Постановление от 13 апреля 2025 г. по делу № А07-17834/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3870/23

Екатеринбург

14 апреля 2025 г.


Дело № А07-17834/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 07 апреля 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 апреля 2025 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю. В.,

судей Шершон Н.В, Плетневой В. В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапанцевой Е.Ю. рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационные жалобы акционерного общества «Банк Дом.РФ» (далее – Банк) и финансового управляющего имуществом должника ФИО1 – ФИО2 (далее – управляющий) на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.10.2024 по делу № А07-17834/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании по основанию статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объявлен перерыв до 07.04.2025.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа приняли участие до/после перерыва:

лично ФИО1 (паспорт; далее – должник);

представитель ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 12.01.2023 № 02 АА 6211569);

представитель Банка – ФИО5 (паспорт, доверенность от 26.12.2023 № 10-3/651).

После перерыва в судебном заседании суда округа от управляющего поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в отсутствие представителя, подключение к  судебному заседанию путем использования сервиса веб-конференции – управляющим не осуществлено. Ходатайство судом рассмотрено и удовлетворено на основании части 3 статьи 284 АПК РФ.


Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 02.08.2021 в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2

ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением об исключении из конкурсной массы должника следующего имущества:

- земельный участок общей площадью 133 кв. м, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:584;

- нежилое помещение общей площадью 41,7 кв. м, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:610;

- нежилое помещение общей площадью 51,8 кв. м, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:613;

- земельный участок общей площадью 306 кв. м, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:585;

- помещение общей площадью 173,1 кв. м, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:793;

- квартира общей площадью 31,3 кв. м, расположенная по адресу: Республика Башкортостан, г. Уфа, Советский район, ул. Бакалинская, д. 64, корп. 3, кв. 197, с кадастровым номером 02:55:010702:5834;

- ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок общей площадью 521 кв. м, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:808;

- ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок общей площадью 380 кв. м, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым № 02:27:330110:217;

- ? доли в праве общей долевой собственности на нежилое здание (здание магазина), общей площадью 282,2 кв. м, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:815.

Дополнительно ФИО3 заявлены требования об исключении из конкурсной массы должника ? доли в праве общей долевой собственности на нежилое здание с кадастровым номером 02:27:330110:823.

Определением суда от 01.08.2024 выделено в отдельное производство заявление ФИО3 об исключении имущества из конкурсной массы должника ? доли в праве общей долевой собственности на нежилое здание с кадастровым номером 02:27:330110:823 и ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 02:27:330110:808; производство в указанной части приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по заявлению ФИО3 о признании имущества нажитого в период раздельного проживания супругов собственностью одного из супругов, рассматриваемого Илишевским районным судом.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.10.2024, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024, удовлетворено заявление ФИО3 об исключении имущества из конкурсной массы должника.

В кассационной жалобе Банк и управляющий просят указанные судебные акты отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ФИО3

В обоснование доводов кассационной жалобы Банк указывает, что важное значение имеет момент времени, в который произошел раздел имущества, а также фактическое выбытие имущества из владения должника по результатам такого раздела; законодатель предусмотрел обязанность должника уведомлять своего кредитора обо всех случаях заключения, изменения или расторжения брачного договора  и его обязанность отвечать по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора, если указанное требование не выполнено; соответственно, кредитор, не извещенный о заключении брачного договора, изменением режима супругов юридически не связан и по-прежнему вправе требовать обращения взыскания на имущество, перешедшее по брачному договору супругу должника; иной подход противоречит цели статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) – защиты прав кредиторов, которые полагались на законный режим имущества супругов при вступлении с одним из них в договорные отношения и, исходя из этого, определяли степень имущественной состоятельности супругов.

Заявитель жалобы настаивает, что из буквального толкования статей 213.25, 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 45, 46 СК РФ, абзаца 3 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление № 48) следует, что личное имущество супруга, перешедшее к нему во внесудебном порядке, включается в конкурсную массу супруга-должника при наличии совокупности условий:

– брачный договор заключен позднее возникновения обязательств перед кредиторами и по результатам такого раздела имело место фактическое выбытие имущества из владения должника;

– неисполнение супругом-должником обязанности перед кредитором по уведомлению последнего о заключении, изменении или расторжении брачного договора;

– недостаточность имущества супруга-должника для удовлетворения требований кредиторов.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора кассатор указывает, что брачный договор от 03.11.2018 супруги заключили после того, как у должника возникли обязательства перед Банком по кредитному договору от 16.03.2017, после направления Банком 03.07.2018 требования о погашении просроченной кредиторской задолженности и после вынесения 16.10.2018 определения о принятии Кировским районным судом г. Уфы к производству искового заявления Банка о взыскании с ФИО1 задолженности по кредитному договору.

При этом Банк настаивает, что кредиторская задолженность перед ним не погашена, перспективы полного погашения задолженности перед Банком за счет имущества должника отсутствуют, в связи с чем управляющий обоснованно включил в конкурсную массу имущество супруги, перешедшее ей по брачному договору, что позволит обратить взыскание на данное имущество, в случае недостаточности активов супруга-должника в целях удовлетворения требования кредиторов; настаивает, что статус спорного имущества как общего имущества супругов для кредиторов должника не изменился и оно подлежит реализации в процедуре банкротства по правилам статьи 213.26 Закона о банкротстве.

Кроме того, по мнению Банка, судебный акт об отказе в признании брачного договора недействительным не является преюдициальным для настоящего спора, поскольку при его внесении доказыванию подлежат иные обстоятельства.

Управляющий в своей кассационной жалобе приводит доводы о том, что исключенное имущество бывшей супруги должника из конкурсной массы является совместно нажитым имуществом в период брака, а значит, подлежит реализации на торгах в деле о банкротстве должника; полагает ошибочными выводы судов о преюдициальности судебного акта, принятого по результатам рассмотрения заявления об оспаривании брачного контракта, поскольку обособленные споры не имеют различный предмет и основания, в связи с чем имущество должника, даже перешедшее супругу по условиям брачного контракта, заключенные после возникновения обязательств перед кредитором, подлежит включению в конкурсную массу.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения; ФИО1 устно в судебном заседании суда округа также изложил возражения против удовлетворения кассационной жалобы.

Проверив по правилам статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов, суд округа приходит к следующему выводу.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 16.03.2017 между публичным акционерным обществом «Социнвестбанк» и обществом с ограниченной ответственностью «Илишевские деликатесы» (далее – общество «Илишевские деликатесы») заключен договор на невозобновляемую кредитную линию № МБ 739/КД/12-17 (далее – кредитный договор), в соответствии с пунктом 1.1 которого кредитор открыл заемщику кредитную линию с установлением общего максимального размера предоставленных заемщику средств 25 400 000 руб. с окончательным сроком возврата – 16.03.2022.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от 16.03.2017 № МБ739/ДП/3-17/12 между Банком и ФИО1 был заключен договор поручительства, а кроме того, между Банком и ФИО6, ФИО1, ФИО7 был заключен договор об ипотеке (залоге недвижимости) от 24.04.2017 № МБ739/ДИ/2-17/12 в отношении следующего недвижимого имущества:

- нежилое помещение, общей площадью 475 кв. м, этаж 2, кадастровый номер 02:27:330110:732, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, <...>;

- нежилое помещение, общей площадью 384,9 кв. м, этаж 1, кадастровый номер 02:27:330110:733, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, <...>;

- нежилое помещение, общей площадью 451,1 кв. м, этаж подвал б/н, кадастровый номер 02:27:330110:734, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, <...>;

- земельный участок, общая площадь 1 369 кв. м, кадастровый номер 02:27:330110:218, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, <...>.

Указанные объекты принадлежат залогодателям ФИО6, ФИО1 и ФИО7 на праве общей долевой собственности, по 1/3 доли у каждого (пункт 10.2.1 договора об ипотеке от 24.04.2017 № МБ739/ДИ/2-17/12).

Впоследствии в связи с неисполнением обязательств по кредитному договору общество «Социнвестбанк» обратилось в Кировский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан с исковым заявлением к обществу «Илишевские деликатесы», ФИО6, ФИО7, ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору от 16.03.2017 № МБ 739/КД/12-17 в сумме 21 009 689 руб. 10 коп. и обращении взыскания на предмет залога.

Решением Кировского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 21.02.2019 по делу № 2-44/2019 солидарно с общества «Илишевские деликатесы», ФИО6, ФИО1, ФИО7 в пользу Банка взыскана задолженность по кредитному договору от 16.03.2017 № МБ739/КД/12-17 в сумме 19 049 999 руб. 90 коп. – основного долга, 1 319 474 руб. 93 коп. – процентов, 487 898 руб.  82 коп. – неустойки на основной долг и 152 316 руб. 32 коп. – неустойки на просроченные проценты; обращено взыскание на заложенное имущество общей стоимостью 33 132 412 руб., в том числе по договору об ипотеке от 16.03.2017 № МБ739/ДИ/1-17/12, заключенному с ФИО7 (квартира), по договору залога недвижимого имущества от 24.04.2017 № МБ739/ДИ/2-17/12, заключенному с ФИО6, ФИО1, ФИО7 (нежилые помещения и земельный участок, расположенные по адресу: Республика Башкортостан, <...>).

В рамках настоящего дела о банкротстве определением от 10.02.2021 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования Банка по кредитному договору в сумме 31 194 015 руб.  62 коп., из которых: 19 049 999 руб. 90 коп. – основной долг, 6 072 107 руб. 12 коп. – просроченные проценты, 5 999 908 руб. 60 коп. – пени, 72 000 руб. – судебные расходы, как требования, обеспеченные залогом указанного выше недвижимого имущества по договору ипотеки от 24.04.2017 № МБ739/ДИ/2-17/12.

С учетом изложенной хронологии событий, судами установлено, что обязательства должника ФИО1 перед Банком возникли на основании договора поручительства от 16.03.2017 № МБ739/ДП/3-17/12 по обязательствам общества «Илишевские деликатесы», вытекающим из кредитного договора от 16.03.2017 № МБ739/КД/12-16, задолженность по которому у общества «Илишевские деликатесы» образовалась 17.01.2018.

При этом, как указывал Банк в своих возражениях, 03.07.2018 им в адрес общества «Илишевские деликатесы» и ФИО1 направлено требование о погашении просроченной задолженности, а затем – исковое заявление о взыскании задолженности, принятое судом общей юрисдикции к своему производству 16.10.2018.

После этого между супругами ФИО1 и ФИО3 заключен брачный договор от 03.11.2018 № 02 АА 4668590 (реестровый номер 03/27-н/03-2018-6-858), с изменениями от 19.12.2018 (реестровый номер 03/207-н/03-2018-3-568), в соответствии с условиями которого, между супругами вводится режим раздельной собственности на имущество, перечисленное в указанном договоре.

Согласно пункту 1.2 брачного договора, личной собственностью ФИО3 является следующее имущество:

- земельный участок общей площадью 133 кв. м, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:584;

- нежилое помещение общей площадью 41,7 кв. м, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:610;

- нежилое помещение общей площадью 51,8 кв. м, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:613;

- земельный участок общей площадью 306 кв. м, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:585;

- помещение общей площадью 173,1 кв. м, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:793;

- квартира общей площадью 31,3 кв. м, расположенная по адресу: Республика Башкортостан, г. Уфа, Советский район, ул. Бакалинская, д. 64, корп. 3, кв. 197, с кадастровым номером 02:55:010702:5834;

- ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок общей площадью 521 кв. м, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:808;

- ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок общей площадью 380 кв. м, расположенный по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым № 02:27:330110:217;

- ? доли в праве общей долевой собственности на нежилое здание (здание магазина), общей площадью 282,2 кв. м, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, <...>, с кадастровым номером 02:27:330110:815.

По итогам раздела совместно нажитого имущества, согласно условиям брачного договора и соглашения к нему (от 03.11.2018 и от 19.12.2018 соответственно), за ФИО1 на праве собственности осталось следующее имущество:

- жилое помещение площадью 60,4 кв. м, кадастровый номер 02:27:330109:577, расположенное по адресу: Республика Башкортостан, р-н. Илишевский, <...> Октября, д. 1, кв. 10;

- 1/3 доли на земельный участок площадью 1369 кв. м, кадастровый номер 02:27:330110:218, 1/3 доли на нежилое помещение площадью 475 кв. м, кадастровый номер 02:27:330110:732, 1/3 доли на нежилое помещение площадью 384,9 кв. м, кадастровый номер 02:27:330110:733, 1/3 доли на нежилое помещение площадью 451,1 кв. м, кадастровый номер 02:27:330110:734, расположенные по адресу: <...> (имущество, переданное в залог Банку);

- ? доли на земельный участок площадью 210 кв. м, кадастровый номер 02:27:330110:807, расположенный по адресу <...>.

Управляющим в рамках настоящего дела о банкротстве ФИО1 подано заявление о признании недействительными брачного договора от 03.11.2018 № 02 АА 4668590  и соглашения от 19.12.2018 об изменениях к брачному договору, заключенных между должником и ФИО3, и применении последствий недействительности сделок, в виде восстановления за ФИО1 права собственности на вышеперечисленное имущество.

Вступившим в законную силу определением суда от 06.02.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 11.04.2023 и постановлением суда округа от 30.06.2023, в удовлетворении заявленных требований отказано.

При этом из содержания указанных судебных актов следует, что суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходили из того, что в результате заключения оспариваемого договора уменьшения конкурсной массы должника не произошло, при этом спорный договор заключен за два года до возбуждения производства по делу о банкротстве ФИО1 и на момент его составления у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности; кредитор реализовал свое право на взыскание задолженности со всех солидарных должников, обращено взыскание на залоговое имущество, стоимость которого позволяет погасить образовавшуюся задолженность по кредитному договору от 16.03.2017 № МБ739/КД/12-17, а также учли отсутствие достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что должник и его супруга действовали с целью злоупотребления правом и причинения вреда кредиторам при заключении оспариваемого брачного договора путем вывода имущества.

Ссылаясь на факт заключения брачного договора, а также на указанные выше судебные акты, ФИО3 обратилась в суд с ходатайством об исключении имущества, перешедшее ей в единоличную собственность на основании брачного договора, из конкурсной массы должника.

Удовлетворяя заявленные ФИО3 в рамках настоящего спора требования, суд первой инстанции указал на преюдициальное значение определения суда от 06.02.2023, которым отказано в признании брачного договора недействительным, в связи с чем пришел к выводу о наличии оснований для исключения спорного имущества, являющееся предметом брачного договора, из конкурсной массы должника.

Кроме того, судом первой инстанции указано, что поскольку брачный договор прошел судебную проверку, в том числе и на наличие злоупотреблений и недобросовестного поведения его сторон в отношении кредиторов должника, данная судебная проверка проводилась с участием, в том числе кредитора, обязательства которого возникли ранее, поэтому к брачному договору прошедшему судебную проверку на предмет нарушения прав кредиторов должника, разъяснения, указанные в абзаце третьем пункта 9 постановления № 48, не применимы; в данном случае по существу законность раздела имущества установлена судебным актом.

Суд апелляционной инстанции, поддерживая выводы суда первой инстанции, дополнительно указал, что Банк реализовал свое право на взыскание задолженности со всех солидарных должников, кроме того, обращено взыскание на заложенное имущество, стоимость которого позволяет погасить образовавшуюся задолженность по кредитному договору; решением Илишевского районного суда Республики Башкортостан от 11.09.2024 по делу № 2-252/2024, рассмотренному по иску ФИО3 о признании прекращенным залога в отношении недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, освобождении из-под залога, установлено, что после раздела совместно нажитого имущества в судебном порядке (решение Илишевского районного суда Республики Башкортостан от 17.03.2022 о разделе имущества, которым определены доли ФИО1 и ФИО3 в 1/3 долей в праве собственности на нежилые помещения и земельный участок под ними, равные 1/6 за каждым из супругов), ФИО3 в спорных правоотношениях выступает в качестве залогодателя – третьего лица, а последующее изменение режима общей собственности супругов (с совместной на долевую) сохраняет залог на все имущество, в силу того, что недвижимое имущество является неделимым, а определение долей в праве собственности на него не является основанием для прекращения залога, в связи с чем суд апелляционной инстанции также признал, что Банк имеет право получить удовлетворение требований в полном объеме за счет стоимости залогового имущества.

Между тем, по мнению суда округа, при рассмотрении заявления должника судами не учтено следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 данной статьи.

Согласно пункту 1 статьи 46 СК РФ супруг обязан уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении, об изменении или о расторжении брачного договора. При невыполнении этой обязанности супруг отвечает по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора.

В абзаце третьем пункта 9 постановления № 48 разъяснено, что, если во внесудебном порядке осуществлены раздел имущества, определение долей супругов в общем имуществе, кредиторы, обязательства перед которыми возникли до такого раздела имущества, определения долей и переоформления прав на имущество в публичном реестре (пункт 6 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), изменением режима имущества супругов юридически не связаны (статья 5, пункт 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации, далее – СК РФ). В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве это означает, что как имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включаются в конкурсную массу должника. Включенное таким образом в конкурсную массу общее имущество подлежит реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества. Требования кредиторов, которым могут быть противопоставлены раздел имущества, определение долей супругов (бывших супругов), удовлетворяются с учетом условий соглашения о разделе имущества, определения долей.

В данном случае заключение брачного договора в силу прямого указания закона относится к внесудебному порядку раздела имущества супругов.

Таким образом, вопреки суждениям судов первой и апелляционной инстанций, само по себе заключение брачного договора должником не лишает возможности кредиторов требовать включения такого имущества в конкурсную массу при доказанности того, что на момент заключения брачного договора у должника перед кредиторами имелись неисполненные обязательства, и кредиторы не были извещены об изменении режима имущества супругов в результате заключения брачного договора.

Иное толкование противоречит цели статьи 46 СК РФ защитить права кредиторов, которые полагались на законный режим имущества супругов при вступлении с супругом в договор и, исходя из этого, определяли степень имущественной состоятельности супруга и то, заключать ли с ним в договор и на каких условиях.

Управляющий и Банк в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора, возражая против удовлетворения заявления ФИО3, ссылались на то, что факт действительности брачного договора не отменяет того обстоятельства, что его заключение (03.11.2018) произошло уже после принятия должником на себя обязательств перед Банком (16.03.2017), и, соответственно, на Банк его условия не могут быть распространены, поскольку в таком случае раздел принадлежащего должнику имущества затрагивает права и обязанности лишь самих супругов Н-вых (пункт 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также иных кредиторов, обязательства перед которыми у должника возникли после заключения брачного договора. Кроме того, управляющий и Банк приводили доводы о том, что денежных средств, возможных к получению от реализации предметов залога, которые реализуются единым объектом в рамках процедуры банкротства другого созалогодателя – ФИО6, не достаточно для погашения требований Банка, при этом иного имущества, за счет реализации которого возможно погашение требований Банка – не имеется, соответственно, единственным возможным вариантом максимально возможного погашения требований Банка является реализация совместно нажитого имущества супругов Н-вых.

Соответственно, основная позиция управляющего и Банка в ходе рассмотрения настоящего спора сводилась к тому, что, несмотря на наличие брачного договора от 03.11.2018, спорное имущество, являющееся совместно нажитым, правомерно включено в конкурсную массу должника и не подлежит исключению со ссылкой на условия брачного договора, которые в данном случае к отношениям с Банком, требование которого к должнику возникло как минимум 03.07.2018 (дата предъявления требования о погашении просроченной задолженности по кредитному договору), а брачный договор заключен позже (03.11.2018) – не подлежат применению.

Из обстоятельств дела вытекает, что брачный договор был заключен после заключения договора поручительства и залога с Банком, а также после предъявления кредитором требования о погашении просроченной кредиторской задолженности, соответственно, из буквального толкования положений пункта 1 статьи 46 СК РФ во взаимосвязи с абзацем 3 пункта 9 постановления № 48 и определений Конституционного суда Российской Федерации от 13.05.2010 №  839-О-О, от 27.09.2018 № 2317-О следует обязанность супруга-должника уведомлять кредитора (кредиторов) о брачном договоре, заключенном после возникновения обязательственных отношений с кредитором. Вместе с тем из представленных в материалы дела доказательств не следует, что супруги Н-вы исполнили свою обязанность по уведомлению Банка о заключении ими брачного договора, доказательств обратного не представлено, лицами, участвующими в деле, указанное не оспаривается. 

В этой связи, вопреки ошибочным суждениям судом первой и апелляционной инстанций, условия брачного договора не могут быть противопоставлены кредитору, обязательства перед которым возникли до заключения такого договора.

Вывод судов о том, что в рамках дела о банкротстве был рассмотрен обособленный спор о признании брачного договора недействительным, является необоснованным, поскольку в настоящем случае включение общего имущества в конкурсную массу не зависит от признания действительным или недействительным брачного договора, равно как и от самого факта оспаривания либо не оспаривания брачного договора; для кредиторов, чьи требования возникли до заключения такого соглашения, правового эффекта в виде возникновения на спорное имущество личной собственности супруги и невозможности его включения в конкурсную массу должника, такой договор не имеет.

При этом суд округа, оставляя в силе судебные акты по обособленному спору о признании недействительным брачного договора, обратил внимание судов на разъяснения, изложенные в пункте 9 постановления № 48, о том, что кредиторы, обязательства перед которыми возникли до раздела имущества, определения долей и переоформления прав на имущество в публичном реестре, не связаны юридически изменением режима супругов, что, однако, не было учтено судами в настоящем споре.

Таким образом, учитывая, что брачный договор между супругами Н-выми заключен после возникновения обязательств перед Банком, выводы судов первой и апелляционной инстанций о том, что условия брачного договора распространяются, в том числе и на Банк, поскольку действительность и законность брачного договора была проверена в установленном порядке, – основаны на ошибочном толковании норм материального права, поскольку в любом случае, независимо от наличия или отсутствия пороков в брачном договоре, Банк как кредитор, обязательства перед которыми возникли до заключения между должником и его супругой брачного договора от 03.11.2018, изменением режима имущества супругов не связан, поэтому вправе требовать исполнения обязательства независимо от содержания брачного договора (пункт 1 статьи 46 СК РФ).

Кроме того, суд апелляционной инстанции, указывая в мотивировочной части своего постановления на то, что требования Банка могут быть в полном объеме погашены за счет реализации имущества, переданного в качестве залогового по кредитным обязательствам общества «Илишевские деликатесы», не учел, что, как следует из общедоступной информации, размещенной в Картотеке арбитражных дел и в Едином федеральном реестре сведений о банкротсте, в настоящий момент объекты залогового имущества реализуются на публичных торгах в рамках процедуры несостоятельности (банкротства) другого созалогодателя ФИО6 (№ А07-32163/2019); начальная цена продажи объектов залога – 20 171 376 руб. Первые и повторные торги признаны несостоявшимися, торги посредством публичного предложения в отношении залогового имущества отменены (сообщение в ЕФРСБ № 16518506 от 26.12.2024), ввиду того, что определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25.02.2025 по делу № А07-32163/19 приняты обеспечительные меры в виде запрета финансовому управляющему ФИО8 проводить торги залоговым имуществом до вынесения и вступления в законную силу судебного акта по заявлению ФИО1 о признании незаконным действия финансового управляющего по выставлению на торги принадлежащего ФИО1 на праве собственности имущества.

В суде округа Банк давал пояснения о том, что из публичных сведений, размещенных в Картотеке арбитражных дел, в том числе отчетов о ходе процедур банкротства основного заемщика общества «Илишевские деликатесы» (№ А07-21558/2019) и его сопоручителей, созалогодателей – ФИО7 (№ А07-19230/2020), ФИО6 (А07-32163/2019) следует, что имущества всех иных участников кредитных правоотношений недостаточно для полного удовлетворения требований Банка; с учетом произведенной реализации залоговой квартиры ФИО7 по цене порядка 8,8 млн. руб., непогашенными остаются требования Банка к ФИО1 в сумме порядка 22 млн. руб., размер задолженности иных должников (учитывая размер начисленных финансовых санкций) – порядка 28 млн. руб.  

В соответствии с абзацем четвертым пункта 2.1 статьи 138 Закона о банкротстве не удовлетворенные за счет стоимости предмета залога требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, удовлетворяются в составе требований кредиторов третьей очереди.

С учетом того, что начальная цена продажи переданного в залог в Банку имущества начинается с суммы порядка 20 млн. руб., тогда как до настоящего времени желающих приобрести указанное имущество по соотносимой стоимости не нашлось (первые и повторные торги признаны несостоявшимся), практика проведения торгов в форме публичного предложения свидетельствует в пользу того, что окончательная цена реализации имущества, как правило, значительно ниже определенной начальной стоимости; обстоятельства наличия иного имущества, за счет которого могут быть погашены требования Банка (с учетом в том числе наличия других кредиторов у основного заемщика и поручителей), судами не выяснялись и не исследовались, в связи с чем вывод суда апелляционной инстанции о том, что Банк может претендовать на полное погашение своих требований за счет реализации предмета залога (недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>), – сделан преждевременно.

При таких обстоятельствах суд округа вынужден констатировать, что судебные акты судов первой и апелляционной инстанций приняты с неправильным применением норм материального права (часть 2 статьи 288 АПК РФ), выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1 статьи 288 АПК РФ), в связи с этим определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене.

Так как для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Башкортостан.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду первой инстанции следует учесть изложенное, установить обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения настоящего спора, в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ оценить представленные в дело доказательства, с надлежащим применением закона принять законный и обоснованный судебный акт.

Суд округа также полагает возможным обратить внимание судов на следующее.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.01.2021 № 309-ЭС20-15448, в ситуации, когда части имущества несостоятельного лица достаточно для удовлетворения требований кредиторов, при решении вопроса об очередности обращения взыскания на принадлежащее ему имущество должна быть учтена воля самого должника. Возникшие между должником и кредиторами по вопросу об очередности обращения взыскания на имущество разногласия разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве (пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации, часть 5 статьи 69 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).

В связи с изложенным, при решении вопроса об обращении взыскания на принадлежащее должнику имущество суд не лишен возможности определить очередность реализации такого имущества (залоговое/незалоговое), в том числе очередность реализации отдельных объектов, учитывая при этом доводы должника и его супруги о нуждаемости в определенных объектах и перспективы поступления денежных средств от их реализации, а также от реализации имущества в иных процедурах банкротства заемщика и сопоручителей.

В случае возникновения обстоятельств достаточности выручки от реализации личного (по условиям брачного договора) имущества должника для удовлетворения возникших до брачного договора требований кредиторов должника (погашения этих требований), либо части общего имущества, либо имущества основного заемщика и сопоручителей, ФИО3 не лишена права возразить против реализации всего спорного имущества.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.10.2024 по делу № А07-17834/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 по тому же делу отменить. Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 


Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова


Судьи                                                                                    Н.В. Шершон


                                                                                              В.В. Плетнева