Постановление от 2 сентября 2025 г. по делу № А76-5631/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-820/18

Екатеринбург 03 сентября 2025 г. Дело № А76-5631/2017 Резолютивная часть постановления объявлена 27 августа 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 сентября 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Шавейниковой О.Э., судей Осипова А.А., Столяренко Г.М.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Никифоровой К.Ю. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 21.10.2024 по делу № А76-5631/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет, явку в суд округа не обеспечили.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 18.01.2024 № 74АА6652515).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 03.12.2018 общество с ограниченной ответственностью «Речелстрой» (далее – общество «Речелстрой», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

При рассмотрении дела о банкротстве общества «Речелстрой» применены положения параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) о банкротстве застройщиков.

В Арбитражный суд Челябинской области 21.12.2023 поступило заявление Фонда «Защита прав участников долевого строительства в Челябинской области» (далее – Фонд) о признании отсутствующим

обременения в отношении земельного участка с кадастровым № 74:36:00000000:59310 в виде записей о регистрации в отношении жилого помещения № 136 за обществом с ограниченной ответственностью Агрокомплекс «Чурилово» (далее – общество Агрокомплекс «Чурилово»), обществом с ограниченной ответственностью «Инвест-Актив» (далее – общество «Инвест-Актив»), обществом с ограниченной ответственностью Торговый дом «Русские овощи» (далее – общество ТД «Русские овощи»), ФИО4 и ФИО1.

К участию в рассмотрении спора в качестве ответчика привлечен ФИО1; в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общества Агрокомплекс «Чурилово», «Инвест-Актив», ТД «Русские овощи» и ФИО4

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 21.10.2024, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2025, заявленные требования удовлетворены: признаны отсутствующим обременения в отношении вышеуказанного земельного участка в виде внесенных в Единый государственный реестр недвижимости регистрационных записей в отношении жилого помещения № 136 о правах общества Агрокомплекс «Чурилово» по договору участия в долевом строительстве жилого дома от 16.03.2016 № Р-248/16, общества «Инвест-Актив» по договору уступки права требования от 12.04.2016, общества ТД «Русские овощи» по договору уступки права требования от 22.04.2016, ФИО4 по договору уступки права требования от 17.05.2021 и ФИО1 по договору уступки права требования от 15.10.2021.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 21.10.2024 и постановление апелляционного суда от 21.04.2025 отменить и принять по спору новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований Фонда, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе заявитель, возражая против выводов судов, приводит доводы об ошибочном определении судами даты начала расчетов с кредиторами и неверном применении в связи с этим к рассматриваемому спору положений статьи 16 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 27.06.2019 № 151-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 151-ФЗ), полагает, что в данном случае расчеты с кредиторами третьей очереди фактически были начаты в декабре 2018 года, то есть до принятия Закона № 151-ФЗ.

С точки зрения подателя жалобы, приобретение прав к застройщику юридическим лицом и последующая передача им таких прав иным лицам не влечет утрату участниками долевого строительства права на удовлетворение своих требований за счет передачи жилых помещений, в том числе с учетом того, что конечным приобретателем квартир является физическое лицо. Податель жалобы также обращает внимание, что требования ФИО1 о передаче жилых помещений были включены в реестр требований должника вступившим в законную силу судебным актом, вынесенным после принятия Закона № 151-ФЗ. Выражая несогласие с выводами судов, заявитель жалобы ссылается на то, что таковые сделаны без надлежащего исследования его доводов о недобросовестности действий самого Фонда, выразившейся в длительном непринятии им мер по оспариванию сделок по переходу прав требований к физическим лицам, имели место быть, незаявлении возражений относительно требований кредитора в ходе рассмотрения спора, непринятии мер по обжалованию судебного акта о включении таких требований в реестр передачи жилых помещений.

Фондом представлен отзыв на кассационную жалобу, в котором он против доводов жалобы возражал, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 16.03.2016 между обществом «Речелстрой» (застройщик) и обществом Агрокомплекс «Чурилово» (участник) заключен договор № Р-248/16 участия в долевом строительстве жилого дома № 5.13 в отношении квартиры № 14 площадью 34,18 кв. м.

Имущественные права по вышеуказанному договору участия в долевом строительстве на основании договора уступки от 12.04.2016 были переданы обществом Агрокомплекс «Чурилово» обществу «Инвест-актив».

В соответствии с договором уступки от 22.04.2016 общество «Инвест- актив» уступило имущественные права по договору участия в долевом строительстве обществу ТД «Русские овощи». Расчет между указанными лицами произведен 22.04.2016 по акту зачета встречных требований на сумму 3 932 674 руб. 38 коп.

На основании дополнительного соглашения от 15.08.2017 к договору участия в долевом строительстве произведена замена объекта с квартиры № 14 площадью 34,18 кв. м в доме № 5.13 на квартиру № 136 в доме № 3.34. Соответствующие изменения зарегистрированы в установленном порядке 14.06.2018.

Затем определением Арбитражного суда Челябинской области от 02.02.2018 по настоящему делу в отношении общества «Речелстрой» введена процедура наблюдения; решением суда от 27.11.2018

общество «Речелстрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением того же суда от 05.07.2018 в реестр требований должника о передаче жилых помещений включены требования общества ТД «Русские овощи» о передаче жилых помещений, в том числе жилого помещения № 136 в доме № 3.34.

В ходе рассмотрения дела о банкротстве определением суда от 13.04.2021 удовлетворено заявление Фонда о намерении в порядке статьи 201.15-1 Закона о банкротстве стать приобретателем прав должника на имущество; определено передать Фонду имущество должника и обязательства перед участниками строительства, чьи требования включены в реестр требований участников строительства, по строительству и вводу в эксплуатацию и передаче в собственность участникам строительства жилых помещений.

На основании указанного определения суда между конкурсным управляющим и Фондом заключен договор передачи земельных участков с находящимися на них неотделимыми улучшениями, при этом в состав переданного Фонду имущества вошел, в том числе, земельный участок площадью 3188 кв. м, находящийся по адресу: г. Челябинск, Тракторозаводский р-н, у озера Первое, и принадлежащий должнику на праве собственности, со всеми неотделимыми улучшениями на таком земельном участке, в том числе объектом незавершенного строительства многоквартирным жилым домом № 3.34 (шифр проекта 01-ТР-3.34-15) с кадастровым номером 74:36:0000000:59310.

Ссылаясь на наличие в отношении вышеуказанного спорного жилого помещения № 136 в доме № 3.34 обременений в пользу лиц, не имеющих права на получение соответствующего жилого помещения ввиду внесения изменений в Закон о банкротстве и исключения из состава участников долевого строительства юридических лиц, в связи с чем отмечая, что общество Агрокомплекс «Чурилово» изначально не могло претендовать на спорную квартиру и, следовательно, не могло уступить требования о передаче жилых помещений иным лицам, Фонд обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Банкротство застройщиков законодательно урегулировано § 7 главы IX Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 201.4 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства в отношении застройщика требования о передаче жилых помещений, в том числе возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, и (или) денежные требования участников строительства могут быть предъявлены к застройщику только в рамках дела о банкротстве застройщика

с соблюдением установленного § 7 главы IX Закона о банкротстве порядка предъявления требований к застройщику.

Законом № 151-ФЗ внесены изменения в положения § 7 главы IX Закона о банкротстве, в том числе в подпункт 2 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве, содержащий понятие «участник строительства» – физическое лицо, имеющее к застройщику требование о передаче жилого помещения, требование о передаче машино-места и нежилого помещения или денежное требование, а также Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование, имеющие к застройщику требование о передаче жилого помещения или денежное требование.

По общему правилу положения параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве в редакции Закона № 151-ФЗ применяются в случае, если дело о банкротстве возбуждено после вступления в силу Закона № 151-ФЗ (27.06.2019).

В рассматриваемом случае дело о банкротстве застройщика возбуждено 04.04.2017.

В силу пункта 17 указанной статьи часть положений Закона о банкротстве в новой редакции (в том числе устанавливающих понятие «участника строительства») применяются в случаях, если производство по делу о банкротстве застройщика возбуждено до дня вступления в силу Закона № 151-ФЗ при условии, что к этому дню не начаты расчеты с кредиторами третьей очереди.

Из перечисленных правовых норм следует, что в целях безотлагательной и эффективной реализации государственной жилищной политики, направленной на повышение гарантии защиты жилищных прав граждан – участников строительства, Законом № 151-ФЗ придана обратная сила вновь введенному дополнительному правовому механизму защиты прав участников строительства.

По смыслу положений § 7 главы IX Закона о банкротстве, в отличие от ординарных дел о несостоятельности при банкротстве застройщика удовлетворение требований кредиторов осуществляется не только посредством денежных выплат. Так, Законом о банкротстве предусмотрена возможность привлечения приобретателя (иного застройщика) в целях урегулирования обязательств застройщика перед участниками строительства (статьи 201.15-1, 201.15-2).

В таком случае факт привлечения инвестора (нового застройщика), готового взять на себя обязанность завершить мероприятия по строительству проблемного объекта, и передача ему в ведение этого объекта фактически свидетельствует о разработке плана выхода из кризиса, обусловленного невозможностью завершить строительство и передать квартиры силами и средствами должника, что в конечном счете существенно повышает гарантии прав и законных интересов кредиторов (участников строительства) на получение исполнения. Передача инвестору (новому застройщику) объекта незавершенного строительства является моментом начала

реализации такого плана. Следовательно, с этого момента, с точки зрения дела о банкротстве, начинаются и расчеты с кредиторами третьей очереди.

После начала расчетов должник более не отвечает перед участниками строительства, поскольку он нашел приемлемый для кредиторов выход из сложившейся ситуации.

В данном случае, разрешая заявленные требования, суды исходили из того, что предметом рассматриваемого спора является вопрос о сохранении прав залогодержателя ФИО1 на квартиру № 136 как правопреемника общества Агрокомплекс «Чурилово», заключившего договор участия в долевом строительстве, и обществ «Инвест-актив», ТД «Русские овощи», ФИО4 как последующих приобретателей прав и обязанностей по такому договору.

По результатам исследования и оценки доводов и возражений лиц, участвующих в деле, представленных в материалы дела доказательств суды установили, что права застройщика на объект незавершенного строительства № 3.34, расположенный по адресу: г. Челябинск, Тракторозаводский район, у озера Первое, а также требования и обязательства должника перед участниками строительства, включенными в реестр требований участников строительства, переданы Фонду определением от 13.04.2021, то есть после вступления в силу Закона № 151-ФЗ (27.06.2019), в связи с чем с учетом положений пункта 17 статьи 16 данного Закона к спорным правоотношениям Закон о банкротстве применяется в новой редакции с учетом изменений, внесенных Законом № 151-ФЗ.

Само по себе отсутствие в указанном пункте ссылки на норму, определяющую статус участника строительства (в новой редакции), не может означать сохранение лишенными этого статуса юридическими лицами своих прежних прав на удовлетворение требований к застройщику в натуральном виде после запуска механизма передачи Фонду прав и обязанностей застройщика-банкрота.

Руководствуясь вышеприведенными нормами права и соответствующими разъяснениями к ним, положениями статьи 201.9 Закона о банкротстве, определяющими очередность удовлетворения требований кредиторов в деле о банкротстве застройщика, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, установив отсутствие у первоначального кредитора – общества Агрокомплекс «Чурилово», и последующих приобретателей прав требования к должнику – обществ «Инвест-актив» и ТД «Русское овощи», как юридических лиц в силу положений Закона № 151-ФЗ статуса участника долевого строительства, суды первой и апелляционной инстанций констатировали, что у указанных лиц отсутствовало право требования передачи жилого помещения и требования таких лиц изначально подлежали удовлетворению в составе четвертой очереди реестра требований кредиторов должника.

Исходя из ограниченности объема прав первоначального кредитора, в силу которой он не имеет возможности уступить новому кредитору права

больше прав, чем имеет сам (абзац второй пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»), суды заключили об отсутствии прав требования передачи жилого помещения и у последующих приобретателей по договору участия в долевом строительстве – ФИО4 и ФИО1

С учетом того, что общества Агрокомплекс «Чурилово», «Инвест- актив», ТД «Русские овощи», ФИО4, а впоследствии и ФИО1 в силу Закона о банкротстве не относятся к числу участников долевого строительства, следовательно, их требования не отнесены к требованиям, подлежащим исполнению Фондом в натуре, исследовав также применительно к существу рассматриваемого спора цели и мотивы заключения ФИО1 договора уступки и установив, что при его заключении ФИО1 действовал в статусе индивидуального предпринимателя, что свидетельствует о наличии в его действиях по приобретению прав требования у ФИО4 коммерческой направленности, а не цели реализации социально защищаемого права физического лица, в отсутствие доказательств, свидетельствующих о наличии каких-либо либо особых обстоятельств, позволяющих ФИО1 претендовать на применение к нему исключительного подхода, в том числе подтверждающих приобретение последним жилья для использования в личных целях (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), приняв во внимание, что на дату заключения договора цессии спорной квартиры строительство многоквартирного дома не было завершено, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии в данном случае оснований для признания обременения в отношении спорного имущества отсутствующим и, как следствие, удовлетворения заявленных Фондом требований.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют установленным фактическим обстоятельствам спора и имеющимся в деле доказательствам.

Содержащиеся в кассационной жалобе доводы о неверном определении судами даты начала расчетов с кредиторами и применении в связи с этим к рассматриваемому спору положений Закона № 151-ФЗ судом округа отклоняются.

Как указано ранее, положения Закона о банкротстве в новой редакции подлежат применению к делу о банкротстве, возбужденному до дня вступления в законную силу Закона № 151-ФЗ, при условии, что этому дню не начаты расчеты с кредиторами третьей очереди.

Следовательно, определяющее значение для разрешения вопроса о возможности (невозможности) применения к конкретному делу о банкротстве положений статей 16, 17 Закона о банкротстве в редакции

Закона № 151-ФЗ имеет установление даты начала осуществления должником расчетов с кредиторами третьей очереди.

В данном случае судами установлено, что предметом спора является вопрос о сохранении за ФИО1 залоговых прав в отношении квартиры № 136, расположенной в объекте незавершенном строительством – многоквартирном доме № 3.34.

Права застройщика, а также требования и обязательства должника перед участниками строительства, в отношении вышеуказанного жилого дома переданы Фонду определением суда от 13.04.2021. С этой даты, соответственно, должником были начаты расчеты по требованиям кредиторов третьей очереди в отношении дома № 3.34.

Поскольку расчеты с кредиторами по конкретному дому были начаты после вступления в силу Закона № 151-ФЗ, то суды применительно к вышеизложенным разъяснениям пришли к обоснованному выводу о необходимости применения в рассматриваемой ситуации положений пункта 17 статьи 16 Закон о банкротстве в новой редакции.

Последовательное изменение законодателем норм Закона о банкротстве в 2017-2019 годах позволяет сделать вывод о том, что в условиях банкротства застройщиков приоритет в защите и восстановлении нарушенных прав остается на стороне граждан.

Исходя и содержания и смысла нормы подпункта 3 пункта 1 статьи 201.9, подпункта 2 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве, в соответствии с общим правовым регулированием, очередность удовлетворения требований кредиторов устанавливается правопорядком с учетом степени значимости подлежащих защите интересов конкретных групп кредиторов, чьи требования не удовлетворены должником после вступления в правоотношения с последним.

Кредитор должника, имевший с последним отношения, вытекающие из договора участия в долевом строительстве, преследует цель извлечения прибыли из такой деятельности (инвестирование строительства), что само по себе отвечает целям и предназначению коммерческого юридического лица, в то время как граждане, вступившие в отношения с застройщиком и заключившие договор долевого участия в строительстве, преследуют цель удовлетворения своих потребностей, связанных с жильем; именно с разностью целей связано различие в приоритете правовой защиты.

Из такого подхода следует, что исключение в Законе о банкротстве из числа участников строительства юридических лиц является не просто формальным изменением подхода законодателя, а преследует цель исключения из числа претендентов на жилые помещения лиц, не имеющих цели удовлетворения своей базовой социальной потребности в собственном жилье.

Таким образом, судами обеих инстанций верно применены нормы права (Закон № 151-ФЗ), исходя из функционального и системного их толкования, с учетом установленных по делу фактических обстоятельств.

Позиция заявителя жалобы о необходимости исчисления даты начала расчетов с даты вынесения определения суда от 19.12.2018 об удовлетворении заявления временного управляющего о погашении требований участников строительства путем передачи последним жилых помещений в многоквартирном доме, строительство которого завершено, применительно к фактическим обстоятельствам настоящего дела ошибочна, поскольку игнорирует факт определения указанным судебным актом порядка передачи жилых помещений в отношении требований конкретных участников строительства по иному жилому дому ( № 3.32, строительный № 3.13), при том, что согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 201.7 Закона о банкротстве реестр требований о передаче жилых помещений ведется в отношении каждого объекта строительства.

Ссылки ФИО1 на наличие вступившего в законную силу судебного акта о процессуальном правопреемстве являлись предметом исследования судов и мотивированно ими отклонены как несостоятельные с учетом того, что права новому кредитору переходят в том же объеме и на тех же условиях, которые существовали к моменту перехода права, то есть правом на включение требования в четвертую очередь реестра.

Указания заявителя жалобы на наличие признаков злоупотребления правом со стороны Фонда подлежат отклонению, поскольку в силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); в соответствии с пунктом 5 указанной статьи добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. По смыслу приведенных норм права для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). Между тем судами не установлено и материалами дела не подтверждается наличие у Фонда при обращении в суд с рассматриваемым заявлением умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). Реализация Фондом предоставленных ему действующим законодательством прав, вопреки позиции заявителя, наличие таковых обстоятельств не подтверждает.

Все иные приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы являлись предметом детальной проверки судов, получили исчерпывающую оценку, отклонены как несостоятельные с подробным изложением мотивов отклонения, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении ими норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки. Вместе с тем, переоценка судом округа доказательств

по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Само по себе несогласие заявителя с выводами судов, основанными на оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятых по спору судебных актах нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 21.10.2024 по делу № А76-5631/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.Э. Шавейникова

Судьи А.А. Осипов

Г.М. Столяренко