Решение от 19 октября 2022 г. по делу № А45-16350/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-16350/2022
г. Новосибирск
19 октября 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 12 октября 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 19 октября 2022 года.


Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Богер А.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ламановой М.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Уфа (ИНН <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью «Шамс» (ИНН5405061314)

о запрете использовать обозначение,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца (в режиме онлайн): ФИО1, паспорт,

от ответчика: ФИО2, паспорт, диплом от 28.02.2021, доверенность от 01.08.2022

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее по тексту – истец, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к Обществу с ограниченной ответственностью «Шамс» (ИНН5405061314) о взыскании 600000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 299509 и №647502.

Истец в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме.

Ответчик в своих письменных возражениях возражает против удовлетворения исковых требований, указывая на злоупотребление истцом права при подачи иска в части защиты авторских прав на фирменное наименование «Планета», который не использует фирменное наименование «Планета» в своей предпринимательской деятельности, ответчик не конкурирует с истцом на территории Новосибирской области. Приложенные в дело фотографии и чеки получены неизвестным путем, являются недопустимыми доказательствами.

Ответчиком заявлено о подложности доказательств и просит суд истребовать у истца: договор поручения с агентом, производившим фотографирование и закупку, командировочное удостоверение, расходный кассовый ордер на выдачу аванса агенту на поездку в командировку, билеты(авиационные, железнодорожные) на имя истца или его агента, отчет о командировке, расчет по командировке с агентом.

Истец в своих пояснениях, что в пункте 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. №10 сказано: «Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется. Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну». Ответчик не учитывает, что истец в рамках иска настоящего дела защищает исключительные права на товарный знак.

Рассмотрев материалы дела, выслушав стороны, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд приходит к убеждению об обоснованности требований истца по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что истец является обладателем знака обслуживания "Планета " по свидетельству Российской Федерации N 299509 ,зарегистрированного 14.12.2015 с приоритетом от 05.03.2004 по заявке N 2004704708 в отношении услуг 35-го класса МКТУ "снабженческие услуги для третьих лиц (закупка и обеспечение предпринимателей товарами), продвижение оборудования: автосервисного, автомоечного, строительного, сантехнического, сварочного, насосного, отопительного, энергетического, электротехнического, компрессорного, дерево-, металлообрабатывающего; садовой техники; автоматических ворот и шлагбаумов; спецодежды; средств индивидуальной защиты; электродвигателей, электростанций; запорной арматуры; промышленной мебели; инструмента: электрического, пневмонического, слесарного; запасных частей автомобилей; автомобилей; автошин (для третьих лиц); коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной торговлей; консультации по подбору оборудования; прокат оборудования и инструмента, продвижение товаров через всемирную компьютерную сеть, магазины; услуги оптовой и розничной торговли, торговозакупочная деятельность"; знака обслуживания " "по свидетельству Российской Федерации N 647502 «ПЛАНЕТА», зарегистрированного 13.03.2018 с приоритетом от 14.05.2015 по заявке N 2015714242 в отношении услуг 35-го "розничная продажа непродовольственных товаров, розничная продажа продовольственных товаров, неспециализированная розничная продажа, оптовая продажа непродовольственных товаров, оптовая продажа продовольственных товаров, неспециализированная оптовая продажа; продвижение товаров (для третьих лиц); снабженческие услуги для третьих лиц (закупка и обеспечение предпринимателей товарами); организация выставок в коммерческих целях; организация торговых ярмарок в коммерческих целях; продажа аукционная; сбыт товаров через посредников; коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной продажей; услуги по сбору и группированию (за исключением транспортировки) в торговых залах товаров для удобства приобретения и изучения потребителям; услуги оптовой и розничной продажи; услуги магазинов; оптовая и розничная продажа; дистанционная продажа товаров потребителям", 36-го "страхование; финансовая деятельность; кредитно-денежные операции; операции с недвижимостью, сдача помещений в аренду", 41-го "воспитание; обеспечение учебного процесса; развлечения; организация спортивных и культурнопросветительных мероприятий", 43-го класса "агентства по обеспечению мест [гостиницы, пансионы]; аренда временного жилья; аренда помещений для проведения встреч; базы отдыха; бронирование мест в гостиницах; бронирование мест в пансионах; бронирование мест для временного жилья; гостиницы; дома для престарелых; мотели; пансионы; пансионы для животных; прокат кухонного оборудования; прокат осветительной аппаратуры, за исключением используемой в театрах или телестудиях; прокат палаток; прокат передвижных строений; прокат раздаточных устройств [диспенсеров] для питьевой воды; услуги баз отдыха [предоставление жилья]; услуги кемпингов; ясли детские" классов МКТУ.

Указанные товарные знаки №299509 и №647502 используются истцом путем привлечения лицензиатов при осуществлении деятельности в отношении розничной продажи товаров, а также для индивидуализации торгового центра «Планета».

Истцу стало известно, что ответчик при осуществлении своей деятельности, незаконно использует обозначение «Планета» для индивидуализации услуг магазина, расположенного по адресу: <...> без заключения лицензионного договора на использование товарных знаков, тогда как используемое обозначение является сходным до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими истцу.

Обстоятельства ведения ответчиком ООО «Шамс» деятельности с использованием обозначения «Планета», схожего до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими истцу, подтверждены видеозаписью покупки в магазине ответчика, произведенной в порядке статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях самозащиты гражданских прав и чеком, представленным на видеозаписи.

Исключительные права на товарные знаки №299509 и №647502 принадлежат истцу и ответчику не передавались.

В виде компенсации за нарушение исключительных прав на указанные товарные знаки, истец просит взыскать с ответчика 600000 рублей по правилам подпункта 1 и подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

14.06.2022 истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием прекратить использование товарных знаков, оплатить компенсацию и предоставить сведения о размере выручки от реализации товаров за три года, предшествующих направление претензии, которая была оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения. Неисполнение ответчиком претензионных требований явилось основаниям для обращения истца в арбитражный суд с настоящими исковыми требованиями.

Согласно ч.5.1 ст.1252 ГК РФ в случае, если правообладатель и нарушитель исключительного права являются юридическими лицами и (или) индивидуальными предпринимателями и спор подлежит рассмотрению в арбитражном суде, до предъявления иска о возмещении убытков или выплате компенсации обязательно предъявление правообладателем претензии.

Иск о возмещении убытков или выплате компенсации может быть предъявлен в случае полного или частичного отказа удовлетворить претензию либо неполучения ответа на нее в тридцатидневный срок со дня направления претензии, если иной срок не предусмотрен договором.

Не требуется предъявления правообладателем претензии до предъявления им требования, указанного в подпунктах 1, 2, 4 и 5 пункта 1 и пункте 5 настоящей статьи.

15.06.2022 истцом подано исковое заявление о запрете ответчику использовать обозначение «ПЛАНЕТА» при осуществлении деятельности по реализации товаров (произведенных третьими лицами), которое принято к производству судом определением от 16.06.2022.

Требование о запрете использования обозначения, относится к требованию о пресечении действий нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия, тем самым согласно ч.5.1 ст.1252 ГК РФ не требовало соблюдения истцом претензионного порядка при обращении с иском в суд.

12.07.2022 истцом подано уточненное исковое заявление, в котором истцом изменен предмет иска: истцом заявлено требование о взыскании компенсации в размере 600000 рублей за неправомерное использование обозначения, сходного до степени смешения с принадлежащими истцу товарными знаками. Заявленные истцом изначально требования о запрете использования обозначения, а также уточненное впоследствии требование о взыскании компенсации, имеют своим основанием одни и те же фактические обстоятельства, регулируются одними нормами права (статьи 1252, 1515 ГК РФ). Нарушение истцом положений статьи 49 АПК РФ, а именно, одновременного изменения предмета и основания иска, судом не установлено. Заявление судом об изменении предмета иска принято судом к рассмотрению, следовательно, подлежит рассмотрению.

Согласно п. 23 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации №18 от 22.06.2021 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства» законодательством не предусмотрено соблюдение досудебного порядка урегулирования спора по требованиям, которые были изменены в порядке статьи 49 АПК РФ при рассмотрении дела, например, в случае увеличения размера требований путем дополнения их требованиями за другой период в обязательстве, исполняемом по частям, либо в связи с увеличением количества дней просрочки, изменения требования об исполнении обязательства в натуре на требование о взыскании денежных средств.

В процессе рассмотрения спора, истцом совместно с ходатайством об уточнении исковых требований от 12.07.2022 представлена копия претензии о выплате ответчиком компенсации, направленная в адрес ответчика по адресу его регистрации, подтвержденному сведениями из ЕГРИП, согласно почтовой квитанции от 14.06.2022.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Как установлено частью 3 статьи 1250 ГК РФ, предусмотренные меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено этим Кодексом.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ.

Факт нарушения исключительных прав подтвержден истцом видеозаписью, производство которой осуществлено в торговой точке ответчика по адресу: <...>, чеком, представленным на видеозаписи, в которых отражены данные, позволяющие определить, что деятельность в торговой точке осуществляет ООО «Шамс», а также фотоснимком, осуществлённым кадром из представленной видеозаписи, осуществленной истцом.

Доводы ответчика о недопустимости использования видеозаписи в качестве доказательства ввиду того, что истцом не представлено документов, позволяющих определить кем выполнена данная видеозапись, не представлены агентские договоры, заключенные истцом с лицом, осуществившим видеофиксацию, билеты, командировочные документы о выезде в торговую точку, судом отклоняются ввиду их правовой несостоятельности.

Как следует из представленной истцом в материалы дела видеозаписи, объектом съемки являлся процесс фиксации торговой точки истца, при ведении торговой деятельности в которой используется спорное обозначение, сходное до степени смешения с товарными знаками истца, а также факт фиксации приобретения товара в данной торговой точке с видоефиксацией выданного чека.

Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует ст.ст. 12 и 14 ГК РФ и корреспондирует норме ч.2 ст.45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Видеозапись содержит весь процесс осуществления приобретения товара и ведение торговой деятельности в торговой точке ответчика лицом, представляющим интересы истца, а также изображение приобретенного товара и товарного чека, выданного продавцом при реализации товара.

При этом личность покупателя и лица, которое производит видеофиксацию закупки правового значения для определения допустимости представленных доказательств значения не имеет, в связи с чем установление наличия у такого лица документально подтвержденных полномочий на соответствующие действия не требуется, видеозапись представлена непосредственно истцом в материалы дела.

Действующее законодательство не содержит положений о том, что действия по проведению контрольных закупок товара и видеофиксации должны осуществляться лицами со специальным статусом.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 18.03.2021 по делу N А21-1030/2020, от 16.03.2021 по делу N А45-19845/2020, от 03.03.2021 по делу N А32-29416/2020.

На основании изложенного, представленная истцом видеозапись и фотоснимок кадра из данной видеозаписи с фиксацией спорного словесного обозначения являются относимыми и допустимыми доказательствами по данному делу.

В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании наименования места происхождения товара либо сходного с ними до степени смешения обозначения.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками следует руководствоваться не только положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в Постановлении N 10.

Так, в соответствии с пунктом 41 Правил N 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В силу пункта 42 названных Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей. Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 43 Правил N 482 изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов.

Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Пунктом 44 Правил N482 установлено, что комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы. При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 данных Правил N482, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

В пункте 162 Постановления N10 и пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

При определении сходства комбинированных обозначений исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения.

Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется, следовательно, экспертиза по таким вопросам не проводится.

Для установления факта нарушения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения обозначения и товарного знака обычным потребителем соответствующих товаров.

Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия.

Вероятность смешения имеет место, если обозначение может восприниматься в качестве конкретного товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения зависит от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров.

При этом такая вероятность может иметь место и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров, а также при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) обозначения и товарного знака. При этом вероятность смешения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного знака, степени внимательности потребителей (зависящей в том числе от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При этом при выявлении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Обстоятельства, связанные с определением сходства товарных знаков, в защиту исключительных прав на которые обращается истец, и обозначения, используемого ответчиком, имеют существенное значение для установления факта нарушения исключительных прав на товарные знаки, при этом суд должен учитывать представленные сторонами доказательства.

С учетом приведенных правовых норм и подходов правоприменительной практики в первую очередь подлежит разрешению вопрос о наличии или отсутствии сходства сравниваемых обозначений.

Для его установления производится анализ обозначений на основании вышеприведенных критериев, после чего с учетом приведенного анализа осуществляется сравнение обозначений в целом. В случае установления отсутствия сходства дальнейший анализ не производится.

При этом вхождение одного обозначения (например, словесного элемента, являющегося единственным элементом в защищаемом товарном знаке истца) в другое исключает вывод о несходстве таких обозначений.

В случае установления сходства осуществляется анализ возможности смешения сравниваемых обозначений. При анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, однородность товаров и услуг, но и различительная способность защищаемых товарных знаков.

В используемом ответчиком ООО «Шамс» для индивидуализации магазина использована вывеска, имеющая словесное обозначение «ПЛАНЕТА», а также комбинированное обозначение со словесными элементами "ПЛАНЕТА Одежда обувь" на входе в магазин и «гипермаркет одежды и обуви «ПЛАНЕТА» на этикетках с обозначением цены товара к товарам, где также использован словесный элемент "ПЛАНЕТА", который применительно к спорным знакам обслуживания является либо единственным (знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации N 647502), либо доминирующим (знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации N 299509).

Наличие в сравниваемых обозначениях словесного элемента, обладающего сходством, близким к тождеству, и к тому же образующего серию знаков обслуживания, свидетельствует о том, что определенная степень сходства сравниваемых обозначений имеется.

Проведя сравнительный анализ товарного знака истца и использованного ответчиком для индивидуализации своей деятельности по реализации товаров обозначения, суд установил следующее.

В товарном знаке истца словесный элемент "ПЛАНЕТА" занимает центральное (доминирующее) положение в обозначении истца, восприятие обозначения как товарного знака в целом усиливается графическим элементом – линией, пересекающей слово «ПЛАНЕТА».

В обозначении ответчика словесный элемент «ПЛАНЕТА» на входе в магазин используется самостоятельно, на вывеске у входа входе в зал магазина расположен перед словесными элементами «одежда обувь».

Слова «одежда» и «обувь» являются простым указанием на ассортимент реализуемых товаров и являются неохраняемыми в силу пункта 1 статьи 1483 ГК РФ, а как указано в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12 декабря 2014 г. № 301-ЭС14-1129, неохраняемые элементы товарного знака не могут являться основанием, определяющим наличие или отсутствие сходства до степени смешения товарного знака и обусловливать угрозу их смешения потребителями.

При сопоставлении спорного обозначения ответчика с товарным знаком истца с точки зрения их графического и визуального сходства судом учтены правовые позиции, изложенные в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 N 2979/06, от 17.04.2012 N 16577/11, в пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, согласно которым вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Оценивая наличие сходства между товарным знаком истца и обозначением ответчика, суд приходит к выводу о сходстве по общему зрительному впечатлению, а также суд отмечает следующее:

- при оценке тождественности или сходства до степени смешения между сравниваемыми обозначением и товарным знаком суд руководствуется не только положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), методологическими подходами правоприменительной практики, изложенными в Руководстве по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 24.07.2018 N 128 (далее - Руководство N 128);

- при анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, однородность товаров и услуг, но и различительная способность защищаемого товарного знака;

- как следует из материалов дела, принадлежащие истцу товарные знаки по свидетельству Российской Федерации N 299509, 647502 использованы ответчиком не путем нанесения на товарах (подпункт 1 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ), которые фактически предлагаются к продаже ответчиком третьим лицам, а на вывеске помещения (подпункт 4 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ), то есть в отношении услуг 35-го класса МКТУ "закупка и обеспечение предпринимателей товарами", для которых указанный товарный знак зарегистрирован (право использования).

При этом, как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.06.2013 № 2050/13, добавление к товарному знаку, принадлежащему иному лицу, уточняющего или характеризующего слова (на вывеске на входе в торговый зал) не делает это обозначение не сходным до степени смешения с данным товарным знаком.

Таким образом, добавление к обозначению «ПЛАНЕТА», являющемуся тождественным с защищаемым товарным знаком по свидетельству №647502 и имеющему высокую степень сходства с защищаемым товарным знаком по свидетельству №299509, иные слова на вывеске у входа в торговый зал «одежда» и «обувь» «аксессуары» не может повлиять на вывод о сходстве этого обозначения с этими товарными знаками.

Как указано в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12 декабря 2014 г. № 301-ЭС14-1129, неохраняемые элементы товарного знака не могут являться основанием, определяющим наличие или отсутствие сходства до степени смешения товарного знака и обусловливать угрозу их смешения потребителями.

В используемом ответчиком обозначении элемент «ПЛАНЕТА» на вывеске магазина выполнен крупным шрифтом, на входе в торговый зал обозначение ПЛАНЕТА находится в начале названия и выполнено крупным шрифтом, чем слова «одежда» и «обувь», и именно со слова «Планета» начинается осмотр обозначения, визуально данное слово является доминирующим по сравнению со словами «Одежда», «Обувь» на вывеске у входа в торговый зал магазина, при этом суд отмечает, что перед входов в здание на вывеске магазина использовано одно словесное обозначение «ПЛАНЕТА».

Поскольку данное обозначение "ПЛАНЕТА" ассоциируется с другим обозначением (товарным знаком) «ПЛАНЕТА» в целом, несмотря на их отдельные отличия, оно считается сходным до степени смешения с ним. Таким образом, суд приходит к выводу, что обозначение «ПЛАНЕТА» и спорные товарные знаки «ПЛАНЕТА» являются сходными до степени смешения за счет фонетического и семантического признаков сходства.

Защищаемый товарный знак по свидетельству №299509 зарегистрирован, в частности, в отношении таких услуг 35 класса МКТУ, как «магазины; услуги оптовой и розничной торговли, торгово-закупочная деятельность», а товарный знак по свидетельству №647502 зарегистрирован, в частности, в отношении таких услуг 35 класса МКТУ, как «сбыт товаров через посредников; услуги оптовой и розничной продажи; услуги магазинов; оптовая и розничная продажа».

Таким образом, усматривается степень однородности осуществляемой ответчиком деятельности с указанными услугами 35 класса МКТУ.

В ходе рассмотрения дела представителем ответчика представлено письменное ходатайство о фальсификации (подложности), представленных по делу истцом доказательств.

На вопрос суда ответчику в ходе рассмотрения данного ходатайства уточнить основания заявленного ходатайства, указать какие именно доказательства просит признать ответчик подложными и подлежащими исключению из числа доказательств на основании ст.161 АПК РФ, ответчик отказался от уточнения данного ходатайства, наименование документов или иных доказательств не привел, ссылаясь на отсутствие факта ознакомления представителя ответчика с материалами дела, однако данное обстоятельство не освобождает сторону ответчика от представления суду доказательств по делу ввиду наличия представленной судом процессуальной возможности ознакомления с делом, которой ответчик не воспользовался.

Кроме того, ответчик был обязан к получению почтовой корреспонденции по юридическому адресу ответчика (исковое заявление с приложением), однако уклонился от получения данной корреспонденции, направленной истцом в адрес ответчика надлежащим образом.

В порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста).

В силу части 3 статьи 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

Так, из устных пояснений ответчика следовало о не согласии с представленной видеозаписью и фотоснимком (кадром видеозаписи) ввиду не представления истцом агентского договора, документов, относящихся к полномочиям лица, осуществившим видеозапись, тем самым судом протокольным определением 19.10.2022 ответчику отказано в рассмотрении ходатайства о фальсификации доказательств по правилам ч.3 ст.71 АПК РФ, в том числе исходя из факта отсутствии мотивированного ходатайства о том, какие конкретно доказательства истец просит исключить из числа доказательств по делу.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных названным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных названным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных названным Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Согласно пункту 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно разъяснению, изложенному в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление от 23.04.2019 N 10), заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. Как разъяснено в пункте 62 постановления от 23.04.2019 N10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации.

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно пп.2 п.4 ст.1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Обращаясь с иском по настоящему делу, истец избрал вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в отношении нарушения исключительного права на товарные знаки.

Истец полагает, что ответчиком за последние три года, до даты направления претензии – 15.06.2022, были оказаны услуги (реализованы товары) с использованием обозначения, сходного до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими истцу, на сумму 5 млн. руб., в связи с чем истец полагает возможным взыскать 600 000 руб. компенсации.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

В предмет доказывания по требованию о защите исключительных прав на товарный знак и на промышленные образцы входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком. Как установлено судом и не оспаривается лицами, участвующими в деле, истец является правообладателем товарных знаков, в защиту прав на которые предъявлен иск по настоящему делу.

Рекламирование и предложение к продаже ответчиком товаров, маркированного спорными обозначениями, судом установлены на основании имеющихся в деле доказательств, скриншотом видеозаписи, чеком на видеозаписи.

Ответчик незаконно использует обозначение «Планета» в качестве названия магазина по адресу: <...> без заключения лицензионного договора на использование товарного знака, тогда как используемое ответчиком обозначение является сходным до степени смешения с товарным знаком истца.

Как указано в исковом заявлении, истец считает, что за последние три года до дня направления досудебной претензии – 15.06.2022 ответчиком в своем магазине было реализовано товаров на сумму 5 000 000 руб., а, следовательно, по его мнению, он вправе рассчитывать на компенсацию в размере 10 000 000 руб., равной двукратной стоимости реализованных товаров, однако, как отмечалось ранее, просил взыскать с ответчика компенсацию лишь в размере 600 000 руб.

С целью установления стоимости оказанных ответчиком услуг, истцом было заявлено ходатайство об истребовании у ответчика сведений об объеме выручки, полученной от реализации товаров (произведенных третьими лицами) в магазине, расположенном по адресу: г.Улан –Удэ, ул.Балтахинова, 13, за последние три года до 13.06.2021 включительно, которое судом было удовлетворено, определение суда от 18.07.2022 об истребовании доказательств у ответчика направлено по юридическому адресу ООО «Шамс».

Аналогичное требование было изложено истцом в досудебной претензии 15.06.2022, кроме того изложено судом в определении от 14.09.2022, о чем было разъяснено судом представителю ответчика в судебном заседании 14.09.2022, однако каких – либо сведений об объеме полученной Обществом выручки, ответчиком ни истцу, ни в материалы дела представлено не было.

При этом с целью получения указанных документов судом откладывалось рассмотрение дела определением суда от 14.09.2022.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При наличии у какой-либо из сторон возражений против представленных другой стороной фактов либо доказательств, оппонент должен обосновать сущность своих возражений и привести доказательства и/или факты их опровергающие.

В абз.2 пункта 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 прямо указано, что в случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

В силу пункта 7 статьи 66 АПК РФ лицо, у которого находится истребуемое судом доказательство, направляет его непосредственно в арбитражный суд.

Согласно пункта 8 статьи 66 АПК РФ если лицо, от которого арбитражным судом истребуется доказательство, не имеет возможности его представить вообще или представить в установленный судом срок, оно обязано известить об этом суд с указанием причин непредставления в пятидневный срок со дня получения копии определения об истребовании доказательства.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии с п. 3.1. ст. 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Таким образом, незаконное неисполнение ответчиком обязанности по представлению истребованных судом доказательств не может предоставлять ответчику какие-либо преимущества, в связи с чем такие действия (бездействие) ответчика являются основанием считать признанным им доводы истца о стоимости услуг, при оказании которых ответчиком использовалось спорное обозначение, применительно к пункту 3.1 статьи 70 АПК РФ.

Ответчик документальных доказательств того, что заявленный истцом размер компенсации является чрезмерным, а также документальных доказательств наличия иных оснований для снижения предъявленного истцом ко взысканию размера компенсации, не представил.

С учетом всех обстоятельств дела, суд приходит к выводу о наличии между обозначениями такого сходства, которое влечет возможность возникновения у потребителя представления о том, что услуги оказываются одним и тем же лицом.

Исходя из принципов разумности и справедливости, необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд полагает размер компенсации, заявленной истцом в размере 600000 руб. разумным, справедливым и обоснованным, не оспоренным ответчиком.

В силу значительной специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности.

С учетом указанной специфики, предопределяющей необходимость установления специальных способов защиты нарушенных исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, Гражданский кодекс Российской Федерации предоставляет правообладателю право в случаях, предусмотренных данным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты соответствующей компенсации и освобождает его от доказывания в суде размера причиненных убытков.

Размер компенсации, которая подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, как следует из пункта 3 статьи 1252 ГК Российской Федерации, определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом (в том числе статьями 1301, 1311 и 1515), в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости; если же одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Тем самым приведенное правовое регулирование позволяет взыскивать в пользу лица, чье исключительное право на объект интеллектуальной собственности было нарушено, компенсацию в размере, который может и превышать размер фактически причиненных ему убытков.

Размер компенсации истцом был заявлен ниже установленного подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, что указывает на отсутствие намерений извлечь выгоду от взыскания компенсации, а присужденная истцу сумма является разумной и справедливой.

Компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом в соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Как отмечено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ для признания действий какого либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Сами по себе действия истца по обращению в суд с иском в защиту нарушенного исключительного права не свидетельствуют о злоупотреблении правом.

При этом, заявляя о злоупотреблении правом истца, ответчик не представил надлежащих доказательств, свидетельствующих о том, что действия истца направлены исключительно на причинение вреда, в материалах настоящего дела нет никаких доказательств, подтверждающих правомерность использования ответчиком спорного обозначения, либо доказательств, свидетельствующих о том, что истец злоупотребил правом по отношению к ответчику.

Ссылки ответчика на судебные акты, принятые по иным делам с участием истца ИП ФИО1, не свидетельствуют о злоупотреблении истцом правом при обращении в суд с иском к ответчику.

Вопреки позиции ответчика, истцом в материалы дела представлены доказательства использования истцом товарных знаков, исключительные права на которые зарегистрированы за истцом, при осуществлении им предпринимательской деятельности, в частности, истец представил копии лицензионных договоров, заключенных с ФИО3 от 05.04.2018, с ФИО4 от 01.01.2020, с ООО «Планета» от 03.05.2018, а также видеозаписи, подтверждающие фактическое ведение деятельности лицензиатами, данные доказательства ответчиком не опровергнуты.

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, то есть на ответчике лежала обязанность предпринять все меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц при осуществлении им предпринимательской деятельности.

Соответственно, ответчик мог самостоятельно предпринять меры по проверке сведений о возможном нарушении исключительных прав истца на товарных знаки, однако таких мер предпринято не было.

Кроме того, суд учитывает, что компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда.

На основании вышеизложенного, возражения ответчика, отраженные в отзыве об отсутствии нарушений исключительных прав истица со стороны ответчика, не подтверждаются имеющимися в деле доказательствами.

Учитывая установленный судом факт использования ответчиком товарных знаков, в защиту которых предъявлен настоящий иск, суд приходит к выводу о правомерности заявленных требований и наличии оснований для удовлетворения их в полном объёме.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, государственная пошлина подлежит отнесению на ответчика.

руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 176, 216 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,

РЕШИЛ:

Исковое заявление удовлетворить.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Шамс» (ИНН5405061314) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>) 600000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 299509 и №647502, а также 6000 рублей расходов по оплате государственной пошлины.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Шамс» (ИНН5405061314) в доход Федерального бюджета Российской Федерации 9000 рублей государственной пошлины

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам г.Москва в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.



Судья

А.А. Богер