Постановление от 16 июля 2025 г. по делу № А56-77369/2018

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-77369/2018
17 июля 2025 года
г. Санкт-Петербург
/сд.3

Резолютивная часть постановления оглашена 24 июня 2025 года

Постановление изготовлено в полном объёме  17 июля 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Н.А.Морозовой,

судей Е.В. Будариной, М.В. Тарасовой,

при ведении протокола секретарём судебного заседания Б.И. Ворона,

при участии в судебном заседании:

ФИО1 лично по паспорту,

от ФИО1: представитель ФИО2 по доверенности от 07.12.2023,

от ФИО3: представитель ФИО4 и ФИО5 по доверенности от 31.03.2025,

от ФИО6: представитель ФИО7 по доверенности от 26.06.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-11415/2025) ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.02.2025 по делу № А56- 77369/2018/сд.3, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО8 к ФИО6 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО9 третье лицо: ФИО10,

установил:

ФИО11 обратился в Арбитражный суд  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО9 несостоятельным (банкротом).

Определением от 21.11.2018 суд первой инстанции принял заявление к производству и возбудил дело о банкротстве.

Определением от 24.02.2021 (резолютивная часть от 12.02.2021) арбитражный суд признал заявление обоснованным, ввёл в отношении ФИО9 процедуру реструктуризации долгов гражданина, утвердил в должности финансового управляющего ФИО8 - члена Ассоциация «Ведущих Арбитражных Управляющих «Достояние».

Сведения об этом опубликованы на портале ЕФРСБ 01.03.2021 (сообщение №6261901).

Решением от 29.06.2021 (резолютивная часть от 25.06.2021) суд признал должника несостоятельным (банкротом), ввёл в отношении него процедуру реализации имущества гражданина, утвердил в должности финансового управляющего ФИО8

Названные сведения опубликованы на портале ЕФРСБ 28.06.2021 (сообщение №6899408).

Финансовый управляющий 06.03.2024 подал в арбитражный суд заявление о признании недействительным договора купли-продажи доли в праве собственности на квартиру в отношении ? доли в праве на помещение с кадастровым номером 78:15:0008205:2943, площадью 84,8 кв.м, по адресу: <...>, литера А, кв. 19 (далее – помещение), заключённого 10.09.2015 должником с ФИО6, и применении последствий его недействительности в виде возврата доли в помещении в конкурсную массу должника.

Определением от 13.02.2025 суд первой инстанции в заявлении отказал.

Не согласившись с законностью судебного акта, конкурсный кредитор ФИО1 направил апелляционную жалобу, настаивая на осведомлённости ответчика о финансовых затруднениях должника на момент совершения сделки, получении ответчиком доходов преступным путём.

В судебном заседании представители ФИО1 и ФИО3 поддержали апелляционную жалобу, а представитель ответчицы возражал против её удовлетворения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». Надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, явку представителей не обеспечили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для проведения судебного заседания в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Как усматривается из материалов дела, между ФИО12 (покупатель) и должником (продавец) 10.09.2015 заключён договор купли-продажи доли в праве собственности на квартиру, по которому продавец продает, а покупатель покупает в общую долевую собственность ? доли в праве собственности на помещение.

Переход доли в праве собственности в пользу покупателя зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу 29.09.2015.

Полагая, что данный договор совершен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, управляющий оспорил его в судебном порядке на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве), конкурсный управляющий оспорил их в судебном порядке.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — постановление №63), в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 данного постановления).

При решении вопроса о совершении оспариваемой сделки должника в период подозрительности судам следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 №307-ЭС18-1843).

Коль скоро государственная регистрация перехода права собственности  произведена 29.09.2015, а дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено 21.11.2018, то, как верно указал суд, данный договор не может оспорено по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершён за пределами трёхлетнего периода подозрительности.

Кроме того, согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 154-ФЗ) пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве в редакции Закона № 154-ФЗ применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями; сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Закона №154-ФЗ).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

То есть, при злоупотреблении правом стороны не преследуют другой цели и каких-либо иных последствий, кроме как причинение вреда другому лицу, причем такая цель имеется у обеих сторон сделки. Целью сторон при совершении такой сделки является осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Исходя из части 1 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Многочисленная судебная практика позволяет сделать вывод о том, что на стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, строго говоря, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение непротиворечащей закону цели (определения ВС РФ от 15.12.2014 №309-ЭС14-923, от 30.03.2017 №306-ЭС16-17647(1), №306-ЭС16-17647 (7), от 25.05.2017 №306-ЭС16-19749, от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056 (6), от 28.04.2017 №305-ЭС16-19572, от 26.04.2017 №306-КГ16-13687, 306-КГ16-13672, 306-КГ16-13671, 306-КГ16-13668, 306-КГ16-13666).

Применение к аффилированным лицам высокого стандарта доказывания собственных доводов обусловлено общностью их экономических интересов, как правило, противоположных интересам иных конкурирующих за конкурсную массу должника независимых кредиторов, что предопределяет высокую вероятность внешне безупречного оформления документов, имитирующих хозяйственные связи либо не отражающих истинное существо обязательства, достоверность которых иным лицам, вовлеченным в правоотношения несостоятельности, крайне сложно опровергнуть.

В связи с этим подтверждение соответствия действительности своих утверждений должно производиться лицами, находящимися в конфликте интересов, таким образом, чтобы у суда не оставалось никаких разумных сомнений в том, что фактические обстоятельства являются иными либо объясняются иначе.

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, признается недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор (пункт 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2, утверждённого Президиумом ВС РФ 26.06.2015, определение ВС РФ от 15.12.2014 №309-ЭС14-923).

При этом для квалификации сделки в качестве ничтожной в связи с нарушением принципа добросовестности как основного начала гражданского законодательства на основании совокупного применения статей 10, 168 ГК РФ необходима недобросовестность обеих её сторон в виде их сговора, либо, по крайней мере, активные недобросовестные действия одной стороны сделки и осведомлённость об этом воспользовавшегося сложившейся ситуацией контрагента по сделке (постановление Президиума ВАС РФ 13.05.2014 №17089/12, определение ВС РФ от 15.06.2016 3308-ЭС16-1475).

Исходя из Обзора судебной практики ВС РФ №1 (2014), утверждённого Президиумом ВС РФ 24.12.2014, а также определения ВС РФ от 12.08.2014              №67-КГ14-5, установленный в статье 10 ГК РФ запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию принципа, закреплённого в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, приведённой в определениях ВС РФ от 20.10.2015 №18-КГ15-181, от 01.12.2015 №4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления сторонами при ее совершении гражданскими правами обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Суд первой инстанции установил, до 11.03.1993 ответчик и должник состояли в браке; в дальнейшем они осуществляли совместную предпринимательскую деятельность.

Следовательно, ФИО6 может быть признана заинтересованным по отношению к должнику лицом применительно к пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве.

В то же время, в целях проверки сделки на предмет её действительности установлению подлежит факт причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 12 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023 (далее - Обзор), определение ВС РФ от 01.09.2022 №310-ЭС22-7258).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счёт его имущества.

Следовательно, сама по себе заинтересованность между ответчиком и должником не свидетельствует априорно о наличии оснований для признания сделки недействительной, поскольку необходимо доказать именно недобросовестность поведения обоих в целях совершения совместных действий по выводу ликвидного актива для причинения вреда независимым кредиторами.

В договоре купли-продажи стороны согласовали передачу доли в помещении по цене 3 500 000 руб.

В силу пункта 5 договора сумма в размере покупной цены уплачена покупателем продавцу полностью до подписания сторонами данного договора.

Исходя из определений Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2021 №305-ЭС21-8014, от 02.06.2022 №310-ЭС21-28189, оформление сделки путём составления одного документа, в котором изложен текст с условиями договора и подтвержден факт платежа, соответствует положениям статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации о свободе договора. Стороны вправе включить в договор положения о том, что на момент подписания договора расчеты между сторонами произведены полностью. Такие положения не противоречат требованиям гражданского законодательства и аналогично расписке могут подтверждать исполнение обязательств и факт уплаты денежных средств по договору.

Тем самым выше приведённый пункт договора подтверждает осуществление расчетов ФИО6 с должником.

В материалы дела ответчик представила расписку за подписью ФИО9 о получении им денежных средств в размере 3 500 000 руб.

Финансовая возможность ФИО6 доказана по правилам процессуального законодательства.

Не имеется документального подтверждения того, что сделка носила безденежный характер или осуществлена за счёт денежных средств, полученных должником в результате осуществления ответчиком с ФИО9 мошеннических действий.

Вопреки суждениям апеллянта и кредитора, приговор суда по уголовному делу, на который они сослались, не содержит вывод об участии ответчика в мошеннических схемах, а прямо указывает на осуществление именно ФИО13 мошеннических действий с ООО «Ривьера», а не ФИО6

Таким образом, в условиях состязательности процесса (статья 9 АПК РФ) и как заинтересованная сторона по делу ФИО1 не доказал недостоверность документов, подтверждающих оплату ФИО6 цену договора.

Доказательства неравноценности заключённого между ФИО6 и должником договора по причине несоответствия установленной ими цены в материалы дела также не представлены.

Проанализировав всё выше перечисленное, суд первой инстанции правомерно признал неподтверждённым наличия в исследуемом договоре совокупности элементов для признания его недействительным по статьям 10, 168, 170 ГК РФ.

При таком положении условий для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 13.02.2025 по делу №  А56-77369/2018/сд.3 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня его принятия.


Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи

Е.В. Бударина

 М.В. Тарасова