Решение от 14 ноября 2023 г. по делу № А40-110583/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-110583/23-33-914
г. Москва
14 ноября 2023 г.
Резолютивная часть решения объявлена 13 ноября 2023года

Полный текст решения изготовлен 14 ноября 2023 года

Арбитражный суд в составе судьи Ласкиной С.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ханом Б. А.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ООО «ЕОС М»

к ответчику: Центральной акцизной таможне

о признании незаконным решения Акцизного специализированного таможенного поста (Центр электронного декларирования) от 17.02.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10009100/121021/0157662, 10009100/230821/0127729, 10009100/300821/0131867

при участии представителей:

согласно протокола



УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ЕОС М» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения от 17.02.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10009100/121021/0157662, 10009100/230821/0127729, 10009100/300821/0131867.

Представители заявителя в судебное заседание явились, поддержали заявленные требования по основаниям, изложенным в заявлении.

Представители заинтересованного лица в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в отзыве.

Изучив материалы дела, выслушав пояснения представителей заявителя, возражения представителей заинтересованного лица, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст. 71 АПК РФ, суд установил, что требования заявителя подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со ст. 13 ГК РФ, п. 6 Постановления Пленума ВС и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным, является, одновременно как несоответствие его закону или иному нормативно-правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых интересов граждан или юридических лиц, обратившихся в суд с соответствующим требованиям.

Согласно ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, в круг обстоятельств подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, действий (бездействий) госорганов входит проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативно-правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом, действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Как следует из материалов дела, ООО «ЕОС М» (далее – Заявитель, Общество) в соответствии с контрактом от 01.06.2021 № 01062021, заключенного с компанией «PARADISE TRADE GROUP CO., LIMITED» (Гонконг), задекларированы следующие товары в соответствии с ДТ №№ 10009100/121021/0157662, 10009100/230821/0127729, 10009100/300821/0131867:

- электронные сигареты типа ЭСДН (электронная система доставки жидкости с никотином), одноразовые, многоразовые, товарный знак/марта «EOS», модели: «EOS PREMIUM PLUS», «EOS AIR WIDE», «EOS WIDE», «POD СИСТЕМА EOS UNI», «EOS CUBE ONE», производители: «SHENZHEN WEEPUFF ELECTRONIC TECHNOLOGY CO., LTD.», «SHENZHEN SMOORE TECHNOLOGY LIMITED» (Китай), классифицируемые в подсубпозиции 8543709000 ТН ВЭД ЕАЭС. Условия поставки FCA – СУЙФЭНЬХЭ, CFR – Владивосток, DAP – СУЙФЭНЬХЭ (Инкотермс 2020).

При таможенном оформлении товара по указанных ДТ заявитель представил в Акцизный специализированный таможенный пост (центр электронного декларирования) необходимый пакет документов. Таможенная стоимость товара определена заявителем путем применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами и принята должностными лицами таможенного поста таможни в рамках указанного метода и по заявленной Обществом величине.

По результатам проведенных проверочных мероприятий (акт проверки документов и сведений от 03.06.2022 № 10009000/030622/А0085) были приняты решения в отношении таможенной стоимости товаров по рассматриваемым ДТ. Указанные решения были обжалованы Обществом в ФТС России.

Согласно Решению ФТС России от 29.09.2022 № 15-67/344, решения таможни были приняты преждевременно, без должной проверки и оценки ряда обстоятельств, выявленных в ходе проведенных проверочных мероприятий.

Пунктом 3 указанного Решения ФТС России предусмотрено проведение Центральной акцизной таможней (далее – ЦАТ) таможенного контроля в отношении товаров по рассматриваемым ДТ.

Центральной акцизной таможней проведена проверка документов и сведений после выпуска товаров № 10009000/014/170223/Д0019. По её результатам составлен акт проверки документов и сведений после выпуска товаров и (или) транспортных средств № 10009000/014/170223/А0019 от 17.02.2023 и вынесено обжалуемое решение ЦАТ от 17.02.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №№ 10009100/230821/0127729, 10009100/300821/0131867, 10009100/121021/0157662.

Заявитель ссылается на то, что указанное решение таможенного органа нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также на то, что оспариваемое решение не соответствует Таможенному законодательству.

В связи с изложенным, Заявитель обратился с настоящим заявлением в суд.

Удовлетворяя заявленные требования, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для ввоза на таможенную территорию Союза. Как следует из материалов дела, в целях документального подтверждения применения метода Заявитель представил таможенному органу все предусмотренные законодательством вышеуказанные документы, в том числе и документы, подтверждающие стоимость приобретенного Товара. При этом цена ввозимого товара указана без каких-либо условий, является фиксированной.

Вместе с тем, таможенный орган сослался на неподтвержденность величины транспортных расходов, неподтверждение соблюдения декларантом структуры таможенной стоимости и оплаты товаров.

Вместе с тем, суд отмечает следующее.

В соответствии с пунктом 12 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» исходя из пункта 13 статьи 38 Таможенного кодекса таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью. В то же время с учетом положений пункта 1 статьи 38 Таможенного кодекса предъявляемые к декларанту требования по подтверждению таможенной стоимости должны быть совместимы с коммерческой практикой.

В связи с этим судам следует исходить из того, что лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота.

В соответствии с пунктом 10 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

При корректировке таможенной стоимости товаров таможенный орган обязан учитывать страну отправления, условия поставки, вес товара, производителя товара, его репутацию на рынке сбыта продукта, торговую марку, коммерческие условия и другие условия, поскольку они существенно влияют на таможенную стоимость ввозимого товара.

Таможенный орган обязан указать законные основания, по которым не применяется первый метод определения таможенной стоимости товара, который был заявлен декларантом первоначально.

В силу положений статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза и в отношении таких товаров впервые заявляется иная таможенная процедура, чем процедура таможенного транзита, таможенная процедура таможенного склада, таможенная процедура уничтожения, таможенная процедура отказа в пользу государства или специальная таможенная процедура. Таможенная стоимость товаров, вывозимых с таможенной территории Союза, определяется в соответствии с законодательством о таможенном регулировании государства-члена, таможенному органу которого осуществляется таможенное декларирование товаров. В соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза.

Как следует из материалов дела, в целях документального подтверждения применения метода Заявитель представил таможенному органу все предусмотренные законодательством вышеуказанные документы, в том числе и документы, подтверждающие стоимость приобретенного товара. При этом, суд отмечает, что цена ввозимого товара указана без каких-либо условий, является фиксированной.

Как следует из оспариваемого решения, в качестве основания невозможности принятия заявленной таможенной стоимости по цене сделки таможенный орган указал на то, что цена сделки не подтверждена и структура таможенной стоимости не соблюдена.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, цена товара зафиксирована сторонами внешнеэкономической сделки непосредственно в инвойсах № 20072021/1, № 21072021/1, № 21062021/1, № 27092021/1, и при этом цена соответствует как прайс-листам продавца, так и калькуляциям себестоимости товаров. Данные документы в полном объеме предоставлены Центральной акцизной таможне и в материалах дела, оплата по Контракту заявителем за указанный товар по указанной в инвойсе продавца цене также является бесспорным доказательством согласования Сторонами уплаченной и задекларированной на таможне цены.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, изложенным в Постановлении от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

В то же время выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса.

Принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом данных требований Таможенного кодекса судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Условия поименованного Контракта и Приложений к нему, порядок согласования сторонами его существенных условий, порядок заключения сделки не противоречат положениям статей 30 и 53 Конвенции ООН «О договорах международной купли-продажи товаров» от 11.04.1980, а также статьям 432, 434, 438, 455-460, 465, 481, 485- 487 ГК РФ.

В соответствии с частью 2 статьи 455 ГК РФ условие договора купли-продажи о товаре считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара.

Доказательств того, что Заявитель не представил доказательств совершения сделки или что, содержащаяся в документах информация о цене не соотносится с количественными характеристиками товара, или вообще отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара таможенным органом не выявлено.

Суд приходит к выводу о том, что таможенным органом не принят во внимание факт исполнения Заявителем финансовых обязательств по контракту.

При этом, суд отмечает, что в представленных заявителем таможенному органу документах полностью описан товар, его количество, указана цена, условия и сроки платежа, условия поставки товара. Сведения, указанные в таможенной декларации, соответствуют сведениям, содержащимся в документах сделки.

Суд также принимает во внимание, что Обществом представлены исчерпывающие доказательства приобретения товаров именно по заявленной цене. Таможенным органом не доказано осуществление Обществом каких-либо иных выплат, прямо либо косвенно связанных с приобретением рассматриваемых товаров.

Материалами дела подтверждена оплата товаров Обществом, представлены инвойсы, заявлениями на перевод № 1 от 10.06.2021, № 2 от 14.07.2021, № 3 09.08.2021, № 5 от 15.09.2021, № 6 от 21.12.2021, подробности расчетов были разъяснены Обществом в информационном письме от 04.04.2022, оплата товаров именно в соответствии с указанными инвойсами также подтверждена непосредственно продавцом в письме от 27.05.2022.

Довод таможенного органа о том, что цена товара и стоимость транспортировки товара по контракту не подтверждены документально несостоятелен, поскольку из материалов дела видно, что все запрошенные дополнительные документы и сведения в полном объеме, в том числе документы по оплате ввезенного товара, документы по оплате счета за транспортировку были в полном объеме и в установленный законом срок предоставлены Центральной акцизной таможне.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что таможенный орган необоснованно определил таможенную стоимость в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС (при гибком применении метода предусмотренного статьей 42 ТК ЕАЭС), в то время как обстоятельства, препятствующие применению первого метода определения таможенной стоимости отсутствуют, поскольку со стороны Заявителя были представлены все необходимые документы, подтверждающие обоснованность применения первого метода определения таможенной стоимости.

Кроме того, суд также отмечает, что оспариваемое решение не содержит достоверного и законного обоснования причин невозможности применения методов со второго по пятый, кроме как ссылки на отсутствие достоверности, по мнению таможенного органа, ценовой информации.

Таможенным органом нарушена процедура определения таможенной стоимости, а именно: таможня не привела доказательств невозможности использования методов определения таможенной стоимости, предшествующих шестому методу, доказательств отсутствия в базах данных иных ДТ по ввозу идентичного товара, кроме указания в качестве источника ценовой информации для корректировки по спорным ДТ отдельно взятых сведений из баз данных таможенных органов.

Таможенным органом произведена корректировка цены на основании единственного источника и одной ДТ по каждому товару, однако не представлено доказательств отсутствия других источников (выборку из базы данных), поскольку в случае выявления более одной стоимости сделки с идентичными или однородными товарами для определения таможенной стоимости товаров применяется самая низкая из них (пункт 3 статьи 42 ТК ЕАЭС).

Письмом ФТС России от 10.03.2006 № 01-06/7618 установлено, что информация, содержащаяся в базах данных ГТД, носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными Законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной товаров.

Согласно пункту 5 статьи 45 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость ввозимых товаров не должна определяться на основе системы, предусматривающей принятие для таможенных целей более высокой из двух альтернативных стоимостей. В соответствии с пунктом 15 Правил применения резервного метода (метод 6) при определении таможенной стоимости товаров (утв. Решением Коллегии ЕЭК от 06.08.2019 № 138) при использовании ценовых данных, указанных в пункте 14 настоящих Правил, необходимо учитывать, что использование ценовых данных не противоречит положениям пункта 5 статьи 45 Кодекса.

В соответствии с пунктом 61 Порядка действий должностных лиц таможенных органов при таможенном контроле таможенной стоимости товаров, ввозимых в Российскую Федерацию или вывозимых из Российской Федерации (утв. Приказом ФТС России от 21.05.2021 № 436) при проведении проверки правильности определения 13 декларантом структуры и величины таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС уполномоченное должностное лицо таможенного органа проверяет правильность определения таможенной стоимости ввозимых товаров с учетом пунктов 13-17 Правил применения метода 6, утвержденных Решением ЕЭК № 138, и устанавливает, что декларант в качестве основы для определения таможенной стоимости ввозимых не использовал цену, предусматривающую принятие для таможенных целей более высокой из двух альтернативных стоимостей.

Оспариваемое решение также не содержит сведений об общем количестве выявленных сделок идентичных/однородных товаров и об их минимальном уровне.

Следовательно, из текста оспариваемого решения не ясно, какие конкретно данные были использованы в качестве основания для корректировки таможенной стоимости, таможенным органом не доказана обоснованность применения резервного (шестого) метода определения таможенной стоимости товаров, не представлены доказательства того, что использованная таможенным органом при корректировке таможенной стоимости ценовая информация была сопоставлена с конкретными условиями осуществляемой Обществом сделки, а также не доказано, что используемая таможенным органом информация подтверждает ценовую информацию, сложившуюся на рынке, согласно коммерческим условиям, сопоставимым с условиями контракта, заключенного Обществом. Указанное свидетельствует об отсутствии обоснования выбранной таможенным органом основы для определения таможенной стоимости товара, задекларированного Обществом.

При этом, по мнению суда, низкий ценовой уровень таможенной стоимости товара сам по себе не свидетельствует о недостоверном декларировании и не может являться основанием для корректировки таможенной стоимости, а служит только поводом для проведения проверочных мероприятий. Различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к сделке общества с названной фирмой, не может рассматриваться как доказательство недостоверности условий этой сделки и служить основанием для корректировки таможенной стоимости товара, ввезенного на территорию РФ по указанным таможенным декларациям.

С учетом вышеуказанных положений, суд приходит к выводу о том, что примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

При этом, отклоняя возражения таможенного органа, суд также считает необходимым отметить следующее.

Относительно ссылки таможенного органа на п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», суд отмечает следующее. В п. 10 указанного Постановления, в том числе, содержится указание на то, что примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

При этом, таможенный орган указывает на то, что в то же время отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

В соответствии с п. 8 Решения Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42 (ред. от 06.04.2021) «Об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза» (вместе с «Положением об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза»), при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенным органом могут быть запрошены (истребованы) следующие документы и (или) сведения, включая письменные пояснения:

а) прайс-листы производителя ввозимых товаров, его коммерческие предложения;

б) прайс-листы, коммерческие предложения, оферты продавцов ввозимых, идентичных, однородных товаров, а также товаров того же класса или вида;

в) таможенная декларация страны отправления (происхождения, транзита) товаров, если заполнение такой таможенной декларации предусмотрено в стране отправления (происхождения, транзита) товаров;

г) документы об оплате ввозимых товаров;

д) отгрузочные (упаковочные) листы;

е) бухгалтерские документы о принятии ввозимых, идентичных, однородных товаров на учет;

ж) сведения о стоимости ввозимых товаров в разрезе торговых марок (брендов), моделей, артикулов;

з) договоры, в соответствии с которыми ввозимые, идентичные, однородные товары продаются на таможенной территории Союза;

и) пояснения относительно оснований и условий предоставления продавцом скидок покупателю;

к) документы и сведения о физических и технических характеристиках, качестве и репутации ввозимых товаров, а также об их влиянии на цену ввозимых товаров;

л) документы и сведения о перевозке (транспортировке) ввозимых товаров, их погрузке, разгрузке или перегрузке и проведении иных операций, связанных с перевозкой (транспортировкой) ввозимых товаров;

м) документы и сведения, подтверждающие расходы на производимые после ввоза товаров на таможенную территорию Союза строительство, возведение, сборку, монтаж, обслуживание или оказание технического содействия в отношении таких товаров, как промышленные установки, машины или оборудование (смета и график проведения монтажных и пусконаладочных работ, акты выполненных работ и т.п.);

н) документы, подтверждающие отсутствие взаимосвязи между продавцом и покупателем или отсутствие влияния взаимосвязи между продавцом и покупателем на стоимость сделки с ввозимыми товарами, в том числе:

- документы и сведения о принадлежащих продавцу и (или) покупателю голосующих акциях организаций государств-членов и третьих стран;

- документы, подтверждающие стоимость сделки с идентичными или однородными товарами при их продаже покупателям, не являющимся взаимосвязанными с продавцом лицами, для вывоза на таможенную территорию Союза;

- документы, подтверждающие таможенную стоимость идентичных или однородных товаров, определенную по методу вычитания (метод 4);

- документы, подтверждающие таможенную стоимость идентичных или однородных товаров, определенную по методу сложения (метод 5);

- иные документы и сведения, характеризующие сопутствующие продаже обстоятельства, в том числе способ, которым покупатель и продавец организуют свои коммерческие отношения, и то, каким образом была установлена цена товаров;

о) лицензионный договор, счет-фактура, банковские платежные документы, бухгалтерские и иные документы, содержащие сведения о платежах за использование объектов интеллектуальной собственности, которые относятся к ввозимым товарам;

п) иные документы и сведения, в том числе полученные декларантом от иных лиц, включая лиц, имеющих отношение к производству, перевозке (транспортировке) и реализации ввозимых товаров.

Как следует из пункта 11 Постановления № 49, отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС (постановление Арбитражного суда Московского округа от 02.06.2021 № Ф05-11803/2021 по делу №А40-116650/2020).

Кроме того, суд соглашается с доводом заявителя о том, что таможенный орган, не доказав того, что такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции на других условиях и по другой цене, незаконно и необоснованно возложила на импортёра обязанность доказывания того, что такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции на таких же условиях и по такой же цене.

Кроме того, суд отклоняет довод таможенного органа о том, что наличие прайс-листа производителя всегда необходимо для подтверждения того, что продажа товаров и их цена не зависят от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, при этом в материалах дела имеются прайс-листы продавца и калькуляции себестоимости товаров.

Указываемые таможенным органом противоречия в документах на транспортировку товаров не могут являться основанием невозможности принятия таможенной стоимости по цене сделки, поскольку из материалов дела следует, что данные сведения не являются неустранимым противоречием, влияющим на достоверность совокупности представленных декларантом иных документов, подтверждающих действительную стоимость товара.

При этом суд соглашается с доводами и пояснениями заявителя, изложенными им письменно в возражениях на отзыв, в том числе касательно разъяснений, изложенных в пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 49, что в соответствии с пунктом 3 статьи 40 Таможенного кодекса последующие методы таможенной оценки используются, в частности, при отсутствии достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации, необходимой для осуществления дополнительных начислений к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, предусмотренных данной статьей.

Следовательно, не заявление (неполнота заявления) декларантом одного или нескольких дополнительных начислений не является основанием для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости, если при проведении таможенного контроля декларантом представлены и (или) имеются в распоряжении таможенного органа отвечающие требованиям пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса документы (сведения), позволяющие правильно учесть такие дополнительные начисления.

Как следует из материалов дела, Обществом в таможенный орган представлены исчерпывающие документы, подтверждающие расходы на транспортировку товаров – счета от экспедиторов, платежные поручения по оплате транспортных расходов, акты. В то же время сомнения таможенного органа, ставшие основанием для внесения изменений в ДТ, фактически сводятся именно к сомнениям в правильности включения в таможенную стоимость данных дополнительных начислений. Однако таможенный орган располагал всеми необходимыми документами, подтверждающими транспортные расходы. Таким образом, основания для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости отсутствуют.

Суд также учитывает, что товары были поставлены на условиях FCA – Суйфэньхэ, CFR – Владивосток, DAP – Суйфэньхэ (Инкотермс 2020), а данные условия поставки предусматривают, что цена товара включает в себя конечную стоимость продукции с учётом экспортного оформления с уплатой вывозных пошлин, а также затраты на доставку продукции в назначенный пункт.

Из материалов дела также следует, что, получив запросы таможенного органа о предоставлении документов и сведений, Общество запросило соответствующие документы у экспедиторов. На часть запросов ответы компаниями-экспедиторами даны не были, в предоставлении документов (в частности, экспортных деклараций) Обществу было отказано.

В соответствии с пунктом 10 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза (утв. Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42) в качестве объяснения причин, по которым документы и (или) сведения, запрошенные таможенным органом у декларанта при проведении контроля таможенной стоимости товаров, не могут быть представлены и (или) отсутствуют, рассматриваются представленные декларантом документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, подтверждающие, что лицо, располагающее запрошенными документами и (или) сведениями, отказало декларанту в их предоставлении или декларантом не получен ответ от лица, располагающего запрошенными документами и (или) сведениями.

Согласно пункту 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 49 непредоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Учитывая данные обстоятельства, суд приходит к выводу, что декларантом надлежащим образом исполнена обязанность по представлению запрошенных таможенным органом документов и сведений, требования пункта 10 Положения об особенностях проведения таможенного контроля Обществом соблюдены.

В то же время в случае возникновения сомнений о статусе экспортной декларации таможенный орган, руководствуясь п. 1 ст. 338, ст. 340 ТК ЕАЭС, п. 15, п. 21 Приказа ФТС России от 21.05.2021 № 436 "Об установлении порядка действий должностных лиц таможенных органов при таможенном контроле таможенной стоимости товаров, ввозимых в Российскую федерацию или вывозимых из Российской Федерации", имел возможность в целях обеспечения проведения таможенного контроля получить экспортную декларацию у Продавца и (или) таможенных органов КНР с необходимыми для таможенного органа отметками, однако не воспользовался этим правом и не предпринял каких-либо мер.

Также таможенным органом не были запрошены сведения и у продавца товаров.

Судом также учтено, что заявленный заинтересованным лицом аргумент в части расходов на разработку товаров в США касается исключительно товаров, поставленных ООО «ЕОС РУС» и ООО «МИРАКЛ ГРУПП» и не имеет отношения к рассматриваемым ДТ и к товарам, ввезенным ООО «ЕОС М», а также данный аргумент не подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что таможенный орган не доказал невозможность принятия заявленной Обществом таможенной стоимости.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что решение Центральной акцизной таможни от 17.02.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10009100/121021/0157662, 10009100/230821/0127729, 10009100/300821/0131867 не соответствует действующему таможенному законодательству и является недействительным.

Следовательно, в данном случае имеются основания, предусмотренные ст. 13 ГК РФ и ч. 1 ст. 198 АПК РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта органа, осуществляющего публичные полномочия, недействительным, а решения или действия незаконными.

Согласно ч. 2 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Таким образом, в соответствии с п. 3 ч. 4 ст. 201 АПК РФ суд считает необходимым обязать Центральную акцизную таможню в тридцатидневный срок со дня вступления в законную силу судебного акта устранить допущенные нарушения прав и законных интересов Общества с ограниченной ответственностью «ЕОС М» в установленном законом порядке.

Судебные расходы, связанные с оплатой государственной пошлины, подлежат распределению в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Судебный акт с указанием в резолютивной части реквизитов платежных документов является основанием для обращения в налоговый орган с заявлением о возврате государственной пошлины (письма Министерства Российской Федерации по налогам и сборам от 23.09.2004 № 04-4-09-1211 и от 15.11.2004 № 04-4-09-1234). Справка на возврат государственной пошлины выдается судом на основании отдельного заявления.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 29, 65, 71, 75, 167-170, 176, 181, 198, 200, 201 АПК РФ, суд



РЕШИЛ:

Проверив на соответствие требованиям действующего законодательства, признать недействительным решение Центральной акцизной таможни от 17.02.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10009100/121021/0157662, 10009100/230821/0127729, 10009100/300821/0131867.

Обязать Центральную акцизную таможню в тридцатидневный срок со дня вступления в законную силу судебного акта устранить допущенные нарушения прав и законных интересов Общества с ограниченной ответственностью «ЕОС М» в установленном законом порядке.

Взыскать с Центральной акцизной таможни в пользу Общества с ограниченной ответственностью «ЕОС М» расходы по оплате госпошлины в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Возвратить ООО «ЕОС М» из федерального бюджета госпошлину в размере 6 000 руб., уплаченную по п/п от 08.06.2023 №135.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья:

С.О. Ласкина