Решение от 21 января 2021 г. по делу № А27-16661/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000

тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А27-16661/2020
21 января 2021 года
город Кемерово


Резолютивная часть решения оглашена 14 января 2021 года

Полный текст решения изготовлен 21 января 2021 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Алференко А.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, с использованием средств аудиозаписи

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Крона», Кемеровская область-Кузбасс, город Новокузнецк (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к акционерному обществу «Славино», Кемеровская область-Кузбасс, Новокузнецкий район, пос. Чистогорский (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок

при участии:

от истца: ФИО2 - директор, выписка из ЕГРЮЛ от 07.09.2020, паспорт;

от ответчика: ФИО3 – представитель по доверенности № 29/20 от 09.09.2020,

паспорт, ФИО4 – представитель по доверенности № 8/20 от 05.02.2020, паспорт, диплом, свидетельство о заключении брака;

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Крона» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к акционерному обществу «Славино» (далее - ответчик) о признании недействительной (мнимой) сделкой, перечисление денежных средств в размере 17 122 407 руб. по платежным поручениям № 21 от 20.12.2016, № 24 от 23.12.2016, № 26 от 26.12.2016, № 30 от 10.01.2017, № 32 от 13.01.2017, № 33 от 24.01.2017, № 35 от 30.01.2017, № 38 от 21.02.2017, № 43 от 06.03.2017, № 48 от 22.03.2017, № 50 от 31.03.2017, № 53 от 13.04.2017, № 56 от 24.04.2017, № 58 от 10.05.2017, № 59 от 15.05.2017, № 61 от 22.05.2017, № 65 от 01.06.2017, № 67 от 20.06.2017, № 71 от 27.06.2017, № 3167 от 03.08.2017 и применении последствий недействительности сделок, в виде взыскания денежных средств 17 122 407 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что перечисления денежных средств в адрес ответчика являются мнимыми сделками, фактически товар от ответчика истец не получал, требованиям нормативно обоснованы ссылками на статьи 166, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ).

Истец исковые требования поддержал, настаивал на заявлении о фальсификации доказательств, а именно: договора поставки № 201/16 от 20.12.2016; счет-фактур в количестве 19 штук и доверенностей в количестве 16 штук (универсальные передаточные документы (с доверенностями) № 19514 от 14.12.2016, № 19959 от 21.12.2016 (доверенность № 2 от 20.12.2016), № 20234 от 26.12.2016 (доверенность № 4 от 20.12.2016), № 22 от 05.01.2017, № 123 от 17.01.2017 (доверенность № 8 от 01.01.2017), № 213 от 25.01.2017, № 343 от 08.02.2017 (доверенность № 5 от 01.01.2017), № 473 от 22.02.2017 (доверенность № 10 от 01.01.2017), № 547 от 07.03.2017 (доверенность № 9 от 01.01.2017), № 693 от 22.03.2017 (доверенность № 11 от 01.01.2017), № 794 от 04.04.2017 (доверенность от 01.01.2017), № 908 от 14.04.2017 (доверенность № 14 от 01.01.2017), № 972 от 26.04.2017 (доверенность № 16 от 01.01.2017), № 1061 от 05.05.2017 (доверенность № 17 от 01.01.2017), № 1145 от 16.05.2017 (доверенность № 17 от 01.01.2017), № 1228 от 24.05.2017 (доверенность от 01.01.2017), № 1267 от 03.06.2017 (доверенность от 01.01.2017), № 1383 от 16.06.2017 (доверенность от 01.01.2017), № 1464 от 29.06.2017 (доверенность № 18 от 01.01.2017)).

Судом, с учетом положений статьи 161 АПК РФ, разъяснены сторонам положения статей 303, 306 Уголовного кодекса Российской Федерации, устанавливающих уголовную ответственность, в связи с заявлением о фальсификации доказательств, взята от сторон подписка.

Судом предложено ответчику исключить указанные истцом доказательства, по мнению истца являющиеся фальсифицированными, из числа доказательств по делу.

Ответчик отказался исключать указанные выше документы из числа доказательств по делу.

Арбитражным судом приняты меры к проверке оспариваемых доказательств.

В целях проверки заявления о фальсификации доказательств в судебном заседании заслушана в качестве свидетеля ФИО5, которая пояснила, что в настоящее время официально не трудоустроена. С 2014 года работала в ООО «ТехноСтрой», где и познакомилась с ФИО2, который, как и она, являлся работником данного общества. ФИО5 официально трудоустроена не была в ООО «Крона», никакую деятельность от имени ООО «Крона» не вела, никаких документов не подписывала, доступа к печати и банковскому счету ООО «Крона» никогда не имела, знала по разговорам в ООО «ТехноСтрой», что ФИО2 занимался куплей-продажей свиней. Единственный раз в 2018 году ФИО2 выдал на имя ФИО5 доверенность для получения акта налогового органа по камеральной проверке, поскольку он переехал в Алтай. Больше никаких доверенностей на ее имя не выдавалось, налоговую отчетность по ООО «Крона» не формировала и не сдавала.

Иные свидетели явку в судебное заседание не обеспечили.

По результатам рассмотрения заявления истца о фальсификации доказательств суд пришел к следующим выводам.

Так в материалы дела ответчиком представлены подлинные оспариваемые документы, а именно, договор, универсальные передаточные документы и доверенности. Часть универсальных передаточных документов, все доверенности подписаны со стороны ООО «Крона» генеральным директором – ФИО2, подпись скреплена оттиском печати истца; остальная часть универсальных передаточных документов от имени ООО «Крона» подписана лицами, на которые ООО «Крона» выданы доверенности на получение товара, которые подписаны ФИО2 и скреплены оттиском печати истца.

Истец, заявляя о фальсификации, оспаривает только подпись ФИО2, указывая, что печать находилась в пользовании у ФИО5, которая являлась коммерческим директором и бухгалтером ООО «Крона».

При этом в заседании заключение договора поставки № 201/16 от 20.12.2016 истец не оспорил. Пояснил, что договор поставки № 201/16 от 20.12.2016 с ответчиком заключал, подпись, поставленная на договоре, принадлежит ему.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона, либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 182 ГК РФ наличие у представителя полномочий действовать от имени юридического лица может явствовать из обстановки, в которой действует такой представитель.

Из смысла приведенных норм следует, что представительство является средством временного юридического расширения личности представляемого для его участия в гражданском обороте, позволяющим приобретать права и исполнять обязанности через представителей одновременно и в территориально удаленных друг от друга местах, исключающих его личное присутствие. По общему правилу, оно оформляется письменным уполномочием, которое может быть предъявлено иным лицам, в том числе должникам в обязательствах, обладающим правом на информирование об исполнении обязательства надлежащему лицу (статья 312 ГК РФ).

Однако в целях защиты добросовестных контрагентов представляемого закон допускает наличие отношений представительства в отсутствие его письменного оформления, когда ситуация (обстановка), в которой контрагент общается с представителем противостоящего ему в обязательстве лица, такова, что не порождает обоснованных сомнений в наличии у этого представителя полномочий действовать от имени представляемого, что является суррогатом доверенности (абзац второй пункта 1 статьи 182 ГК РФ).

Создавая или допуская создание подобной обстановки, представляемый сознательно входит в гражданский оборот в лице такого представителя, поэтому не вправе ссылаться на отсутствие с ним трудовых или гражданско-правовых отношений, так как обстановка как основание представительства не только заменяет собой письменное уполномочие (доверенность), но и возможна вообще в отсутствие каких-либо надлежащим образом оформленных правоотношений между представителем и представляемым.

К одному из признаков подобной обстановки судебная практика относит наличие у представителя печати юридического лица, об утере которой или ее подделке в судебном процессе не заявляло (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2016 № 303-ЭС15-16683, от 24.12.2015 № 307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 № 307-ЭС15-9787).

Печать юридического лица является средством индивидуализации хозяйственного общества (пункт 7 статьи 2 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», пункт 5 статьи 2 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»), следовательно, наличие печати истца на документах позволяет установить (индивидуализировать) юридическое лицо, от имени которого подписаны документы и поставлена печать.

Исходя из изложенного, в отсутствие доказательств утраты или похищения печати, лицо, владевшее печатью истца, действовало от имени данного лица, то есть что его полномочия в силу владения печатью явствовали из обстановки. При наличии печати на документе ответчик вправе был рассчитывать на добросовестность контрагента и полагать, что документ подписан уполномоченным лицом. Обязательное наличие печати предусмотрено в уставе ООО «Крона» (пункт 4.3.).

Следовательно, в такой ситуации оспаривание истцом только подписи является недостаточным для вывода о фальсификации доказательства.

Исследовав и оценив указанные выше доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд отказывает истцу в удовлетворении заявления о фальсификации доказательств.

Рассмотрев ходатайство истца о проведении почерковедческой экспертизы по делу для определения принадлежности подписи, исполненной от имени ФИО2, на вышеперечисленных документах, суд приходит к следующим выводам.

На основании абзаца 2 пункта 3 части 1 статьи 161 АПК РФ судебная экспертиза является лишь одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств. Иными словами процессуальный закон не исключает возможности проверки судом заявления о фальсификации другими способами. Конкретный перечень способов проверки судом заявления о фальсификации доказательства в АПК РФ не установлен.

По смыслу части 1 статьи 82 АПК РФ назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью.

Учитывая, что оспариваемые истцом документы содержат оттиск печати ООО «Крона», подлинность которой в ходе производства по делу не оспорена, заявление о фальсификации доказательств проверено судом путем вызова и допроса свидетелей, суд не находит оснований для назначения судебной почерковедческой экспертизы, в том числе учитывая ее нецелесообразность.

В рамках проверки заявления о фальсификации доказательств судом не установлены какие-либо доказательства, подтверждающие фальсификацию, а наоборот, представлены доказательства, подтверждающие позицию ответчика по делу.

Так из показаний свидетеля ФИО5, предупрежденной об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний, следует, что она не осуществляла руководство либо бухгалтерский учет ООО «Крона», какие-либо документы не подписывала, трудоустроена в ООО «Крона» не была, доступ к печати и банковскому счету ООО «Крона» никогда не имела.

При изложенных обстоятельствах, суд в соответствии со статьей 82 АПК РФ приходит к выводу об отказе в удовлетворении ходатайства, поскольку спорные документы имеют оттиск печати ООО «Крона», подлинность данных оттисков истец в судебном заседании не оспаривал, вследствие чего, разрешение вопроса о принадлежности подписи на спорных документах, не имеет правового значения для разрешения настоящего спора.

Истец, полагает, что срок исковой давности не пропущен на обращение в суд с настоящими требованиями (более подробная позиция изложена в пояснениях истца).

Ответчик с иском не согласен, поддержал возражения, изложенные в отзыве на исковое заявление, заявил о пропуске срока исковой давности (3 года). Также ответчик в обоснование возражений указывает, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, поскольку между сторонами был заключен договор поставки № 201/16 от 20.12.2016, согласно условиям которого в адрес истца была осуществлена поставка на сумму 17 122 407 руб., в связи с чем, истец произвел оплату поставленного товара (более подробная позиция ответчика изложена в отзыве на иск).

Исследовав письменные доказательства, заслушав пояснения представителей сторон, суд установил следующие обстоятельства по делу.

Как следует из материалов дела, между ООО «Славино» (поставщик) и ООО «Крона» (покупатель) заключен договор поставки от 20.12.2016 № 201/16, в соответствии с пунктом 1.1, которого поставщик обязался поставлять, а покупатель обязался принимать и оплачивать товар – живой скот – свиней.

Классификация по категориям ассортимента товара приводится на основании соответствующих ГОСТов (пункт 3.1. договора). Наименование, количество, стоимость и срок настоящего Договора указаны в спецификации (приложение №1).

Со стороны ООО «Крона» договор содержит подпись генерального директора – ФИО2 и оттиск печати ООО «Крона».

Оплата товара по договору производится покупателем путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика или наличными денежными средствами по факту получения партии товара 100 % оплатой (пункт 4.1. договора).

Поставка товара подтверждается универсальными передаточными документами: № 19514 от 14.12.2016, № 19959 от 21.12.2016 (доверенность № 2 от 20.12.2016), № 20234 от 26.12.2016 (доверенность № 4 от 20.12.2016), № 22 от 05.01.2017, № 123 от 17.01.2017 (доверенность № 8 от 01.01.2017), № 213 от 25.01.2017, № 343 от 08.02.2017 (доверенность № 5 от 01.01.2017), № 473 от 22.02.2017 (доверенность № 10 от 01.01.2017), № 547 от 07.03.2017 (доверенность № 9 от 01.01.2017), № 693 от 22.03.2017 (доверенность № 11 от 01.01.2017), № 794 от 04.04.2017 (доверенность от 01.01.2017), № 908 от 14.04.2017 (доверенность № 14 от 01.01.2017), № 972 от 26.04.2017 (доверенность № 16 от 01.01.2017), № 1061 от 05.05.2017 (доверенность № 17 от 01.01.2017), № 1145 от 16.05.2017 (доверенность № 17 от 01.01.2017), № 1228 от 24.05.2017 (доверенность от 01.01.2017), № 1267 от 03.06.2017 (доверенность от 01.01.2017), № 1383 от 16.06.2017 (доверенность от 01.01.2017), № 1464 от 29.06.2017 (доверенность № 18 от 01.01.2017). Поставлено товара на сумму 17 122 407 руб.

ООО «Крона» произвело оплату по платежным поручениям от № 21 от 20.12.2016, № 24 от 23.12.2016, № 26 от 26.12.2016, № 30 от 10.01.2017, № 32 от 13.01.2017, № 33 от 24.01.2017, № 35 от 30.01.2017, № 38 от 21.02.2017, № 43 от 06.03.2017, № 48 от 22.03.2017, № 50 от 31.03.2017, № 53 от 13.04.2017, № 56 от 24.04.2017, № 58 от 10.05.2017, № 59 от 15.05.2017, № 61 от 22.05.2017, № 65 от 01.06.2017, № 67 от 20.06.2017, № 71 от 27.06.2017, с назначением платежа «Оплата по договору № 201 от 20.12.2016 (мясо)», № 3167 от 03.08.2017 с назначением платежа «возврат излишне переплаченных денежных средств».

Оспаривая указанные платежи, полагая, что они являются мнимыми сделками, истец обратился с настоящим иском в суд.

Оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные доказательства и фактические обстоятельства дела в их совокупности и взаимосвязи, заслушав пояснения сторон, суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Исходя из данного разъяснения, положения, приведенные в пункте 1 статьи 170 ГК РФ, применяются также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически или требовать исполнения, а совершают формальные действия, свидетельствующие о порочности воли обеих сторон сделки.

Таким образом, пункт 1 статьи 170 ГК РФ подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем, сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2011 № 17020/10).

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение ее исполнять.

Обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным статьей 170 ГК РФ, истец в порядке статьи 65 АПК РФ должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для сторон, а также представить доказательства направленности воли сторон на совершение прикрываемой сделки.

В деле должны быть достаточные и достоверные доказательства совершения сделки лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. При этом исполнение (полное или частичное) договора одной из сторон свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора притворной или мнимой сделкой.

Факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле (статьи 65 АПК РФ).

Обычный стандарт доказывания («разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей») применим в процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-186005) и предполагает признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и возражений.

В настоящем случае стороны обладают равными процессуальными возможностями по собиранию и представлению доказательств в обоснование своих позиций по делу, поскольку являются сторонами оспариваемой сделки.

Как было установлено судом, что между ООО «Славино» и ООО «Крона» заключен договор поставки № 201/16 от 20.12.2016.

Факты его заключения и подписания генеральным директором истца подтверждались в судебных заседаниях. Более того, генеральный директор истца (являющийся учредителем ООО «Крона») в процессе рассмотрения дела неоднократно подтверждал подписание (заключение) договора с целью приобретения мяса для дальнейшей его продажи третьим лицам, нуждающимся в таком товаре.

Ответчик также подтвердил подписание указанного договора с целью продажи товара истцу.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его участников. Единоличный исполнительный орган общества: 1) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; 2) выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия; 3) издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; 4) осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

Аналогичные полномочия единоличного исполнительного органа изложены в уставе ООО «Крона».

Таким образом, ФИО2, который является единоличным исполнительным органом ООО «Крона», подписал спорный договор, у него имелась воля на исполнение сделки. Прослеживается экономическая целесообразность оспариваемой сделки и необходимость ее совершения для истца – продажа товара иным лицам по более высокой цене.

Таким образом, на момент подписания договора у обеих сторон договора имелись полномочия и намерение создать соответствующие ему правовые последствия, в связи с чем, исключается порочность воли сторон сделки.

Доводы генерального директора истца, в части того, что при подписании договора коммерческий директор/бухгалтер истца (ФИО5) ввела его в заблуждение относительно цели заключения договора, документально истцом не подтверждены. Истцом, в силу ст. 65 АПК РФ не представлено доказательств, подтверждающих факт того, что ФИО5 являлась сотрудником ООО «Крона» или иным образом могла повлиять на деятельность общества.

Учитывая тот факт, что в доверенностях, выданных ООО «Крона» на физических лиц с правом получения у ответчика товара, в качестве главного бухгалтера указан сам ФИО2, а не ФИО5, подтверждается намерение истца на фактическое совершение сделки.

Довод истца относительно того, что ФИО2 уполномочил ФИО5 на ведение деятельности от имени ООО «Крона» с передачей ей всех необходимых прав и ресурсов, является не состоятельным и документально не подтвержденным.

Ответчиком в материалы дела представлены подлинный договор поставки; подписанные с обеих сторон универсальные передаточные документы, подтверждающие факт передачи истцу товара; доверенности, выданные генеральным директором истца на физических лиц с правом получения у ответчика товара.

Доводы истца о том, что на 17 универсальных передаточных документах отсутствует печать организации, при наличии доверенностей на получение товара, подписанных ФИО2 (с печатью организации) оценены судом и отклонены при рассмотрении заявления о фальсификации доказательств.

Наличие у лиц, подписавших документы, доступа к печати подтверждает то обстоятельство, что их полномочия явствовали из обстановки.

Таким образом, ответчиком доказан факт передачи товара истцу, который произвел его полную оплату по платежным поручениям с указанием в назначении платежа «оплата по договору № 201 от 20.12.2016 (мясо)», по факту получения товара в силу п. 4.1 договора поставки № 201/16 от 20.12.2016.

При этом суд отмечает, что на протяжении достаточно длительного времени (с декабря 2016 по август 2017) истцом осуществлялось перечисление значительной суммы денежных средств со ссылкой на спорный договор, что не могло быть ошибкой со стороны последнего.

Доказательств, подтверждающих, что кто-либо иной имел доступ к расчетному счету ООО «Крона» истцом в материалы дела не представлено.

Ответчиком представлены документы, подтверждающие факт реальной возможности поставить истцу товар в заявленном объеме.

Из решения Межрайонной ИФНС России № 4 по Кемеровской области от 14.06.2018 № 3199 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения следует, что в рамках направленных налоговым органом поручений и требований ООО «Славино» подтвердило факт покупки истцом мяса на сумму 2 675 438 руб. со ссылкой на договор № 201/16 от 20.12.2016, платежные поручения. В рамках данной налоговой проверки отношения истца с ответчиком не были признаны фиктивными.

Действительно, в требовании о предоставлении пояснений от 26.09.2018 № 28656 Межрайонная ИФНС России № 4 по Кемеровской области в рамках представленной уточненной налоговой декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2017 год, запросила пояснения у ООО «Крона» относительно сделок по приобретению мяса, однако, по результатам камеральной налоговой проверки нарушений налогового законодательства установлено не было, что свидетельствует о принятии налоговым органом заявленных расходов на приобретение мяса.

Результаты рассмотрения дела № А27-21498/2019 (решение Арбитражного суда Кемеровской области от 11.12.2019) по иску ООО СИФ «Стройпартнер» к ООО «Крона» о признании сделки ничтожной и взыскании денежных средств не влияют на выводы суда в рамках настоящего дела.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд оснований для удовлетворения исковых требований не находит.

Рассматривая заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, суд приходит к следующим выводам.

В силу статей 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года.

На основании пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Таким образом, учитывая трехлетний срок исковой давности, срок для защиты права истца по настоящему иску по перечислениям с 20.12.2016 по 27.06.2017 истек, поскольку истец обратился в суд с иском 24.07.2020, по платежу от 03.08.2017 – не истек.

Доводы истца о том, что срок исковой давности должен исчисляться с сентября 2018 года (после направления налоговым органом требования о предоставлении пояснений), являются необоснованными, поскольку истец является стороной оспариваемой сделки (перечислений по договору № 201/16 от 20.12.2016).

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации. Руководитель экономического субъекта обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено настоящей частью (части 1 и 3 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).

Учитывая вышеизложенное, поскольку ФИО2 являлся единоличным исполнительным органом ООО «Крона», он не мог не знать об оспариваемых перечислениях. Более того, ФИО2 в судебных заседаниях подтвердил, что ему было известно о спорных перечислениях, и он имел доступ к расчетному счету. Доводы о ведении ФИО5 деятельности от имени ООО «Крона» своего подтверждения в процессе рассмотрения дела не нашли.

Доводы истца о том, что на период действия ограничительных мер в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19) течение срока исковой давности приостанавливалось, подлежат отклонению.

Основания приостановления течения срока исковой давности урегулированы статьей 202 ГК РФ, пунктом 1 которой закреплено, что течение срока исковой давности приостанавливается, если предъявлению иска препятствовало чрезвычайное и непредотвратимое при данных условиях обстоятельство (непреодолимая сила).

Течение исковой давности приостанавливается при условии, что названные обстоятельства возникли или продолжали существовать в последние шесть месяцев срока исковой давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев, в течение срока исковой давности (пункт 2 статьи 202 ГК РФ). Соответственно, если до истечения срока исковой давности осталось более 6 месяцев, то обстоятельство непреодолимой силы не приостанавливает его течение. Оно станет основанием приостановления исковой давности, если сохранится до названного в пункте 2 статьи 202 ГК РФ срока (шесть месяцев до момента истечения).

Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск (пункт 12 названного постановления).

Истцом не представлены доказательства проживания ФИО2 в другом регионе; местом нахождения ООО «Крона» согласно выписке из ЕГРЮЛ является Кемеровская область, г. Новокузнецк. Не доказаны невозможность подачи иска в суд путем почтового направления/по системе «Мой Арбитр»; нахождение какой-либо документации, без которой невозможно предъявление иска в суд, у иных уполномоченных лиц, учитывая, что в обоснование заявленных требований истцом к иску представлены платежные поручения, распечатанные им 19.05.2020, т.е. в период ограничительных мер.

Таким образом, истцом в материалы дела не представлена совокупность доказательств, что применительно к рассматриваемому случаю принятые органами государственной власти и местного самоуправления меры, направленные на предотвращение распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), препятствовали предъявлению данного иска.

Согласно пункту 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

В абзацах 1, 3 пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 содержатся разъяснения о том, что в силу пункта 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

Срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права. При этом начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается лишь с момента вступления в силу определения суда об оставлении заявления без рассмотрения или прекращения производства по делу, либо отмены судебного приказа (пункт 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43).

В абзаце 3 пункта 17 постановления Пленума № 43 указано на то, что положения пункта 1 статьи 204 ГК РФ не применяются в случае отказа в принятии заявления или его возврата, в том числе в связи с несоблюдением правил о форме и содержании заявления, об уплате государственной пошлины, а также других предусмотренных ГПК РФ и АПК РФ требований.

В случае отказа в принятии иска или его возврата до принятия иска к производству судебная защита не осуществляется и, соответственно, течение срока исковой давности не приостанавливается.

По смыслу приведенной нормы права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по ее применению течение исковой давности прекращается соответствующим обращением за судебной защитой, в связи с чем, с учетом изложенного, доводы истца о прекращении течения срока исковой давности с 25.05.2020 являются не состоятельными, поскольку иск в рамках делам № А27-11477/2020 был возвращен, с настоящим иском истец обратился в суд 24.07.2020.

Таким образом, поскольку срок исковой давности по перечислениям с 20.12.2016 по 27.06.2017 истек, иск в данной части не подлежит удовлетворению по самостоятельному основанию.

Государственная пошлина в соответствии со статьей 110 АПК РФ относится на истца и подлежит взысканию в доход федерального бюджета в размере 6 000 руб. поскольку истцу была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Крона», Кемеровская область-Кузбасс, город Новокузнецк (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину 6 000 руб.

Решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» - http://kad.arbitr.ru (часть 1 статьи 177, часть 1 статьи 186 АПК РФ).

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месячного срока со дня его изготовления. Апелляционная жалоба подается через принявший решение в первой инстанции арбитражный суд.

Судья А.В. Алференко