Решение от 8 июля 2022 г. по делу № А40-37596/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-37596/22-140-694
г. Москва
08 июля 2022 года
Резолютивная часть решения изготовлена 22.06.2022 г.

Полный текст решения изготовлен 08.07.2022 г.


Арбитражный суд в составе судьи Паршуковой О.Ю.

Судьей: единолично

При ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1

с участием сторон по Протоколу судебного заседания от 22.06.2022 г.

от заявителя – ФИО2, дов. от 07.04.2022 б/н, ФИО3, дов. от 07.04.20222 б/н,

от ответчика – ФИО4, дов. от 12.01.2022 №2, ФИО5 дов. от 19.01.2022 г. , ФИО6, дов. от 24.01.2022 №15, ФИО7, дов. от 18.05.2022 №29,

Рассмотрел в судебном заседании дело по заявлению

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "САМАРСКАЯ МЕТАЛЛОЛОМНАЯ КОМПАНИЯ" (117452, <...>, ЭТАЖ 5 КОМ 9, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 08.12.2014, ИНН: <***>)

к ответчику: ИНСПЕКЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 27 ПО Г. МОСКВЕ (117418, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА НОВОЧЕРЁМУШКИНСКАЯ, 58, 1, , ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 23.12.2004, ИНН: <***>)

о признании недействительным решения № 12/943 от 28.09.2021 г.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Самарская металлоломная компания» (далее – Общество, Заявитель, налогоплательщик, ООО «СамМетКом») обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы № 27 по г. Москве (далее – Заинтересованное лицо, Инспекция, налоговый орган, ИФНС № 27) о признании недействительным решения № 12/943 от 28.09.2021 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Представитель заявителя поддержал требования по доводам заявления и пояснений по делу; представители Инспекции против удовлетворения заявленных требований возражали, предоставили отзыв и письменные пояснения в порядке ст. 81 АПК РФ.

Представители УФНС России по г. Москве против удовлетворения заявленных требований возражали, предоставили отзыв.

По существу заявленных требований суд, на основании исследования материалов дела, письменных позиций сторон и данных ими пояснений в судебных заседаниях, оценки доказательств в порядке ст. 71 АПК РФ, считает заявленные требования подлежащими удовлетворению ввиду следующего.

Согласно статье 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 АПК РФ, для признания ненормативного акта недействительным, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, незаконными необходимо наличие в совокупности двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Как следует из материалов дела, ООО «СамМетКом» зарегистрировано в ЕГРЮЛ 08.12.2014 года. Директором является ФИО8 с 08.12.2014 года по настоящее время. Учредителем является ООО «Акрон Холдинг» с долей в размере 10 000 рублей, что составляет 100 % уставного капитала. Основной вид деятельности Общества – обработка отходов и лома цветных металлов.

Из материалов дела следует, что ИФНС № 27 проведена выездная налоговая проверка в отношении Общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 2015 г. по 2017 г., по результатам которой было принято Решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 12/943 от 28.09.2021.

Согласно Решению налогового органа Обществу доначислена недоимка по налогам, пени за несвоевременную уплату налогов, штраф за совершение налогового правонарушения, в следующем размере: налоги (недоимка) 387 589 616 руб., пени 173 791 176, 35 руб., штраф 1 600 руб.

Всего по Решению начислено 561 382 392, 35 рублей.

Не согласившись с принятым Решением, Общество подало апелляционную жалобу в вышестоящий налоговый орган, по результатам рассмотрения которой вышеуказанное Решение ИФНС № 27 оставлено без изменения, апелляционная жалоба налогоплательщика без удовлетворения (Решение УФНС России по г. Москве № 21-10/002403 от 13.01.2022).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «СамМетКом» в суд с заявлением о признании решения ИФНС № 27 недействительным в части начисления НДС в сумме 183 078 196, 00 рублей; начисления налога на прибыль в сумме 204 488 545, 00 рублей; пени в размере, соответствующем оспариваемой сумме недоимки.

Так, Инспекция считает установленными совокупность фактов, свидетельствующих об умышленности действий, формальности документооборота, о невозможности исполнения договорных отношений контрагентами ООО ПО «Цветметсплав», ООО «ПромПрокат», ООО «ТЛТ-Металл», и о недостоверности сведений, содержащихся в документах, представленных ООО «СамМетКом» в обоснование заявленных вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль по сделкам с указанными юридическими лицами.

Налоговый орган, в обоснование доводов, изложенных в оспариваемом решении, указывает на то, что результатами проведенных мероприятий подтверждается, что налогоплательщик и спорные контрагенты осуществляли деятельность, как единый хозяйствующий субъект. Основной целью вышеуказанных сделок являлось создание фиктивного документооборота с целью получения налоговой экономии.

Обосновывая доначисления, налоговый орган указал на следующие обстоятельства:

-Минимальный штат сотрудников и отсутствие реальной финансово-хозяйственной деятельности компаний-контрагентов и как следствие отсутствие возможности осуществить поставку товара.

-Идентичность использования всеми тремя компаниями одного IP-адреса 81.28.166.171 и номера телефона, указанного в банковских досье компаний.

-Сведения об операциях по расчетным счетам, из которых усматривается приобретение только лома цветных металлов, не облагаемого НДС и соответственно отсутствие возможности поставлять в адрес налогоплательщика медную продукцию (НПК, ТПЖ), облагаемую НДС.

-Показания ряда свидетелей, работников вышеуказанных компаний, показавших в ходе допроса в налоговой инспекции, что руководителем у них являлся ФИО8

-Показания свидетелей – менеджеров ООО «СамМетКом», которые не указали на вышеуказанные компании как на контрагентов ООО «СамМетКом».

-Отсутствие достоверной информации в документах (ТТН), представленных ООО «СамМетКом», в частности в отношении автомобилей, осуществлявших перевозку.

Суд не может согласиться с такими выводами налогового органа ввиду следующего.

Действующее законодательство не предусматривает возложение на налогоплательщика неблагоприятных последствий действий контрагентов, право на налоговый вычет не поставлено в зависимость от результатов хозяйственной деятельности поставщиков товаров (работ, услуг) при осуществлении ими хозяйственных операций.

При этом реальность приобретения товара, его учет и дальнейшая реализация подтверждается совокупностью представленных обществом в материалы дела доказательств, при том, что приобретение спорного товара обусловлено разумными экономическими причинами (целями делового характера) - использованием их в деятельности, направленной на получение дохода.

Денежные средства перечислялись на расчетные счета поставщиков.

Доказательств возврата обществу денежных средств, уплаченных поставщикам за поставленный товар, налоговым органом не представлено.

Доказательств, свидетельствующих о том, что при выборе контрагентов и заключении сделок с ними общество не проявило должной осмотрительности и осторожности, а также доказательств взаимозависимости или аффилированности заявителя и контрагентов, отсутствия в действиях налогоплательщика разумной деловой цели, либо их направленности исключительно на создание благоприятных налоговых последствий, инспекцией не представлено.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 октября 2006 года № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

Напротив, общество проявило достаточную степень осторожности и осмотрительности. На протяжении длительного периода взаимоотношений все договорные обязательства выполнялись контрагентом в полном объеме, вся заявленная номенклатура отгружалась в установленные сроки и была оплачена налогоплательщиком в полном объеме денежными средствами на расчетный счет поставщика. Данное обстоятельство само по себе исключает получение какой-либо необоснованной выгоды, поскольку затраты понесены и доказаны в полном объеме.

При взаимоотношениях со спорным контрагентом сотрудники общества лично контактировали с уполномоченными представителями контрагентов, запрашивали и получали от них копии учредительных и иных документов.

Таким образом, общество удостоверилось в деловой репутации контрагентов, а также в наличии надлежащих полномочий лиц, действовавших от имени контрагентов.

ООО «ПО «ЦветМетСплав», ИНН <***> зарегистрировано 03.10.2013, учредителем является ФИО9, руководителем – ФИО10 по 14.01.2022 год. Юридическое лицо в период взаимоотношений являлось действующим, в реестрах недобросовестных лиц не зарегистрировано. Отчетность сдавали, налоги уплачивали, все операции с ООО «СамМетКом» в налоговых декларациях по НДС отражены. Согласно информации, размещенной в КонтурФокус, ООО «ПО «ЦветМетСплав» выступал ответчиком в судебном процессе (дело №А53564/2020); в отношении него проводилась выездная проверка Министерством промышленности и торговли Самарской области № 631901089691 от 20 марта 2019 года целью которой являлось соблюдение Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ, постановления Правительства РФ от 12.12.2012 №1287, постановления Правительства РФ от 14.12.2006 №369, 370. Проверка завершена 16.04.2019, нарушений не выявлено. Проведенный опрос ФИО10 (25.05.2020г.) подтверждает руководство организацией и осуществление деятельности. Ни ФИО10, ни ФИО9 не значится в реестре массовых руководителей, а также не имеют никаких отрицательных характеристик.

ООО «ТЛТ-Металл» ИНН <***> зарегистрировано 22.08.2014 года, учредителем и руководителем значится ФИО11 до 10.12.2019 года. Юридическое лицо в период взаимоотношений являлось действующим, в реестрах недобросовестных лиц не зарегистрировано.

Отчетность сдавали, налоги уплачивали, все операции с ООО «СамМетКом» в налоговых декларациях по НДС отражены.

Налоговым органом оставлено без оценки то обстоятельство, что помимо организации ООО «ТЛТ-Металл», ФИО11 значился учредителем и руководителем еще в двух действующих организациях:

1) ООО «Волга-Сотис Строй» ИНН <***>, зарегистрировано 06.07.2016, является членом СРО, имеет средний статус надежности.

2) ООО «ПК «Эталон-Строй» ИНН <***>, зарегистрированное 24.04.2017, присвоен высокий статус надежности, является участником закупок (поставки в ГБУЗ Самарской области «Исаклинская центральная районная больница», ГБУЗ СО «ГКБ №5», Школа-интернат №2 г.о. Жигулевск и другие).

ООО «ПромПрокат» ИНН <***> зарегистрировано 29.04.2015 г. учредителем до даты исключения из ЕГРЮЛ (23.10.2019) и руководителем до 08.11.2015 значился ФИО12, руководителем с 09.11.2015 являлся ФИО13

Сомнений, что организация, несмотря на ее недавнюю регистрацию, сможет исполнить свои обязательства, у общества не имелось.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ ФИО12 с 24.03.2008 года являлся руководителем ООО «Максимум Плюс» ИНН <***> (зарегистрированная с 24.04.2006г.) с ОКВЭД - «Обработка отходов и лома цветных металлов». Указанная организация была ликвидирована 30.09.2014г.

Учитывая опыт работы ФИО12 в ломозаготовительной деятельности, его решение создать свою собственную компанию являлось обоснованным. Поэтому ООО «СамМетКом» заключил договор с ООО «ПромПрокат» непосредственно сразу после регистрации организации в ЕГРЮЛ.

Относительно ФИО13 установлено, что в период с 24.06.2014 по 06.11.2015 он являлся руководителем ООО «Промтехком» ИНН <***>, что также свидетельствует о наличии опыта руководящей работы и наличии возможности являться директором организации с учетом времени и места.

Таким образом, характеристика всех контрагентов свидетельствует о том, что все юридические лица являлись действующими, имели учредителей и руководителей, обладали всеми признаками добросовестных организаций, заявленный вид деятельности соответствовал фактическому.

Доказательства, свидетельствующие о не проявлении заявителем должной осмотрительности и осторожности, инспекцией не представлены.

Не представлено инспекцией и доказательств осведомленности заявителя о характере деятельности ("проблемности") контрагентов основных поставщиков Общества.

Достаточных доказательств того, что спорные контрагенты являются техническими компаниями, в материалы дела не представлено.

При этом в опровержение доводов налоговой инспекции о техническом характере деятельности компаний-контрагентов ООО «СамМетКом» следует отметить, что все три вышеперечисленные компании были созданы в установленном законом порядке, имели лицензии на заготовку, хранение, переработку и реализацию лома цветных металлов, которые выдаются лицензионным органом только при наличии производственных площадок и наличии персонала.

Из анализа выписок по расчетным счетам контрагентов, явствует, что компании реально осуществляли заявленную уставную деятельность, занимались заготовкой и реализацией как лома цветных металлов, так и металлопродукции.

Прослеживается исполнение сделок по приобретению и реализации товаров, как облагаемых НДС, так и освобожденных от налогообложения.

Кроме перечисления/получения оплаты за лом / металлопродукцию, по расчетным счетам проходили операции по уплате аренды, канцтоваров, размещение рекламных материалов, изготовление визиток, компьютерных программ и оборудования, выплате заработной платы, уплате налогов, оплате транспортных услуг, услуг по переработке давальческого сырья, услуг по бухгалтерскому обслуживанию, уборке.

То есть, очевидно, что вышеуказанные контрагенты налогоплательщика осуществляли активную предпринимательскую деятельность.

Ссылки инспекции на то, что по банковским выпискам контрагентов и их контрагентов не прослеживается движение спорного товара в адрес налогоплательщика, не могут быть приняты судом ввиду следующего.

Выписка по расчетному счету любой организации дает сведения только о тех контрагентах данной организации, с которыми у нее был безналичный расчет за произведенные с ними хозяйственные операции.

Хозяйствующие же субъекты в силу широкой дискреции форм расчетов применяют в своей деятельности и другие способы расчетов, включая оплату наличными денежными средствами, зачет взаимных требований, мену, возможность исполнения контрагентами (третьими лицами) обязательств по оплате.

Данные расчеты не находят своего отражения в выписках с расчетного счета, вследствие чего делать выводы о деятельности организации, в том числе, в части приобретения ею товара, руководствуясь исключительно выписками по счету, неправомерно.

Налоговым органом данные обстоятельства в ходе выездной налоговой проверки не исследованы, первичные документы о внутреннем перемещении товара каждой спорной компании, о его дальнейшем движении после приобретения у поставщиков не истребованы, сопоставление этих сведений с данными о реализации товара в адрес налогоплательщика не произведено.

Компании имели персонал (11-12 человек), уплачивали налоги и страховые взносы, что находит подтверждение в оспариваемом решении налогового органа. Кроме того, суд признает обоснованным довод налогоплательщика о неполном исследовании информации о расчетных счетах контрагентов.

Указанное обстоятельство свидетельствует о недоказанности выводов налогового органа о преимущественном взаимодействии спорных контрагентов с Обществом и не подтверждает довод налогового органа об отсутствии закупки медной продукции с НДС.

В качестве доказательств технического характера компаний налоговый орган приводит допросы физических лиц (ФИО14, ФИО15, ФИО16 и др.), которые отрицают свою причастность к деятельности спорных контрагентов.

Суд, исследовав данные показания, приходит к выводу, что Инспекция указывает только на те выдержки из допросов, указанные в протоколах, которые трактуются в угоду выводов Инспекции, а не в пользу проверяемого налогоплательщика, что подтверждает необъективность выводов Инспекции, изложенных в оспариваемом решении.

Об указанном свидетельствует и тот факт, что налогоплательщику в качестве приложения к акту был вручен протокол допроса ФИО17, с содержанием, отличным от представленного в материалы судебного дела (том 8 л.д. 13-15).

В свою очередь, при установлении обстоятельств, свидетельствующих, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки являлось получение налоговой экономии, налоговые органы должны доказать, что сделка не имеет какого-либо разумного объяснения с позиции хозяйственной необходимости ее заключения, а имеет своей целью лишь уменьшение налоговых обязательств, и (или) является частью схемы по уменьшению налогового бремени.

При этом положения Налогового кодекса РФ не ограничивают само право налогоплательщика проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальны при условии отсутствия признака искусственности сделки, лишенной хозяйственного смысла.

Налоговый кодекс РФ декларирует принцип презумпции добросовестности налогоплательщика, как один из важнейших элементов конституционно-правового режима регулирования налоговых отношений и публичного правопорядка в целом.

Налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно.

В этих случаях налоговые органы вправе использовать такие механизмы как: получение объяснений от лиц, обладающих информацией об обстоятельствах заключения, совершения, исполнения сделки (операции), проведение осмотров территории, помещений, документов, предметов с применением технических средств; сопоставление объема поставляемых товаров размеру складских помещений, территории; анализ объемов и содержания работ; инвентаризация имущества; истребование документов (информации), а в необходимых случаях проведение выемки документов (предметов), проведение экспертиз и другие.

Об использовании формального документооборота в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорным сделкам могут свидетельствовать факты обналичивания денежных средств проверяемым налогоплательщиком, так как перечисление денежных средств при осуществлении сделок с проблемным контрагентом, как правило совершается в целях полного или частичного их возврата налогоплательщику, взаимозависимому (подконтрольному) лицу в наличной, безналичной или натуральной форме.

Исходя из проведенных Инспекцией мероприятий налогового контроля усматривается, что налоговый орган не провел полный комплекс контрольных мероприятий по выявлению схем обналичивания денежных средств, что было бы одним из доказательств формального документооборота.

В проведенной проверке отсутствует полный анализ банковских выписок контрагентов.

Также не проведен полный комплекс мероприятий, подтверждающих формальный документооборот, в частности при утверждении о номинальности должностных лиц спорных контрагентов налогоплательщика, не все лица, числящиеся директорами допрошены касательно их действительной деятельности и подписи на документах, а также не проведена почерковедческая экспертиза документов, полученных от контрагентов налогоплательщика, на основании ст. 95 НК РФ.

При рассмотрении дела судом установлено следующее.

Допрошенные в рамках адвокатского опроса в качестве свидетелей руководители спорных контрагентов ФИО10 (ООО «ПО «ЦветМетСплав») и ФИО11 (ООО «ТЛТ-Металл») полностью подтвердили руководство организациями, подписание первичных документов.

Так, в материалы дела представлен Протокол адвокатского опроса свидетеля от 25.05.2020, согласно которому был опрошен свидетель ФИО11, пояснивший, что с 2014г являлся учредителем и генеральным директором компании ООО «ТЛТ-Металл», в период 2015-2017 гг компания занималась оптовой торговлей изделиями из металла (кабель медный, сплавы алюминиевые, трубы, швеллера и тд), к налоговой ответственности не привлекалась, свидетель пояснил, что подписывал договоры, спецификации, документы на поставку товара (доставка осуществлялась наемным транспортом), налоговые декларации, документы у нотариуса, контрагентов назвать не может, т.к. прошло много времени, уже не помнит.

Тем самым, допрошенный в качестве свидетеля ФИО11 (25.05.2020) подтвердил свое руководство организацией ООО «ТЛТ-Металл», осуществление ею деятельности, направленной на получение прибыли. ФИО11 не значится в реестре массовых руководителей и учредителей, а также не имеет никаких отрицательных характеристик.

Относительно протоколов допросов руководителя ФИО13 суд отмечает, что в материалах проверки имеются несколько протоколов допросов, содержание которых противоречит друг другу.

Так, в протоколе от 17.07.2019 ФИО13 подтверждает свое руководство организацией, в протоколе от 18.08.2018, составленном сотрудником ОВД, данное лицо дает противоречивые показания относительно своего участия в деятельности организации ООО «Промпрокат».

В материалы дела также представлен Протокол адвокатского опроса свидетеля от 22.05.2020, согласно которому был опрошен свидетель ФИО13, пояснивший, что в период с 2015 г по 2019 г являлся генеральным директором компании ООО «ПромПрокат», на должность был назначен учредителем ФИО12, компания занималась торговлей черными и цветными металлами в первичной форме, офис компании находился в <...>), а затем ФИО13 сменил местонахождение компании на <...>), т.к. он часто бывал в Самаре. Свидетель подтвердил, что в его обязанности входило ведение финансово-хозяйственной деятельности, в т.ч. поиск контрагентов, заключение договоров, контроль за отгрузкой, приемкой товара, подготовка соответствующих документов, ведение банковских счетов (свидетель пояснил, что для открытия счетов он пользовался услугами аутсорсинговой компании, помогавшей в составлении документов, в банки и к нотариусу ездил лично). В отношении оформления и поставки товара свидетель пояснил, что подписывал договоры, спецификации, документы на поставку товара (в т.ч. кабель медный, нефтепогружной кабель, алюминиевый профиль, ТПЖ), бухгалтерские документы (за отсутствием специального образования в таких документахчасто были ошибки, контрагенты просили переделывать), складов не было, «работал с колес – транзитом», при этом доставка товара осуществлялась наемным транспортом, часть поставок осуществлялась силами поставщиков сразу на склад покупателя. Также свидетель подтвердил, что в штате было 6 человек (мастера, экспедитор, грузчик), зарплата исправно платилась, налоги все также уплачивались. На вопрос о том, по какой причине свидетель сотрудникам ФНС и ОБЭП дал показания о том, что не участвовал в деятельности данной компании, свидетель пояснил, что сотрудники ФНС и ОБЭП вели себя грубо, угрожали задержанием, задавали много вопросов, что свидетель даже не успевал на них отвечать, поэтому и дал неправдивые показания.

Суд отмечает, что налоговым органом данные противоречия не устранены, мероприятия налогового контроля, направленные на установление фактических обстоятельств не проведены, следовательно, суд критически относится к данным показаниям.

Относительно подписи ФИО13 на первичных документах суд отмечает, что налоговым органом не устанавливалась их подлинность посредством назначения экспертизы.

Визуально подписи данного лица в первичных документах идентичны подписям в протоколах допроса и копии паспорта свидетеля.

Относительно руководства ФИО12 суд установил: в материалах дела содержатся несколько протоколов допросов с противоречивыми показаниями, которые не устранены при проведении проверки.

В частности, в материалы дела представлен Протокол адвокатского опроса свидетеля от 04.06.2020, согласно которому был опрошен свидетель ФИО12, пояснивший, что в 2015г учредил компанию ООО «ПромПрокат» и был ее директором (подписывал документы о создании компании, договоры, спецификации, документы на поставку), компания занималась торговлей металлоизделиями (доставка товара осуществлялась наёмным транспортом), офис находился в <...>, сначала дела у компании шли хорошо, потом ввиду личных проблем свидетель назначил директором компании своего знакомого ФИО13 На вопрос о том, по какой причине свидетель сотрудникам правоохранительных органов дал показания о том, что не участвовал в деятельности данной компании, свидетель пояснил, что испугался, т.к. подумал, что в его отсутствие ФИО18 сделал что-то незаконное, не знал, как обстоят дела с компанией, т.к. не общался с Шестаком с момента как свидетелю назначили срок наказания, поэтому и дал неправдивые показания.

При этом, содержание допросов иных лиц, указывает на фактическое руководство ФИО12 компанией ООО «Промпрокат».

Относительно утверждения налогового органа о невозможности подписания первичных документов данным лицом в связи с нахождением в ФКУ ИК-3 УФСИН по Самарской области суд приходит к выводу, что в период заключения сделки 01.05.2015 указанное лицо не находилось в местах лишения свободы.

Кроме того, фактов свидетельствующих о невозможности подписания документов в период с 18.09.2015 по 09.11.2015, налоговым органом не установлено, доказательств в материалы дела не представлено.

Суд отмечает, что именно в указанный период налоговым органом, произведена государственная регистрация изменений в ЕГРЮЛ о смене директора с ФИО12 на Шестка Е.О., которое подписано ФИО12, находящимся в местах лишения свободы.

Суд принимает довод налогоплательщика об отсутствии оснований для признания документов, подписанных в период с 18.09.2015 по 09.11.2015, недействительными.

Таким образом, ссылка налогового органа на номинальность руководителей документально не подтверждена и опровергается материалами дела.

Помимо этого в материалы дела представлен Протокол адвокатского опроса свидетеля от 25.05.2020, согласно которому был опрошен свидетель ФИО10, пояснивший, что с 2014г по настоящее время является директором компании ООО ПО «ЦветМетСплав», занимавшейся в 2015-2017 гг заготовкой, переработкой и реализацией лома цветных и черных металлов согласно лицензии Министерства промышленности и технологий Самарской обл., офис компании находится в <...>), производственная база находится в <...>), доставка товара осуществляется силами транспортно-экспедиционных компаний, численность персонала в 2015-2017 гг была 10-12 человек. Свидетель назвал поставщиков и покупателей компании, среди покупателей компании свидетель также назвал ООО «Самметком», подтвердил, что нашел компанию через интернет, знаком с директором ООО «Самметком» ФИО8, который приезжал в офис компании в г. Тольятти для обсуждения поставок. Доставка товара осуществлялась в основном силами покупателей, но периодически вывозили наемным транспортом. Бухгалтерские документы свидетель оформляет сам.

Суд отмечает, что инспекция выборочно трактует информацию, полученную в ходе проведения допросов в рамках ст. 90 НК РФ, вследствие чего выводы оспариваемого решения не соответствуют действительности.

В ходе проведенной проверки и при принятии оспариваемого решения, утверждая о подконтрольности спорных контрагентов заявителю, Инспекция надлежащим образом не доказала данный факт, не установила влияние сторон сделки на ее результат, вследствие чего могло быть доказано неисполнение сделки или установлена цель - неуплата налогов.

Налоговый орган ограничился констатацией факта подконтрольности без установления иных обстоятельств, указывающих, что Общество знало или должно было знать о допущенных им нарушениях, свидетельствующих о нарушении пп. 1, 2 п. 2 ст. 54.1 НК РФ.

Так, взаимозависимость может иметь юридическое значение при условии, что используется участниками сделки для осуществления согласованных действий, не обусловленными разумными экономическими или иными причинами.

В материалах проверки отсутствуют доказательства, безусловно подтверждающие факт подконтрольности всех участников сделок.

Допросы рядового персонала, которые положены в основу довода о подконтрольности (ФИО19, ФИО20 и ФИО21), о фактическом руководстве компаниями директором налогоплательщика, не принимаются судом, исходя из того, что данные лица в силу занимаемых ими должностей (приемщик лома, водитель, кассир) не обладали компетенцией для ответов на поставленные вопросы.

Кроме того, суд отмечает, что ряд допросов не относится к проверяемому периоду, что исключает их из числа доказательств, как не относимых к данному делу.

В отношении сделок заявителя с контрагентами ООО «ПО «ЦветМетСплав», ООО «ТЛТ-Металл», ООО «Промпрокат» в описательной части оспариваемого решения налогового органа указано на взаимозависимость заявителя и ООО «ПО «ЦветМетСплав», ООО «ТЛТ-Металл», ООО «Промпрокат» (на основании общности ip-адресов, с которых осуществлялся доступ к банковским услугам). При этом, в чем данная взаимозависимость выражена, решение инспекции доводов не содержит.

В свою очередь, выводы Инспекции о совпадении IP-адресов спорных контрагентов также не могут служить основанием для однозначного вывода о недобросовестности проверяемого налогоплательщика или подконтрольности.

Во-первых, исследование предоставленных банками выписок о сессиях банк-клиент и использованных IP-адресах свидетельствует о том, что помимо общих IP-адресов использовались и отличные IP-адреса.

Во-вторых, факт того, что ООО «ПО «ЦветМетСплав», ООО «ТЛТ-Металл», ООО «Промпрокат» или контрагенты данных компаний осуществляли вход в сеть Интернет для связи с банком в период взаимоотношений с налогоплательщиком с идентичных IP-адресов, правового значения не имеет, поскольку не имеет отношения непосредственно к налогоплательщику.

При этом Инспекция не доказала, что действующим законодательством запрещено использование IP-адреса для направления отчетности, не расположенного по месту регистрации юридического лица. Взаимосвязь через IP-адреса нельзя считать доказанной также и потому, что не представлено доказательств того, что данный IP-адрес не находился в свободном доступе через WiFi, в противном случае к данному WiFi могли иметь доступ разные лица.

Также суд учитывает показания свидетеля (ФИО22), согласно которым совпадение части IP-адресов связано с тем, что компании использовали услуги одной и той же аутсорсинговой компании (ООО «Аутсорсинг-финанс»), предоставляющей бухгалтерские услуги, что не запрещено действующим законодательством. При проведении налоговой проверки данное лицо подтвердило, что занималось сдачей отчетности, открытием/закрытием счетов и взаимодействием с банками. Этим также объясняется идентичность телефонного номера, указанного им в банковских досье указанных юридических лиц. ФИО22, представляя интересы организаций в рамках бухгалтерского облуживания, указывал свой контактный телефон, о чем также сообщил налоговому органу при проведении его допроса.

Суд соглашается с доводами налогоплательщика, что обслуживание компаний в одной и той же бухгалтерской компании само по себе не может свидетельствовать о согласованности их действий и взаимосвязанности данных лиц, поскольку не запрещено действующим гражданским законодательством.

Кроме того, решение налогового органа не содержит доказательств использование IP – адреса самим Обществом, не исследованы периоды их использования.

Выводы налогового органа о полной финансовой, юридической подконтрольности компании-контрагента самому налогоплательщику и руководству ГК «Акрон Холдинг» в ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения.

Учредители и директора компаний контрагентов налогоплательщика никоим образом не связаны с налогоплательщиком.

Указание на то, что ряд свидетелей были работниками ООО «СамМетКом», а ранее работали в компаниях контрагентах и наоборот – не может свидетельствовать о подконтрольности/зависимости контрагента ООО «СамМетКом», т.к. для признания взаимной зависимости лиц следует учитывать влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами (ст. 105.1 НК РФ).

Допрашиваемые лица, трудоустроенные в ООО «СамМетКом», относятся к рабочему персоналу и в силу осуществляемых трудовых функций не могли оказывать экономического, организационного влияния на деятельность своих бывших работодателей или влиять на принятие решений. Кроме того, часть допрошенных свидетелей дают показания о периодах своей работы в 2013-2014 годах, т.е. за пределами проверяемого периода.

При этом суд отмечает, что руководители ООО ПО «Цветметсплав», ООО «ТЛТ-Металл» не допрашивались.

Суд полагает, что в целях применения статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» и статьи 105.1 НК РФ в спорный период налогоплательщик не являлся и не мог являться аффилированным или взаимозависимым лицом по отношению к спорным контрагентам, не мог давать обязательные для исполнения указания таким контрагентам, соответственно, спорные контрагенты и налогоплательщик в указанный период не были аффилированными / взаимозависимыми компаниями.

Кроме того, ссылка налогового органа на взаимозависимость не может сама по себе быть признана состоятельной.

Действующее налоговое законодательство не запрещает заключение сделок между взаимозависимыми лицами.

Согласно правовой позиции Пленума ВАС РФ, сформулированной в Постановлении от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», сама по себе взаимозависимость участников сделок не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

В целях налогового контроля взаимозависимость может иметь юридическое значение только если установлено, что такая взаимозависимость используется участниками сделки как возможность для осуществления согласованных, недобросовестных действий, необусловленных разумными экономическими причинами и направленных на незаконное занижение налоговых платежей.

Таким образом, взаимозависимость сама по себе не является безусловным основанием для вывода о необоснованном получении налогоплательщиком налоговой выгоды: налоговому органу необходимо представить доказательства того, что такая выгода получена им именно в результате недобросовестных, умышленных действий взаимозависимых лиц.

Указанный вывод согласуется с выработанной судебной практикой правовой позицией, изложенной в п. 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016.

Согласно данной позиции, взаимозависимость участников сделок сама не себе не признается доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. В целях налогового контроля взаимозависимость участников сделки может иметь юридическое значение только в том случае, если установлено, что такая взаимозависимость используется участниками сделки как возможность для осуществления согласованных действий, не обусловленных разумными экономическими или иными причинами.

В данном случае налоговый орган не установил обстоятельств, свидетельствующих о том, что налогоплательщик и спорные контрагенты действовали в целях осуществления согласованных действий, не обусловленных разумными экономическими или иными причинами.

При таких обстоятельствах суд полагает, что выводы налогового органа об умышленном создании схемы уклонения от налогообложения путем вовлечения в хозяйственный оборот организации-посредника, не осуществлявшего реальной хозяйственной деятельности – являются несостоятельными и не нашли своего подтверждения в ходе судебного рассмотрения.

Ссылка Инспекции на отсутствие в сети Интернет-сайтов спорных контрагентов не является обязательным условием хозяйственной деятельности организации и не противоречит действующему законодательству РФ.

Доводы налогового органа, что контрагенты относятся к категории налогоплательщиков, представляющих отчетность с минимальной налоговой нагрузкой, также сами по себе не свидетельствуют о том, что Заявителем были нарушены нормы налогового законодательства. Операции с проверяемым лицом полностью отражены контрагентом в своих налоговых декларациях.

Действующее законодательство не содержит положений, обязывающих налогоплательщика нести ответственность за действия своих контрагентов и/или последующих контрагентов и любых третьих лиц. Сдача отчетности с минимальными показателями и низкая налоговая нагрузка у контрагента не влияет на возможность исполнения своих обязательств по договорам.

Суд также отмечает, что оспариваемое решение не содержит ссылок на доказательства того, что Общество осведомлено, знало или могло знать о нарушениях, допущенных контрагентами (если нарушения имели место).

Налоговый орган не приводит ни доказательств, ни описания действий налогоплательщика (его должностных лиц), по совершению действий по подделке документов и/или координации (руководству) действиями по подделке документов с целью получения необоснованной налоговой выгоды налогоплательщиком.

В Решении отсутствует указание на действия налогоплательщика (должностных лиц налогоплательщика), которые могли бы свидетельствовать о юридической, экономической и иной подконтрольности налогоплательщику (его должностным лицам) участников, вовлеченных, по мнению налогового органа, в налоговую схему.

Налоговый орган в решении указывает на специальную схему расчетов, свидетельствующую о групповой согласованности операций заявителя и ООО «ПО «ЦветМетСплав», ООО «ТЛТ-Металл», ООО «Промпрокат». Однако в чем данная схема выражена, решение инспекции сведений не содержит.

Возвращение к заявителю денежных средств через цепочку последующих организаций, позволившее ему получить незаконную налоговую экономию и обогащение, не доказано, согласованность в действиях контрагентов с налогоплательщиком не установлена. Наличия у налогоплательщика умысла на создание благоприятных налоговых последствий и каких-либо взаимоотношений общества, направленных на создание цепочки предприятий, уклоняющихся от уплаты налогов, не выявлено. Указанные обстоятельства также подтверждают отсутствие в действиях заявителя признаков недобросовестного поведения.

Между тем, установление фактов совершения конкретных действий налогоплательщиком (его должностными лицами) с подтверждением данных фактов соответствующими доказательствами, является обязательным для налогового органа, при вменении налогоплательщику в вину недобросовестности контрагентов (первого, второго и последующих звеньев по отношению к налогоплательщику).

В ходе судебного рассмотрения относительно фактического исполнения обязательств по сделкам со спорными контрагентами было установлено следующее.

С компаниями ООО ПО «Цветметсплав», ООО «ПромПрокат», ООО «ТЛТ-Металл» в период 2015-2016 гг. были заключены договоры поставки товаров. В рамках договоров ООО «СамМетКом» приобретал у поставщиков товары следующих номенклатур:

- пруток медный;

- катанка медная;

А также сырье для дальнейшей переработки:

- кабель медный;

- кабель нефтепогружной (НПК);

- токопроводящая жила (ТПЖ).

Исполнение договорных обязательств между ООО «СамМетКом» и вышеуказанными контрагентами подтверждается счетами - фактурами, первичными учетными документами, оформленными в соответствии с требованиями законодательства:

- товарными накладными формы ТОРГ-12;

- товарно-транспортными накладными;

- документами о перемещении медьсодержащего сырья в переработку;

Приобретенный товар (пруток медный, катанка медная) и сырье (НПК, ТПЖ) принят на учет и использован в целях осуществления предпринимательской деятельности, что свидетельствует о реальности хозяйственных операций с указанными контрагентами.

Оплата по договорам поставки произведена ООО «СамМетКом» в полном размере.

В последующем, товар, полученный от контрагентов налогоплательщика, реализован в адрес покупателей налогоплательщика, что не оспаривается Инспекцией.

Так, приобретенный товар пруток медный был отгружен на ООО «Деодар», который занимается производством и реализацией кабельно-проводниковой продукции, обмоточных проводов, цветного проката, электротехнического оборудования и материалов.

Токопроводящая жила отгружалась на кабельный завод ООО «Эм-Кабель». Пруток медный отгружался на кабельные заводы: ООО «Эм-Кабель», ООО «Калужский кабельный завод», ООО «Деодар, ООО «Элкаб», ЗАО «Металлист».

Поставленное сырье в виде кабель нефтепогружной (НПК) и токопроводящая жила (ТПЖ) разделывалось силами ООО «СамМетКом».

Факт разделки подтверждается наличием в штате компании производственных рабочих и наличием специального оборудования – линии для разделки НПК ЛКР-1М.

Иного налоговым органом не доказано, мероприятий налогового контроля, опровергающих данное утверждение налогоплательщика, не проведено (допросов работников, осмотр оборудования и др.)

Полученное в процессе разделки медьсодержащее сырье передавалось в переработку на перерабатывающие заводы для производства медной катанки/прутка/проволоки/слитков медных: ООО «Микропровод», ООО «Оскольский завод цветных металлов», АО «Росскат», ООО «Транс Металл», ООО «Гайский Цветной прокат». Указанное подтверждается письмами данных покупателей, товарными накладными в их адрес. В дальнейшем изготовленная продукция была реализована конечным потребителям.

В период выездной проверки сотрудники ООО «СамМетКом», выполняющие работы по разделке кабеля, опрошены не были.

Инспекция не ставит под сомнение факт дальнейшей реализации налогоплательщиком приобретенной по договору с контрагентом медной катанки/прутка.

Факт переработки приобретенного сырья на перерабатывающих заводах проверяющими также не оспаривается, при этом затраты, понесенные Обществом за переработку сырья, признаются обоснованными.

Полученная медная продукция была оприходована Обществом надлежащим образом, ее фактический вес отражен во всех первичных документах.

Указанные товары использованы в качестве сырья, в результате получена готовая продукция определенного объема.

Количество выпущенной Обществом готовой продукции соответствует количеству приобретенного и израсходованного для производства этой продукции сырья. Инспекция данный факт не оспаривает.

Вся реализация отражена в налоговых декларациях и налогоплательщика с начислением НДС и налога на прибыль.

При таких обстоятельствах, суд считает установленным, что в ходе налоговой проверки Инспекцией не было получено достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что товары/сырье, отраженные в документах спорных контрагентов в действительности в распоряжение налогоплательщика не поступали.

Доходы, полученные от реализации товаров, полученных от контрагентов, включены налогоплательщиком в налоговую базу при исчислении налога на прибыль, что налоговым органом признано. Операции по реализации медной катанки/прутка включены налогоплательщиком в налоговую базу по НДС.

В совокупности с признанием налоговым органом показателей реализации, в которых учтены и продажи продукции, приобретенной у спорных контрагентов, а также отсутствие в распоряжении налогового органа доказательств приобретения аналогичной продукции у иных лиц, очевидным является то, что в ходе проверки реальность поставок ТМЦ спорными контрагентами Инспекцией не опровергнута.

В последующем, товар реализован в адрес покупателей, что также не оспаривается Инспекцией.

В материалах проверки имеются первичные документы и письма заводов контрагентов, подтверждающие переработку медного сырья и приобретение изготовленной продукции у Общества.

Довод налогового органа о возможности использования в производственной деятельности по переработке медного сырья ломов любых марок не нашел своего подтверждения в материалах проверки. Письма, полученные налоговым органом в ходе проверки от заводов переработчиков, а также специализированных организаций в материалы судебного дела не приобщены. Отраженная информация в решении налогового органа свидетельствует о том, что разные категории медной катанки могут быть получены из разных видов сырья, однако имеется указание на то, что необходимо использование специального оборудования и должны учитываться определенные технологические условия. Налоговым органом не исследован вопрос применяемого оборудования заводами-переработчиками, с которыми у ООО «СамМетКом» заключены договоры на переработку, и наличие возможности производить переработку медного сырья любого качества. Следовательно, указанный довод документально не подтвержден.

Основанием для доначисления НДС, соответствующей суммы пени и штрафных санкций послужил вывод налогового органа о неправомерном заявлении налогоплательщиком налоговых вычетов по НДС по сделкам с контрагентами ООО «ПО «ЦветМетСплав», ООО «ТЛТ-Металл», ООО «Промпрокат».

В силу положений статей 146, 169, 171, 172 НК РФ для получения налогового вычета необходима совокупность следующих условий: наличие счетов-фактур, документов, подтверждающих принятие указанных товаров (работ, услуг) на учет, а также строгое соответствие выставленных счетов-фактур требованиям пунктов 5, 6 статьи 169 НК РФ.

При этом представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В пунктах 1 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53) разъяснено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

На основании положений статьи 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 16.07.2009 N 924-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества "ЛК Лизинг" на нарушение конституционных прав и свобод положениями статей 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ", нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24.01.2008 N 33-О-О и от 05.03.2009 года N 468-О-О).

Налоговый орган в своем решении подробно перечисляет документы, представленные ООО «ПО «ЦветМетСплав», ООО «ТЛТ-Металл», ООО «Промпрокат», включая договоры, спецификации, счета-фактуры, книги продаж, товарные накладные, ТТН и т.д. Однако, налоговый орган без какой-либо оценки данных документов, делает вывод о занижении заявителем НДС, в том числе и по сделкам с указанными контрагентами.

Кроме того, необходимо учитывать, что по своей экономико-правовой природе НДС является косвенным налогом. Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего спора имеет тот факт, отражены ли контрагентом в налоговой отчетности спорные операции, исчислен ли им НДС, уплачен ли в бюджет.

Однако налоговый орган в решении не отразил, исследованы ли им в ходе проверки данные обстоятельства.

Вывод налогового органа об отсутствии закупок контрагентами налогоплательщика медной продукции с НДС, не соответствует действительности, поскольку сделан лишь на основании неполного анализа выписок по расчетным счетам без исследования первичных учетных документов. Налоговый орган не установил наличие иных договоров у контрагентов, указав только те, которые отражены в выписке банков. Номенклатуру закупаемой продукции налоговый орган также не исследовал. Кроме того, из материалов проверки видно, что у вышеуказанных контрагентов имеется «вход» в виде различной металлопродукции с начислением НДС, а также услуг по переработке давальческого сырья.

Реальность исполнения обязательств по сделке подтверждается документами, исследованными в ходе проверки.

К утверждению налогового органа о наличии в договоре от 01.05.2015 информации о расчетном счете, открытом только в июне 2015, суд относится критически, так как данное обстоятельство не опровергает факт реальности хозяйственных операций.

Таким образом, налоговый орган реальность сделок по поставке товара заявителю спорным контрагентом не опроверг; взаимозависимость заявителя и контрагентов не доказал; уплату НДС ООО «ПО «ЦветМетСплав», ООО «ТЛТ-Металл», ООО «Промпрокат» за спорный период должным образом не проверял.

Довод налоговой инспекции о том, что о техническом характере компаний-контрагентов или их контрагентов 2, 3 звена свидетельствует «минимальные суммы налога к уплате в бюджет у контрагента налогоплательщика», по мнению суда, является несостоятельным, поскольку сам по себе этот факт не может свидетельствовать о недобросовестности компании-контрагента или о его «техническом» характере.

Критерий «минимальности» Налоговый кодекс РФ не устанавливает и не запрещает налогоплательщикам рассчитывать свои налоговые обязательства так, чтобы платежи в бюджет были минимальны. Кроме того, Заявитель не несет ответственности за исполнение или неисполнение контрагентами их налоговых обязательств. Контрагенты ООО «СамМетКом» являются самостоятельным юридическими лицами, следовательно, несут самостоятельную ответственность за достоверность расчета налоговых обязательств.

На уровне СКЭС ВС РФ выработан подход, согласно которому достоверность налоговой отчетности не может опровергаться лишь незначительностью итоговой суммы НДС, исчисленной к уплате в бюджет, значительной долей заявленных поставщиком налоговых вычетов и т.п. доводами.

Согласно позиции ФНС, выраженной в Письме от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@ «О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 НК РФ» - положения НК РФ не ограничивают само право налогоплательщиков проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальными. Кроме того, налоговый орган не вправе настаивать на том, что налогоплательщик должен был выбрать тот или иной вариант построения хозяйственных операций.

В данном случае налоговый орган должен был опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно.

В ходе проведенного анализа представленных налогоплательщиком товарно-транспортных накладных (указание в некоторых из них некорректного государственного номера транспортных средств и номенклатуры в транспортном разделе) - установлен исключительно технический характер, обусловленный невнимательным заполнением документов (товаросопроводительных документов, на основании которых оформляются ТТН) при погрузке машин в пункте отправки товара/сырья.

Кроме того, товарно-транспортная накладная не является обязательным первичным документов, а всего лишь документом, сопровождающим транспортировку груза, который не содержит его подробных характеристик. Постановка на бухгалтерский учет у грузополучателя-покупателя осуществляется на основании товарной накладной по форме ТОРГ-12, а к этим накладным, оформленным в рамках договора, у налогового органа замечаний нет. Товарные накладные по форме ТОРГ-12, а также счета-фактуры по договорам поставки с вышеуказанными контрагентами оформлены в соответствии с требованиями законодательства РФ, и являются надлежащими первичными документами. Делать выводы об отсутствии всех поставок на основании технических ошибок в ТТН, при наличии других доказательств реальности осуществленных поставок неправомерно.

Судом установлено, что контрагенты налогоплательщика за время своей деятельности занимались приобретением и реализацией как лома цветных металлов, так и металлопродукции, облагаемых НДС. Доказательства, приведенные налоговым органом в Решении в отношении контрагентов налогоплательщика и третьих лиц (низкая налоговая нагрузка, «нулевые» декларации), не являются относимыми и допустимыми, т.к. Общество не может нести ответственность за действия всех организаций, участвующих в многоступенчатом процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, тем более за организации, с которыми никогда не заключало договоров.

При этом суд не может согласиться с подходом инспекции относительно транзитного движения денежных средств, пороков контрагентов 2-го, 3го, 4-го звена ввиду следующего.

В силу пункта 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на добавленную стоимость, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты.

Пунктом 2 статьи 171 НК РФ предусмотрено, что вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления.

Исходя из статьи 172 НК РФ, налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога на добавленную стоимость, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов, в случаях, названных в пунктах 3, 6 - 8 статьи 171 НК РФ. Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 171 НК РФ, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику, после принятия на учет приобретенных товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов.

Следовательно, для применения налоговых вычетов по НДС необходимо соблюдение следующих условий: наличие счета-фактуры и принятие товаров на учет. При этом приведенные выше нормы предполагают возможность применения налогового вычета только при наличии реального осуществления хозяйственных операций.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном налоговым законодательством.

В пункте 1 статьи 176 НК РФ указано, что в случае, если по итогам налогового периода сумма налоговых вычетов превышает общую сумму налога, исчисленную по операциям, признаваемым объектом налогообложения в соответствии с подпунктами 1 - 2 пункта 1 статьи 146 НК РФ, полученная разница подлежит возмещению (зачету, возврату) налогоплательщику в силу положений статьи 176 НК РФ.

По смыслу главы 21 НК РФ документы, представляемые налогоплательщиком в налоговую инспекцию, должны быть достоверными, непротиворечивыми, содержащиеся в них сведения должны подтверждать реальность хозяйственной операции и иные обстоятельства, с которыми Налоговый Кодекс РФ связывает право налогоплательщика на налоговые вычеты.

Согласно названным нормам законодательства для получения права на вычеты по НДС необходимо: приобретение товара (работ, услуг) для производственной деятельности или иных операций, признаваемых объектом налогообложения; оприходование данного товара (работ, услуг); наличие счета-фактуры, выставленного в соответствии со статьей 169 Налогового кодекса РФ.

При этом документы в совокупности должны с достоверностью подтверждать реальность операций, с которыми НК РФ связывает право налогоплательщика на получение возмещения налога из бюджета.

Судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации, достоверны.

При отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, в связи с которыми учтены расходы и заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора, а также иных обстоятельств, упомянутых в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды".

Как следует из материалов дела, по результатам выездной налоговой проверки обществу отказано в применении налоговых вычетов по НДС по счет-фактурам, предъявленным налогоплательщику его контрагентами.

Согласно решению инспекции в обоснование отказа в применении вычетов по НДС налоговый орган ссылается на отсутствие реальности хозяйственных операций между контрагентами заявителя второго, третьего, четвертого, пятого звена, на "транзитный" характер платежей, свидетельствующий о формальности осуществления денежных расчетов путем создания видимости расчетов с поставщиками продукции.

Суд полагает такие выводы налогового органа необоснованными по следующим основаниям.

В подтверждение операций по приобретению у контрагентов Общества товара заявителем на проверку представлены первичные документы: счета-фактуры, товарные накладные, товаротранспортные накладные, книги покупок, книги продаж, договоры с поставщиками.

Вместе с тем, по результатам выездной проверки налоговый орган сделал вывод о том, что заявитель необоснованно принял к вычету суммы НДС по взаимоотношениям с его контрагентами.

Основанием для подобных выводов явились результаты мероприятий налогового контроля, в ходе которых инспекцией сделаны выводы о недобросовестности и нарушении норм НК РФ контрагентами 2, 3 звена.

Суд считает доводы налогового органа относительно доказанности намерений общества, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, и как следствие, не формировании источника для возмещения НДС, необоснованными на основании следующего.

Согласно постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Факт поставки, получения и оплаты за товар подтверждается материалами проверки, не оспаривается налоговым органом. Хозяйственные операции с контрагентами налогоплательщика отражены обществом в бухгалтерской и налоговой документации, счета-фактуры нашли свое отражение в книгах покупок общества за проверяемый период, расчеты по стоимости товара, включающей суммы НДС, произведены между сторонами сделки в полном объеме. Впоследствии товар проходил переработку, отгружался дальнейшим заказчикам общества.

Таким образом, обществом представлен полный пакет (перечень) документов, предусмотренный статьей 165 НК РФ, подтверждающий право на получение налогового вычета по НДС.

Товарные и товарно-транспортные накладные содержат все обязательные реквизиты, то есть соответствуют унифицированной форме, и, следовательно, могут быть приняты к учету в силу пункта 2 статьи 9 Федерального закона "О бухгалтерском учете" как документы, служащие основанием для оприходования товара. Доказательств обратного инспекцией не представлено.

При этом налоговая инспекция не оспаривает соответствие представленных обществом документов требованиям статьи 169 НК РФ и статьи 9 Федерального закона от 21.11.1996 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете".

Фактически, налоговая инспекция отказала заявителю в применении вычетов по НДС со ссылкой на недостоверность документов и недобросовестность контрагентов второго, третьего звена.

Однако ненадлежащее исполнение контрагентами второго и третьего звена своих обязанностей налогоплательщика по представлению отчетности и по совершению иных обязанностей, не могут свидетельствовать о недобросовестности Общества.

Доводы инспекции о недобросовестности Общества, основанные на анализе взаимоотношений поставщиков второго, третьего и четвертого уровней, а также на том, что у субпоставщиков общества отсутствуют необходимые условия для достижения результатов экономической деятельности (складские помещения, транспортные средства, управленческий и технический персонал), не могут приниматься во внимание, поскольку указанные обстоятельства не опровергают достоверность представленных обществом документов, подтверждающих фактическое получение и оприходование товаров.

Затруднения налоговой инспекции при проверке уплаты налога субпоставщиками налогоплательщика не должны повлечь для добросовестного налогоплательщика неблагоприятные последствия в виде отказа в применении им налоговых вычетов.

Возложение на общество неблагоприятных последствий в виде отказа в применении налоговых вычетов, вызванного действиями (бездействием) ряда организаций (контрагентов) второго и третьего звена, является неправомерным, тем более, что налоговая инспекция не представила доказательства недобросовестности самого заявителя, отсутствуют сведения о том, что общество и его контрагенты действовали согласовано, и их действия были направлены на получение необоснованной налоговой выгоды.

При этом тот факт, что система платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций имеет транзитный характер, сам по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, поскольку как указано выше, налоговая инспекция при принятии решения не ставила под сомнение факт приобретения заявителем товаров (семян цветов и саженцев декоративных культур), их оприходование в бухгалтерском учете и фактическую оплату, недобросовестность в действиях заявителя по вышеназванным сделкам не установлена.

При недоказанности согласованности действий Общества и его непосредственных контрагентов, направленных на искусственное создание оснований для возмещения налога, для отнесения затрат в расходы по налогу на прибыль, НДС при отсутствии доказательства подконтрольности непосредственных контрагентов налогоплательщику, доводы инспекции в отношений контрагентов 2-го, 3-го, 4-го звена не могут служить основанием для возложений на Общество негативных налоговых последствий.

Правовая позиция, согласно которой недобросовестность контрагентов второго и третьего звена не влечет автоматического признания необоснованной заявленной налогоплательщиком налоговой выгоды, поскольку каждый из этих лиц самостоятельно несет ответственность за выполнение своих обязанностей и независимо друг от друга пользуется своими правами, подтверждена определением Верховного Суда РФ от 01.02.2016г. № 308-КГ15-18629.

Непосредственные контрагенты Общества в период спорных взаимоотношений были реально работающими организациями, надлежащим образом исполняющими свои налоговые обязательства, в том числе, по операциям с Обществом.

Общество не может нести ответственность за всю цепочку контрагентов и контролировать добросовестность контрагентов 2-го, 3-го, 4-го звена. Общество не сотрудничало с указанными организациями, не приобретало у них спорный товар. Зависимость, аффилированность, подконтрольность этих организаций от Общества не доказаны.

Приведенные инспекцией признаки недобросовестности контрагентов 2-го, 3-го, 4-го звена не могли быть установлены доступными Обществу средствами.

При этом инспекция ограничилась перечислением данных признаков, не установив, каковы же признаки сопричастности к этому Общества.

Суд первой инстанции не установил доказательств вовлечения Общества в схему получения необоснованной налоговой выгоды.

Следует также учитывать позицию Конституционного Суда РФ, изложенную в определении № 329-О от 16.10.2003, согласно которой налоговым законодательством РФ не предусмотрено наступление для налогоплательщика негативных налоговых последствий в случае неправомерных действий его контрагентов, в том числе связанных с исполнением ими налоговых обязательств перед бюджетом, если сам налогоплательщик в рамках гражданско-правовых отношений действует добросовестно.

В п. 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017) указано, что противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

Данная правовая позиция также изложена Верховным Судом РФ в определении от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 и нашла отражение в письме ФНС России от 23.03.2017 N ЕД- 5-9/547@, в котором указано, что реальность приобретения товара исключают возможность приводить признаки недобросовестности контрагентов второго и последующих звеньев в качестве самостоятельного основания для возложения негативных последствий на налогоплательщика.

Таким образом, недобросовестность контрагентов 2-го, 3-го, 4-го звена не имеет правового значения и не может являться основанием для вывода о получении Обществом необоснованной налоговой выгоды по взаимоотношениям с его контрагентами.

Налогоплательщик не может нести ответственность за действия третьих лиц, в том числе, своих контрагентов. Выявление налоговым органом обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности контрагентов, является основанием для применения к этим лицам мер, предусмотренных действующим законодательством, но не влечет автоматического признания покупателя их товаров (работ, услуг) недобросовестным налогоплательщиком.

При отсутствии признаков недобросовестности самого налогоплательщика, его участия в схеме, направленной на незаконное получение налоговой выгоды, он не может быть лишен права на налоговые вычеты по НДС и на включение затрат в расходы по налогу на прибыль.

Недобросовестность поведения налогоплательщика может быть выражена в совершении каких-либо действий, которые запрещены действующим законодательством, или не совершении каких-либо действий, обязанность совершения которых возложена на налогоплательщика.

Доказательств такой недобросовестности Общества в материалах дела нет.

С учетом вышеуказанных обстоятельств, суд считает, что выводы налоговой инспекции не согласуются с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", в котором судам предложено оценивать доводы налоговых органов о занижении сумм налогов на основе конкретных законодательных положений, а не таких субъективных понятий, как "недобросовестный налогоплательщик". Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды служит основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговый Кодекс Российской Федерации не содержит положений, позволяющих налоговому органу оценивать произведенные налогоплательщиком платежи по налогу на добавленную стоимость с позиции экономической целесообразности, рациональности и эффективности хозяйственных взаимоотношений.

В данном случае доказательств получения обществом необоснованной налоговой выгоды Инспекцией не представлено.

Налог на добавленную стоимость является косвенным налогом, взимаемым с каждого участника хозяйственного оборота при реализации ими товаров (работ, услуг). Поэтому все участники сделок определяют объекты налогообложения и налоговую базу по налогу на добавленную стоимость (пункт 1 статьи 146, пункт 2 статьи 153 Налогового кодекса РФ). Эти же участники в целях определения суммы налога на добавленную стоимость, подлежащей уплате в бюджет, уменьшают сумму исчисленного налога на налоговые вычеты - сумму налога, уплаченного поставщикам (статьи 171 и 172 статьи 153 Налогового кодекса РФ).

Основными условиями для принятия налога на добавленную стоимость к вычету, которые должны быть соблюдены налогоплательщиком, являются приобретение, оплата и принятие товаров (работ, услуг) на учет и наличие оформленных в установленном порядке счетов-фактур и документов, подтверждающих фактическую передачу товара, уплату сумм налога.

Достоверность представленных документов и действительность хозяйственных операций, наличие оформленных документов и реальность уплаты налога на добавленную стоимость в бюджет подтверждена заявителем надлежащими доказательствами.

Факт поставки, получения и оплаты за товар подтверждается материалами дела и также не оспаривается налоговым органом. Хозяйственные операции со спорными контрагентами отражены Обществом в бухгалтерской и налоговой документации, счет-фактуры нашли свое отражение в книгах покупок общества за проверяемый период, расчеты по стоимости товара, включающей сумму НДС, произведены между сторонами сделки в полном объеме. Впоследствии товар отгружался обществом заказчикам общества, что также подтверждается материалами дела.

Товарные и товарно-транспортные накладные содержат все обязательные реквизиты, то есть соответствуют унифицированной форме, и, следовательно, могут быть приняты к учету в силу пункта 2 статьи 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» как документы, служащие основанием для оприходования товара. Доказательств обратного инспекцией не представлено.

Следует также учесть разъяснения пункта 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», в соответствии с которым, факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности.

Таких доказательств инспекцией не представлено.

Недобросовестность контрагентов второго и третьего звена не влечет автоматического признания заявленной налогоплательщиком, вступившим в финансово-хозяйственные взаимоотношения с такими лицами, налоговой выгоды необоснованной, поскольку каждый из данных лиц самостоятельно несет ответственность за выполнение своих обязанностей и независимо друг от друга пользуется своими правами.

Законодательство о налогах и сборах не возлагает на налогоплательщика осуществление контрольных функций по уплате НДС за его контрагентом, поскольку эти действия относятся к деятельности налогового органа.

Налогоплательщик использовал приобретенную у спорных поставщиков продукцию и сырье в деятельности, облагаемой НДС (переработка, продажа готовой продукции), начисленный налог с данных операций включен в налоговую базу по НДС. Факт реализации и переработки налоговый орган не оспаривает, при этом возможный приход объема использованного в переработке сырья, количества реализованного товара от каких-либо третьих лиц налоговый орган в рамках проверки не установил.

Поскольку товар фактически участвовал в отношениях между вышеуказанными лицами, и отношения сторон по передаче этого товара соответствуют нормам гражданского законодательства, а также целям осуществления предпринимательской деятельности, то в данном случае не имеется оснований для вывода о фиктивности сделок, имевших место между заявителем и спорным контрагентом, о направленности их действий исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды.

С учетом данного вывода не имеют правового значения отдельные обстоятельства, установленные инспекцией при исследовании первичных документов, которыми оформлены отношения между Обществом и его контрагентами, и на которые налоговый орган ссылается в обоснование своей позиции.

Ссылка инспекции на то, что в налоговых декларациях поставщиков Общества или их контрагентов за спорный период высок удельный вес вычетов налога на добавленную стоимость, по отношению к начисленной сумме этого налога, то есть по данным налоговым периодам в декларациях по НДС сумма налога, подлежащая вычету, практически равна сумме НДС, начисленной с реализации товаров (работ, услуг), сама по себе не подтверждает направленность действий заявителя на получение необоснованной налоговой выгоды, которая может быть признана необоснованной, в том числе в случае ее получения вне связи с реальной хозяйственной деятельностью и при отсутствии целей делового и экономического характера.

При этом факт нарушения контрагентами налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом (п. 10 Постановления № 53).

Таким образом, налоговая выгода может быть признана необоснованной либо при доказанности отсутствия реальности спорной хозяйственной операции, либо неосмотрительности налогоплательщика в выборе проблемного контрагента, указывающего в подтверждающих документах недостоверные сведения и не осуществляющего реальной предпринимательской деятельности.

Между тем, в материалах проверки отсутствуют доказательства согласованности действий общества с контрагентами, направленной на получение необоснованной налоговой выгоды в отсутствие реальной хозяйственной деятельности.

Выводы налогового органа о формальности документооборота ошибочны, поскольку признаки недобросовестности контрагентов как хозяйствующих субъектов и налогоплательщиков с учетом вышеизложенных позиций Высшего Арбитражного Суда РФ не доказаны, а, кроме того, не являются безусловным и достаточным основанием для признания испрашиваемой налоговой выгоды необоснованной.

По смыслу главы 21 НК РФ документы, представляемые налогоплательщиком в налоговую инспекцию, должны быть достоверными, непротиворечивыми, содержащиеся в них сведения должны подтверждать реальность хозяйственной операции и иные обстоятельства, с которыми Налоговый Кодекс РФ связывает право налогоплательщика на налоговые вычеты.

Согласно названным нормам законодательства для получения права на вычеты по НДС необходимо: приобретение товара (работ, услуг) для производственной деятельности или иных операций, признаваемых объектом налогообложения; оприходование данного товара (работ, услуг); наличие счета-фактуры, выставленного в соответствии со статьей 169 НК РФ.

При этом документы в совокупности должны с достоверностью подтверждать реальность операций, с которыми НК РФ связывает право налогоплательщика на получение возмещения налога из бюджета.

Судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации, достоверны.

При отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, в связи с которыми учтены расходы и заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора, а также иных обстоятельств, упомянутых в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды".

В соответствии с частью 1 статьи 65 и частью 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, возлагается на орган или лицо, которые их приняли.

Между тем, налоговый орган не доказал те обстоятельства, на которые ссылается.

Согласно ст.252 НК РФ, расходами признаются документально подтвержденные и экономически обоснованные затраты организации, направленные на получение дохода.

В соответствии с п.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 12 октября 2006г. №53, представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В силу п.3 указанного Постановления ВАС РФ, налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

В пункте 10 указанного Постановления ВАС РФ указано, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Пункт 1 статьи 252 НК РФ как основное условие признания затрат обоснованными или экономически оправданными указывает, что расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Из этого же исходит и Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, указавший в Постановлении от 12 октября 2006 года N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", что обоснованность расходов, учитываемых при расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом речь идет именно о намерениях и целях (направленности) этой деятельности, а не о ее результате. Вместе с тем обоснованность получения налоговой выгоды, как отмечается в том же Постановлении, не может быть поставлена в зависимость от эффективности использования капитала.

Соответственно, судебная практика при оценке данного критерия исходит из того, что обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата (Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23 июля 2007 года Дело N А56-4461/2007, Постановление ФАС Московского округа от 04.02.2008 г. № КА-А40/13427-07-2 по делу № А40-17664/07-117-117, от 11.10.2007 № КА-А40/10338-07).

В то же время, как подчеркивается в судебной практике, в решении по факту выездной налоговой проверки подлежат отражению исключительно факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в процессе проверки, и в нем не должны содержаться субъективные предположения проверяющих, не основанные на достаточных доказательствах (Определение ВАС РФ от 25 августа 2008 г. № 2236/08).

К обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) налога на добавленную стоимость налогоплательщиком-покупателем, относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик-покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, либо в отсутствие такой цели - знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях.

Названный подход к разрешению споров, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды за счет вычета (возмещения) налога на добавленную стоимость, ранее также нашел отражение в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2010 N 12670/09, от 30.06.2009 N 2635/09, от 12.02.2008 N 12210/07.

Факт реальности спорных сделок, т.е. фактическое исполнение сторонами сделки договоров, а равно направленность произведенных затрат на получение положительного экономического эффекта подтверждается имеющимися в деле документами, а именно: договорами, счетами-фактурами, актами, иными документами, оформленными с соответствующими контрагентами.

При этом из данных документов следует, что товар/услуги по данным сделкам были реально получены от контрагентов и приняты к учету, а в последствии переданы контрагентам-получателям общества. Одновременно следует отметить, что при реализации товара/услуг контрагентам-получателям общество получало материальную выгоду (доход), поскольку реализация происходила по цене выше, чем первоначальное приобретение товара/услуг.

Указанное доказывает наличие положительного экономического эффекта по всем спорным сделкам. То есть выполняется условие, указанное в Постановлении ВАС РФ от 12 октября 2006 года N 53 о том, что при совершении сделок у налогоплательщика должны быть намерения достигнуть положительного экономического эффекта. В данном случае имеются доказательства не только намерений, но и реальности получения положительного экономического эффекта.

Документально подтверждается и отражение всех спорных хозяйственных операций в бухгалтерском и налоговом учете налогоплательщика.

В то же время, как отмечается в судебной практике, документы, подтверждающие затраты на приобретение товара (услуги/работы), но не оформленные в соответствии с законодательством Российской Федерации, не свидетельствуют о факте безвозмездного приобретения товара (услуги/работы), если этот товар (услуга/работа) принят к учету в установленном порядке и использован в производстве товаров (работ, услуг) (см. например: постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 15.01.2008 N Ф08-8668/07-3252А, постановление ФАС Северо-Западного округа от 08.08.2008 по делу N А56-13732/2007, постановление ФАС Поволжского округа от 18.12.2007 по делу N А65-6286/07). В то время как наличие должным образом оформленных документов тем более должно свидетельствовать о факте возмездного приобретения товара/услуги/работы.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 Постановления N 53) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 N 305-КГ16-4155).

Основным условием признания произведенных налогоплательщиком налоговых вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль необоснованными является представление налоговым органом доказательств того, что сведения, указанные налогоплательщиком в налоговых декларациях и других предусмотренных законодательством о налогах и сборах документах, являются недостоверными. Причем буквальное толкование данного пункта, а также толкование его в совокупности с остальными положения Постановления № 53, позволяют сделать вывод о том, что налоговый орган должен представить доказательства недостоверности всех указанных налогоплательщиком сведений о хозяйственной операции, в связи с совершением которой он претендует на получения вычета по НДС (уменьшение налогооблагаемой прибыли).

То есть налоговый орган обязан доказать не только недостоверность сведений о контрагентах, но и недостоверность сведений о самих хозяйственных операциях – не получение налогоплательщиком в действительности товаров (работ, услуг) и не оплаты им их стоимости с учетом налога на добавленную стоимость.

Однако в настоящем деле налоговый орган не предоставил доказательств наличия недостоверных сведений в представленных налогоплательщиком первичных документах.

Исходя из положений Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53, налоговый орган, заявляя о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, обязан доказать недобросовестность именно в действиях проверяемого налогоплательщика, а не ограничиваться формальным перечислением каких-либо фактов.

Вывод о недобросовестности налогоплательщика должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий (налоговой выгоды). Таких доказательств инспекцией не представлено.

Суд считает, что утверждения налогового органа носят лишь предположительный характер, реальных доказательств уклонения налогоплательщика от уплаты налогов не представлено.

В оспариваемом решении ИФНС отсутствует указание на действия налогоплательщика (должностных лиц налогоплательщика), которые могли бы свидетельствовать о юридической, экономической и иной подконтрольности налогоплательщику (его должностным лицам) участников, вовлеченных, по мнению налогового органа, в налоговую схему.

Налоговым органом не не оспаривается реальность и безубыточность предпринимательской (финансово-хозяйственной) деятельности налогоплательщика; фактическое получение Обществом продукции; фактическое осуществление Обществом уставной деятельности и деятельности в соответствии с имеющимися лицензиями, выданными уполномоченными органами.

Факт искажения Заявителем сведений о хозяйственной жизни не доказан, реальность сделок - не опровергнута.

В частности, Инспекцией не исследованы вопросы фактического принятия Заявителем медной и кабельной продукции, не допрошены работники Общества, непосредственно ответственные за данное направление деятельности. Инспекцией не получены пояснения от лиц, обладающих непосредственной информацией об обстоятельствах заключения, совершения и исполнения спорных сделок.

Допрошенные в качестве свидетелей менеджеры ФИО23 и ФИО24 являются не относимыми к материалам проверки в силу того, что ФИО23 принят на работу с 21.03.2016 года, а ФИО24 – с июня 2016 года, в то время как взаимоотношения со спорными контрагентами длились в период с 01.05.2015 по 31.03.2016.

Следовательно, указанные менеджеры и не могли быть ответственными за ведение переговоров и заключение сделок со спорными контрагентами. Допрошенный в качестве свидетеля ФИО25 четко дал показания, что ответственен за двух юридических лиц – ООО «ЭкоМир» и ООО «СтилЭкспо».

Менеджеры не должны знать всех юридических лиц – поставщиков и покупателей продукции, это не входит в их должностные обязанности.

Знать основных крупных поставщиков входит в должностные обязанности заместителя директора по коммерческим вопросам – допрошенный ФИО26 подтвердил факт сотрудничества со спорными контрагентами, и ответил на вопросы относительно других организаций.

При этом вопрос, кто являлся ответственным менеджером по заготовке со спорными контрагентами у него в ходе допроса не уточнялся, указанный вопрос не исследовался налоговым органом в ходе проверки.

В рамках исследования финансовых потоков налоговым органом не установлены факты перечисления денежных средств при осуществлении сделок со спорным контрагентом в целях полного или частичного их возврата Заявителю в наличной, безналичной форме, в виде ценных бумаг или натуральной форме; Инспекцией не установлены факты обналичивания денежных средств непосредственно самим Заявителем или взаимозависимым (подконтрольным) лицом, а также факты использования таких средств на нужды Заявителя, учредителей Заявителя, его должностных лиц.

Таким образом, не могут быть признаны обоснованными выводы Инспекции о несоблюдении Заявителем по взаимоотношениям с контрагентами положений пункта 1 статьи 54.1 Кодекса.

Вменяя налогоплательщику обязанность по уплате налога на прибыль, инспекция ссылается на нарушение Обществом ст. 9 ФЗ от 6.12.2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», поскольку в первичных документах, на основании которых спорные поставки приходовались ООО «СамМетКом», и которые послужили основанием для учета Обществом расходов по контрагентам ООО ПО «Цветметсплав», ООО «ПромПрокат», ООО «ТЛТ-Металл» содержатся недостоверные и противоречивые сведения.

Вместе с тем, из пояснений налогового органа следует, что дальнейшая реализация сырья, приобретенного заявителем в спорный период, и передача в переработку сырья с последующей реализацией готовой продукции, в том числе, по документам в отношении спорных контрагентов, налоговым органом не оспаривается, подтверждена в ходе проверки первичными документами, книгами продаж, представленными налогоплательщиком в ходе проверки.

Факт переработки приобретенного сырья на перерабатывающих заводах налоговым органом также не оспаривается, при этом затраты, понесенные налогоплательщиком за переработку сырья, признаются обоснованными. Полученное сырье было оприходовано Обществом надлежащим образом, его фактический вес отражен во всех первичных документах. Приобретенный товар был использован в качестве сырья, в результате дальнейшей переработки получена готовая продукция определенного объема. Количество выпущенной Обществом готовой продукции соответствует количеству приобретенного и израсходованного для производства этой продукции сырья. Инспекция данный факт не оспаривает. Факт дальнейшей реализации и переработки не оспаривается, затраты на переработку сырья признаются обоснованными, что входит в прямое противоречие с выводами налогового органа о нереальности хозяйственных операций по приобретению сырья/металлопродукции.

Таким образом, в ходе налоговой проверки проверяющими не было получено доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что товары, отраженные в документах спорных контрагентов в действительности в распоряжение налогоплательщика не поступали. Доходы, полученные от реализации продукции, изготовленной из сырья, полученного от контрагентов, включены налогоплательщиком в налоговую базу при исчислении налога на прибыль, что налоговым органом признано.

В совокупности с признанием налоговым органом показателей реализации налогоплательщика, а также отсутствие в распоряжении налогового органа доказательств приобретения аналогичной продукции у иных лиц, очевидным является то, что в ходе проверки реальность поставок спорными контрагентами не опровергнута.

С учетом вышеизложенного, суд считает, что понесенные заявителем спорные расходы на приобретение от вышеуказанных контрагентов сырья/товара, в дальнейшем переработанного и реализованного, являются экономически обоснованными, в связи с чем уменьшая сумму дохода на спорные расходы налогоплательщиком не получена необоснованная налоговая выгода.

Доводы налогового органа, приведенные в решении в части характеристики деятельности спорных контрагентов и анализа их взаимоотношений с ООО «СамМетКом», по мнению суда, с учетом реального несения налогоплательщиком расходов по приобретению сырья, использованного в дальнейшем в хозяйственной деятельности, не являются основанием для доначисления налога на прибыль или НДС.

На основании вышеизложенного, оспариваемое решение налогового органа подлежит признанию недействительным.

Государственная пошлина, уплаченная заявителем при обращении в суд, подлежит отнесению на Общество, с учетом положений ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Признать недействительным Решение от 28.09.2021 г. № 12/943, вынесенное ИФНС России № 27 по г. Москве в отношении Общества с ограниченной ответственностью "САМАРСКАЯ МЕТАЛЛОЛОМНАЯ КОМПАНИЯ", как не соответствующее НК РФ.

Взыскать с ИФНС России № 27 по г. Москве в пользу Общества с ограниченной ответственностью "САМАРСКАЯ МЕТАЛЛОЛОМНАЯ КОМПАНИЯ" расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья:

О.Ю. Паршукова