в платежных поручениях указано, что оплата производится за «вознаграждение по договору № 1 от 09.01.2019.

Истец, со ссылкой на ст. ст. 166, 168, 170 считает указанные выше договоры ничтожными (мнимыми) сделками, поскольку какого-либо исполнения со стороны ООО «Русэк Холдинг» не производилось. Кроме того истец заявляет о совершении сделок на заведомо невыгодных для ООО «ЭМТ» условиях.

Указанные обстоятельства послужили основаниями для обращения истца в суд с настоящим иском.

Возражая против удовлетворения иска ООО «Русэк Холдинг» указывает на пропуск истцом срока исковой давности, установленного п. 1 чт. 181 ГК РФ по требованиям о применении последствий недействительности ничтожных сделок. Кроме того заключение спорных договоров, по мнению ответчика, привело к значительному увеличению динамики развития ООО «ЭМТ», заключены различные контракты.

В соответствии со статьей 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Пунктом 1 ст. 170 ГК РФ установлена, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Как указано в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020, при рассмотрении вопроса о мнимости договора оказания услуг и документов, подтверждающих оказание услуг, суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке.

Как указал Верховный суд Российской Федерации в пункте 3 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1(2020)», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, наличие или отсутствие фактических отношений по сделке является юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению по делу, и не может рассматриваться как повышенный стандарт доказывания, применимый только в делах о банкротстве.

Определениями от 05.03.2024, 09.04.2024 суд предлагал ООО «РУСЭК Холдинг» доказательства исполнения обязательств по вышеуказанным договорам.

Ответчиком представлены, в подтверждение исполнения договора об оказании услуг № 1 от 09.01.2019, подписанные со стороны ООО «ЭМТ» и ответчика акты за оказанные консалтинговые услуги:

акт № 1 от 29.08.2019 на сумму 2 130 000 руб.,

акт № 2 от 20.12.2019 на сумму 700 000 руб.,

акт № 3 от 25.12.2019 на сумму 2 623 500 руб.,

акт № 2 от 17.01.2020 на сумму 360 000 руб.,

акт № 2 от 17.01.2020 на сумму 360 000 руб.,

акт № 3 от 21.01.2020 на сумму 151 500 руб.,

акт № 4 от 18.02.2020 на сумму 235 330 руб.,

акт № 11 от 27.03.2020 на сумму 4 100 150 руб.,

акт № 85 от 31.07.2020 на сумму 6 356 750 руб.,

акт № 107 от 31.08.2020 на сумму 50 000 руб.,

акт № 135 от 30.09.2020 на сумму 4 157 091 руб. 36 коп.

Кроме того ответчиком представлена переписка по электронной почте, а также письмо ООО «Арктик СПГ-2» от 02.07.2021, письмо ООО «Эриэлл нефтегазсервис» № 666 от 28.01.2022, письмо ООО «ЭМТ» № 74/02 от  01.02.2022, письмо ООО «ЭМТ» № 849/07 от 15.07.2021, письмо ООО «ЭМТ» № 105/02 от 09.02.2022, письмо ООО «ЭМТ» № 964 от 18.08.2021, письмо ООО «Арктик СПГ2» № 3072-1 от 18.10.2018, техническое задание ООО «Арктик СПГ 2» от 17.10.2018.

Также в материалы дела представлены платежные поручения № 530 от 27.03.2020, № 532 от 27.03.2020, № 518 от 27.03.2020, № 557 от 03.04.2020, № 564 от 06.04.2020, № 576 от 08.04.2020, № 997 от 06.07.2020, № 995 от 06.07.2020, ; 987 от 06.07.2020, № 1121 от 22.07.2020, № 1346 от 19.08.2020, № 1125 от 23.07.2020, № 1534 от 08.09.2020, № 1612 от 22.09.2020, № 1553 от 09.09.2020, № 2152 от 18.06.2021, № 2246 от 25.06.2021 на общую сумму 16 795 741 руб. 36 коп.

В судебном заседании представитель ответчика пояснила, что сторонами исполнялся только договор оказания услуг № 1  от 09.01.2019, агентский договор от той же даты сторонами не исполнялся, оплата производилась только по договору оказания услуг № 1  от 09.01.2019.

Пунктом 1.2 договора установлен перечень услуг, которые обязуется оказать исполнитель (ООО «Русэк холдинг», в том числе консультационные, информационные услуги, услуги по подбору контрагентов, услуги в сфере общего управления и администрирования, анализу деятельности, а также услуги в организации участия заказчика в конкурсах, выставках, а также совершение исполнителем в интересах заказчика юридических и фактических действий, направленных на защиту его интересов при заключении и исполнении заказчиком договоров.

Согласно п. 3.1 договора, цена настоящего договора определяется в процентном отношении от цены договоров, заключенных заказчиком, в отношении которых исполнителем оказывался комплекс услуг по сопровождению, предусмотренный настоящим договором. Цента договора (стоимость услуг исполнителя) составляет 20% от суммы заключенного заказчиком договора с соответствующим контрагентом.

Между тем представленные ответчиком в материалы дела документы не позволяют соотнести их с договором оказания услуг № 1 от 09.01.2019, поскольку письма различных организаций датированы либо раньше либо позже всех представленных актов оказанных услуг по договору.

Переписка по электронной почте не позволяет соотнести ее с деятельностью ООО «Русэк холдинг», поскольку письма исходили от ООО «Эмульсионный технологии».

Суд также учитывает и то обстоятельство, что в соответствии с решением Межрайонной ИФНС России № 22 по Самарской области №17-21/4 от 26.02.2024 ООО «ЭМТ» привлечена к ответственности за совершение налогового правонарушения МИФНС России № 22 по Самарской области на основании материалах выездной налоговой проверки от 29.12.2022.

Налоговым органом было установлено, что услуги, аналогичные услугам по договору на оказание услуг № 1 от 09.01.2019 сторонними организациями или лицами не оказывалось. Функционал по сопровождению закупок, административно-консультационный функционал осуществляли сотрудники ООО «ЭМТ».

ООО «Русэк холдинг» не представлено каких-либо документов, позволяющих прийти к выводу о том, что именно ответчиком велась подготовка конкурсной документации по заключению договоров для ООО «ЭМТ».

Суд отмечает, что в случае реального оказания услуг, для ООО «Русэк холдинг» не составило бы труда предоставить соответствующие доказательства.

Кроме того ответчиком не представлено пояснений относительно того, каким образом определялась стоимость оказанных им услуг, исходя из содержания актов оказанных услуг и условий п. 3.1. договора о цене услуг.

Каких-либо договоров заключенных ООО «ЭМТ» с иными лицами, в отношении которых исполнителем оказывался комплекс услуг по сопровождению, предусмотренный настоящим договором, при этом соотносящихся со стоимостью услуг, указанных в представленных ответчиком актах, в материалах дела не имеется.

Довод ответчика о том, что исполнение спорного договора об оказании услуг увеличило прибыль ООО «ЭМТ» ничем не подтвержден, напротив, исходя из содержания финансового анализа временного управляющего ООО «ЭМТ» (стр. 119) указано на ухудшение финансовых показателей ООО «ЭМТ» в 2020 году, более того, даже улучшение финансовых показателей не является само по себе доказательством фактического оказания услуг по договору оказания услуг № 1 от 09.01.2019.

Протокол адвокатского опроса ФИО5 от 19.06.2024, который является заместителем генерального директора ООО «ЭМТ», не может служить доказательством реального оказания услуг по договору оказания услуг № 1 от 09.01.2019 и их стоимости, поскольку в данном протоколе указанный выше договор не упоминается, сотрудник ООО «ЭМТ» лишь указывает на наличие между ООО «ЭМТ» и ООО «Русэк холдинг» различных договоров.

Оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что ООО «ЭМТ» в 2020 и 2021 годах производило оплаты в адрес ООО «Русэк холдинг» по договору на оказание услуг № 1 от 09.01.2019 на общую сумму 16 795 741 руб. 36 коп., за услуги, которые ООО «Русэк холдинг» не оказывались.

При этом исполнение ООО «ЭМТ» обязательств по оплате по договору на оказание услуг № 1 от 09.01.2019 не может свидетельствовать о его мнимости, поскольку мнимая сделка, как указано выше, не предполагает ее реального исполнения ни одной из сторон.

Между тем, согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 N 301-ЭС17-19678).

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Интерес истца в квалификации внешне совершенных сделок как притворных и в обнаружении действительно заключенной сделки может состоять не только в том, чтобы оспорить прикрываемую сделку, но и в том, чтобы исключить для себя те правовые последствия, которые формально порождают сделки прикрывающие.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на притворность сделки, либо доводов стороны спора о ее притворности, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации" следует учитывать, что применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях сторон осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее притворность.

Таким образом, сторонами должны быть представлены исчерпывающие доказательства реальности сделки, положенной в обоснование исковых требований, с подтверждением таковой доказательствами, исходящими от незаинтересованных в исходе спора лиц.

Как указано выше, доказательства реального оказания услуг ответчиком по договору  на оказание услуг № 1 от 09.01.2019 в материалы дела не представлены.

Следовательно, суд квалифицирует факт оплаты ООО «ЭМТ» денежных средств в сумме 16 795 741 руб. 36 коп. как притворную сделку, прикрывающую фактически передачу ответчику денежных средств без предоставления встречного исполнения по сделке в виде реального оказания услуг по договору. То есть между истцом и ответчиком фактически произошли отношения по договору дарения, запрет на заключение которого между коммерческими организациями установлен п.п. 4 п. 1 ст. 575 ГК РФ.

При этом тот факт, что истцом не заявлялось такого основания для признания сделки не действительной, не является препятствием для вывода суда об этом, поскольку обстоятельства дела, поведение ООО «ЭМТ» и ООО «Русэк холдинг» очевидно указывают на притворность сделки, фактическая воля сторон по которой направлена на безвозмездную передачу денежных средств в ООО «Русэк холдинг».

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 АПК РФ арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по делу.

На основании изложенного, договор  на оказание услуг № 1 от 09.01.2019, заключенный между заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Эмульсионные технологии» и обществом с ограниченной ответственностью «Русэк Холдинг», является недействительной (ничтожной) сделкой.

В отношении агентского договора № 1 от 09.01.2019 суд, с учетом пояснений представителя ответчика в судебном заседании 25.06.2024, об отсутствии какого-либо фактического исполнения сторонами указанной сделки, при отсутствии в материалах дела доказательств такого исполнения, указаний ответчика о  том, что все названные выше оплаты, совершенные ООО «ЭМТ» произведены только в отношении договора оказания услуг № 1 от 09.01.2019, считает что агентский договор является мнимой сделкой, совершенной для вида и не подразумевающей наличия воли сторон на ее реальное исполнение.

Так, пунктом 1.1. агентского договора №  1 от 09.01.2019 следует, что исполнитель обязался оказывать следующие услуги: осуществлять поиск юридических лиц и индивидуальных предпринимателей для привлечения их в качестве подрядных организаций для реализации принципалов договора № ЭНГ00-47546 от 10.01.2019 на выполнение комплекса работ по обращению с отходами бурения, образованных при строительстве эксплуатационных скважин №№201-214 куста № 2 №№701-707 куста № 7 Салмановского (Утреннего) НГКМ, заключенного между ООО «ЭМТ» с ООО «Эриэлл Нефтегазсервис».

Пунктом 1.3. агентского договора предусмотрено, что после того, как агентом будет привлечен Подрядчик, намеренный заключить с принципалом договор на выполнение работ для реализации договора с ЭНГС, агент направляет принципалу на подписание акт выбора подрядчика, содержащий:

- информацию о подрядчике;

- информацию об условиях, на которых подрядчик намерен заключить договор на выполнение работ;

- условия расчетов между принципалов и подрядчиком;

- условия уплаты вознаграждения агента.

Подписание сторонами акта выбора подрядчика свидетельствует об оказании агентом услуг, предусмотренных п. 1.1.1. договора.

Материалы дела не содержат доказательств исполнения обязанности, предусмотренной пунктом 1.3. агентского договора.

Изучив представленный в материалы дела договор № ЭНГ00-47546 от 10.01.2019 суд установил, что пунктом 3.2.1. договора № ЭНГ00-47546 от 10.01.2019 предусмотрено, что подрядчик вправе с письменного согласия заказчика привлекать к исполнению субподрядчиков.

Доказательств привлечения субподрядчиков по договору № ЭНГ00-47546 от 10.01.2019 материалы дела не содержат, ООО «ЭМТ» утверждает, что своими силами и за свой счет выполняло работы в рамках указанного договора.

Пунктом 2.1.5. договора предусмотрено, что агент обязан ежемесячно представлять принципалу акт оказанных услуг и отчет агента об оказанных услугах.

Материалы дела не содержат ни акта оказанных услуг, ни отчета агента об оказанных услугах. Доказательств наличия между сторонами переписки или направления в адрес ООО «ЭМТ» акта либо отчета также не подтверждена.

Агентский договор № 1 от 09.01.2019 заключен сторонами в целях формирования формального документооборота.

На основании изложенного суд считает подлежащими удовлетворению исковые требования о признании недействительными (ничтожными) агентского договора № 1 от 09.01.2019 и договора на оказание услуг № 1 от 09.01.2019, заключенных между обществом с ограниченной ответственностью «Эмульсионные технологии» и обществом с ограниченной ответственностью «Русэк Холдинг».

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Суд отклоняет данный довод ответчика по следующим основаниям.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, сроком исковой давности признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (статья 199 часть 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Между тем, установленное пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение из общего правила о начале течения срока исковой давности по требованиям, связанным с недействительностью ничтожных сделок, не распространяется на случаи предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки. Для такого лица срок исчисляется в общем порядке - со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что течение срока давности по иску участника общества, обратившегося в интересах юридического лица, начинается со дня, когда такой участник узнал о нарушении прав общества.

В рассматриваемом случае участник общества, предъявляя настоящие требования, действует не только в интересах общества как ее представитель, но и преследует свой опосредованный (косвенный) интерес, который обосновывается наличием у общества как истца материально-правового требования, обусловленного недопущением причинения ему ущерба, как субъекту гражданско-правовых отношений.

Объект защиты по косвенному иску не может определяться как категоричный выбор либо в пользу защиты субъективного права юридического лица, либо в пользу защиты интересов участников юридического лица.

Интерес юридического лица, который обеспечивается защитой субъективного права, в данном случае производен от интересов его участников, так как интересы общества не просто неразрывно связаны с интересами участников, они предопределяются ими, и, следовательно, удовлетворение интересов компании обеспечивает удовлетворение интереса ее участников.

Таким образом, заключение спорных сделок нарушает, в том числе и права участника, в защиту которых предъявляется соответствующее исковое требование. Поэтому для исчисления срока исковой давности по такому требованию имеет существенное значение момент, когда обладатель нарушенного права (участник) узнал или должен был узнать о соответствующем нарушении.

В соответствии со ст. 201 ГК РФ, п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

Между тем ФИО1 стала участником ООО «ЭМТ» в результате не покупки доли в уставном капитале ООО «ЭМТ» у предыдущего участника, а в результате вступления в общество и внесения дополнительного вклада в уставный капитал общества (3 000 000 руб.). При этом такое решение принято обществом 23.11.2022 (т. 4 л.д. 20-23).

Таким образом, ФИО1 не является чьим-либо правопреемником, перехода доли от какого-либо из участников общества к ней не произошло, следовательно разъяснения абз. 2 подп. 2 п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" в данном случае не применимы.

ФИО1 стороной оспариваемой сделки не является, соответственно, срок исковой давности по заявленному им иску необходимо исчислять со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале исполнения оспариваемых сделок, а не с начала исполнения по оспариваемым сделкам.

В этой связи суд приходит к выводу о том, что истец могла узнать об оспариваемой сделке не ранее 23.11.2022, в связи с чем, с учетом обращения в суд 29.11.2023, срок исковой давности для оспаривания договора на оказание услуг № 1 от 09.01.2019 и применение последствий недействительности сделки в данном случае не истек, равно как и общий десятилетний срок исковой давности.

Также суд считает необходимым отметить, что в соответствии с разъяснениями п. 3 Постановления N 27 в тех случаях, когда в соответствии с пунктом 2 настоящего постановления момент начала течения срока исковой давности определяется в зависимости от того, когда о том, что сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, узнал или должен был узнать участник (акционер), предъявивший требование, следует учитывать следующее:

предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, за исключением случаев, когда информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса не следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом);

4) если приведенные выше правила не могут быть применены, то считается, что участник (акционер) в любом случае должен был узнать о совершении оспариваемой сделки более года назад (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), если он длительное время (два или более года подряд) не участвовал в общих собраниях участников (акционеров) и не запрашивал информацию о деятельности общества.

В силу статьи 34 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" уставом общества должен быть определен срок проведения очередного общего собрания участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества. Указанное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

Исполнение сделки (оплата за услуги со стороны ООО «ЭМТ») началось 27.03.2020, следовательно, даже если предположить, что истец является правопреемником участника (участников) ООО «ЭМТ», его правопредшественник  должен был узнать об исполнении сделки не позднее 30.04.2021, тогда как иск подан истцом 29.11.2023, то есть срок исковой давности для применения последствий ничтожной сделки не пропущен.

Кроме того, согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 101 Постановления Пленума N 25, по смыслу п. 1 ст. 181 ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, то срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

В материалах настоящего дела отсутствуют какие-либо доказательства того, что Агентский договор № 1 от 09.01.2019 исполнялся сторонами, в связи с чем срок исковой давности для признания его недействительным (ничтожным) в любом случае не пропущен.

В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку судом установлена безвозмездность передачи денежных средств ООО «ЭМТ» ответчику в сумме 16 795 741 руб. 36 коп. в рамках договора на оказание услуг № 1 от 09.01.2019, то суд считает необходимым применить последствия ничтожной сделки в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Русэк Холдинг» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Эмульсионные технологии» денежных средств в размере 16 795 741 руб. 36 коп.

В удовлетворении иска в части применения последствий недействительности агентского договора № 1 от 09.01.2019 необходимо отказать, поскольку доказательств исполнения указанного договора между сторонами отсутствуют.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, расходы по оплате государственной пошлины относятся на ООО «Русэк Холдинг».

При этом суд учитывает разъяснения абз. 3 п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, согласно которому положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) не подлежат применению при разрешении: иска имущественного характера, не подлежащего оценке (например, о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения). А также разъяснений п. 24 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2014 г. N 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», согласно которому при применении подпункта 2 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ следует иметь в виду, что использованное в нем для целей исчисления государственной пошлины понятие спора о признании сделки недействительной охватывает как совместное предъявление истцом требований о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, так и предъявление истцом любого из данных требований в отдельности. С учетом этого размер государственной пошлины при обращении в арбитражный суд с исковым заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности составляет 4000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Признать недействительными (ничтожными) агентский договор № 1 от 09.01.2019 и договор на оказание услуг № 1 от 09.01.2019, заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Эмульсионные технологии» и обществом с ограниченной ответственностью «Русэк Холдинг».

Применить последствия недействительности договора на оказание услуг № 1 от 09.01.2019 заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Эмульсионные технологии» и обществом с ограниченной ответственностью «Русэк Холдинг».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Русэк Холдинг» (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Эмульсионные технологии» (ИНН <***>) денежные средства в размере 16 795 741 руб. 36 коп.

В части применения последствий недействительности агентского договора № 1 от 09.01.2019 заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Эмульсионные технологии» и обществом с ограниченной ответственностью «Русэк Холдинг» в иске отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Русэк Холдинг» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 12 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия судом первой инстанции с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.


Судья


/
В.В. Агафонов