Решение от 10 сентября 2021 г. по делу № А47-3768/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Краснознаменная, д. 56, г. Оренбург, 460024

http: //www.Orenburg.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А47-3768/2021
г. Оренбург
10 сентября 2021 года
В полном объеме решение изготовлено 10 сентября 2021 года

Арбитражный суд Оренбургской области в составе

судьи Бочаровой О.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению Местной мусульманской религиозной организации «Махалля № 362» г. Кувандыка Кувандыкского городского округа Регионального духовного управления мусульман Оренбургской области в составе Центрального духовного управления мусульман России, г. Кувандык Оренбургская область (ИНН <***> ОГРН <***>)

к Открытому акционерному обществу «Дружба», с. Куруил Кувандыкский район Оренбургская область (ИНН <***> ОГРН <***>)

о признании права собственности

В судебном заседании участвуют представители:

от истца: ФИО2 – представитель (доверенность от 23.03.2021 сроком на 3 года, паспорт, диплом).

Ответчик в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте рассмотрения дела на сайте арбитражного суда.

Судебное заседание проведено в отсутствие ответчика в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Местная мусульманская религиозная организация «Махалля № 362» г. Кувандыка Кувандыкского городского округа Регионального духовного управления мусульман Оренбургской области в составе Центрального духовного управления мусульман России обратилась в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к Открытому акционерному обществу «Дружба» о признании права собственности на здание, расположенное по адресу: Оренбургская область, Кувандыкский городской округ, <...> земельный участок 23А/1, площадью 172.7 кв.м.

Представитель истца поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик, согласно представленному в материалы дела письменному отзыву, не возражал против исковых требований.

Лица, участвующие в деле, не заявили ходатайства о необходимости предоставления дополнительных доказательств. При таких обстоятельствах суд рассматривает дело, исходя из совокупности имеющихся в деле доказательств, с учетом положений статьи 65 АПК РФ.

При рассмотрении материалов дела, судом установлены следующие обстоятельства.

Как следует из отзыва ответчика, в 1965 году колхозом «Дружба» осуществлено строительство здания детского сада, по адресу: <...>. Здание использовалось по своему назначению. На государственный учет здание поставлено не было, государственная регистрация права собственности не произведена.

28.07.2002 между Местной мусульманской религиозной организации г. Кувандыка Духовного Управления мусульман Оренбургской области (Оренбургский муфтият) (покупатель) и СПК колхоз «Дружба» (продавец) заключен договор купли - продажи № 07\2002 (далее - договор, л.д. 18), согласно пункту 1 которого продавец продал, а покупатель купил следующий объект недвижимости: здание детского сада площадью 173 кв.м., расположенного по адресу: <...>.

В соответствии с пунктом 2 договора продавец продал, а покупатель купил указанный объект недвижимости за 50 000 руб.

В силу пункта 6 договора он имеет силу передаточного акта.

В материалы дела представлен приходный кассовый ордер № 240 от 28.07.2002 о перечислении местной мусульманской религиозной организацией (Махалля № 362) в пользу СПК «Дружба» 100 000 руб. за здание детского сада.

В 2003 году СПК колхоз «Дружба» преобразовано в ОАО «Дружба», что следует из выписки из ЕГРЮЛ.

Согласно отзыву ответчика, договор не был зарегистрирован в установленном законом порядке, поскольку на здание не имелось правоустанавливающих документов.

В судебном заседании представитель истца пояснил, что в настоящее время в здании располагается мусульманская мечеть, истец добросовестно, открыто и непрерывно владеет зданием мечети как своим собственным, несет бремя содержания более 18 лет.

Согласно справке Красносакмарско-Куруильского отдела по работе с сельским населением Администрации МО Кувандыкский городской округ Оренбургской области № 409 от 19.08.2021 в настоящее время по адресу: Оренбургская область, Кувандыкский городской округ, <...> находится мусульманский мольный дом, который действует с 01.08.2002 года с обременением по содержанию обслуживания.

Указанные обстоятельства также подтверждены показаниями свидетелей ФИО3 и ФИО4, допрошенных в судебном заседании 26.08.2021 и предупрежденных судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного показания, за отказ или уклонение от дачи показаний по статьям 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В техническом плане в отношении спорного объекта (л.д. 41-54), подготовленном кадастровым инженером ФИО2 17.02.2021, указаны следующие характеристики объекта: здание располагается в пределах земельного участка с кадастровым номером 56:15:0503001:928, местоположение: Российская Федерация, Оренбургская область, Кувандыкский городской округ, <...> земельный участок 23 А/1, назначение объекта - нежилое, наименование объекта - мечеть, количество этажей - 1, год завершения строительства - 1965, площадь объекта - 172,7 кв.м.

01.03.2021 между Администрацией МО Кувандыкский городской округ Оренбургской области (ссудодатель) и Местной мусульманской религиозной организацией г. Кувандыка Духовного Управления мусульман Оренбургской области (Оренбургский муфтият) (ссудополучатель) заключен договор безвозмездного пользования земельным участком № 01/21, согласно пунктам 1.1, 2.1 которого ссудодатель передал, а ссудополучатель принял в безвозмездное пользование земельный участок с кадастровым номером 56:15:0503001:928, расположенный по адресу: Российская Федерация, Оренбургская область, Кувандыкский городской округ, <...> земельный участок 23 А/1, площадью 838 кв.м., из категории: земли населенных пунктов, с разрешенным использованием: осуществление религиозных обрядов (код 3.7.1), на срок с 01.03.2021 по 28.02.2021, что также подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 19-20).

В исковом заявлении, а также в ходе судебных заседаний, истец пояснил, что право собственности на объект не регистрировалось СПК колхоз «Дружба» (продавцом по договору), на что также ссылался ответчик в своем отзыве на исковое заявление.

Таким образом, принятые истцом меры к легализации нежилого здания положительного результата не принесли, поэтому возможность оформить право собственности в административном порядке у него отсутствует.

Вышеуказанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с рассматриваемым иском на основании статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик согласно представленному в материалы дела письменному отзыву на исковое заявление не возражал против исковых требований.

Заслушав представителя истца, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В силу статьи 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в частности, путем признания права.

Материально-правовым требованием по рассматриваемому делу является иск о признании права собственности на объект недвижимого имущества.

Признание права собственности как способ судебной защиты, направленный на создание стабильности и определенности в гражданских правоотношениях, представляет собой отражение в судебном акте возникшего на законных основаниях права, наличие которого не признано кем-либо из субъектов гражданского права. Поэтому иск о признании права подлежит удовлетворению только в случае установления правовых оснований для обладания истцом спорной вещью на заявленном им праве.

Предъявления требования о признании права имеет целью устранить все сомнения в принадлежности права тому или иному лицу, предотвращает возможные споры, служит основанием для разрешения уже возникших конфликтов.

Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом (ч. 2 ст. 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как усматривается из материалов дела, 28.07.2002 между Местной мусульманской религиозной организации г. Кувандыка Духовного Управления мусульман Оренбургской области (Оренбургский муфтият) (покупатель) и СПК колхоз «Дружба» (продавец) заключен договор купли -продажи № 07\2002 (далее - договор, л.д. 18), согласно пункту 1 которого продавец продал, а покупатель купил следующий объект недвижимости: здание детского сада площадью 173 кв.м., расположенного по адресу: <...>.

В соответствии с пунктом 2 договора продавец продал, а покупатель купил указанный объект недвижимости за 50 000 руб.

В силу пункта 6 договора он имеет силу передаточного акта.

В материалы дела представлен приходный кассовый ордер № 240 от 28.07.2002 о перечислении местной мусульманской религиозной организацией (Махалля № 362) в пользу СПК «Дружба» 100 000 руб. за здание детского сада.

В 2003 году СПК колхоз «Дружба» преобразовано в ОАО «Дружба», что следует из выписки из ЕГРЮЛ.

Согласно отзыву ответчика, последний не возражает против удовлетворения исковых требований, ссылается на то, что договор не зарегистрирован в установленном законом порядке, поскольку на здание не имелось правоустанавливающих документов.

Статья 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации момент возникновения права на имущество, подлежащее государственной регистрации, связывает с моментом государственной регистрации соответствующего права.

По правилам пункта 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре, органами осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость.

Поскольку право собственности на недвижимое имущество подлежит государственной регистрации, на основании пункта 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации, для возникновения вещного права на недвижимость, переданную собственником, необходимо осуществление государственной регистрации права, в порядке, предусмотренном законом.

Поскольку передача имущества состоялась в 2002 году, т.е. после вступления в силу Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", суд приходит к выводу о том, что право собственности у истца на основании договора купли-продажи не возникло.

Вместе с тем, согласно пункту 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо - гражданин или юридическое лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (пункт 4 статьи 234 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - Постановление N 10/22), при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

- давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

- давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении; принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

- давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности; в случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается; передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения; не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации);

- владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору; по этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

При недоказанности хотя одного из указанных выше условий право собственности не может быть признано за лицом в силу приобретательной давности.

Вместе с тем, толкование понятия добросовестности применительно к статье 234 Гражданского кодекса Российской Федерации дано также в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.11.2020 N 48-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина В.В. ФИО5".

Поэтому вышеуказанные разъяснения Пленумов от 29.04.2010 N 10/22 подлежат применению, с учетом правовых позиций, изложенных в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.11.2020 N 48-П.

Так, в вышеуказанном постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.11.2020 N 48-П исследуются различия двух правовых институтов, предполагающих учет критерия добросовестности: приобретение права собственности по давности владения (статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации) и защита добросовестного приобретателя от предъявленного к нему виндикационного иска (статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с чем, Конституционным Судом Российской Федерации, в частности, отмечено, что для приобретательной давности правообразующее значение имеет, прежде всего, не отдельное событие, состоявшееся однажды (как завладение вещью), а добросовестное длительное открытое владение, когда владелец вещи ведет себя как собственник, при отсутствии возражений со стороны других лиц. В этом случае утративший владение вещью собственник, в отличие от виндикационных споров, как правило, не занимает активную позицию в споре о праве на вещь. При таких условиях определение добросовестности приобретателя в сделке, влекущей мгновенное приобретение права собственности, и добросовестности давностного владельца, влекущей возникновение права собственности лишь по истечении значительного давностного срока, должно предполагаться различным.

Различие критериев добросовестности применительно к правовым ситуациям приобретения имущества добросовестным приобретателем (статья 302 ГК Российской Федерации) и давностного владения (статья 234 ГК Российской Федерации) обусловлено их разными целями, что требует от судов изучения фактических обстоятельств каждого конкретного дела, а это в свою очередь требует дифференцированного подхода при определении критериев добросовестности.

Так, практика Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не исключает приобретения права собственности в силу приобретательной давности и в тех случаях, когда давностный владелец должен был быть осведомлен об отсутствии оснований возникновения у него права собственности (определения от 27 января 2015 года N 127-КГ14-9, от 20 марта 2018 года N 5-КГ18-3, от 17 сентября 2019 года N 78-КГ19-29, от 22 октября 2019 года N 4-КГ19-55, от 2 июня 2020 года N 4-КГ20-16 и др.).

В приведенных определениях применительно к конкретным обстоятельствам соответствующих дел указано, что добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 ГК РФ не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.

Таким образом, как отмечает Конституционный Суд Российской Федерации, складывающаяся в последнее время практика применения положений о приобретательной давности свидетельствует, что для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.

Конституционный Суд Российской Федерации также указывает на то, что в рамках института приобретательной давности защищаемый законом баланс интересов определяется, в частности, и с учетом возможной утраты собственником имущества (в том числе публичным) интереса в сохранении своего права. Так, судами отмечается, что для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 ГК РФ, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22 октября 2019 года N 4-КГ19-55 и др.).

Таким образом, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в статье 234 ГК Российской Федерации.

Кроме того, с учетом необходимости возвращения имущества в гражданский оборот нельзя не принять во внимание практически неизбежный при давностном владении пропуск собственником имущества для истребования вещи у давностного владельца срока исковой давности, который, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц; а применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление от 15 февраля 2016 года N 3-П).

Помимо этого, Конституционным Судом Российской Федерации отмечено, что, в частности, в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 17 сентября 2019 года N 78-КГ19-29 указано, что не является давностным владение, которое осуществляется по договору с собственником или иным управомоченным на то лицом, не предполагающее переход титула собственника. В этом случае владение вещью осуществляется не как своей собственной, не вместо собственника, а наряду с собственником, не отказавшимся от своего права на вещь и не утратившим к ней интереса, передавшим ее непосредственно или опосредованно во владение, как правило - временное, данному лицу.

Следовательно, согласно данному разъяснению у лица, получившего владение вещью по договору, критерий владения "как своим" отсутствует лишь в тех случаях, когда этим лицом осуществляется в соответствии с договором временное производное владение (договоры аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации признал пункт 1 статьи 234 ГК Российской Федерации не противоречащим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой при решении вопроса о добросовестности владения лицом земельным участком, переданным ему прежним владельцем (гаража и земельного участка) по сделке с намерением передать свои права владельца на недвижимое имущество, не повлекшей соответствующих правовых последствий, как об условии приобретения права собственности на земельный участок по давности владения эта норма по своему конституционно-правовому смыслу не предполагает, что совершение такой сделки (в которой выражена воля правообладателя земельного участка на его отчуждение и которая была предпосылкой для возникновения владения, а в течение владения собственник земельного участка не проявлял намерения осуществлять власть над вещью) само по себе может быть основанием для признания давностного владения недобросовестным и препятствием для приобретения права собственности на вещь (земельный участок) в силу приобретательной давности.

Выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл пункта 1 статьи 234 ГК Российской Федерации является общеобязательным, что исключает любое иное его истолкование в правоприменительной практике.

Таким образом, гражданское законодательство не содержит запрета на приобретение права собственности в силу приобретательной давности, если владение вещью началось по соглашению с собственником или иным лицом о передаче права собственности на основании сделки, когда по каким-либо причинам переход права собственности не состоялся, в частности, владеющий продавец не имел полномочий на отчуждение вещи. Иной подход, как отметил Верховный суд Российской Федерации в Определении от 27.01.2015 N 127-КГ14-9, ограничивал бы применение положений статьи 234 ГК РФ к недвижимому имуществу только случаями его самовольного занятия и побуждал бы давностного владельца к сокрытию непротивоправного по своему содержанию соглашения с собственником, что, в свою очередь, противоречило бы требованию закона о добросовестности участников гражданских отношений. При этом в силу пункта 1 статьи 9 ГК РФ, при наличии одновременно нескольких оснований для приобретения права собственности или нескольких способов защиты гражданских прав, лицо вправе по своему усмотрению выбрать любое из них.

Из представленных истцом в материалы дела документов усматривается, что истец использует и несет бремя содержания спорного объекта недвижимости.

В ходе судебного разбирательства третьим лицами, иными лицами правопритязаний на объект не заявлено.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии в рассматриваемом случае совокупности условий, перечисленных в статье 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах иск подлежит удовлетворению.

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

При обращении с иском истцом уплачена государственная пошлина 18 540 руб. (чек-ордер от 11.03.2021 номер операции 56).

Размер государственной пошлины составляет 6 000 руб. в соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» судебные расходы, понесенные в связи с рассмотрением требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком, распределению не подлежат.

На основании изложенного, расходы по госпошлине в сумме 6 000 руб. относятся на истца, с учетом того, его обращение в суд с настоящим иском вызвано не нарушением его прав ответчиком, а возможностью признания права исключительно в судебном порядке.

Излишне уплаченная государственная пошлина в размере 12 540 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета (подпункт 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Признать за Местной мусульманской религиозной организации «Махалля № 362» г. Кувандыка Кувандыкского городского округа Регионального духовного управления мусульман Оренбургской области в составе Центрального духовного управления мусульман России право собственности на нежилое здание с наименованием «мечеть», 1-этажное, 1965 года постройки, площадью 172,7 кв.м., расположенное по адресу: Российская Федерация, Оренбургская область, Кувандыкский городской округ, <...> земельный участок 23А/1, кадастровый номер участка 56:15:0503001:928.

Расходы по государственной пошлине в сумме 6 000 руб. отнести на истца.

Возвратить истцу из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в сумме 12 540 руб.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Оренбургской области.

Судья О.В. Бочарова