Решение от 24 декабря 2024 г. по делу № А40-58393/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ

115225, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17

http://www.msk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-58393/24-79-132ИЗ
город Москва
25 декабря 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 25 декабря 2024 года Решение в полном объеме изготовлено 25 декабря 2024 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Ланга П.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного

заседания ФИО1, рассмотрев 25.12.2024 в открытом судебном

заседании исковое заявление АО «СИСТЭМ ЭЛЕКТРИК» о привлечении к

субсидиарной ответственности к ФИО2, ФИО3, ФИО4,

при участии: согласно протоколу судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд города Москвы 20.02.2024 поступило исковое заявления АО «СЭ» о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором заявитель просит привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Научно-производственный центр «Кибернетика» ФИО2, ФИО3, ФИО4 и взыскать в пользу АО «СЭ» солидарно 9 278 607,14 руб., а также расходы на оплату государственной пошлины в сумме 69 393 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.11.2024 завершена подготовка к судебному разбирательству и назначено судебное заседание по рассмотрению указанного заявления.

В судебное заседание по рассмотрению указанного заявления явился представитель заявителя. Ответчик в судебное заседание не явился, извещен о

времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, представленные документы, в их совокупности, с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Согласно материалам дела, между 01.04.2015 между АО «СЭ» и Должником был заключен Рамочный договор с Партнером № 2015-1500001934 (далее - Договор).

В течение срока действия Рамочного договора с Партнером № 20151500001934 на основании размещаемых заказов АО «СЭ» выполняло поставку оборудования.

В 2018 году Должник прекратил выполнять обязательства перед АО «СЭ» по Договору. Задолженность образовалась по поставкам, имевшим место с 13.08.2018 по 03.10.2018. Отсрочка платежа перед АО «СЭ» была предусмотрена в количестве 45 дней.

По истечении 45 дней (27 сентября 2018 года) с даты первой поставки обязательства Должника не выполнены. Следовательно, как минимум с 28.09.2018 Должник не исполнил денежное обязательства перед АО «СЭ».

Таким образом, должник нарушил все сроки оплаты за поставленное оборудование. Задолженность Должника составляла 8 771 009 (восемь миллионов семьсот семьдесят одна тысяча девять рублей) рублей 14 коп., с учетом НДС 18%.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2020 по делу № А40-114986/2020-144-921 исковые требования АО «СЭ» удовлетворены в полном объеме.

С ЗАО «НПЦ «Кибернетика» в пользу АО «СЭ» взыскана задолженность в размере 8 771 009,14 рублей, неустойка в размере 438 550 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 69 048 рублей. Указанное решение вступило в законную силу.

На вступившее в законную силу Решение был выдан Исполнительный лист № ФС 037821187 от 11.03.2021; (далее – Исполнительный лист) на принудительное взыскание с Должника в пользу Кредитора указанных выше денежных сумм .

02.08.2021 ОСП было вынесло постановление о возбуждении исполнительного производства 175172/21/77023-ИП на основании вышеуказанного исполнительного листа.

В процессе исполнительного производства оказалось невозможным установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях, в результате чего 01.02.2022 исполнительное производство было окончено на основании п.3 ч.1 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве».

10.10.2022 в отношении Должника Регистрирующим органом было принято решение № 65255 о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности), что свидетельствует о том, что Должник является брошенной компанией.

Сообщением № 15084539 от 30.03.2023 Кредитор опубликовал в Едином

федеральном реестре юридически значимых сведений о фактах деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и иных субъектов экономической деятельности (далее – Федресурс) уведомление о намерении обратиться с заявлением о признании Должника банкротом.

02.05.2023 АО «СЭ» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании ЗАО «НПЦ «Кибернетика» банкротом.

Поскольку у ЗАО «НПЦ «Кибернетика» отсутствовало какое-либо имущество для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, определением Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2023 по делу № А40-97800/2023 прекращено производство по делу о банкротстве, в связи с отсутствием средств на финансирование расходов по делу о банкротстве.

20.02.2024 В Арбитражный суд города Москвы поступило исковое заявления АО «СЭ» о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором заявитель просит привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Научно-производственный центр «Кибернетика» ФИО2, ФИО3, ФИО4 и взыскать в пользу АО «СЭ» солидарно 9 278 607,14 руб., а также расходы на оплату государственной пошлины в сумме 69 393 руб.

Согласно положениям пунктов 3, 4 ст. 61.14 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.

Частями 1, 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве предусмотрено, что если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи

61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Заявление, поданное в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи, рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве. При рассмотрении заявления применяются правила пункта 2 статьи 61.15, пунктов 4 и 5 статьи 61.16 настоящего Федерального закона.

Таким образом, рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве осуществляется в случае, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно положению пункта 1 статье 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно статье 61.11 Закона о банкротстве, пункту 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума № 53), если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если: 1) невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено; 2) должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

В пункте 16 Постановления Пленума № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение

должника, проверяя наличие причинно- следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Таким образом, при привлечении к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов предмет доказывания составляют следующие элементы: наличие статуса контролирующего должника лица, конкретные действия (бездействие), в результате которых Должник стал неспособен удовлетворить требования кредиторов, размер причиненного ущерба (размер реестровых требований кредиторов), причинно-следственная связь между действиями контролирующего должника лица и наступившим ущербом, наличие вины контролирующего должника лица.

Как установлено решением Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2020 по делу № А40-114986/2020-144-921, с 28.09.2018 Должник не исполнял денежные обязательства перед АО «СЭ».

Исходя из анализа представленных в материалы дела доказательств, ЗАО «НПЦ «Кибернетика» перестало исполнять денежные обязательства перед иными кредиторами с сентября 2018 года.

В связи с этим у Должника, образовалась дополнительная задолженность, что подтверждается вступившими в законную силу решениями арбитражных судов в отношении ЗАО «НПЦ «Кибернетика» за период с 2019 по 2022 год на сумму 33 746 292,61 руб.

Таким образом общая сумма задолженности перед кредиторами к 2022 году составила 43 024 899,75 руб.

По данным Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации, за Должником числится задолженность в размере 22 187 808,01 руб.

Согласно банковским выпискам по счетам Должника за 2018-2019 года,

после 31.08.2018 ЗАО «НПЦ «Кибернетика» не получало достаточного финансирования, чтобы расплатиться по своим обязательствам перед имеющимися кредиторами.

Так, с 01.09.2018 по ноябрь 2019 ЗАО «НПЦ «Кибернетика» по расчетным счетам получено 28 142 730,39 рублей, которые не были направлены на погашение задолженности перед кредиторами.

Как следует из данных банковских выписок Должника, приобщенных в материалы дела, в июле-августе 2018 года ЗАО «НПЦ «Кибернетика» были получены крупные суммы денежных средств от своих контрагентов. В частности, от ООО «Стройпроект» ЗАО «НПЦ «Кибернетика» по договору от 06.06.2018 г. № 06/06-СУБ/ХБ-СЦ получено суммарно 40 506 524,35 руб., что подтверждается платежными поручениями от 07.06.2018 г. № 3981, от 12.07.2018 г. № 5292, от 02.08.2018 г № 6054, от 03.08.2018 г. № 6131, от 17.06.2019 г. № 5008; - по договору от 05.06.2018 г. № 05/06-СУБ/ХБ-Ш на сумму 200 000,00 руб., что подтверждается платежным поручением от 08.06.2018 г. № 4068 .

Кроме этого, в период с 07.08.2018 по 16.08.2018 Должником были совершены сделки в результате которых из имущественной массы Должника были выведены денежные средства в размере 19 606 375,26 руб. в результате сделок, которые не были на правлены на осуществление реальной предпринимательской деятельности и возврат денежных средств кредиторам. Таким образом перед тем как кредиторы обратились в суд с требованиями к Должнику, из имущественной массы ЗАО «НПЦ «Кибернетика» было выведено 19 606 375,26 руб.

Уже после 31 августа 2018 г. ЗАО «НПЦ «Кибернетика» не получало достаточного финансирования, чтобы расплатиться по своим обязательствам перед имеющимися кредиторами.

Таким образом по состоянию на 31.08.2018 у ЗАО «НПЦ «Кибернетика» возникло состояние объективного банкротства.

Согласно абз. 34 статьи 2 Закона о банкротстве, неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 Закона о банкротстве заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом: какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

С учетом месячного срока на подачу заявления о банкротстве, возникшие обязательства исчисляются с 30.09.2018.

После 30.09.2018, у ЗАО «НПЦ «Кибернетика» возникли обязательства в следующем размере:

1) Задолженность ЗАО «НПЦ «Кибернетика» перед АО «СЭ» подтверждается товарными накладными , а также вступившим в законную силу

судебным решением.03.10.2018 АО «СЭ» в адрес ЗАО «НПЦ «Кибернетика» был поставлен товар на сумму 112 815,20 рублей, что подтверждается товарной накладной № 811221323 от 03.10.2018;

2) Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.12.2019 по делу № А56-100321/2019 с ЗАО «НПЦ «КИБЕРНЕТИКА» в пользу ООО «ПО ЭЛЕРОН» взыскано 6 384 248 рублей. Основанием долга является товарная накладная № 15/10-01 от 15.10.2018 по договору поставки № 85 от 14.06.2018;

3) Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 21.06.2021 по делу № А73-5884/2021 с ЗАО «НПЦ «КИБЕРНЕТИКА» в пользу ФГУП «НПП «ГАММА» взыскано 551 431,50 рублей основного долга. Основанием долга является договор возмездного оказания специальных научно-технических услуг № 136/18/8 от 15.10.2018, неустойка начислялась с 23.07.2019 как даты просрочки обязательства;

4) Решением Арбитражного суда города Москвы от 03.11.2022 по делу № А40-123566/22-19-898 с ЗАО «НПЦ «КИБЕРНЕТИКА» в пользу ИП ФИО5 взыскано 525 095,29 рублей. Основанием долга является Договор поставки оборудования от 15.11.2021;

5) Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.09.2022 по делу № А40-159757/22-100-1197 с ЗАО «НПЦ «КИБЕРНЕТИКА» в пользу АО «КРЦ» взыскано 166 854,4 рублей долга за период июль 2019 по июнь 2022 гг. Основанием долга является Договор на оказание услуг по ведению реестра владельцев ценных бумаг от 28.09.2016 № МО-2/28092016, неустойка начислялась с 13.07.2019 как даты просрочки обязательства.

Общая сумма задолженности по указанным основаниям составляет 7 740 444,39 руб.

Поскольку обязательства в размере 7 740 444,39 руб. возникли после 30.09.2018, следовательно, размер субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве по основанию статьи 61.12 Закона о банкротстве составляет 7 740 444,39 руб.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии,

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала

общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника,

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Согласно пункту 19 Постановления Пленума № 53, при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума № 53, по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Как следует из материалов дела, ФИО4 (ИНН <***>) являлся генеральным директором ЗАО «НПЦ «Кибернетика» до исключения Должника из ЕГРЮЛ в связи внесением записи о недостоверности. Таким образом, ФИО4 осуществлял полномочия генерального директора период с 30.08.2019 по 25.04.2024.

На основании указанных обстоятельств статус ФИО4 как контролирующего должника лица является доказанным.

Согласно пункту 14 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 4 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2022) вступая в должность, руководитель должен приступить к анализу ситуации, развивающейся на предприятии.

В силу специального регулирования при возврате уполномоченному органу заявления о банкротстве должника в связи с отсутствием надлежащих доказательств, подтверждающих вероятность обнаружения имущества должника, за счет которого могут быть покрыты расходы по делу о банкротстве, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя учитываются обязательства должника, возникшие в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возврата заявления уполномоченного органа. Это специальное правило не применяется при возвращении уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом по иным основаниям.

В силу занимаемой должности, ФИО4 был уполномочен инициировать подачу заявления о признании ЗАО «НПЦ «Кибернетика» банкротом. К моменту исполнения ФИО4 полномочий генерального директора, Должник перестал исполнять обязанности перед кредиторами, образовалась задолженность, что подтверждается вступившими в законную силу

решениями арбитражных судов в отношении ЗАО «НПЦ «Кибернетика» за период с 2019 по 2022 год на общую сумму 43 024 899,75 руб.

Из материалов настоящего дела следует, что задолженность ЗАО «НПЦ «Кибернетика» перед АО «СЭ» размере 8 771 009,14 руб., неустойка в размере 438 550 руб., а также расходы по оплате госпошлины в размере 69 048 руб. взыскана решением Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2020 по делу № А40-114986/2020-144-921.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2023 по делу № А40-97800/2023 прекращено производство по делу о банкротстве ЗАО «НПЦ «Кибернетика».

За указанный период ФИО4 бездействовал, не принял мер по подаче заявления о признании ЗАО «НПЦ «Кибернетика» банкротом.

В период производства по делу № А40-97800/2023 о банкротстве ЗАО «НПЦ «Кибернетика» ФИО4 не принял участия в судебных заседаниях, уклонился от направления в суд отзыва на заявление о признании Должника банкротом.

В производстве по настоящему делу ФИО4 также уклонился от предоставления процессуальной позиции в письменном виде с приложением соответствующих доказательств.

Таким образом, действия ФИО4 по доведению ЗАО «НПЦ «Кибернетика» до состояния, при котором Должник не мог удовлетворить требования кредиторов, выражаются в проявлении им неразумного и недобросовестного поведения как контролирующего лица, выражающегося в бездействии по отношению к деятельности Должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Материалами дела подтверждается бездействие ФИО4 как контролирующего Должника лица, которое выражено в следующем: в невозвращении задолженности по договорам с контрагентами, в непринятии мер по погашению задолженности перед контрагентами, в непринятии решения о подаче заявления о признании Должника банкротом, в игнорировании процедуры банкротства Должника, в непринятии мер по восстановлению имущественного положения Должника.

Каждое из указанных действий (бездействий) в отдельности причинило вред интересам каждого из кредиторов, а в совокупности явились причиной невозможности удовлетворить требования кредитора.

Как следует из материалов дела, ФИО2, являлся

генеральным директором ЗАО «НПЦ «Кибернетика» в период с 11.02.2013 по 30.08.2019. Кроме этого, ФИО2 являлся акционером ЗАО «НПЦ «Кибернетика» с долей в размере 50%.

На основании указанных обстоятельств статус ФИО2 как контролирующего должника лица является доказанным.

Действия ФИО2 по доведению ЗАО «НПЦ «Кибернетика» до состояния, при котором Должник не мог удовлетворить требования кредиторов, выражаются следующем.

Согласно банковским выпискам с расчетных счетов Должника, в период с 2017 по 2018 года, когда ФИО2 являлся генеральным директоров ЗАО «НПЦ «Кибернетика», из имущественной массы Должника были выведены в наличный оборот денежные средства в размере 1 326 800 руб.

В результате указанных действий, Должнику был причинен вред, в результате которого ЗАО «НПЦ «Кибернетика» лишилось имущества и не смогло погашать требования кредиторов, за счет ведения предпринимательской деятельности.

Согласно операциям по расчетном счету Должника за период с 2017 по 2018 год, когда ФИО2 являлся генеральным директоров ЗАО «НПЦ «Кибернетика», денежные средства в размере 1 050 232,11 руб. были потрачены на цели, не связанные с хозяйственной деятельностью Должника, а были потрачены на личные цели ФИО2

Согласно платежными операциями по расчетному счету Должника за период с 2017 по 2019 год, ФИО2, являясь лицом, контролирующим должника, несмотря на существование в этот период непогашенных обязательств по договорам с контрагентами, перечислял себе денежные средства на общую сумму 3 535 000 руб. со счета Должника, предоставленные в качестве займа, тем самым приведя к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Согласно банковским выпискам ЗАО «НПЦ «Кибернетика», в период с 24.04.2018 по 25.06.2018, когда ФИО2 являлся генеральным директоров ЗАО «НПЦ «Кибернетика», контролирующие Должника лица осуществили перевод денежных средств в размере 6 303 963,02 руб. на другие юридические лица с целью уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами.

Судом установлено, что сумма в размере 6 303 963,02 руб. за период с 24.04.2018 по 25.06.2018 была переведена на юридические лица, которые были зарегистрированы незадолго до отправления денежных средств.

1) ООО «Озон» ИНН: <***>, учреждено 29.03.2018, а прекратило деятельность 12.03.2020;

2) ООО «Темпо» ИНН: <***>, учреждено 23.03.2018, а прекратило деятельность 27.06.2019,

3) ООО «Ореол с» ИНН: <***> учреждено 19.03.2018, а прекратило деятельность 12.03.2020;

4) ООО «СТЕЛЛА» ИНН: <***>, учреждено 19.03.2018, а прекратило деятельность 12.03.2020;

5) ООО «АРКОНИКС» ИНН: <***>, учреждено 01.06.2018, а прекратило деятельность 12.03.2020.

Каждое из указанных юридических лиц впоследствии было исключено

из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, генеральным директором и единственным учредителем ООО «Ореол с» (ИНН: <***>) и ООО «СТЕЛЛА» (ИНН: <***>) является одно лицо – ФИО6 (ИНН <***>).

Также ООО «Ореол с» (ИНН: <***>) и ООО «СТЕЛЛА» (ИНН: <***>) были зарегистрированы по одному адресу: 119619, <...>, эт. 1.

Таким образом, Должником были заключены сделки с заведомо неспособными исполнить обязательства юридическими лицами, которые обладают признаками «фирм-однодневок».

Согласно пункту 16 Постановления Пленума № 53, неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Контролирующие Должника лица не представили в судебных заседаниях доказательств опровергающих довод АО «СЭ», что указанные юридически лица получили от Должника денежные средства в размере 6 303 963,02 рублей не безвозмездно, а входе реальной хозяйственной деятельности, без цели причинения вреда кредиторам. Доказательств поставки электрооборудования и выполнения электромонтажных работы Должнику в суд не представлено.

Согласно банковским выпискам о совершении банковских операций по всем открытым (закрытым) банковским счетам Должника и отзыву ФИО3, подтверждаются обстоятельства относительно перевода бизнеса на новое общество ООО «НПЦ «Кибернетика» (ОГРН <***>), которое было зарегистрировано 23.11.2017.

Согласно платежными операциям по расчетному счету Должника, ООО «НПЦ «Кибернетика» получило от Должника сумму в размере 331 000 руб. в период с 05.04.2018 по 30.08.2019.

Таким образом, Должником были предприняты попытки оказания финансовой помощи вновь зарегистрированному обществу, при наличии непогашенной задолженности перед кредиторами.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего

Федерального закона.

Согласно пункту 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Таким образом, Должник перечислил безвозмездно и безосновательно денежные средства в размере 6 303 963,02 руб. лицам, не осуществлявшим реальную финансово-хозяйственную деятельность, с целью неисполнения обязательств перед кредиторами.

Таким образом, общая сумма денежных средств, выведенная из имущественной массы Должника за период, когда ФИО2 являлся генеральным директоров ЗАО «НПЦ «Кибернетика», составляет 32 153 370,39 руб., а именно в период предшествующий обращению кредиторов с исками к Должнику и вынесением арбитражными судами решений в 2019-2022 годах на общую сумму 43 024 899,75 руб.

ФИО2 обеспечил явку представителей в судебное заседание 07.10.2024, однако, опровергающих доводы АО «СЭ» допустимых, достоверных и относимых доказательств не представил.

Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по основанию статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 55 Закона об акционерных обществах, внеочередное общее собрание акционеров проводится по решению совета директоров (наблюдательного совета) общества на основании его собственной инициативы, требования ревизионной комиссии общества, аудиторской организации (индивидуального аудитора) общества, а также акционеров (акционера), являющихся владельцами не менее чем 10 процентов голосующих акций общества на дату предъявления требования.

Участники корпорации, учредители унитарной организации, являющиеся контролирующими лицами по признаку аффилированности между собой, обладающие в совокупности количеством голосов, необходимым для созыва собрания коллегиального органа должника, не совершившие надлежащие действия для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве, несут субсидиарную ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о банкротстве солидарно, если хотя бы один из них не мог не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о неисполнении этой обязанности.

Поскольку ФИО2 обладал акциями Должника в размере 50%, следовательно, он мог инициировать проведение внеочередного собрания общества для решения вопроса о банкротстве ЗАО «НПЦ «Кибернетика».

Действия ФИО2 являются проявлением неразумного и недобросовестного поведения контролирующего Должника лица, выражающегося в безразличном отношении к Должнику и его хозяйственной деятельности.

Таким образом, ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по основанию статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Размер ответственности ФИО2 по основанию статьи 61.12 Закона о банкротстве составляет 7 740 444,39 руб.

Кроме того, материалами дела подтверждается бездействие ФИО2 как контролирующего Должника лица, которое выражено в невозвращении задолженности по договорам с контрагентами, в непринятии мер по погашению задолженности перед контрагентами, в игнорировании процедуры банкротства Должника, в непринятии мер по восстановлению имущественного положения Должника.

Каждое из указанных действий (бездействий) в отдельности причинило вред интересам каждого из кредиторов, а в совокупности явились причиной невозможности удовлетворить требования кредитора.

ФИО3 являлся акционером общества с долей 50% в размере 310 000,00 рублей с 11.02.2013.

Поскольку ФИО3 обладал акциями Должника в размере 50%, следовательно, он мог инициировать проведение внеочередного собрания общества для решения вопроса о банкротстве ЗАО «НПЦ «Кибернетика». Такая обязанность была проигнорирована ФИО3

Ввиду изложенного ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании ЗАО «НПЦ «Кибернетика» банкротом по основанию статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Действия ФИО3 являются проявлением неразумного и недобросовестного поведения контролирующего Должника лица, выражающегося в безразличном отношении к Должнику и его хозяйственной деятельности.

Размер ответственности ФИО3 по основанию статьи 61.12 Закона о банкротстве составляет 7 740 444,39 руб.

Кроме того, материалами дела подтверждается бездействие ФИО3 как контролирующего Должника лица, которое выражено в невозвращении задолженности по договорам с контрагентами, в непринятии мер по погашению задолженности перед контрагентами, в игнорировании процедуры банкротства Должника, в непринятии мер по восстановлению имущественного положения Должника.

ФИО3 обеспечил явку представителей в судебные заседания 05.08.2024, 07.10.2024, однако, опровергающих доводы АО «СЭ» допустимых, достоверных и относимых доказательств не представил.

Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, каждое из указанных действий (бездействий) в

отдельности причинило вред интересам каждого из кредиторов, а в совокупности явились причиной невозможности удовлетворить требования кредитора.

Возможность привлечения к ответственности лиц, контролирующих должника, в случае, если у последнего недостаточно средств для погашения требований кредиторов в полном объеме, после завершения или прекращения производства по делу о банкротстве предусмотрена законодателем именно в целях исключения ситуации безнаказанности указанных лиц за их поведение при осуществлении руководства деятельностью должника, не отвечающее признакам добросовестности и разумности, а также в целях наиболее полного удовлетворения требований кредиторов.

Поскольку Ответчики являются лицами контролирующими Должника, они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности как контролирующее Должника лица

Согласно Определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091, кредиторам, требующим привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, не раскрывающего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию, в частности: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие (искажение) этих документов.

Презумпция носит опровержимый характер и иное может быть доказано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Это лицо должно обосновать, почему доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 Постановления Пленума № 53).

Предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне рамок дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего («брошенный бизнес»). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц.

Во всяком случае, при рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица,

напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.

Судом соблюдена процессуальная форма судебного разбирательства: Ответчикам была обеспечена возможность предоставления правовой позиции по делу в соблюдение ст. ст. 7, 8, 9, 41 АПК РФ. Однако Ответчики не пояснили суду обстоятельства непогашения задолженности перед АО «СЭ», а также совершения подозрительных операций в пользу третьих лиц.

Такое поведение Ответчиков, обязанных действовать в интересах контролируемого юридического лица и кредиторов, в том числе формировать и сохранять информацию о хозяйственной деятельности должника, раскрывать ее при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства, давать пояснения относительно причин неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности, является недобросовестным процессуальным поведением, препятствующим осуществлению права кредитора на судебную защиту (согласно Определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091).

Безразличное отношение участника общества к финансово-хозяйственной деятельности предприятия и отсутствие контроля с его стороны, не может являться основанием для освобождения его от субсидиарной ответственности по обязательствам должника (постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.04.2023 по делу № А40-36722/2018).

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

Заявление кредитором требования, которое впоследствии не удовлетворяется должником, не лишает его права на обращение с требованием о возмещении убытков в порядке статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации к лицам, причинившим своими действиями такой вред. При этом противоправное поведение лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного контролирующего должника лица, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности. Возможность привлечения к ответственности лиц, контролирующих должника, в случае, если у последнего недостаточно средств для погашения требований кредиторов в полном объеме, на любой стадии рассмотрения дела о банкротстве (в том числе после завершения или прекращения производства по делу о банкротстве) предусмотрена законодателем именно в целях исключения ситуации безнаказанности указанных лиц за их поведение при осуществлении руководства

деятельностью должника, не отвечающее признакам добросовестности и разумности, а также в целях наиболее полного удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии с абзацем 3 пункта 20 Постановления Пленума № 53, в том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пунктов 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно пункту 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29.09.2020 № 2128-О и др.).

При этом, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к

субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Согласно пункту 1 статьи 401 ГК РФ, лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Согласно пункту 2 статьи 401 ГК РФ, отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В данном случае Ответчики в судебное заседание не явился, соответствующих возражений с доказательствами не представили.

Таким образом, бремя доказывания правомерности действий Ответчиков и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается на Ответчиков.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Таким образом, бремя доказывания правомерности действий Ответчиков и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается на Ответчиков, в связи с чем, исковые требования АО «СЭ» подлежат удовлетворению, исходя из предположения о том, что именно действия и бездействия Ответчиков привели к невозможности исполнения обязательств перед Истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

Во всяком случае, при рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а 8 контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по

своему усмотрению. Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о наличии достаточных оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО НПЦ «Кибернетика» ФИО2, ФИО3, ФИО4 и взыскать в пользу АО «СЭ» солидарно 9 278 607,14 руб., а также расходы на оплату государственной пошлины в сумме 69 393 руб.

Госпошлина относится на ответчика в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 61.10, 61.11, 61.14, 61.19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 110, 123, 156, 170, 176, 184188, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 4, 10, 15, 53.1, 56, 64.2, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Москвы

РЕШИЛ:

Исковое заявление удовлетворить полностью.

Привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Научно-производственный центр «Кибернетика» (ИНН: <***>) ФИО4 (ИНН: <***>), ФИО2 (ИНН: <***>), ФИО3 (ИНН: <***>) и взыскать с них в пользу Акционерного общества «СИСТЭМ ЭЛЕКТРИК» (ИНН: <***>) солидарно 9 278 607 (девять миллионов двести семьдесят восемь тысяч шестьсот семь) рублей 14 копеек, а также сумму расходов на оплату государственной пошлины в размере 69 393 (шестьдесят девять тысяч триста девяносто три) рубля 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

СУДЬЯ П.П. ЛАНГ