Постановление от 19 января 2023 г. по делу № А56-106366/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-106366/2021
19 января 2023 года
г. Санкт-Петербург
/сд.4


Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 19 января 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена,

судей А.Ю. Слоневской, И.В. Сотова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

ФИО2 лично, посредством онлайн-заседания представитель ФИО3 по доверенности от 01.06.2022,

финансовый управляющий ФИО4 лично,

от конкурсного управляющего ЗАО «МЕТРОБАНК» представитель ФИО5 по доверенности от 30.03.2022,

от ФИО6 представитель ФИО7 по доверенности от 02.08.2022,

рассмотрев апелляционные жалобы ФИО6 и ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.10.2022 по обособленному спору А56-106366/2021/сд.4 (судья Грачева И.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ЗАО «МЕТРОБАНК» о признании сделки недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

заинтересованные лица (несовершеннолетние) в лице законного представителя ФИО6: ФИО8, ФИО6,

установил:

17.11.2021 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратилось АО «МЕТРОБАНК» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Решением арбитражного суда от 14.03.2022 заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Указанная информация опубликована в газете «Коммерсантъ» № 47(7248) от 19.03.2022.

26.05.2022 в арбитражный суд обратился конкурсный кредитор ЗАО «МЕТРОБАНК» в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» с заявлением о признании сделки должника недействительной, в котором просил признать недействительными следующие сделки:

1. Между ФИО6 и ФИО6, на основании которых 15.12.2021 зарегистрировано право собственности ФИО9 Марка Александровича на ½ долю в праве собственности на следующие объекты недвижимости:

- жилой дом, расположенный по адресу: <...>, площадью 197,7 кв.м., кадастровый номер 50:20:0000000:33897;

- земельный участок, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, с. Иславское, уч. 5А, площадью 1132 +/- 12 кв.м, кадастровый номер 50:20:0041718:361.

2. Между ФИО6 и ФИО8, на основании которых 15.12.2021 зарегистрировано право собственности ФИО8 на 1/2 долю в праве собственности на следующие объекты недвижимости:

- жилой дом, расположенный по адресу: <...>, площадью 197,7 кв.м., кадастровый номер 50:20:0000000:33897;

- земельный участок, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, с. Иславское, уч. 5А, площадью 1132 +/- 12 кв.м, кадастровый номер 50:20:0041718:361.

Применить последствия недействительности сделок в виде возврата в собственность ФИО6 следующих объектов недвижимости:

- жилой дом, расположенный по адресу: <...>, площадью 197,7 кв.м., кадастровый номер 50:20:0000000:33897;

- земельный участок, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, с. Иславское, уч. 5А, площадью 1132 +/- 12 кв.м, кадастровый номер 50:20:0041718:361, включения указанных объектов недвижимости в конкурсную массу ФИО2.

Определением арбитражного суда от 24.10.2022 оспариваемые сделки признаны недействительными, с применением последствий недействительности в виде возврата в собственность ФИО6 объектов недвижимости (жилого дома и земельного участка), доли в праве которыми были предметом оспариваемых сделок.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО6 и ФИО2 обратились с апелляционными жалобами, в которых просили определение от 24.10.2022 отменить, считали несостоятельными выводы суда первой инстанции, поскольку спорные объекты недвижимости не являются общим имуществом супругов, а принадлежали на праве собственности ФИО6, что подтверждается заключенным между супругами брачным договором, устанавливающим режим собственности в отношении их имущества, который в установленном законом порядке не оспорен, притом, что денежные средства для приобретения недвижимости получены ответчиком в дар от ФИО6 с целью последующего переоформления имущества на несовершеннолетних внуков дарителя; обратили внимание, что факт передачи денежных средств подтвержден свидетельскими показаниями, при этом размер доходов ФИО6 позволял ему аккумулировать денежные средства для приобретения спорного имущества, которые не относятся к общему имуществу супругов и не подлежат включению в конкурсную массу должника; полагали, что приведенные обстоятельства исключают возможность признания сделок недействительными по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168 ГК РФ как совершенных при злоупотреблении правом со стороны ФИО6 и её детей.

От конкурсного управляющего ЗАО «МЕТРОБАНК» и финансового управляющего ФИО4 поступили отзывы, в которых изложены возражения по апелляционным жалобам.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании ФИО2, его представитель и представитель ФИО6 доводы, изложенные в своих апелляционных жалобах, поддержали.

Финансовый управляющий ФИО4 и представитель конкурсного управляющего ЗАО «МЕТРОБАНК» против удовлетворения апелляционных жалоб возражали, считая определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, 12.09.2010 между должником и ФИО6 заключен брак, о чем составлена запись акта о заключении брака № 5117 от 12.09.2010. Таким образом, все имущество, приобретенное супругами после 12.09.2010, является их совместной собственностью.

Согласно сведениям из ЕГРН, ФИО6 являлась собственником объектов недвижимости в период с 18.11.2014 по 15.12.2021, из чего следует, что объекты недвижимости приобретены после заключения брака.

В соответствии с материалами регистрационного дела объекты недвижимости в собственность ФИО6 были приобретены на основании договора купли-продажи от 31.10.2014 за 1000000 долларов США, то есть на основании возмездной сделки.

В материалах регистрационного дела в отношении объектов недвижимости, поступившего из Росреестра по Московской области, также имеется нотариальное согласие должника на бланке № 77 АБ 4432643 на приобретение ФИО6 объектов недвижимости, а также на государственную регистрацию права собственности на объекты недвижимости за ФИО6 от 31.10.2014. Из текста согласия следует, что ФИО2 известно содержание ст. ст. 34 – 37 СК РФ, которые регулируют режим законной собственности супругов. Также в указанном согласии имеется ссылка на то, что между супругами брачный договор не заключался.

05.02.2020 между должником и его супругой заключен брачный договор, по условиям которого стороны определили, что движимое и недвижимое имущество, которое приобретено супругами во время совместного брака, а также вложения, сделанные супругами в период совместного брака, признаются, как в период брака с момента его заключения, так и в случае его расторжения собственностью того супруга, на чье имя они сделаны, приобретены или зарегистрированы (п. 1.2. брачного договора).

На момент заключения брачного договора у должника имелись обязательства перед АО «МЕТРОБАНК» по возмещению убытков, возникших в результате недобросовестных и неправомерных действий должника. ФИО2, будучи членом коллегиального исполнительного органа и заместителем единоличного исполнительного органа Банка, подписывал кредитные договоры по выдаче невозвратных ссуд с фальсифицированным залогом и одобрял решения о предоставлении невозвратных ссуд с фальсифицированным залогом в составе кредитного комитета Банка. В результате реализации схемы по выводу активов, в частности, путем выдачи заведомо невозвратных кредитов «техническим» компаниям с фальсифицированными залогами, Банку действиями ФИО2 были причинены убытки в размере 578 551 567 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2021 по делу № А40-116712/2015 о несостоятельности (банкротстве) АО «МЕТРОБАНК» с ФИО2 в пользу АО «МЕТРОБАНК» взысканы убытки в размере 578 551 567 руб., судом установлено, что действия, причинившие Банку убытки, совершены ФИО2 в период с октября по декабрь 2014 года.

Обязательства по возмещению убытков должником исполнены не были, определением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.03.2022 по делу № А56-106366/2021 требования АО «МЕТРОБАНК» в общем размере 578 551 667 руб. включены в реестр требований кредиторов должника.

После признания должника банкротом его единственному кредитору - АО «МЕТРОБАНК» стало известно, что 15.12.2021 в ЕГРН зарегистрирован переход права собственности жилого дома, расположенного по адресу: <...>, площадью 197,7 кв.м., кадастровый номер 50:20:0000000:33897; земельного участка, расположенного по адресу: Московская область, Одинцовский район, с. Иславское, уч. 5А, площадью 1132 +/- 12 кв.м, кадастровый номер 50:20:0041718:361.

Объекты недвижимости отчуждены на основании договоров дарения в пользу ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) и ФИО9 Марка Александровича (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), которые являются несовершеннолетними сыновьями должника и его супруги, что подтверждается свидетельствами о рождении.

Полагая, что совершенные ФИО6 сделки по дарению своим детям земельного участка и расположенного на нем жилого дома являются недействительными по основаниям статей 10, 168, 170 ГК РФ, совершены супругой должника во вред кредиторам при наличии признаков недействительности по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), поскольку сделки совершены безвозмездно в пользу заинтересованных лиц при наличии у должника неисполненных обязательств, установленных решением суда, и направлены на вывод активов из конкурсной массы с целью избежания взыскания на имущество по требованиям кредиторов, АО «МЕТРОБАНК» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к мотивированному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявления о признании недействительными сделок, на основании которых 15.12.2021 зарегистрировано право собственности ФИО6 и ФИО8 на доли в праве собственности на спорное жилое помещение и земельный участок.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Из пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63), следует, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1.) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 того же Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством (пункт 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве). Речь идет, в частности, о сделках, для совершения которых наличие согласия другого супруга предполагается (пункт 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации), то есть о сделках по распоряжению общим имуществом супругов.

Необходимо учитывать, что по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки – договоры дарения, на основании которых 15.12.2021 зарегистрировано право собственности на спорные объекты недвижимости на несовершеннолетних детей должника и его супруги, с учетом даты принятия заявления о признании банкротом (23.11.2021), совершены после принятия указанного заявления и могут быть признаны недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из материалов дела, при отчуждении супругой должника жилого дома и земельного участка ФИО2 отвечал признаку неплатежеспособности, поскольку у него имелись неисполненные обязательства перед АО «МЕТРОБАНК». Более того, данная задолженность перед кредитором имелась у должника на дату заключения брачного договора (05.02.2020).

Не отрицая направленность воли супругов А-вых на реализацию включенных в брачный договор условий, апелляционный суд обращает внимание на то, что в силу положений статей 34, 37 и 38 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) имевшееся на дату заключения брачного договора имущество относилось к общему имуществу супругов. Должник в качестве собственника спорного имущества не выступал, при этом, кредитор АО «МЕТРОБАНК» о наличии брачного соглашения не знал и не мог знать (доказательства обратного в материалы дела не представлены), что, как верно указал суд первой инстанции, предполагает отнесение данного имущества к совместной собственности супругов вне зависимости от признания брачного договора недействительным.

Принимая во внимание правовую природу договора дарения, не предусматривающего встречное исполнение, суд первой инстанции сделал правомерный вывод о том, что в результате совершения супругой должника безвозмездных сделок по отчуждению имущества в пользу близких родственников (сыновей), являющихся по смыслу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами, из конкурсной массы должника выбыло имущество, за счет реализации которого могли бы быть удовлетворены в какой-либо части требования кредиторов.

При этом ни ответчиком, ни должником не приведены (не раскрыты) какие-либо разумные экономические мотивы отчуждения имущества, притом, что возможность обеспечения использования принадлежащего супруге должника имущества сыновьями имелась в силу тесных родственных связей и без перехода права собственности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в четвертом абзаце пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов.

Из приведенных разъяснений следует, что юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные или общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака.

Приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, также исключает имущество из режима общей совместной собственности. Однако таких доказательств в материалы дела не представлено.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 АПК РФ).

Относимых и допустимых доказательств того, что объекты недвижимости приобретались в личную собственность ФИО6 на денежные средства, которые она получила в дар от отца должника ФИО6, вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, не представлено.

Как верно указал суд первой инстанции, представленными в материалы спора документами: справками о заработной плате ФИО6, договором денежного займа от 26.06.2014, а также открытыми отцом должника срочными вкладами в кредитных учреждениях не подтверждается наличие у него возможности аккумулировать в своей имущественной массе денежные средства в размере более 1 000 000 долларов США в 2014 году.

Доводы должника и его супруги о приобретении имущества на денежные средства ФИО6, переданные в дар супруге должника подлежат отклонению, поскольку доказательств фактической передачи денежных средств ФИО6 от ФИО6 не имеется. В материалах обособленного спора также отсутствуют допустимые доказательства, подтверждающие наличие у ФИО6 личных денежных средств, на которые было приобретено спорное имущество.

При таких обстоятельствах апелляционный суд считает обоснованными выводы суда первой инстанции о недоказанности супругами наличия у ФИО6 денежных средств в размере более 1 000 000 долларов США в 2014 году и недоказанности их передачи в дар ФИО6, а соответственно недоказанности приобретения объектов недвижимости на личные средства ФИО6 Более того, безвозмездная передача денежных средств в размере более 1 000 000 долларов США не сыну, а жене сына для покупки дорогостоящей недвижимости не объясняется разумными причинами.

Таким образом, в результате совершения оспариваемых сделок конкурсные кредиторы ФИО2 утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет общего имущества супругов (соответствующей доли гражданина в таком имуществе).

Факт заключения спорных сделок в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива в отсутствие встречного предоставления и аффилированность одаряемых - в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у А-вых имелась цель причинения вреда кредиторам в результате совершения вышеназванных сделок, в связи с чем суд первой инстанции сделал правомерный вывод о наличии условий для признания недействительными сделками договоров дарения, на основании которых 15.12.2021 зарегистрирован переход права собственности имущества супругов на их сыновей по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона.

Как разъяснено в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ как нарушающая требования закона.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей: каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Несоответствие сделки требованиям статьи 10 ГК РФ означает, что такая сделка, как не соответствующая требованиям закона, в силу статьи 168 ГК РФ ничтожна, а ничтожная сделка согласно статье 166 ГК РФ является таковой независимо от признания ее судом, она изначально с момента ее совершения не соответствовала требованиям закона.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлениях от 22.07.2002 № 14-П и от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

В силу разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 10 Постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

С учетом фактических обстоятельств дела, действия сторон сделки судом первой инстанции обоснованно квалифицированы как совершенные со злоупотреблением гражданскими правами (ст. 10 ГК РФ), поскольку имело место недобросовестное поведение, направленное на нарушение прав и законных интересов кредиторов. При совершении сделок допущено злоупотребление правом, поскольку после совершения действий, повлекших причинение Банку убытков в размере более 578 млн. руб., должник намеренно вывел свои активы путем регистрации титула собственника за аффилированными лицами с целью избежать обращения взыскания на имущество.

Более того, о злоупотреблении должником и ФИО6 своими правами, свидетельствует заключение брачного договора от 05.02.2020, которым должник и его супруга установили режим раздельной собственности при наличии обязательств должника перед АО «МЕТРОБАНК» без его уведомления.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Учитывая изложенное, апелляционный суд приходит к выводу, что переход права собственности на спорные объекты недвижимости произведен супругами на их сыновей формально с целью избежания возможного обращения на них взыскания. На мнимость сделок дарения недвижимости очевидно указывает поведение супругов, которые с общим умыслом пытаются сохранить совместное нажитое имущество в семье, не расплачиваясь по долгам перед кредиторами.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ и пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В качестве последствий недействительности сделок суд правомерно возвратил правовой статус имущества в положение, предшествовавшее акту дарения, в связи с чем жилой дом, расположенный по адресу: <...>, площадью 197,7 кв.м., кадастровый номер 50:20:0000000:33897 и земельный участок, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, с. Иславское, уч. 5А, площадью 1132 +/- 12 кв.м, кадастровый номер 50:20:0041718:361, подлежат возвращению в собственность ФИО6, которая являлась титульным владельцем до момента государственной регистрации в Росреестре.

Доводы должника относительно ущемления прав несовершеннолетних детей в рассматриваемом случае не подлежат принятию, исходя из установленных по материалам обособленного спора фактических обстоятельств, тогда как вопросы, связанные с защитой жилищных прав должника и членов его семьи, применительно к установлению исполнительского иммунитета на то или иное жилое помещение, как полагает апелляционный суд, являются самостоятельными и подлежат разрешению в рамках иных судебных разбирательств в установленном Законом о банкротстве порядке.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины распределены в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.10.2022 по делу № А56-106366/2021/сд.4 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.Ю. Тойвонен



Судьи



А.Ю. Слоневская


И.В. Сотов