Постановление от 1 сентября 2019 г. ФАС СЗО (ФАС Северо-Западного округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

02 сентября 2019 года

Дело №

А56-75891/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 02 сентября 2019 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Воробьевой Ю.В., Казарян К.Г.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 10.10.2018), от ФИО3 и ФИО4 представителя ФИО5 (доверенности соответственно от 24.05.2018 и 20.09.2018), от ФИО6 и ФИО7 представителя ФИО8 (доверенности соответственно от 25.09.2018 и 01.10.2018), от конкурсного управляющего открытым акционерным обществом «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» ФИО9 представителей ФИО10 (доверенность от 01.06.2019), ФИО11 (доверенность от 01.06.2019), от публичного акционерного общества Банк ВТБ представителей ФИО12 (доверенность от 24.12.2018), ФИО13 (доверенность от 08.11.2018), от акционерного общества «Газпромнефть-Аэро» представителя ФИО14 (доверенность от 12.12.2018), от публичного акционерного общества «Сбербанк России» представителя ФИО15 (доверенность от 11.09.2018),

рассмотрев 28.08.2019 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО6, ФИО7 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2019 (судьи Тойвонен И.Ю., Копылова Л.С., Слоневская А.Ю.) по делу № А56-75891/2015/сд.67,

у с т а н о в и л:

Публичное акционерное общество «Сбербанк России» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании открытого акционерного общества «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» (191104, Санкт-Петербург, пр. Литейный, д.48, лит. А ОГРН <***>, ИНН <***>) (далее – должник, Общество, ОАО «АК «ТРАНСАЭРО») несостоятельным (банкротом). Определением арбитражного суда от 19.10.2015 указанное заявление принято к производству.

Определением арбитражного суда от 23.12.2015 (резолютивная часть объявлена 16.12.2015) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО16. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 26.12.2015 № 240.

Решением арбитражного суда от 20.09.2017 (резолютивная часть объявлена 13.09.2017) ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО9. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 23.09.2017 № 177.

В арбитражный суд от конкурсного управляющего 10.09.2018 поступило заявление от 08.09.2018 б/н об оспаривании сделок должника, в соответствии с которым конкурсный управляющий просил:

- признать недействительной сделкой выплату ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» дивидендов за 2013 год ФИО4, осуществленную платежным поручением № 26576 от 11.07.2014 в размере 23 512 587 руб.; применить последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» денежных средств в размере 23 512 587 руб. Также просил взыскать с ФИО4 в пользу ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» 8 506 660 руб. 31 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, рассчитанных за период с даты их получения по 10.09.2018, с дальнейшим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму основной задолженности в размере 23 512 587 руб., исходя из ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации (далее – Банк России), действующей в соответствующие периоды, начиная с 11.09.2018 по день фактической уплаты;

- признать недействительной сделкой выплату ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» дивидендов за 2013 год ФИО3, осуществленную платежным поручением № 26575 от 11.07.2014 в размере 23 300 996 руб. 80 коп.; применить последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» денежных средств в размере 23 300 996 руб. 80 коп. Также просил взыскать с ФИО3 в пользу ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» 8 430 108 руб. 72 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, рассчитанных за период с даты их получения по 10.09.2018, с дальнейшим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму основной задолженности в размере 23 300 996 руб. 80 коп., исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, начиная с 11.09.2018 по день фактической уплаты;

- признать недействительной сделкой выплату ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» дивидендов за 2013 год ФИО1, осуществленную платежным поручением № 26582 от 11.07.2014 в размере 3 835 279 руб.; применить последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» денежных средств в размере 3 835 279 руб. Также просил взыскать с ФИО1 в пользу ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» 1 387 572 руб. 33 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, рассчитанных за период с даты их получения по 10.09.2018, с дальнейшим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму основной задолженности в размере 3 835 279 руб., исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, начиная с 11.09.2018 по день фактической уплаты;

- признать недействительной сделкой выплату ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» дивидендов за 2013 год ФИО6, осуществленную платежным поручением № 26579 от 11.07.2014 в размере 4 474 476 руб. 60 коп.; применить последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» денежных средств в размере 4 474 476 руб. 60 коп. Также просил взыскать с ФИО6 в пользу ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» 1 618 828 руб. 80 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, рассчитанных за период с даты их получения по 10.09.2018, с дальнейшим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму основной задолженности в размере 4 474 476 руб. 60 коп., исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, начиная с 11.09.2018 по день фактической уплаты;

- признать недействительной сделкой выплату ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» дивидендов за 2013 год ФИО7, осуществленную платежным поручением № 26578 от 11.07.2014 в размере 4 474 476 руб. 60 коп.; применить последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ФИО7 в конкурсную массу ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» денежных средств в размере 4 474 476 руб. 60 коп. Также просил взыскать с ФИО7 в пользу ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» 1 618 828 руб. 80 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, рассчитанных за период с даты их получения по 10.09.2018, с дальнейшим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму основной задолженности в размере 4 474 476 руб. 60 коп., исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, начиная с 11.09.2018 по день фактической уплаты.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.04.2019 в удовлетворении заявления конкурсному управляющему ОАО «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» ФИО9 отказано. С ОАО «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6000 руб.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2019 определение суда первой инстанции от 05.04.2019 отменено.

Признаны недействительными сделки по выплате ОАО «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» дивидендов за 2013 год ФИО4, ФИО3, ФИО1, ФИО6, ФИО7; применены последствия недействительности сделок путем взыскания в конкурсную массу ОАО «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО», соответственно, с ФИО4 23 512 587 руб., с ФИО3 23 300 996 руб. 80 коп., с ФИО1 3 835 279 руб., с ФИО6 4 474 476 руб. 60 коп., с ФИО7 4 474 476 руб. 60 коп. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Суд апелляционной инстанции также взыскал в доход федерального бюджета с ФИО4, с ФИО3, с ФИО1, с ФИО6, с ФИО6 расходы по уплате госпошлины за рассмотрение заявления в размере 6 000 руб. с каждого.

В конкурсную массу ОАО «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» с ФИО4, с ФИО3, с ФИО1, с ФИО6, с ФИО7 также взыскано 600 руб. с каждого в счет возмещения судебных расходов по уплате госпошлины по апелляционной жалобе.

ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО6, ФИО7 обратились в Арбитражный суд Северо-Западного округа с кассационными жалобами на постановление от 09.07.2019. Податели жалоб просят указанное постановление отменить, считая его незаконным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права. Доводы всех кассационных жалоб аналогичны друг другу.

По мнению подателей жалоб, судом первой инстанции верно установлено отсутствие оснований для оспаривания выплаты дивидендов, так как выплаты производились на основании решения общего собрания акционеров должника, которое не оспаривалось и является действительным. Кроме того, податели жалоб утверждают, что на момент совершения оспариваемых выплат отсутствовали признаки неплатежеспособности, а у акционеров отсутствовал умысел на причинение вреда должнику. Данные выплаты были произведены в рамках обычной хозяйственной деятельности должника. Также податели жалоб обращают внимание суда, что конкурсным управляющим должником оспариваются выплаты дивидендов только 5 акционерам, в то время как выплаты остальным 195 акционерам считаются законными и действительными.

В суд поступили отзывы от конкурсного управляющего должником, от конкурсного кредитора акционерное общество «Газпромнефть-Аэро», конкурсного кредитора публичное акционерное общество «Сбербанк», конкурсного кредитора публичное акционерное общество Банка ВТБ. Во всех поступивших отзывах конкурсный управляющий должником и конкурсные кредиторы просят отказать в удовлетворении кассационных жалоб.

В судебном заседании представители подателей жалоб поддержали доводы кассационных жалоб. Представители конкурсного управляющего должником и конкурсных кредиторов поддержали позиции, изложенные в отзывах.

Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, генеральным директором должника ФИО4 была подписана бухгалтерская отчетность должника за 2013 год, в том числе отчет о прибылях и убытках (отчет о финансовых результатах), согласно которому общий размер прибыли по результатам 2013 года составил 1 029 985 000 руб.

Бухгалтерская отчетность должника за 2013 год была рассмотрена и утверждена Комитетом по аудиту Совета директоров (протокол от 15.05.2014 № 01.00-КА-П03/14), а также Советом директоров должника (протокол от 15.05.2014 № 01.00-П03/14).

Решением годового общего собрания от 21.06.2014 акционеров должника рассмотрен и утвержден годовой отчет за 2013 год, бухгалтерская отчетность за 2013 год и принято решение о распределении прибыли и выплате дивидендов по результатам 2013 года в общем размере 138 461 490 руб. в пользу всех акционеров должника – по 90 копеек на каждую обыкновенную именную акцию.

По состоянию на дату, на которую определялись лица, имеющие право на получение дивидендов (03.07.2014) ФИО4 принадлежало 28 295 200 обыкновенных именных акций должника, ФИО3 – 28 040 572 обыкновенных именных акций должника, ФИО1 – 4 615 400 обыкновенных именных акций должника, ФИО6 и ФИО7 по 5 384 614 обыкновенных именных акций должника.

Согласно Протоколу об итогах голосования на общем собрании акционеров должника от 21.06.2014 по второму вопросу повестки дня «Утверждение бухгалтерской отчетности, в том числе отчета о прибылях и убытках (отчета о финансовых результатах) ОАО «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» за 2013 год» акционеры единогласно проголосовали за утверждение бухгалтерской отчетности за 2013 год. В голосовании приняли участие владельцы именных ценных бумаг, обладающие в совокупности 80,2363% от числа размещенных голосующих акций должника. По третьему вопросу повестки дня «Распределение прибыли Открытого акционерного общества «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» по результатам 2013 финансового года» акционеры также единогласно проголосовали за распределение 138 461 490 руб. на выплату дивидендов акционерам. В голосовании приняли участие владельцы именных ценных бумаг, обладающие в совокупности 80.2363% от числа размещенных голосующих акций должника. 11.07.2014 должником была осуществлена выплата дивидендов в пользу всех акционеров должника.

Данные платежи были осуществлены в течение более чем одного, но менее трех лет до возбуждения в отношении ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» дела о банкротстве (19.10.2015), то есть в период подозрительности, предусмотренной пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Полагая, что с учетом последующего внесения корректировок в бухгалтерскую отчетность должника за 2013 год у ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» отсутствовали основания для распределения прибыли и выплаты дивидендов, а также что сделки по перечислению должником дивидендов совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и при злоупотреблении ответчиками правом, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с вышеуказанными требованиями на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Заявитель также указывал, что на момент выплаты дивидендов ответчикам должник отвечал признаку неплатежеспособности в связи с прекращением им исполнения части своих денежных обязательств перед другими кредиторами, а также обязанностей по уплате обязательных платежей.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания сделок недействительными и отказал в удовлетворении заявленных требований.

Апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции и признал сделки недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), указав следующее.

Не оценивая в категоричной форме сроки наступления объективных признаков банкротства должника, в условиях отсутствия на то достаточных объективных оснований, подтвержденных надлежащими экспертными исследованиями, суд апелляционной инстанции пришел к ввыоду, что применительно к предмету спора, связанному с выплатой должником в июле 2014 года дивидендов кругу заинтересованных лиц, в условиях наличия у должника косвенных признаков неплатежеспособности (нехватки денежных средств), применительно к частичному прекращению исполнения обязательств перед рядом своих контрагентов, а также с учетом того, что информацией о необходимости внесения корректировок в бухгалтерскую отчетность за 2013 год (на основании ранее сделанных аудитором оговорок) органы управления должника к моменту соответствующих выплат и принятия корпоративных решений обладали, факт получения ответчиками оспариваемых выплат может быть квалифицирован в качестве действия, направленного на причинение вреда должнику и его кредиторам, применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Ответчики, будучи информированными об обстоятельствах, указывающих на то, что бухгалтерская отчетность Общества подлежит существенной корректировке и располагая заключением аудитора, как полагает апелляционный суд, не предприняли должных мер, направленных на надлежащее установление обстоятельств реальной и полной достоверности бухгалтерской отчетности. В этой связи получение ответчиками спорных сумм (дивидендов за 2013 год) апелляционный суд оценил в качестве сделок, имеющих направленность на причинение вреда кредиторам должника и самому должнику, в том числе в формате убытков, обусловленных выплатой значительной суммы денежных средств, которые могли быть использованы должником на исполнение текущих и иных обязательств.

Арбитражный суд Северо-Западного округа, изучив материалы дела, доводы кассационных жалоб, возражений приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 данного Постановления № 63 разъяснено, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; а также имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Таким образом, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов будет считаться недоказанной, если не доказано наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения сделки.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 названного Постановления № 63).

В силу части1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Разрешая настоящий обособленный спор, суд первой инстанции верно указал на наличие вступившего в законную силу судебного акта - постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2018 по обособленному спору № А56-75891/2015/сд.15 в рамках настоящего дела о банкротстве должника, оставленного без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.10.2018, которым установлено, что согласно данным, содержащимся в годовом отчете о деятельности должника за 2014 год, ежеквартальном отчете за второй квартал 2015 года, которые были предназначены для доведения информации о деятельности должника, включая финансово-хозяйственную деятельность, в том числе, до сведения органов управления должника, должник действительно испытывал финансовые трудности, между тем, осуществлял предпринимательскую деятельность, от которой получал выручку в значительном объеме, который не был снижен и в спорный период, и имел план по выходу из финансового кризиса. При этом, ни наличия признаков неплатежеспособности, ни наличие признаков недостаточности имущества в указанных отчетах не отражено, и на основании их данных невозможно сделать вывод о предстоящем банкротстве ОАО «АК «ТРАНСАЭРО».

Кроме того, материалами банкротного дела и бухгалтерской отчетности должника подтверждается устойчивое финансовое положение должника на момент совершения оспариваемых сделок. Так, согласно бухгалтерскому балансу на 31.12.2013 активы должника (104,96 млрд. руб.) превышали кредиторскую задолженность (25,57 млрд. руб.) более чем в 4 раза. Более того, согласно бухгалтерскому балансу на 31.12.2014, включенному в годовой отчет эмитента за 2014 год, активы должника (128,86 млрд. руб.) превышают кредиторскую задолженность (47,83 млрд. руб.) более чем в 2,5 раза.

В 2013 и 2014 годах у должника отсутствовала какая-либо задолженность по обязательствам, подтвержденная судебными актами.

Первый судебный акт о взыскании задолженности с должника вступил в законную силу в марте 2016 года в связи с наличием просрочки, возникшей в марте 2015 года (решение Арбитражного суда города Москвы от 10.12.2015 по делу № А40-186914/15).

Как следует из заявления ПАО Сбербанк о признании должника банкротом, кредитор-заявитель ссылался на наличие у ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» просроченной задолженности по состоянию на 02.10.2015.

Кредитор АО «Альфа-Банк» в заявлении о включении в реестр требований кредиторов указывал на неисполненные обязательства по состоянию на 25.06.2015.

В своем заявлении от 11.11.2015 о включении в реестр требований кредиторов налоговый орган указывал на наличие просроченных обязательств по уплате страховых взносов, обязанность по уплате которых наступила после 15.09.2015.

Таким образом, как верно указано судом первой инстанции, в материалы настоящего обособленного спора, в нарушение статьи 65 АПК РФ, не представлены доказательства наличия у должника просроченной задолженности перед контрагентами, подтвержденной судебными актами, вступившими в законную силу в период как до совершения оспариваемых сделок, так и в период их совершения.

Более того, как верно указано судом первой инстанции, Банком России в мае 2015 года был сделан вывод об оценке финансового состояния должника как «среднее» в соответствии с пунктом 3.3 действовавшего в соответствующий период Положения о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности, утвержденного Банком России 26.03.2004 № 254-П.

Так, согласно предписанию Банка России от 15.05.2015 № Т1-51-21-11/16724ДСП, адресованному АО АКБ «Международный финансовый клуб», Банк России предписал поднадзорной организации реклассифицировать ссудную задолженность ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» не выше, чем во II категорию качества и сформировать резерв на возможные потери по данной ссудной задолженности в размере не менее 1 % от суммы основного долга.

Как указано в решении Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.09.2017 по делу № А56-75891/2015, согласно выводу анализа финансового состояния должника резкое ухудшение финансовых показателей деятельности должника произошло в 2015 году исключительно по совокупности следующих причин – лишение лицензии на оказание услуг по авиаперелетам (сертификат эксплуатанта ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» аннулирован приказом Федерального агентства воздушного транспорта от 20.10.2015 № 663 с 26.10.2015; в результате изменений курса валюты (так как основные контракты должника были заключены с лизинговыми компаниями и банками в иностранной валюте, в связи с чем должник брал в лизинг воздушные суда и ссуды в банках по курсу на текущую дату, а погашал долги гораздо по более высокому курсу).

Таким образом, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника даже во втором квартале 2015 года.

Как верно отмечено судом первой инстанции со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 по делу № 309-ЭС17-1801, признаки неплатежеспособности, объективное банкротство наступает в критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов становится неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, а не в момент прекращения исполнения обязательств, установленных в рамках конкретного обособленного спора, как указывает конкурсный управляющий.

При указанных обстоятельствах также правильным является вывод суда первой инстанции о том, что наличие задолженности должника в более ранний период перед отдельными кредиторами не свидетельствует о неплатежеспособности должника.

Суд кассационной инстанции считает необходимым отметить, что в рамках одного дела о банкротстве должника при рассмотрении обособленных споров не может быть разных подходов к определению начала периода признаков неплатежеспособности, объективного банкротства.

Следует также отметить, что обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий при рассмотрении настоящего обособленного спора, были ему известны с момента введения в отношении должника процедуры наблюдения, однако ранее он на них не ссылался.

Учитывая указанные обстоятельства, суд кассационной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что по состоянию на 11.07.2014 должник не мог обладать признаками неплатежеспособности и/или недостаточности имущества, при отсутствии данных признаков указание конкурсного управляющего на наличие у должника финансовых затруднений, ухудшение коэффициентов хозяйственной деятельности должника, не может быть положено в обоснование вывода о наличии предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

В обжалуемом постановлении суд апелляционной инстанции, оценивая обстоятельства внесения изменений в бухгалтерскую отчетность должника, указал, что само по себе осуществление корректировки бухгалтерской отчетности Общества в соответствии с действующими предписаниями и правилами, как и сроки ее проведения, не указывает на то, что органы управления должника, в число которых непосредственно входили ФИО3, ФИО4 и ФИО1, не владели и не могли владеть к моменту проведения общего собрания акционеров Общества по итогам деятельности за 2013 год и принятия определенных корпоративных решений объективной информацией как о финансовом состоянии самого Общества, так и об обстоятельствах, которые могли повлиять на формирование бухгалтерской отчетности Общества, применительно к определению объема его пассивов и активов, соответствующих обязательств, достаточности того или иного документального и аудиторского подтверждения их реальной достоверности.

При этом апелляционный суд отметил, что после принятия вышеназванных корпоративных решений, повлекших выплату дивидендов акционерам Общества, само Общество в лице тех же органов управления по итогам 2014 года осуществило внесение существенных корректировок бухгалтерской отчетности Общества как за 2012, так и за 2013 год. Так, за 2012 год была уменьшена сумма дебиторской задолженности на сумму порядка 15 млрд. руб. в активе баланса, а также увеличен непокрытый убыток на ту же сумму. Соответственно, величина отрицательных чистых активов по результатам таких корректировок за 2012 год составила 13, 273 млрд. руб., вместо положительных ранее чистых активов в размере 1, 858 млрд. руб. В свою очередь, корректировки бухгалтерской отчетности Общества за 2013 год также существенным образом затронули величину активов и пассивов Общества, с учетом того, что Обществом были уменьшены показатели в активе баланса по строкам: основные средства – 5, 154 млрд. руб., прочие вложения (расчеты по лизинговым платежам – 1, 636 млрд. руб., запасы на сумму 0,593 млрд. руб., дебиторская задолженность на сумму 19, 474 млрд. руб. Соответственно в пассиве баланса показатели также подверглись значительной корректировке по строкам: непокрытые убытки увеличены до 32, 562 млрд. руб. (с учетом убытков за 2012 год), кредиторская задолженность увеличилась на сумму 5, 425 млрд. руб., резервы увеличились на сумму 0, 279 млрд. руб. Также указано, что в пояснительной записке Общества к бухгалтерской отчетности за 2014 год отсутствовали пояснения о причинах внесения существенных изменений (корректировок, исправлений) финансовой отчетности Общества за предшествующие годы, в частности за 2013 год. Таким образом, в результате проведенных масштабных корректировок бухгалтерской отчетности по итогам откорректированной отчетности за 2013 год Общество фактически не имело прибыли (чистой прибыли), а имело значительный убыток на сумму более 16 млрд. руб. При таких обстоятельствах, как посчитал апелляционный суд, должник по итогам 2013 финансового года реально не мог принимать соответствующие решения о распределении чистой прибыли и выплате дивидендов, в условиях фактического наличия убытков от деятельности Общества за указанный период, что по существу само Общество в лице его органов управления признало, осуществив корректировку бухгалтерской отчетности за указанный год, принимая во внимание и замечания (оговорки) аудитора, о которых Обществу стало известно не позднее апреля 2014 года.

Однако, как верно указано судом первой инстанции, приведенная корректировка, осуществленная в соответствии с указом Генерального директора ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» от 30.12.2014 № 7151, была произведена в соответствии с правилами бухгалтерского учета (Приказ Минфина России от 28.06.2010 № 63н) и действующими правилами учетной политики должника. В данных действиях не усматривается умысел на сокрытие реальной финансовой ситуации должника.

Как установлено судом первой инстанции, данные корректировки были обусловлены объективными внешними факторами, в первую очередь, резким ослаблением курса рубля и ростом цен на авиационное топливо.

Кроме того, являясь открытым акционерным обществом, должник в соответствии с законодательством о рынке ценных бумаг своевременно и в полном объеме раскрывал финансовую отчетность, а также сведения о решениях, принятых общим собранием акционеров, в том числе о распределении прибыли и выплате дивидендов.

Финансовая отчетность должника ежегодно проходила обязательный аудит, аудиторские заключения также публично раскрывались должником.

Суд кассационной инстанции считает, что в ходе судебного разбирательства по настоящему обособленному спору не установлено обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении правом лицами, являющимися сторонами оспариваемых сделок, в их действиях также не усматривается умысла на причинение вреда должнику или кредиторам.

Суд кассационной инстанции также считает, что в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора не установлено доказательств, достоверно подтверждающих, что органы управления должником, в число которых непосредственно входили ФИО3, ФИО4 и ФИО1, располагая информацией о действительном положении Общества, заведомо не отразили достоверные сведения в первоначальной бухгалтерской отчетности за 2013 год.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

При разрешении настоящего обособленного спора суды как первой, так и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу, что достаточной совокупности оснований для постановки вывода о злоупотреблении правом как со стороны должника, так и ответчиков, применительно к положениям статьи 10 ГК РФ, по материалам обособленного спора не установлено, с учетом того, что Общество, будучи хозяйствующим субъектом и акционерным обществом, в условиях утверждения годовой отчетности за 2013 год и наличия соответствующего корпоративного решения, выраженного акционерами на общем собрании, квалифицированное большинство на котором ответчики не составляли, своим правом на выплату дивидендов всем акционерам само по себе не злоупотребляло.

Ответчики не могли влиять на принятие общим собрание акционеров должника от 21.06.2014.

Согласно абз. 2 п. 1. ст. 42 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» общество обязано выплатить объявленные по акциям каждой категории (типа) дивиденды. Дивиденды выплачиваются деньгами, а в случаях, предусмотренных уставом общества, - иным имуществом.

Согласно пункту 3 статьи 42 Закона об акционерных обществах решение о выплате (объявлении) дивидендов, в том числе решение о размере дивиденда и форме его выплаты по акциям каждой категории (типа), принимается общим собранием акционеров.

Решение от 21.06.2014 принято единогласно всеми лицами, участвующими в собрании акционеров. При этом количество голосов ответчиков в совокупности составляет только 46,6 %.

Аналогичным образом ответчики не могли влиять на принятие решения Совета директоров должника от 15.05.2014, поскольку решение было принято семью членами Совета директоров, в то время как ответчики обладали только тремя голосами.

При указанных обстоятельствах следует согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что поскольку выплата дивидендов неоднократно осуществлялась должником и ранее в течение продолжительного периода времени, спорные сделки должны быть квалифицированы как совершенные в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Кроме того, на общем собрании акционеров должника от 21.06.2014 был решен вопрос о выплате дивидендов всем 200 акционерам. Однако конкурсный управляющий обратился с заявлением об оспаривании выплат только 5 акционерам, что свидетельствует о необоснованном и неправомерно избирательном подходе конкурсного управляющего к оспариванию отдельных сделок.

Таким образом, суд кассационной инстанции считает, что в ходе оспаривания сделок по выплате ответчикам дивидендов не установлена совокупность обстоятельств, которые могут служить основанием для признания их недействительными в соответствии с положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно, что на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, также не доказана цель причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Учитывая изложенное, суд кассационной инстанции находит ошибочными выводы суда апелляционной инстанции относительно наличия косвенных признаков неплатежеспособности должника в спорный период, наличия у ответчиков цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, выразившейся в том, что заранее зная о необходимости внесения корректировок в бухгалтерскую документацию, не приняли должных мер, направленных на своевременное установление обстоятельств реальной и полной достоверности бухгалтерской отчетности.

Принимая во внимание, что арбитражный суд первой инстанции верно установил фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им правильную оценку при соблюдении норм материального и процессуального права, суд округа пришел к выводу о законности и обоснованности определения от 05.04.2019.

На основании изложенного постановление суда апелляционной инстанции от 09.07.2019 подлежит отмене, определение суда первой инстанции от 05.04.2018 - оставлению в силе в соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кассационная жалоба Общества подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2019 по делу № А56-75891/2015/сд.67 отменить.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.04.2019 по делу № А56-75891/2015/сд.67 оставить без изменения.

Председательствующий

Е.В. Зарочинцева

Судьи

Ю.В. Воробьева

К.Г. Казарян