Решение от 11 февраля 2020 г. по делу № А51-2026/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-2026/2019
г. Владивосток
11 февраля 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 04 февраля 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 11 февраля 2020 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Клёминой Е.Г.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, после перерывов секретарем ФИО2,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Пасифика" (ИНН <***>, ОГРН <***>) к Публичному акционерному обществу "ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ БАНК" (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании договора поручительства № КО-33-3 от 01.11.2017 недействительным и применить последствия недействительности сделки,

третьи лица - ООО «Транспортная Судоходная компания», конкурсный управляющий ООО «Транспортная Судоходная компания» ФИО3, ООО «Транс нефть Сервис» (в лице конкурсного управляющего ФИО4),

при участии в судебном заседании 23.01.2020 года:

от истца - ФИО5, доверенность от 01.05.2019, диплом регистрационный номер 12814 от 29.06.2002, паспорт

от ответчика - ФИО6, доверенность 11/20-115 от 17.01.2020, диплом ДВГУ регистр. номер 13764 от 28.06.2003, паспорт;

от третьих лиц – не явились, извещены.

при участии в заседании после перерывов 29.01.2020 г.; 04.02.2020 г.:

от ответчика - ФИО6, доверенность № 11/20-115 от 17.01.2020 (сроком с 17.01.2020 по 17.01.2022), диплом «ДВГУ» ДВС 0351066, паспорт;

иные лица – не явились, извещены.

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Пасифика» (далее- истец; ООО «Пасифика») обратилось с исковым заявлением в арбитражный суд к Публичному акционерному обществу «ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ БАНК» о признании договора поручительства № КО-33-3 от 01.11.2017 недействительным и о применений последствия недействительности сделки.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены - ООО «Транспортная Судоходная компания», конкурсный управляющий ООО «Транспортная Судоходная компания» ФИО3, ООО «Транс нефть Сервис» (в лице конкурсного управляющего ФИО4).

Третьи лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени проведения судебного заседания, в суд не явились, ходатайств и заявлений о причинах неявки не представили.

Суд, руководствуясь статьей 156 АПК РФ, приступил к проведению судебного заседания в отсутствие указанных лиц.

Представитель истца ходатайствовал о предоставлении перерыва в судебном заседании, дал устные пояснения по данному заявлению.

Представитель ответчика ответил на вопросы суда.

Удовлетворив ходатайство стороны, руководствуясь ст. 163 АПК РФ, судом объявлялся перерыв в судебном заседании до 14-00 29.01.2020 года.

После перерыва судебное заседание было продолжено, представитель ответчика дал пояснения по делу, ответил на вопросы суда по рассматриваемому делу.

Руководствуясь ст. 163 АПК РФ, суд объявил перерыв в судебном заседании до 04.02.2020 года в 13 часов 45 минут.

После перерыва судебное заседание было продолжено, представитель ответчика поддержал ранее изложенную позицию.

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

Между ПАО «Дальневосточный банк» (кредитор) и ООО «Транс Нефть Сервис» (заемщик) заключен договор кредитной линии с лимитом задолженности от 21.10.2016 №КО-33.

В соответствии с условиями вышеуказанного договора кредитор открывает заемщику кредитную линию на условиях: лимит задолженности 100 000 000 рублей со снижением лимита в соответствии с графиком снижения лимита задолженности согласно Приложению №1 к настоящему договору, которое является неотъемлемой частью договора. При этом в случае если на дату начала действия лимита согласно указанному графику кредит заемщика по настоящему договору превышает сумму установленного лимита, заемщик обязан погасить кредит до размера суммы лимита, срок транша – 180 дней, в течение срока действия настоящего договора на пополнение оборотных средств.

По условиям договора заемщик имеет право на неоднократное получение сумм в пределах лимита задолженности на срок транша. Значительное ухудшение финансового и (или) имущественного состояния заемщика лишает его права на получение очередного транша (п.2.2 договора кредитной линии).

В соответствии с пунктом 2.3 договора кредитной линии, выдача кредита производится на основании письменных заявлений заемщика о предоставлении кредита, подписанных руководителем заемщика (иным уполномоченным лицом) и скрепленных печатью заемщика. Кредитор перечисляет требуемые суммы кредита заемщику на его расчетный счет, открытый у кредитора с отражением операции на ссудном счете.

Исполнение обязательств заемщика по настоящему договору обеспечивается следующими способами обеспечения:

-поручительством ООО «Транспортная Судоходная Компания» согласно договору поручительства от 21.10.2016 №КО-33-1 (п.2.4.1);

-поручительством ФИО7 согласно договору поручительства от 21.10.2016 №КО-33-2 (п.2.4.2.);

-залогом недвижимого имущества: судно «Пасифика», год постройки 1990, идентификационный номер 8812801, расположенного по адресу: г.Владивосток, залогодатель ООО «Транспортная Судоходная Компания» (п.2.4.3.).

-01 ноября 2017 г. между ООО «Пасифика» (далее-поручитель) и ПАО «Дальневосточный банк» (далее-банк), в целях обсечения исполнения обязательств по Договору кредитной линии с лимитом задолженности № КО-33 от 21.10.2016 г. был заключен Договор поручительства № КО-33-3 от 01.11.2017 г., согласно которому Поручитель обязался отвечать перед банком солидарно с Заемщиком за ненадлежащее исполнение Заемщиком его обязательств полностью и в любой его части (пп. 1.1, 1.2 договора).

В соответствии с п.4.1 договора кредитной линии заемщик был обязан погасить полученный им кредит 21.10.2018 в полном объеме с начисленными на указанную дату процентами и иными неуплаченными платежами по настоящему договору. Заемщик обязан гасить каждый полученный транш в пределах срока, установленного в п.2.1, но не позднее даты погашения кредита, указанной в настоящем пункте.

С согласия ПАО «Дальневосточный банк» 26.04.2017 г. между ООО «Транс Нефть Сервис» и ООО «Транспортная Судоходная Компания» заключено соглашение о переводе долга, возникшего из договора кредитной линии № КО-33 от 21.10.2016 г. ООО «Транспортная Судоходная Компания».

В тоже время между ПАО «Дальневосточный банк» и ООО «Транспортная Судоходная Компания» заключено Дополнительное соглашение от 26 апреля 2017 г. к договору кредитной линии с лимитом задолженности № КО-33 от 21.10.2016 г., согласно которому изменено наименование заемщика ООО «Транс Нефть Сервис» на ООО «Транспортная Судоходная Компания».

В обоснование заявленных требований истец указал на то, что ООО «Транспортная Судоходная Компания» уже имело признаки не платежеспособности и не исполняло свои обязательства по кредитному договору перед ПАО «Дальневосточный Банк» (как следует из текста искового заявления, заёмщик перестал исполнять свои обязательства с сентября 2017 г.), и об этом было известно Банку, однако ООО «Пасифика» об этом уведомлено не было.

При этом на момент заключения Договора поручительства № КО-33-3 от 01 ноября 2017 г. между ООО «Пасифика» и ПАО «Дальневосточный Банк» в пункте 3.6.2 был установлен график погашения кредита.

Первый платеж, согласно графику должен быть осуществлен до 21 сентября 2017 г. в размере 3 000 000 рублей.

Второй платеж, согласно графику должен быть осуществлен с 01 октября 2017 г. до 21 октября 2017 г. в размере 4 000 000 рублей.

Истец полагает, что ПАО «Дальневосточный Банк» преднамеренно, и заведомо зная, о неисполнении Заемщиком обязательства, введя в заблуждение ООО «Пасифика», подписало с ним оспариваемый ныне Договор поручительства № КО-33-3 от 01 ноября 2017 г.

Публичное акционерное общество «ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ БАНК» в качестве возражений по доводам истца указало на то, что конкурсным управляющим не доказан факт злоупотребления права со стороны банка, на момент совершения оспариваемых сделок ООО «Транспортная Судоходная Компания» по результатам деятельности получало прибыль, в частности, за 2016 год – 9 682,0 тыс. рублей, за 1 квартал 2017 года - 7 211,0 тыс. рублей, общество наращивало базу контрагентов, наблюдался растущий спрос на услуги перевозки, в связи с чем, банком принято решение (протокол КК №52-2 от 25.04.2017) о переводе ссудной задолженности ООО «Транс Нефть Сервис» в размере 100 000 000 рублей на ООО «Транспортная Судоходная Компания». При этом при кредитовании банк оценивает кредитные риски посредством анализа совокупного экономического состояния заемщика и лиц, предоставивших обеспечение, что является стандартной банковской практикой.

Исследовав изложенные обстоятельства дела, оценив представленные сторонами доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований необходимо отказать в полном объеме в силу следующего.

Определением суда от 20.06.2018 (резолютивная часть определения оглашена 13.06.2018) в отношении ООО «Транспортная судоходная компания» была введена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим должника утверждена ФИО8. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 113 от 30.06.2018, стр. 65.

Решением суда от 20.02.2019 г. (резолютивная часть определения оглашена 18.02.2018) по делу А51-30303/2017 ООО «Транспортная судоходная компания» признана несостоятельным (банкротом), было введено конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 38 от 02.03.2019, стр. 86.

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом (статья 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

В силу статьи 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной.

Согласно статье 166 ГК РФ (в редакции, действовавшей на день заключения спорных сделок) сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Согласно разъяснениям пункта 7 Постановления №25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В пункте 8 Постановления №25 разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Согласно уточнениям заявленных требований, истец просил признать договор поручительства № КО-33-3 от 01.11.2017 недействительным и применить последствия недействительности ничтожной сделки.

Из положений пункта 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление N 25), следует, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 74 Постановление N 25 ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

В материалы дела истцом в нарушении статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств того, что оспариваемой сделкой были нарушены публичные интересы.

Согласно ч. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. Кредитный договор является возмездной сделкой и не налагает на Заемщика каких-либо дополнительных обязательств, за которые он не получил бы равноценного встречного исполнения. В силу вышеизложенного, само по себе кредитное соглашение не может причинить ущерб должнику или его кредиторам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 431.1 ГК РФ сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 настоящего Кодекса, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

Согласно разъяснениям абзаца 5 пункта 1 Постановления N 25, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов другой стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Судом отклоняются доводы истца о том, что ответчик, заключая договор поручительства № КО-33-3 от 01.11.2017, действовал в обход закона с противоправной целью.

В соответствии с позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 03.02.2015 N 32-КГ 14-17, злоупотребление правом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть осуществление субъективного права в противоречии с его назначением, имеет место в случае, когда субъект поступает вопреки правовой норме, предоставляющей ему соответствующее право; не соотносит свое поведение с интересами общества и государства; не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Однако в материалы дела истцом не представлено доказательств, свидетельствующих относительно того, что спорный договор был заключен с целью причинения вреда истцу - общества с ограниченной ответственностью «Пасифика».

В соответствии с п. 5 ст. 166 ГК РФ, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо, действует недобросовестно, в том числе, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Данная норма направлена на укрепление действительности сделок и преследует своей целью пресечение недобросовестности в поведении стороны, намеревающейся изначально принять исполнение и, зная о наличии оснований для ее оспаривания, впоследствии такую сделку оспорить.

Согласно пункту 70 Постановления N 25, сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 361 ГК РФ, по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

На основании пункта 1 статьи 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно.

Таким образом, сущность поручительства как акцессорного (добавочного, дополнительного) обеспечительного обязательства заключается в том, что для целей обеспечения исполнения основного обязательства привлекается третье лицо, которое отвечает перед кредитором по основному обязательству в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обеспеченного поручительством основного обязательства.

В рассматриваемом деле истец добровольно взял на себя обязательства по договору поручительства.

Принцип свободы договора, закрепленный в статье 421 ГК РФ, не является безграничным. Сочетаясь с принципом добросовестного поведения участника гражданских правоотношений, он не исключает оценку разумности и справедливости условий договора.

При этом истец, действуя разумно и добросовестно подписывая договор поручительства был осведомлен о графике погашения задолженности.

Кроме того, согласно представленным в материалы дела документам в период с 10.05.2017 г. по 22.08.2017 г. ООО «Транспортная судоходная компания» ссудная задолженность частично погашена на сумму 5 000 000 рублей.

Само по себе заключение договора поручительства с истцом было обусловлено целями обеспечения исполнения основного обязательства.

Банк при проведении оценки финансового состояния ООО «Транспортная судоходная компания» исходил из того, что должник имеет тесные связи с ООО «Транс Нефть Сервис», провел оценку финансового положения группы компаний и не установил признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества при заключении спорного договора, то заключая оспариваемый договор, банк мог рассчитывать на возврат денежных средств, в том числе и за счет активов основного заёмщика.

При таких обстоятельствах следует признать ошибочным довод о том, что договор поручительства № КО-33-3 от 01.11.2017, заключенный в рамках обеспечения обязательств по Договору кредитной линии с лимитом выдачи № КО-33 от 21 октября 2016 года являлся недействительным.

Оснований полагать, что вышеуказанная сделка является безденежной (по смыслу пункта 86 Постановления №25) у суда не имеется, поскольку факт реальности (денежности) кредитных договоров подтвержден необходимыми доказательствами.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При применении положений указанной выше нормы права следует исходить из того, что в силу норм статьи 153 ГК РФ сделка представляет собой волевой акт. Этот акт имеет правовое значение только в случае, если воля будет выражена вовне, объективирована каким-либо способом. Таким способом является волеизъявление. Поэтому сделкой является действие, выражающее волю субъекта, направленную на достижение определенного правового результата путем волеизъявления.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Однако доводы ответчика о мнимости оспариваемого договора носят предположительный характер, не подтверждены в данном деле допустимыми и неопровержимыми доказательствами.

С учетом изложенного, судом не установлено, что спорные договоры соответствуют признакам притворной или мнимой сделки.

Банк, не должен подтверждать собственную добросовестность строгими средствами доказывания.

В отсутствие доказательств обратного у суда не имеется оснований полагать, что банк, зная о заведомой неплатежеспособности основного заёмщика, подверг бы себя не имеющему экономического смысла риску и заключил оспариваемый договор.

Сделки поручительства обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу предоставившего обеспечение лица. Поэтому не имелось оснований ожидать, что банк должен был заботиться о выгодности спорных сделок для поручителя.

Кроме того, в рамках дела о банкротстве ООО «Транспортная судоходная компания» обособленный спор А51-30303/2017 35449/2019 от 24.09.2019 г. было вынесено определение об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего ООО «Транспортная судоходная компания» о признании договора поручительства №КО-33-1 от 21.10.2016, договора залога №КО-33-1и от 21.10.2016, соглашения о переводе долга от 26.04.2017, дополнительного соглашения от 26.04.2017 к договору кредитной линии №КО-33 от 21.10.2016 заключенных между обществом с ограниченной ответственностью «Транспортная Судоходная Компания» и публичным акционерным обществом «Дальневосточный банк» недействительными.

Данное определение вступило в законную силу, в связи с чем имеет преюдициальное значение на основании статьи 69 АПК РФ для рассмотрения настоящего спора по существу, так судом при проверки доводов конкурсного управляющего было установлено, что основания для признания сделок должника недействительными как по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Суд установил, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что общество с ограниченной ответственностью «Транспортная Судоходная Компания» имело признаки неплатежеспособности на момент заключения оспариваемых договоров, а также, что банк знал или мог знать о неплатежеспособности должника.

Само по себе наличие кредиторской задолженности не свидетельствует о неплатежеспособности должника в период заключения спорного договора.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Учитывая изложенное, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора.

Между тем, истец в нарушение положений части 1 статьи 65 АПК РФ не представил доказательства, подтверждающие, что у сторон отсутствовали реальные намерения для исполнения оспариваемых сделок, действия сторон были направлены на достижение других правовых последствий и прикрывали иную волю всех участников сделки.

Напротив, материалы дела, документы, из которых следует, что оспариваемая сделка реальна.

Следовательно, у суда не имеется оснований для признания оспариваемого договора как ничтожной сделки в соответствии со статьей 170 ГК РФ.

Таким образом, у суда отсутствуют основания для удовлетворения заявленных требований.

Кроме того, ответчиком было заявлено ходатайство о пропуске срока годичного срока исковой давности по заявленным требованиям.

Ответчик в обоснование своей позиции о пропуске срока исковой давности ссылается на то, что спорные сделки являются оспоримыми, а значит срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год с момента заключения договора поручительства.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК РФ). Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (статья 197 ГК РФ).

В частности, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

В свою очередь, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 43)).

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (статья 200 ГК РФ).

Исходя из изложенного следует, что начало течения срока исковой давности должно исчисляться с момента заключения договора поручительства, таким образом, окончанием срока исковой давности для подачи настоящих исковых требований, с учетом того, что договор поручительства № КО-33-3 заключенный 01.11.2017., является оспоримой сделкой, является 01.11.2018 г.

Однако, настоящее исковое заявление было подано только 31.05.2019 г. нарочно, согласно отметке канцелярии суда, таким образом, истцом в нарушение установленного в пункте 1 статьи 181 ГК РФ для судебной защиты нарушенного права был пропущен срок исковой давности, в связи с чем заявленные требования удовлетворению не подлежат.

С учетом вышеизложенного, исковые требования ООО «Пасифика» удовлетворению не подлежат.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца по правилам статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья Клёмина Е.Г.