Решение от 20 ноября 2017 г. по делу № А04-8315/2017

Арбитражный суд Амурской области

675023, г. Благовещенск, ул. Ленина, д. 163

тел. (4162) 59-59-00, факс (4162) 51-83-48

http://www.amuras.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №

А04-8315/2017
г. Благовещенск
20 ноября 2017 года
изготовлено решение в полном объеме

«
16

»
ноября

2017 г.

оглашена резолютивная часть

Арбитражный суд в составе судьи Валентины Дмитриевны Пожарской,

при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью «Углесбыт» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Амурской области (ОГРН <***>, ИНН <***>) об оспаривании решения,

третье лицо на стороне ответчика: Управление Федеральной налоговой службы по Амурской области (ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в заседании: от заявителя – ФИО2, руководителя, на основании прав по должности, предъявлен паспорт; адвоката С.В. Солонина, по доверенности от 07.11.2017 и ордера от 16.11.2017 № 2001, предъявлено удостоверение; инспекции – ФИО3, заместителя начальника правового отдела, по доверенности от 28.12.2016 № 02/5-12/201, предъявлено удостоверение; от управления – ФИО3, заместителя начальника правового отдела, по доверенности от 11.04.2017 № 07-19/382, предъявлено удостоверение;

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Углесбыт» (далее по тексту - заявитель, общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Амурской области с заявлением к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Амурской области (далее - ответчик, инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 14.03.2017 № 16460 «О привлечении лица к ответственности за совершение налогового правонарушения».

Определением от 22.09.2017 заявление принято к производству, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечено управление Федеральной налоговой службы по Амурской области (далее - управление, третье лицо).

Требования обоснованы тем, что по результатам камеральной налоговой проверки уточненной декларации по налогу на добавленную стоимость за 2 квартал 2016 года решением инспекции обществу отказано в предоставлении налогового вычета в сумме 1 607 143 руб. по взаимоотношениям с ООО «Восток-Центр», дополнительно начислено 1 607 143 руб. налога на добавленную стоимость, начислены соответствующие пени в сумме 108 205.36 руб., заявитель привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде штрафа в размере 321 428.60 руб. По результатам рассмотрения апелляционной жалобы управлением решение инспекции оставлено без изменений, жалоба налогоплательщика – без удовлетворения. Общество не согласно с фактами, изложенными в оспариваемом решении по причине несоответствия выводов проверяющего фактическим обстоятельствам дела, а также нормам материального права, в связи с чем обратилось в арбитражный суд.

Представители заявителя в судебном заседании требования поддержали. Привели доводы о реальности приобретения угля марки БР-2 в 2014 году у контрагента ООО «Фирма «Авангард», реальности хранения этого угля и его реализации во 2 квартале 2016 года контрагенту – ООО «Восток-Центр». По мнению налогоплательщика, оплата в сумме 10 535 714 руб., в том числе налог на добавленную стоимость 1 607 142.82 руб., произведена ООО «Восток-Центр» заявителю в качестве аванса за поставляемый уголь в будущем. Факт поставки угля налогоплательщиком в 2016 году упомянутому контрагенту подтвержден книгой покупок, счетами-фактурами и товарными накладными от 07.04.2014 № 00001, от 14.04.2014 № 00002, от 24.04.2014 № 00003, от 23.04.2014 № 00004, от 09.06.2014 № 00005, от 16.06.2014 № 00006, от 23.06.2014 № 00007, от 30.06.2014 № 00008. Также заявитель полагал, что факт хранения угля подтвержден договором аренды земельного участка от 06.10.2015 № 230 и договором субаренды земельного участка от 10.11.2015.

Управление и инспекция с доводами общества не согласились, полагали оспариваемое решение законным и обоснованным по основаниям, изложенным в письменных отзывах. Пояснили, что по результатам проведенной камеральной проверки инспекцией сделан вывод об отсутствии реальных хозяйственных отношений по реализации во 2 квартале 2016 года ООО «Восток-Центр», получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды путем создания формального документооборота с ООО «Восток-Центр» с целью получения вычетов по налогу на добавленную стоимость. О необоснованности полученной заявителем налоговой выгоды свидетельствует следующая совокупность установленных проверкой обстоятельств:

-вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Амурской области от 16.03.2016 по делу А04-11795/2015 установлен факт отсутствия реальных хозяйственных операций в 2014 году по поставке угля налогоплательщику от ООО «Фирма «Авангард», а также отсутствия возможности добычи угля налогоплательщиком самостоятельно;

-документов о приобретении угля в 2015-2016 годах налогоплательщиком не представлено, в ходе камеральной проверке не выявлено;

-ни налогоплательщиком, ни его контрагентом - ООО «Восток-Центр» не представлено доказательств хранения угля в количестве 10 431.4 тонн, а также транспортировки этого товара от продавца покупателю.

Доказательств проявления должной осмотрительности при выборе контрагента налогоплательщиком не представлено. В частности, не представлено сведений о переговорном процессе, о мотивах выбора этого контрагента, о времени и месте подписания договора. В действиях налогоплательщика содержится состав налогового правонарушения статье 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Налоговый кодекс). С учетом перечисленных выше обстоятельств инспекция и управление полагали, что представленные налогоплательщиком счета-фактуры содержат недостоверные и противоречивые сведения, не могут служить основанием для получения налоговой выгоды в виде вычетов по налогу на добавленную стоимость.

Как видно из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Углесбыт» зарегистрировано 26.02.2014 в ЕГРЮЛ за основным государственным регистрационным номером <***>, ИНН <***> по юридическому адресу: <...> ВЛКСМ, 6.

11.10.2016 обществом в инспекцию представлена уточненная налоговая декларация по налогу на добавленную стоимость за 2 квартал 2016 года с суммой налога к уплате в размере 34 724 руб. По результатам камеральной налоговой проверки декларации инспекцией составлен акт от 25.01.2017 № 19845, который лично вручен 25.01.2017 генеральному директору ФИО2 В порядке, предусмотренном пунктом 6 статьи 100 Налогового кодекса, налогоплательщиком в инспекцию 27.02.2017 представлены возражения на акт проверки.

Рассмотрев возражении и материалы проверки, инспекция решением от 14.03.2017 № 16460 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» обществу дополнительно начислила к уплате в бюджет 1 607 143 руб. налога на добавленную стоимость, начислила соответствующие пени 108 205.36 руб., а также заявитель привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения по статье 122 Налогового кодекса в виде штрафа 321 428.60 руб. Всего по результатам проверки обществу предложено уплатить 2 036 776.96 руб.

Не согласившись с решением инспекции, общество обратилось с апелляционной жалобой в вышестоящий налоговый орган. Решением управления от 22.06.2017 № 15-07/2/203 оспариваемое решение инспекции оставлено без изменения, жалоба налогоплательщика – без удовлетворения.

Не согласившись с решением инспекции, общество обратилось в арбитражный суд, с рассматриваемым заявлением. В качестве оснований для отмены решения налогоплательщик указывает на несоответствие выводов налоговых органов фактическим обстоятельствам дела.

Изучив доводы заявителя, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд не находит оснований для удовлетворения требований, доводы заявителя, основанными на ошибочном толковании норм права и не соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Пунктом 1 части 1 статьи 23 Налогового кодекса установлено, что налогоплательщики обязаны уплачивать только законно установленные налоги.

В силу пунктов 1 и 2 части 1 статьи 32 Налогового кодекса налоговые органы обязаны соблюдать законодательство о налогах и сборах, осуществлять контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах, а также принятых в соответствии с ним нормативных правовых актов.

Пунктом 1 части 5 статьи 101 Налогового кодекса предусмотрено, что в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки руководитель (заместитель руководителя) налогового органа устанавливает, совершало ли лицо, в отношении которого был составлен акт налоговой проверки, нарушение законодательства о налогах и сборах, то есть при осуществлении проверки налоговый орган обязан определять действительные налоговые обязательства проверяемого лица с учетом всех фактических обстоятельств, влияющих на исчисление налога, в том числе обстоятельств, уменьшающих размер налоговых обязательств посредством применения налоговых вычетов.

В соответствии со статьями 65, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязанность доказывания законности и обоснованности дополнительного начисления налоговым органом налогов, пеней и привлечения налогоплательщика к налоговой ответственности возложена на налоговый орган. Вместе с тем, обязанность доказывания правомерности применения налоговых вычетов лежит на налогоплательщике.

Таким образом, налогоплательщик обязан вести налоговый и бухгалтерский учёт в той мере, которая позволяет с достоверностью определить правомерность и размер расходов, налоговых вычетов и т.п. при определении налоговой базы по тем видам налогов, плательщиком которых он является.

Согласно пункту 1 статьи 171 Налогового кодекса налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на добавленную стоимость, исчисленную в соответствии статьей 166 Кодекса, на установленные статьей 171 Кодекса налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения, а также товаров, приобретаемых для перепродажи (пункт 2 статьи 171 Налогового кодекса).

Пунктом 1 статьи 172 Налогового кодекса предусмотрено, что налоговые вычеты, установленные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 статьи 171 Налогового кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 Налогового кодекса, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных статьей 172 Кодекса и при наличии соответствующих первичных документов.

В соответствии с позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 1 постановления Пленума от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее по тексту – Постановление № 53) представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В пункте 3 Постановления № 53 указано, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункт 4 Постановления № 53).

В пунктах 5 - 8 Постановления № 53 Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил, что о необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств:

- невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг;

- отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств;

- учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций;

- совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

В случае наличия особых форм расчетов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями).

Судам необходимо иметь в виду, что следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, в том числе:

- создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции;

- взаимозависимость участников сделок;

- неритмичный характер хозяйственных операций;

- нарушение налогового законодательства в прошлом;

- разовый характер операции;

- осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций;

- использование посредников при осуществлении хозяйственных операций.

Однако эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в пункте 5 Постановления, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции.

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3 определения от 15.02.2005 № 93-О признал правильных изложенное толкование вышеупомянутых норм права, указав, что обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщикам.

При этом представление налогоплательщиком всех необходимых для получения налогового вычета документов не влечет автоматического признания налоговой выгоды обоснованной, а является лишь условием для подтверждения факта реальности хозяйственных операций и уплаты налогов в бюджет, вследствие чего при решении вопроса о правомерности применения налогоплательщиком налоговой выгоды учитываются. результаты проведенных налоговыми органами проверок достоверности и непротиворечивости представленных документов, а также организаций - контрагентов.

Таким образом, возможность применения налогового вычета предполагает наличие реального осуществления хозяйственных операций.

Согласно статье 9 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете», каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни.

Законодательством о налогах и сборах установлен определенный перечень условий для получения налоговой выгоды, обязательными из которых являются: фактическое получение товаров, работ или услуг, принятие их на учет (оприходование), наличие у покупателя надлежаще оформленного счета-фактуры, выписанного продавцом товаров, работ, услуг с указанием суммы налога на добавленную стоимость. Поскольку формирование состава налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость направлено на уменьшение налогового обязательства налогоплательщика, обязанность доказывания наличия перечисленных условий возлагается на налогоплательщика. При этом налогоплательщик обязан доказать приобретение товаров, работ, услуг именно у конкретного продавца.

Таким образом, налоговые последствия в виде применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость правомерны только при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальные хозяйственные операции. При этом требования к оформлению счетов-фактур относятся не только к полноте заполнения всех реквизитов, но и к достоверности указываемых сведений.

В ходе судебного разбирательства налоговым органом доказаны следующие обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии реальных хозяйственных операций налогоплательщика с ООО «Восток-Центр», об их направленности на искусственное создание условий для получения необоснованной налоговой выгоды в виде уменьшения налога на добавленную стоимость за счет увеличения суммы вычетов.

1. Невозможность реального осуществления налогоплательщиком спорных операций ввиду отсутствия у общества необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности (угля, управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств).

Так, в ходе проведения камеральной проверки уточненной декларации по налогу на добавленную стоимость за 2 квартал 2016 года налогоплательщиком по требованию инспекции не представлено доказательств приобретения в 2014-2016 году угля у иных поставщиков, помимо ООО «Фирма «Авангард». Как указал сам заявитель, угль был приобретен у ООО «Фирма «Авангард» в 2014 году.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Амурской области от 16.03.2016 по делу А04-11795/2015, имеющим преюдициальное значение в рамках рассматриваемого спора, установлен факт отсутствия реальных хозяйственных отношений налогоплательщика с ООО «Фирма «Авангард» по поставке угля в 2014 году (стр. 12-14). В частности, суд пришел к выводу о том, что совершить сделку ни по приобретению угля в целях перепродажи заявителю, ни добыть этот уголь поставщик - ООО «Фирма «Авангард» реально не мог, поскольку был признан несостоятельным (банкротом), необходимых технических, материальных, трудовых ресурсов и законных оснований для продолжения хозяйственной жизни не имел. Арбитражный управляющий ФИО4 сообщил о том, что ООО «Фирма «Авангард» не заключало никаких договоров с ООО «Углесбыт», уголь в адрес ООО «Углесбыт» не поставляло, какие-либо взаимоотношения с ООО «Углесбыт» у ООО «Фирма «Авангард» отсутствовали.

Доказательств наличия складских и других технических, материальных и трудовых ресурсов, позволяющих добыть, загрузить, доставить и выгрузить на специальную территорию указанного количества угля при условии, что у налогоплательщика единственный работник – генеральный директор, суду не представлено. Налогоплательщик в спорном периоде также не обладал имуществом, производственными активами, достаточными для приобретения, доставки, хранения приобретенных товаров.

2. Отсутствие доказательств реального исполнения сторонами договора поставки угля от 26.02.2014 № 1. Так по представленным обществом документам заявителем (поставщик) и ООО «Восток-Центр» заключен договор поставки угля от 26.02.2014 № 1, по условиям которого цена, количество, сроки и условия поставки, сроки оплаты согласовываются сторонами в спецификациях к договору поставки; уголь вывозится покупателем собственными силами и за собственный счет с базы хранения поставщика. Моментом приема-передачи угля стороны установили момент погрузки угля на транспортные средства покупателя. Исходя из спецификаций от 26.02.2014 № 1, от 16.06.2014 № 2 к договору поставки, счетов фактур и товарных накладных от 07.04.2014 № 00001, от 14.04.2014 № 00002, от 24.04.2014 № 00003, от 23.04.2014 № 00004, от 09.06.2014 № 00005, от 16.06.2014 № 00006, от 23.06.2014 № 00007, от 30.06.2014 № 00008 общее количество поставленного по документам угля составило 10 431.4 тонн, на общую сумму 10 535 714 руб., в том числе налог на добавленную стоимость – 1 607 142.82 руб.

Ни в ходе проведения проверки, ни при дальнейшем оспаривании решения инспекции в управление и суд налогоплательщиком и его контрагентом ООО «Восток-Центр» не представлено доказательств реального хранения угля в количестве 10 431.4 тонн, а также его реальной транспортировки от продавца покупателю.

Так, в материалах дела отсутствуют доказательства наличия у налогоплательщика специализированных складов для хранения угля, на которых возможно было не только разместить свыше 10 тысяч тонн угля, но и обеспечить в полном объеме соблюдение требований законодательства о промышленной безопасности, пожарной безопасности, а также законодательства об охране труда.

Как отмечалось выше, у налогоплательщика отсутствовал достаточный штат сотрудников, численность организации составляла 1 человек – генеральный директор. Работников, которым товарно-материальные ценности передались в подотчет, которые производили необходимые организационные мероприятия по хранению и обеспечению безопасности, не имелось.

Вопреки позиции заявителя, договор аренды земельного участка от 06.10.2015 № 230 и договор субаренды земельного участка от 10.10.2015 факт наличия площадей для хранения угля не подтверждают. В частности, позиция налогоплательщика сводится к приобретению и хранению угля с начала 2014 года, а земельный участок с кадастровым номером 28:04:040005:8 (который впоследствии разделен на два земельных участка) предоставлен ФИО2 как физическому лицу в 2015 году. Договор аренды и субаренды также оформлены в 2015 году. Иными словами, земельные участки не могли быть использованы для хранения угля в 2014 и начале 2015 годов. Также, договор земельного участка от 06.10.2015 № 230 не прошел государственную регистрацию, считается незаключенным, правовых последствий не влечет. Доказательств реального исполнения этих договоров (в том числе внесения арендной платы) налогоплательщиком в материалы дела не представлено.

Не представлено и доказательств перевозки угля из г. Райчихинска (место нахождения продавца) в г. Благовещенск (место нахождения покупателя). В частности, в спецификациях от 26.02.2014 № 1, от 16.06.2014 № 2 указано, что товар подлежит выборке покупателем (самовывоз) с базы хранения поставщика (разрез Дармакан). При этом лицензия у налогоплательщика на добычу полезных ископаемых отсутствует, угольного разреза в пользовании не имеется, доказательств наличия складов не представлено. В тоже время, в счетах-фактурах и товарных накладных от 07.04.2014 № 00001, от 14.04.2014 № 00002, от 24.04.2014 № 00003, от 23.04.2014 № 00004, от 09.06.2014 № 00005, от 16.06.2014 № 00006, от 23.06.2014 № 00007, от 30.06.2014 № 00008 указано, что товар отгружался и доставлялся самим налогоплательщиком из г.Райчихинска, доставлялся в г. Благовещенск на ул. Первомайскую, 1, оф. 214. По этому адресу (офисное помещение) какие-либо склады отсутствуют.

Налогоплательщиком не учтено, что при наличии у налоговых органов сомнений в достоверности сведений, указанных в представленных для получения налога из бюджета, он вправе потребовать представления других дополнительных документов внутреннего учёта хозяйственной жизни, кроме счёта-фактуры, а также косвенных доказательств, который в силу Закона о бухгалтерском учёте могут свидетельствовать о конкретных фактах совершения операций. Это право налоговым органам предоставлено статьёй 31 Налогового кодекса.

Дополнительно представленные в ходе судебного разбирательства договоры аренды и субаренды земельных участков налогоплательщиком в ходе налоговой проверки не были представлены по причине, что налоговый орган не запросил их. При этом обществом не учтено, что налоговый орган может не знать о наличии каких-либо документов в природе, поэтому доказывая право на налоговый вычет налогоплательщик не лишен права предоставить те документы, которые хотя и не были истребованы налоговым органом, но с достоверностью доказывают наличие такого права.

Установив недостоверность сведений, содержащих в представленных документах в обоснование налогового вычета по поставке угля по сделке с ООО «Восток-Центр», суд находит не доказанным факт реализации налогоплательщиком угля по договору поставки от 26.02.2014 № 1 для целей осуществления хозяйственной жизни общества.

Учитывая, что представленные налогоплательщиком документы для подтверждения права на налоговую выгоду содержат недостоверные и противоречивые сведения о спорных операциях, налогоплательщик не может считаться добросовестным и не приобретает права на налоговые вычеты по налогу на добавленную стоимость. Отражение в документах несуществующих фактов хозяйственной жизни носит системный характер, что свидетельствует о преднамеренном составлении пакета документов, на момент их составления предприниматель обладал всей информацией об отсутствии товара, указанного в этих документах, что опровергает довод заявителя о проявлении должной осмотрительности.

На основании вышеизложенного, суд пришел к заключению о том, что доказательства налогоплательщика содержат недостоверные сведения, информацию о сделках, которые не могли быть совершены, а выводы налоговых органов, подтвержденными результатами проверки.

В силу подпункта 3 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса государственная пошлина по делу о признании ненормативного правового акта недействительным составляет для организации 3000 руб. Обществом по чеку-ордеру от 20.09.2017 государственная пошлина уплачена в размере 3000 руб. Расходы по оплате государственной пошлины в указанной сумме подлежат отнесению на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 180, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

обществу с ограниченной ответственностью «Углесбыт» в удовлетворении требований о признании недействительным решения межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Амурской области от 14.03.2017 № 16460 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Шестой арбитражный апелляционный суд (г.Хабаровск) через Арбитражный суд Амурской области.

Судья В.Д. Пожарская