Постановление от 9 марта 2025 г. по делу № А26-4816/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А26-4816/2023
10 марта 2025 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена     20 февраля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 марта 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Будариной Е.В.

судей  Морозовой Н.А., Тарасовой М.В.

при ведении протокола судебного заседания   секретарем судебного заседания Вороной Б.И.;


при участии: 

ФИО1 – паспорт;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-817/2025) ФИО1 на определение Арбитражного суда  Республики Карелия от 25.11.2024 по делу № А26-4816/2023 (судья Соколова Н.А.), принятое по заявлению ФИО1 об установлении и включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Стройиндустрия»

установил:

определением Арбитражного суда Республики Карелия от 15.05.2023 принято к производству заявление закрытого акционерного общества «Базис-Шеко» (далее - ЗАО «Базис-Шеко», заявитель, ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Стройиндустрия» (далее - ООО «Стройиндустрия», должник, ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом).

08 декабря 2023 года (резолютивная часть объявлена 04.12.2023) заявление ЗАО «Базис-Шеко» признано обоснованным, в отношении ООО «Стройиндустрия» введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, - наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО2, член Саморегулируемой организации Союз арбитражных управляющих «Авангард», адрес для направления почтовой корреспонденции арбитражному управляющему: 173002, <...>. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №235 от 16.12.2023.

Решением суда от 09 августа 2024 года (29.07.2024 вынесена резолютивная часть решения суда) ООО «Стройиндустрия»  признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на ФИО2, ИНН <***>, члена Саморегулируемой организации Союз арбитражных управляющих «Авангард», регистрационный номер в сводном реестре арбитражных управляющих 18161, адрес для направления почтовой корреспонденции арбитражному управляющему: 173002, <...>.

04 сентября 2024 года в арбитражный суд поступило заявление ФИО1 (далее – ФИО1, заявитель) об установлении и включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Стройиндустрия» требования в размере 2 500 000 руб.

Определением от 11.09.2024 рассмотрение заявления назначено в судебном заседании.

25.11.2024 Арбитражного суда Республики Карелия определил: становить требование ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Стройиндустрия» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в размере 400 000 руб. основного долга, в остальной части отказать. Обязать конкурсного управляющего должником учитывать установленное требование в целях удовлетворения после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты). Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стройиндустрия» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 35 500 руб., которые подлежат учету в реестре требований кредиторов и удовлетворению в порядке пункта 3 статьи 137 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Не согласившись с определением суда первой инстанции от  25.11.2024 ФИО1 (далее – заявитель) обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела, указывая при этом на то, что на момент выдачи займов ФИО3 у должника отсутствовали независимые кредиторы, и таких кредиторов нет в деле о банкротстве, что установлено в решении Арбитражного суда Республики Карелия по настоящему делу, а также не доказан факт недобросовестного поведения ФИО4, при предоставлении соответствующего финансирования, то оснований для отказа в установлении требования, как требования, подлежащего включению в третью очередь реестра требований кредиторов не имелось.

В настоящем судебном заседании представитель ФИО1  поддержала доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе.

Поскольку иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 АПК РФ, размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции в проверены в апелляционном порядке.

Повторно исследовав представленные в материалы обособленного спора доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы и правовых позиций иных участвующих в деле лиц, апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции ввиду следующего.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с положениями Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору (ст. 2); все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением требований о признании права собственности, о взыскании морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении их недействительности, а также текущие обязательства, указанные в пункте 1 статьи 134 Закона, могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства (п. 1 ст. 126).

На основании пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В силу пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве, регулирующими порядок установления требований кредиторов, кредиторы направляют свои требования к должнику в арбитражный суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

Исходя из норм статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). При этом при установлении требований в деле о банкротстве признание должником обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования, само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, требование заявителя возникло в связи с ненадлежащим исполнением ООО «Стройиндустрия» (заемщик) своих обязательств по возврату денежных средств, предоставленных должнику по договорам займа, заключенным с ФИО3 (займодатель), а именно:

- по договору займа №б/н от 01.10.2020, по условиям которого займодатель предоставил заемщику беспроцентный заем в сумме 400 000 руб. сроком до 31.12.2025 (л.д. 7 (оборот)),

- по договору займа №05/09/2019 от 05.09.2019, по условиям которого займодатель предоставил заемщику беспроцентный заем в сумме 1 000 000 руб. сроком до 30.06.2022, в редакции дополнительного соглашения от 31.12.2021 (л.д. 12 (с оборотом)),

- по договору займа №30/10/2019 от 30.10.2019, по условиям которого займодатель предоставил заемщику беспроцентный заем в сумме 200 000 руб. сроком до 31.12.2021 (л.д. 16),

- по договору займа №27/09/2019 от 27.09.2019, по условиям которого займодатель предоставил заемщику беспроцентный заем в сумме 400 000 руб. сроком до 31.12.2021 (л.д.19),

- по договору займа №14/10/2019 от 14.10.2019, по условиям которого займодатель предоставил заемщику беспроцентный заем в сумме 300 000 руб. сроком до 31.12.2021 (л.д.23)).

Перечисление денежных средств в полном объеме по указанным договорам подтверждается представленными копиями платежных поручений, а также подписанными актами сверок между ФИО3 и ООО «Стройиндустрия» (л.д. 7, 8-9,13-14, 16 (оборот) – 17, 19 (оборот) – 21, 23 (оборот) – 24, 26, 27).

В соответствии со статьей 309 Гражданского Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Статьями 810, 819 названного кодекса установлена обязанность заемщика возвратить сумму займа в сроки и порядке, которые предусмотрены договором. Право займодавца на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и порядке, определенных договором, закреплено в статье 809 поименованного кодекса.

Согласно положениям статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. К отношениям по кредитному договору применяются правила о договоре займа, если иное не предусмотрено правилами специальными нормами о кредитном договоре и не вытекает из существа кредитного договора.

Между тем, из материалов дела также усматривается, что ФИО4 в период с 11.11.2016 по 24.06.2020 являлся участником общества, данное обстоятельство также подтверждается назначением платежей к договорам займа от 05.09.2019, 30.10.2019, 14.10.2019, где указано, что заем предоставляется от учредителя.  Кроме того, ФИО4 является отцом одного из участников ООО «Стройиндустрия» ФИО5 При таких обстоятельствах займодавец и заемщик признаются судом заинтересованными лицами.

Кроме того, в пункте 2 Обзора, разъяснено, что очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

В соответствии с разъяснениями данного пункта Обзора, при рассмотрении предъявляемых требований суду необходимо установить, при каких обстоятельствах предоставлялось финансирование.

В силу разъяснений пункта 3 Обзора, если  требование аффилированного к должнику лица основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса, оно подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены случаи, когда руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, в том числе если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; в иных случаях.

Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

В  пункте 3.1. Обзора разъяснено, что согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

Поэтому, обращаясь с требованием о включении требования в реестр требований кредиторов, участнику (акционеру) необходимо не только доказать соблюдение требований законодательства при оформлении документов, реальность правоотношений с должником, наличие финансовой возможности предоставить должнику денежные средства, но и обосновать исключительно гражданско-правовую природу обязательства, раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.п.

Продление срока возврата денежных средств, а также предоставление заемных денежных средств на продолжительный период времени (более чем на два года, на пять лет) на условиях беспроцентного пользования заемными средствами не соответствуют поведению независимых участников хозяйственных отношений, указывают на предоставление финансирования на нерыночных условиях.

Пунктом 3.4 Обзора предусмотрено, что не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ и исходя из смысла разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума № 35, именно аффилированное лицо должно нести риск наступления негативных последствий несовершения им процессуальных действий по представлению доказательств отсутствия имущественного кризиса в виде понижения очередности удовлетворения его требования.

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 приобрела права требования к ООО «Стройиндустрия» у ФИО3 по шести договорам цессии от 17.04.2024 (л.д. 6, 10, 11, 14 (оборот), 15, 17 (оборот), 18, 21 (оборот), 22, 24 (оборот), 25, 28).

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор), требования контролирующего должника лица подлежат субординации, в частности, если они возникли в условиях имущественного кризиса должника. Контролирующее лицо, пытающееся вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования, должно принимать на себя все связанные с этим риски, которые не могут перекладываться на других кредиторов получателя финансирования (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 3.3 Обзора от 29.01.2020, разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

Указанные правовые позиции об очередности удовлетворения требования распространяются и на предоставившее компенсационное финансирование аффилированное с должником лицо, которое не имело прямого контроля над должником, но действовало под влиянием общего для него и должника контролирующего лица (пункт 4 Обзора).

Действия, направленные на необоснованное повышение очередности удовлетворения требования, эту очередность не изменяют, а потому уступка требования иному лицу - внешне независимому кредитору - не изменяет очередность его удовлетворения (пункт 7 Обзора).

По смыслу приведенных разъяснений для понижения очередности требований кредитора необходимо установление совокупности следующих обстоятельств: нахождение должника на момент финансирования в состоянии имущественного кризиса; аффилированность кредитора с контролирующим должника лицом; недобросовестность действий кредитора в виде намерения путем финансирования деятельности должника скрыть его неблагополучное финансовое положение с целью ввести независимых контрагентов в заблуждение относительно его платежеспособности и создать видимость финансового благополучия. В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

Как правомерно указал суд первой инстанции, ФИО1, являющаяся правопреемником ФИО3, настаивала на рассмотрении заявленных требований в судебном заседании по имеющимся в материалах дела документам, не раскрыв разумные экономические мотивы выбора конструкции займа от аффилированного лица на нерыночных условиях и не опровергнув корпоративной природы предоставленных денежных средств, суд, принимая во внимание установленные судом обстоятельства и приведенные разъяснения высшей судебной инстанции, признает обоснованным требование заявителя в сумме 400 000 руб. основного долга по договору займа от 01.10.2020, которое подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, в остальной части суд отказывает в удовлетворении заявленных требований.

Ввиду изложенного суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении данного спора фактические обстоятельства дела судом первой инстанции установлены правильно на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности, проверены доводы и возражения сторон, полно и всесторонне исследованы представленные доказательства. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Разрешая настоящий спор, суд первой инстанции действовал в рамках предоставленных им полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Несогласие апеллянта с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта в обжалуемой части, судом апелляционной инстанции также не установлено.

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  Республики Карелия  от 25.11.2024 по делу № А26-4816/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


Е.В. Бударина


Судьи


Н.А. Морозова


 М.В. Тарасова