Решение от 3 июля 2024 г. по делу № А40-196278/2023

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-196278/2023-104-1455
г. Москва
04 июля 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 20 июня 2024 г.

Решение в полном объеме изготовлено 04 июля 2024 г.                                                     

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Председательствующего судьи Бушмариной Н.В. (единолично),

при ведении протокола  секретарем судебного заседания  Кузьминым А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску НЕКОММЕРЧЕСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ "ФОНД-РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОПЕРАТОР КАПИТАЛЬНОГО РЕМОНТА ОБЩЕГО ИМУЩЕСТВА В МНОГОКВАРТИРНЫХ ДОМАХ" (191023, ГОРОД САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, ОСТРОВСКОГО ПЛОЩАДЬ, Д 11, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 15.11.2013, ИНН: <***>)

к ответчикам:

1. ФИО1

2. ФИО4

о взыскании денежных средств

при участии:

от истца – ФИО2 по дов. от 29.12.2023, диплом

от ответчика 1 – ФИО3 по дов. от 14.06.2023, удостоверение адвоката               

от ответчика 2 – ФИО3 по дов. от 14.08.2024, удостоверение адвоката,     



установил:

Некоммерческая организация «ФОНД-РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОПЕРАТОР КАПИТАЛЬНОГО РЕМОНТА ОБЩЕГО ИМУЩЕСТВА В МНОГОКВАРТИРНЫХ ДОМАХ» (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд города Москвы с иском к бывшему генеральному директору ООО «СтройРезерв» ФИО1 (далее – ответчик 1), ФИО4 (далее – ответчик 2) о взыскании солидарно в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СтройРезерв» убытков в размере 1 143 320 руб. 58 коп.

ФИО4 привлечен к участию в деле в качестве соответчика определением суда от 23.01.2024.

Ответчик (1) исковые требования не признает по мотивам, изложенным в отзыве, указывает, что истцом не представлены доказательства предъявления исполнительных листов для принудительного взыскания, что исключило возможность ответчика производить какие-либо действия связанные с выявленной задолженностью. Ответчик не знала об имеющейся перед истцом задолженности. Истец не представил доказательств взыскания с общества задолженности в размере 697 954,89 руб. Считает, что истец злоупотребляет правом. Истец не заявил возражений против ликвидации общества. Пояснил, что ответчик является наследником владельца организации, ввиду чего не знала о деятельности компании и не получала информации о наличии решений судов и требований кредитора согласно исполнительному производству. Заявила о пропуске истцом срока исковой давности.

Ответчик (2) иск не признает по мотивам, изложенным в письменных пояснениях, указывает, что истец не представил доказательств о взыскании с общества задолженности в размере 697 954,89 руб. Истцом не представлены доказательства предъявления исполнительных листов для принудительного взыскания, что исключило возможность ответчика производить какие-либо действия связанные с выявленной задолженностью. Пояснил, что отказался от принятия наследства за умершим ФИО5 в полном объеме, с нотариусом ФИО6 был заключен договор доверительного управления наследственным имуществом. Все наследственное имущество было передано ФИО1, в том числе компания ООО «СтройРезерв».

Представитель ответчиков в судебном заседании возражал против заявленных требований, при этом указал, что ответчики готовы рассмотреть вопрос о мирном урегулировании спора в части «просуженой» задолженности.

Представитель истца пояснил, что не готов рассматривать вопрос о мирном урегулировании спора.

Изучив все материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению частично.

Из материалов дела следует, что между истцом и ООО «СтройРезерв»  заключен договор от 05.06.2017 №2-434/А/АВР/2017 на оказание услуг и (или) выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирных домах, применяемый для получения субсидии, формирующих фонд капитального ремонта на счете истца или на специальном счете, владельцем которого является региональный оператор.

По утверждению истца, во исполнение данного договора истцом в адрес ООО «СтройРезерв» перечислен аванс в размере 697 954,89 руб. Однако общество не выполнило предусмотренные договором работы, в связи с чем, за ООО «СтройРезерв»  образовалась задолженность в размере перечисленного аванса.

Кроме того, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.03.2020 по делу № А56-136397/2019 с ООО «СтройРезерв» в пользу Некоммерческой организации «Фонд - региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах» взысканы пени в размере 414 452,91 руб. за нарушение срока окончания выполнения работ по договору № 13-364/А/АВР/2017 от 05.06.2017 и 11 289 руб. расходов по оплате госпошлины.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.03.2019 по делу № А56-165439/2018 с ООО «СтройРезерв» в пользу Некоммерческой организации «Фонд - региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах» взысканы пени в размере 16 878,07 руб. за период с 03.12.2016 по 28.02.2017 и 2 000 руб. расходов по оплате госпошлины.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.01.2021 по делу № А56-72663/2020 с ООО «СтройРезерв» в пользу Некоммерческой организации «Фонд - региональный оператор капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах» взыскано 107 887 руб. ущерба и 4 145 руб. расходов по оплате госпошлины.

Взыскателю выданы исполнительные листы.

МИФНС № 46 по г. Москве 21.11.2019 в ЕГРЮЛ была внесена запись о недостоверности сведений в отношении ООО «СтройРезерв».

МИФНС № 46 по г. Москве 02.08.2021 принято решение о предстоящем исключении ООО «СтройРезерв» из ЕГРЮЛ.

МИФНС № 46 по г. Москве 18.11.2021 в отношении ООО «СтройРезерв»  внесена запись об исключении из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Как усматривается из выписки ЕГРЮЛ, ответчик ФИО1 с 26.03.2019 и до момента исключения  ООО «СтройРезерв» из ЕГРЮЛ являлась Генеральным директором ООО «СтройРезерв». Ответчик ФИО4 с 12.03.2019 являлся доверительным управляющим, осуществляющим управление долей, переходящей в порядке наследования.

Требования истца удовлетворены не были, ООО «СтройРезерв» прекратило свою деятельность.

Истец полагает, что ответчики действовали неразумно и недобросовестно, так, имея долг перед истцом, не представили в регистрирующий орган возражения против исключения ООО «СтройРезерв» из ЕГРЮЛ.

Истец указывает, что размер ответственности ответчиков, привлекаемых к субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного из ЕГРЮЛ ООО «СтройРезерв», равен размеру неисполненных обязательств перед истцом по вышеуказанным судебным актам и сумме перечисленного по договору от 05.06.2017 № 2-434/А/АВР/2017 аванса в размере 697 954,89 руб. и в общем размере составляет 1 143 320,58 руб.

Данные факты послужили основанием для обращения в суд.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Так, п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон №14-ФЗ) предусмотрено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке,  установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия,  предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда)  обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В соответствии с п.п. 1, 2, 3 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причинённые по его вине юридическому лицу. Лицо,  которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа уполномочено выступать от его имени, несёт ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применяя положения ст. 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

В силу п. 3 ст. 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в ст. 53.1. ГК РФ.

Исходя из п. 1 ст. 399 ГК РФ до предъявления требования к субсидиарному должнику кредитор должен предъявить требование к основному должнику. При этом кредитор вправе предъявить требование к субсидиарному должнику лишь в случае, если основной должник отказался удовлетворить требования кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответа на предъявленное требование.

Таким образом, принимая во внимание названные положения закона, а также фактические обстоятельства, установленные судом при рассмотрении настоящего дела и свидетельствующие о том, что ответчиками как генеральным директором и  доверительным управляющим ООО «СтройРезерв» не предпринято никаких действий в целях недопущения исключения названного общества из ЕГРЮЛ, в результате чего, остались неисполненными обязательства ООО «СтройРезерв» перед истцом по судебным актам в размере 445 365,69 руб., суд приходит к выводу о наличии необходимых правовых оснований для возложения на ответчиков обязанности по возмещению причиненных истцу убытков в размере 445 365,69 руб. вследствие неисполнения ООО «СтройРезерв» вступивших в законную силу решений Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.03.2020 по делу № А56-136397/2019, от 31.03.2019 по делу № А56-165439/2018, от 10.01.2021 по делу № А56-72663/2020.

Однако во взыскании денежных средств в размере 697 954,89 руб. (перечисленного по договору от 05.06.2017 № 2-434/А/АВР/2017 аванса) следует отказать, поскольку  судом установлено, что истец не обращался к ООО «СтройРезерв» в момент осуществления им деятельности с иском о взыскании задолженности в размере 697 954,89 руб. по договору от 05.06.2017 № 2-434/А/АВР/2017, судебного акта о взыскании данных денежных средств не имеется.

Кроме того, ответчик ФИО1 заявила о пропуске истцом срока исковой давности.

В части требований истца по сумме в размере 697 954,89 руб. суд соглашается с доводами ответчика.

Так, законодатель в пределах своей дискреции вправе устанавливать, изменять и отменять сроки исковой давности в зависимости от цели правового регулирования и дифференцировать их при наличии к тому объективных и разумных оснований, а также закреплять порядок их течения во времени, с тем чтобы обеспечивались возможность исковой защиты права, стабильность и предсказуемость правового статуса субъектов правоотношений.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, п. 1 ст. 200 ГК РФ сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности, исходя из фактических обстоятельств дела (постановление от 18.11.2019 N 36-П, определения от 25.10.2016 №2309-О, от 20.07.2021 №1592-О и др.).

В силу п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 1 п. 3.1 ст. 3 Закона №14-ФЗ исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном ФЗ о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства.

Однако отказу основного должника в силу п. 1 ст. 399 ГК РФ еще должно предшествовать само обращение кредитора к основному должнику как в судебном так и внесудебном порядке.

Однако в данном случае наличие  такого обращения в части суммы 697 954,89 руб. истцом не доказано, с иском в суд истец к основному должнику не обращался. Решение суда о взыскании задолженности с основного должника в пользу кредитора отсутствует. Следовательно, суд приходит к выводу о том, что исчисление начала течение срока исковой давности подлежит определению с учетом указанного истцом в иске основного обязательства.

Суд, считает, что поскольку нет специального срока исковой давности, урегулированного п. 3.1 ст. 3 Закона №14-ФЗ, то в таком случае следует учитывать общие положения этого Закона, а также ст. 53.1 ГК РФ (три года - ст. 196 ГК РФ).

На основании изложенного суд пришел к выводу, что поскольку изменились процессуальные механизмы для привлечения к такому виду имущественной ответственности, а не материально-правовые основания, иски по п. 3.1 статьи 3 Закона №14-ФЗ должны подаваться с учетом сроков исковой давности.

При ином подходе, не учитывающем истечение срока исковой давности по основному обязательству в отношении которого отсутствует решение суда, срок исковой давности, будучи в данном случае связанным исключительно с волей истца, не наступит никогда, что противоречит принципу стабильности гражданского оборота и соблюдения баланса интересов его участников (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2006 № 576-О, от 20.11.2008 № 823-О-О, от 25.02.2010 № 266-О-О).

Как следует из условий договора от 05.06.2017 № 2-434/А/АВР/2017, срок выполнения работ ООО «СтройРезерв» составлял 91 календарный день с даты передачи первого объекта для выполнения работ и исчислялся с 09.06.2017.

В связи с пропуском указанного срока истец письмом от 25.09.2018 потребовал возврата денежных средств в соответствии с п. 3.5 договора в течение 5 рабочих дней с даты получения указанного уведомления.

Таким образом, срок исковой давности истек не позднее октября 2021 года.

Исковое заявление поступило в арбитражный суд 30.08.2023.

Удовлетворяя иск в части требований истца, подтверждённых решениями суда, суд сходит из следующего

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также четко и недвусмысленно определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (п. 4 ст. 65.2 ГК РФ).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П указано, что Конституционный Суд Российской Федерации ранее неоднократно обращался к вопросам, связанным с исключением юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц в порядке ст. 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», и, в частности, указывал, что правовое регулирование, установленное данной нормой, направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в едином государственном реестре юридических лиц, доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота (Постановление от 6 декабря 2011 года № 26-П; определения от 17 января 2012 года № 143-О-О, от 24 сентября 2013 года № 1346-О, от 26 мая 2016 года № 1033-О и др.).

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами.

Однако само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались возможностью подать мотивированное заявление, при подаче которого решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается (п. п. 3 и 4 ст. 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»), что, в частности, создает предпосылки для инициирования кредитором в дальнейшем процедуры банкротства в отношении должника, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании п. 3.1 ст. 3 Закона №14-ФЗ.

Кроме того, в силу положений п. 1 ст. 48, п. 1 и 2 ст. 56, п. 1 ст. 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии  (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (п. 3 - 4 ст. 1, п. 1 ст. 10, ст. 1064 ГК РФ, п.п. 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например,  использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий  (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (п. 31 ст. 3 Закона №14-ФЗ), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671).

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица,  а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (п. 56 постановления № 53).

Приведенные положения законодательства, определяющие основания для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, а также особенности распределения бремени доказывания по данной категории споров, согласуются также с Определением Верховного суда Российской Федерации от 06.03.2023 года № 304-Э/С21-18637.

По ходатайству истца судом были направлены запросы в банк в целях получения выписки по счету ООО «СтройРезерв» для установления сведений о движении денежных средств общества.

Как следует из выписки по расчетному счету ООО «СтройРезерв», открытому в банке ПАО «Банк Санкт-Петербург», с мая по декабрь 2019 года происходили выплаты ИП ФИО1 в размере 1 660 000 руб.

Кроме того, в январе 2020 года ФИО1 были выплачены дивиденды в размере 5 500 010 руб.

Суд отмечает, что указанные выплаты проводились при наличии задолженности перед истцом, следовательно, не отвечают признакам добросовестного исполнения обязанностей как генерального директора так и доверительного управляющего по разумному расходованию денежных средств при наличии кредиторов с неудовлетворёнными требованиями и неисполненными решениями судом (ст. 16 АПК РФ).

При этом ответчики, достоверно зная о наличии задолженности у ООО «СтройРезерв» перед истцом, не предприняли мер к погашению задолженности, хотя имели такую возможность, напротив, денежными средствами в сумме, достаточной для исполнения обязательств перед истцом, ответчики распорядились в ущерб интересам истца.

Доказательств обратного ответчиками суду не представлено.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд не ставит под сомнения правовые позиции,  сформированные в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС19-18285 от 30.01.2020 по делу № А65-27181/18, Определении Верховного Суда Российской Федерации № 307-ЭС20-180 от 25.08.2020 по делу №А21-15124/2018, но в рассматриваемом случае суд исходит из того, что ответчики знали о возникновении у ООО «СтройРезерв» обязанности по исполнению вступивших в законную силу судебных актов, но не предприняли никаких мер к его добровольному исполнению,  напротив, по сути, допустили возможность исключения из ЕГРЮЛ ООО  «СтройРезерв» в административном порядке при наличии соответствующей задолженности.

По смыслу названного положения ст. 3 Закона №14-ФЗ, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Доводы ФИО1 относительно того, что она не знала об имеющейся перед истцом задолженности и наличии судебных актов, судом отклоняются.

ФИО1, являясь генеральным директором  ООО «СтройРезерв», непосредственно располагала всеми документами ООО «СтройРезерв». Кроме того, информация о наличии судебных актов в отношении общества была доступна на сайте Мой арбитр.

ФИО4 как доверительный управляющий также располагал всеми документами общества и не мог не знать о финансовом состоянии общества, его долгах и принятых в отношении общества решениях, поскольку информация о наличии судебных актов в отношении общества была доступна на сайте Мой арбитр.

Наличия судебных актов по искам ФИО4 к обществу в части предоставления документов общества суду не представлено.

Ответчики также должны были обеспечить надлежащее получение корреспонденции, поступающей в адрес ООО «СтройРезерв».

Следует, отметить, что обеспечение получения почтовой корреспонденции по адресу своей регистрации является обязанностью лица и все риски и неблагоприятные последствия ненадлежащего обеспечения получения почтовой корреспонденции должно нести само лицо.                   

Как следует из постановления Конституционного Суда РФ от 7 февраля 2023 г. № 6-П, Конституционный Суд Российской Федерации обращал внимание и на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из ЕГРЮЛ поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и отмечал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (Постановление от 21 мая 2021 года № 20-П; определения от 13 марта 2018 года « 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29 сентября 2020 года № 2128-О и др.). Непринятие ими мер по воспрепятствованию  исключения общества из ЕГРЮЛ (пункты 3 и 4 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей») при наличии подтвержденных судебными решениями долгов общества перед кредиторами свидетельствуют о намеренном - в нарушение статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации - пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, о попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве, чем подрывается доверие участников оборота друг к другу, дестабилизируется гражданский оборот.

При этом, признавая упречным поведение ответчиков, суд исходит из того, что для недопущения исключения ООО «СтройРезерв» из ЕГРЮЛ ответчикам достаточно было воспользоваться правом, закрепленным в п. 4 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей». Вместе с тем, судом при рассмотрении настоящего дела подобных обстоятельств не установлено.

Доводы ответчиков, изложенные в отзыве на иск, судом рассмотрены и подлежат отклонению как необоснованные и противоречащие представленным в материалы дела доказательствам, и не влекут иных выводов суда, чем те, которые суд изложил в настоящем решении.

По требованиям истца, подтвержденным судебными актами, ответчик ФИО1 также заявила о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК Р, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п. 1 ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (п. 2 ст. 199 ГК РФ). Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Истец узнал о нарушении своего права и о том, является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права с момента исключения ООО «СтройРезерв» из ЕГРЮЛ, то есть с 18.11.2021.

Исковое заявление поступило в арбитражный суд 30.08.2023, о чем имеется отметка суда на исковом заявлении, то есть в пределах срока исковой давности.

Таким образом, оснований для применения срока исковой давности у суда не имеется.

Суд также не усматривает злоупотребления истцом своим правом.

Согласно п. 1 ст. 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга; кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников (ст. 323 ГК РФ).

Учитывая изложенное, суд, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в ч. 2 ст. 71 АПК РФ и другие положения Кодекса, признает обоснованными исковые требования в части.

Расходы по оплате государственной пошлины по иску распределяются в порядке ст. 110 АПК РФ, в данном случае расходы по оплате государственной пошлины возлагаются на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь ст. ст. 4, 9, 27, 41, 63-65, 71, 110, 112, 121, 122, 123, 156, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



РЕШИЛ:

взыскать с ФИО1 и ФИО4 солидарно в пользу НЕКОММЕРЧЕСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ "ФОНД-РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОПЕРАТОР КАПИТАЛЬНОГО РЕМОНТА ОБЩЕГО ИМУЩЕСТВА В МНОГОКВАРТИРНЫХ ДОМАХ" денежные средства в размере 445 365 (четыреста сорок пять тысяч триста шестьдесят пять) рублей 69 копеек, расходы по оплате госпошлины в размере 9 517 (девять тысяч пятьсот семнадцать) рублей 55 копеек.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.



СУДЬЯ:                                                                                                Н.В. Бушмарина